Кира Стрельникова 
Госпожа повариха

http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=63623871
«Госпожа повариха»: 
ISBN 978-5-17-123088-3
Аннотация

Бывает так, что вдруг все начинает валиться из рук и налаженная, размеренная жизнь рушится. Любовник оказывается женат, а на работе указывают на дверь, потому что твое место понадобилось дочке начальницы. Но я, Иоанна, не унываю, ведь за черной полосой всегда идет белая. Поэтому, когда мне предложили забыть прошлое и начать все сначала, с чистого листа, я, не задумываясь, согласилась.
И вот я уже в другом мире, и все, что помню, – это мое имя и то, что люблю и умею готовить. Стоп, а это что такое?! Уши, хвост? Я оборотень?! М-мамочки, что происходит и куда меня занес этот второй шанс?
Что ж, вперед! Покорять королевскую кухню своими кулинарными изысками! А может, и не только кухню…

Кира Стрельникова
Госпожа повариха

© К. Стрельникова, 2021
© ООО «Издательство АСТ», 2021

Госпожа повариха

Пролог

Малый королевский кабинет выглядел строго, под стать хозяину. Массивная мебель темного дерева, стол с письменным прибором, накрытый бордовым сукном, несколько шкафов с книгами, папками с бумагами и различными артефактами, в основном неактивными. В углу, у окна, кресло для отдыха и столик с расписной столешницей. Около стола стул с высокой спинкой, а с другой стороны – для посетителей, обычный. Сам хозяин стоял у камина, заложив руки за спину и глядя на своего советника со смешанным выражением недовольства и сочувствия. Король Казимир выглядел внушительно, с широким разворотом плеч, на которых камзол чуть не трещал, высокий, с суровыми, словно из гранита вырубленными чертами лица и прямым взглядом неожиданно ярких синих глаз. Темные, чуть волнистые волосы перехватывал узкий золотой обруч с крупным рубином посредине.
– Эрик, – проникновенно начал король. – Я тебя очень люблю и уважаю, ты многое делаешь для страны и вообще незаменим, и все такое, но… – Казимир сделал выразительную паузу, подняв густые брови. – Когда меня будит в шесть утра достопочтенный ректор академии и истеричным голосом сообщает, что лично удавит тебя, а потом поднимет и снова умертвит, мне становится не по себе. Господину архимагистру некромантии весьма не понравилось, что после твоего вчерашнего срыва пришлось до утра укладывать оживших мертвяков обратно в могилы. А к нему вообще явилась почившая теща, чтобы проверить, как там поживает доченька и не обижает ли зять кровиночку.
При этих словах во взгляде невозмутимого внешне Эрика мелькнули смешливые искорки, однако он не дал воли эмоциям. Как всегда подтянутый, в неброском темном форменном мундире, украшенном лишь узким серебряным кантом по воротнику и обшлагам рукавов, он молча слушал его величество. Да, вчера нехорошо получилось, он настолько устал, что перед сном забыл выпить эликсир… Надо будет извиниться перед главой некромантов, в самом деле неудобно вышло.
– Так вот, Эрик, – голос короля построжел, и главный маг всего королевства внутренне подобрался. – Уже год, как погибла твоя суженая, и я считаю, этого достаточно, чтобы твои раны зажили. Ты не сможешь без стабилизатора, – чуть тише добавил он. – Зелья и артефакты не помогут, Эрик, и тебе это известно лучше меня. И так сидишь на них уже сколько лет. Так что через три дня я устраиваю прием, куда прибудут все девицы со знаком богини, и готовься выбрать среди них айсу , – твердо закончил Казимир. – Как раз и принц вернулся, вот и отметим и это событие. Тебе ясно, Эрик? – Он, чуть прищурившись, посмотрел на своего советника.
Тот задержал дыхание, уняв раздражение и признавая, что его величество прав, как ни сложно признать, и коротко кивнул.
– Да, мой король, – кратко ответил Эрик, отогнав нежный образ погибшей невесты.
Всего несколько чудесных недель, и все закончилось…
– Вот и хорошо, – с явным облегчением отозвался Казимир, настроенный уже на весьма горячий спор с упрямым магом.
Их беседа внезапно была прервана возникшей на пороге кабинета миниатюрной женщиной с узким лицом и сердито поджатыми губами.
– Ваше величество, наследник не ночевал во дворце! – выпалила она, не обращая внимания на бледного секретаря, выглядывавшего из-за плеча дамы с виноватой физиономией. – И не явился к завтраку! Его нет в его покоях! – голос леди сорвался на истерический визг, и Казимир явственно поморщился.
– Перестаньте, ваше величество, – осадил он разошедшуюся не в меру супругу. – Юлиан вполне взрослый молодой человек…
– Он опять пошел к этим… непотребным девкам, я знаю! – взвизгнула королева, сжав кулаки, и даже топнула ножкой, и теперь поморщились оба мужчины. – Он все делает мне назло, противный мальчишка! – Театрально всхлипнув, она приложила кружевной платочек к уголку глаза. – Вы должны немедленно найти его, ваше величество!
– Я, пожалуй, пойду, – Эрик развернулся и поспешил к двери, воспользовавшись предлогом не продолжать неприятный разговор о необходимости выбора новой айсу.
– Никакой магии, Эрик, ты слышишь?! – громко заявил ему вслед Казимир. – До приема не смей!
Лорд Эрик Даннел кивнул, спрятав усмешку. Ну конечно, а как себе его величество представляет в таком случае поиски принца? Спустить собак и устроить по городу охоту на наследника на радость зевакам? Пока что магией крови владел только он один, маг-универсал, и не так это и сложно, чтобы опасаться последствий. Тем более амулет заряжен и с утра Эрик принял все нужные эликсиры. И первый советник короля, его правая рука, поспешил к себе в кабинет, заняться поисками вредного мальчишки, испытывая острую потребность отходить Юлиана по мягкому месту хворостиной. Чтоб выбить юношескую дурь из взбалмошной головы.

Глава 1

– Как женат?.. – растерянно пробормотала я, разглядывая знакомый штамп в паспорте.
Такого-то года, такого-то числа – кстати, уже десять лет как – зарегистрирован брак… между гражданином Василием Темниковым и гражданкой Анной Фоминой… Моргнула, чувствуя, как по телу разливается оцепенение. Мелькнула отстраненная догадка о том, почему Вася называл меня Аней или Анечкой, а вовсе не Анни или Иоанной. Спасибо маме, светлая ей память, увлекавшейся творчеством пани Хмелевской и наградившей дочь таким именем. Господи, это первый мужчина за полтора года, которому я поверила и кого впустила в свою жизнь после смерти мужа. И ведь как ухитрялся полгода морочить мне голову! Я же, наивная, не лезла в телефон, не пыталась докапываться, почему мы встречаемся только у меня. Поверила, что у него съемная квартира и в соседней комнате живет сослуживец.
Не знаю, что дернуло сейчас достать Васин паспорт, – наверное, очень уж заманчиво он виднелся в раскрытой сумке, брошенной на тумбочку в коридоре. Сам любовничек, едва влетев в мою скромную двушку, быстро клюнул в губы, скороговоркой выпалил что-то о тяжелом дне и сразу поспешил в душ. Наверное, расслабился, видя, что я не настаиваю на совместном проживании, довольствуясь только ночевками несколько раз в неделю – и как жена не заподозрила?! Хотя, может, она и в курсе, откуда мне знать, какие у них высокие отношения. Вот же дура наивная, в следующий раз обязательно первое, что сделаю при знакомстве, – это попрошу паспорт! Пока же…
Положив документ обратно, я неторопливо вернулась на кухню, присела за стол и подперла ладонью подбородок, глядя на вечерний город, мигающий огнями. Что я чувствовала? Пустоту и разочарование, пожалуй. И немножко больно было. В душе шевелились обида и злость, так и тянуло сделать какую-нибудь пакость в духе дешевой мелодрамы. Например, разбить телефон об стену или одежду испачкать… На худой конец просто подлить в чай слабительного и выставить за дверь. Хм. Я задумчиво прищурилась, последняя идея зацепилась, и в голове закрутилась фраза из любимой песенки: «А я маленькая ме-ерзость, а я маленькая гнусь…» Не надо обижать женщину, а то она в ответ так обидится на вас, мало не покажется! Нет, ну а что он так со мной, это же нечестно! Маленькая девочка внутри требовала отмщения, но я ведь взрослая женщина, даже вдова, хотя местами и чересчур наивная и доверчивая.
Ладно, не буду скандалить и устраивать пошлые разборки. В конце концов, Василий был мне просто симпатичен, не более, ни о какой любви речи не шло. Шум воды прекратился, а через несколько минут я ощутила, что не одна на кухне. Спустя мгновение нос уловил хвойный аромат – любимый гель мужчины.
– Анечка, а что у нас на ужин сегодня? – весело поинтересовался Вася, приобняв за плечи.
Я же, плавно повернув голову, посмотрела ему в глаза и непринужденно ответила:
– Вась, я не знаю, что у вас  на ужин, а у меня – запеканка из картошки и поджаренного в сливках куриного филе, – и на моих губах появилась улыбка. – А тебе, наверное, надо у жены спросить, что она на ужин приготовила.
Он непонимающе поднял брови, видимо, посчитав, что я так несмешно пошутила.
– У какой жены? – правдоподобно удивился он, и ни тени раскаянья или вины в глазах.
Вот ведь жук, а? Может, все-таки напоить чайком?.. Я встала, аккуратно отступив на шаг, и терпеливо разъяснила временно потерявшему память Василию:
– У гражданки Анны Фоминой, Вася, к которой ты сейчас и пойдешь ужинать, – с ласковой улыбкой произнесла, еще и указала на дверь для большего понимания. – Давай-давай, милый. Прошла любовь, завяли помидоры.
И вот как-то сразу легко стало, хотя обида еще скреблась в глубине, тихонько поскуливая. Вспомнилось, как с мужем жили душа в душу, я вышла за него в двадцать пять, влюбившись без памяти. И пока он не умер во сне от тромба, считала себя самой счастливой женщиной. Только вот с детьми не успели, и это грустно. Сглотнув ком и прогнав желание шмыгнуть носом, я вернулась в настоящее. Не отводила взгляда от Василия и не опускала руки, желая, чтобы обманщик как можно быстрее убрался с моей территории.
Вася моргнул и все же попытался что-то сказать:
– Иоанна, послушай…
О как. Даже по имени назвал.
– Не-не-не, соколик, не буду, – тут же перебила его. – Давай, помылся – одевайся, и домой. Тебя там заждались.
А меня запеканка заждалась, и при мысли о еде аж рот слюной наполнился. Вася еще несколько томительных мгновений смотрел, но, видимо, понял, что я не переменю решения. Молча развернулся, едва заметно пожав плечами, и вновь скрылся в ванной. Вышел через некоторое время, покосился через проход – я ни слова не сказала, скрестив руки на груди и непримиримо вздернув подбородок. И только уже открыв входную дверь, бросил одно слово:
– Зря.
После чего вышел. Из моей квартиры и из жизни тоже. Нет, не зря, Вася, даже не надейся. Решительно удалив его номер, вернулась на кухню и занялась запеканкой, отвлекая себя от грустных мыслей. Все-таки полгода встречались, я привыкла, и нравился он мне, да… Ладно, пройдет. Долго хандрить я тоже не умела, это занятие мне быстро надоедало в силу природного жизнелюбия и легкого характера. А утром на работу, и там-то точно о Василии некогда будет вспоминать. Я работала в частном детском саду поваром. Готовить любила и умела, только в ресторанах не прижилась: там мало простора для творчества, и в конце концов устроилась в частный детский сад несколько лет назад. Платили прилично, рабочий день до трех – красота.
Поужинав запеканкой, я, подумав, достала из морозилки любимое крем-брюле, положила в креманку, залила все малиновым вареньем и посыпала миндалем. Вот так, имею право побаловать себя, в конце концов, я только что выгнала любовника и вроде как мне полагается погрустить немножко. Ложась спать, уже почти успокоилась, а вот следующий день принес еще один сюрприз, гораздо более неприятный, чем крах личной жизни.
– Иоанна, понимаешь, ты очень хороший специалист, и я уверена, без работы не останешься, – вещала улыбчивая Маргарита Владиславовна, директор садика, глядя на меня добрыми голубыми глазами. – Можешь даже не отрабатывать две недели, я выплачу тебе все, и премию за этот месяц тоже. И рекомендацию дам. – Мне придвинули чистый лист бумаги и ручку.
Казалось, я сплю и вижу дурной сон, в котором меня вот так, резко, увольняют только потому, что дочь директора вышла из декрета и ей нужна работа. Конечно, внука Маргарита Владиславовна взяла в свой садик, и дочку решила тоже, чтобы все под присмотром и при деле. А меня можно и за порог, я же женщина взрослая, самостоятельная и одинокая. И ведь не поскандалишь, это частная лавочка, и порядки здесь устанавливает владелец, а именно Маргарита Владиславовна. Пришлось стиснуть зубы, загнать желание высказать все этой даме в лицо поглубже и написать заявление. Наверное, не будь вчера предательства Васи, я легче пережила бы – ну найду другую работу, вдруг даже получше нынешней. Но сейчас стало так горько и обидно за себя, что аж глаза защипало от навернувшихся слез. Несправедливость в жизни я всегда переживала тяжело.
Я медленно шла куда глаза глядят, ничего не видя перед собой – окружающее расплывалось от слез, в груди жгло, и в голове метались растерянные мысли, как дальше жить. Нет, ну понятно, что снова искать работу, снова, наверное, пытаться наладить личную жизнь… И вообще, завтра утром я даже и не вспомню о своих сегодняшних страданиях, погрузившись в недра Интернета и форумов с резюме и вакансиями. Но сейчас было очень жалко себя и обидно, и следовало немного отвлечься. Надо посидеть, выпить кофе с пироженкой, выдохнуть, и все будет хорошо, все наладится, обязательно.
Приняв такое решение, я свернула на улочку недалеко от садика, в любимое кафе, где варили потрясающий кофе со специями – то, что надо, когда, несмотря на теплый погожий весенний денек, по телу то и дело прокатывается прохладная дрожь. Села за столик, сделала заказ, бездумно теребя салфетку и ни о чем конкретно не думая…
– Простите, у вас не занято? – раздался приятный мягкий голос, и я вскинула голову, не сразу осознав, что обращаются ко мне.
Около столика стояла невысокая хрупкая женщина лет за сорок, с аккуратно собранными в пучок светлыми волосами, внимательным взглядом неожиданно темных, как вишни, глаз и в приглушенно-розового цвета костюме.
– Нет, – рассеянно отозвалась я, мимолетно удивившись, что дама подошла ко мне – в кафе оставалось достаточно свободных столиков.
Она грациозно опустилась на стул, внимательно посмотрела на меня и скопировала позу, подперев ладонью подбородок и улыбнувшись шире.
– Что грустим? – бодро поинтересовалась она так, будто мы давно знакомы и встретились поболтать, как старые подружки.
Вообще, я легко сходилась с людьми и не прочь в самом деле пообщаться. Вздохнув, ответила незнакомке:
– Да вот, любовник обманул вчера, сегодня с работы уволили, потому что директорской дочке место понадобилось…
– Пфеф, – небрежно фыркнула дама и отмахнулась. – Тоже мне, повод нашла. Что, любовник так уж хорош был? – Она лукаво усмехнулась и выгнула бровь, глаза весело блеснули.
Я озадаченно моргнула, вспомнив Василия.
– Ну не сказать, чтобы прямо ах, – протянула в ответ.
– Неужели любила?! – с притворным ужасом предположила дама, и я невольно улыбнулась – ее настроение оказалось заразным, и моя внезапная хандра начала таять, как утренний туман под ясным солнышком.
– Да боже упаси, – в тон ей откликнулась я и откинулась на спинку стула. – Так, нравился, хорошо с ним все-таки было…
– Ой, я тебя умоляю, – незнакомка закатила глаза. – Тебе просто не с чем сравнивать. Что же до работы, – она прищурилась, и взгляд стал острым, испытующим. – Неужели нравилось варить кашки и супчики, да запеканки делать детишкам?
Вот тут я неожиданно смутилась, опустила взгляд и начала выписывать узоры на столешнице.
– Ну, шеф-поваром в ресторан точно не возьмут, а просто готовить по меню скучно, – я замолчала и пожала плечами.
Душа требовала творчества в рецептах, и в садике худо-бедно это удавалось, поскольку я была главной на кухне. В ресторане же вряд ли дадут такую свободу. Тут мне принесли мой кофе, а вот на мою собеседницу официантка внимания не обратила, а та и не собиралась, видимо, заказывать что-то.
– Знаешь, – задумчиво произнесла дама, сцепив пальцы и поставив на них подбородок. – Есть у меня вариант с работой. И для творчества простор, и начальник очень хороший, он только рад будет помощнице с таким талантом.
Я тут же заинтересовалась, даже не задавшись вопросом, с чего бы совершенно незнакомой тетке предлагать мне вкусное место работы. Где-то внутри таилась убежденность, что в жизни просто так ничего не происходит и глупо было бы не использовать подвернувшийся шанс.
– Какой-то частный ресторан? Как называется? – спросила я, отхлебнув горячего напитка.
– Не совсем, но тебе понравится, я уверена, – заявила дама и достала из сумочки визитку. – Держи, позвони завтра, договоримся о встрече. Я предупрежу моего знакомого.
– Спасибо, – кивнула я, разглядывая кусочек картона, покрытый перламутром и красивыми золотистыми завитушками.
Там значилось только имя: Вышинская Любава Мирославовна. Ого, имечко. Ну и ниже – номер.
– Будем строить твою жизнь заново. – Подмигнув, Любава поднялась и одарила еще одной усмешкой. – И не смей думать, что все плохо, – строго прибавила она. – Все только начинается, Иоанна. До встречи! – она помахала рукой и направилась к выходу.
Я же ошарашенно смотрела ей вслед, пытаясь понять, когда успела сказать свое имя, ведь не читает же она мысли, в самом деле! В эмоциях воцарился легкий сумбур, но преобладало над всем смутное предвкушение, от которого подводило живот и сердце начинало скакать по всей груди. Давно в моей жизни сюрпризов не случалось, особенно приятных, и, пожалуй, я к ним готова! Остаток дня прогуляла по городу, пользуясь погожим деньком, и домой вернулась в полном порядке. Все же отлично, на самом деле. Избавилась от женатика, получила интересное, интригующее предложение, так что жизнь прекрасна.
А работа, ну что работа? И в самом деле, кашки да молочные супчики поднадоели. Да здравствует креатив! В общем, умылась, поужинала и забралась под одеяло, практически сразу нырнув в сладкие объятия Морфея. И кто бы знал, каким будет пробуждение!
Сознание включилось резко, как будто кто-то невидимый нажал на кнопочку. Я распахнула глаза, пытаясь собрать мозги в кучу и не совсем понимая, где нахожусь, и вообще с осознанием себя возникли проблемы. Первое, за что зацепились мысли, это собственное имя: Иоанна. И все, на этом сведения о себе, любимой, заканчивались. Ой, нет, еще твердо знала, что обожаю готовить, умею это делать и с удовольствием изобретаю новые рецепты. Я с некоторой опаской открыла глаза, отметив, что мне как-то не слишком удобно лежать, что-то определенно мешало под поясницей. Я находилась в большом светлом помещении с рядами кроватей, но больницей не пахнет, наоборот – чем-то неуловимо свежим и терпким, будто сушеными травами с примесью специй. А рядом с кроватью сидела улыбчивая женщина средних лет в простом зеленом платье из льна и доброжелательно смотрела на меня.
– Вы кто? – голос был немного хриплый, видимо спросонья.
Приподнявшись на локтях, я еще раз огляделась, отметила, что сама одета в подобие ночной рубашки с длинными рукавами и воротом, а еще… Мои волосы. Серебристого оттенка, тоже длинные, гораздо ниже плеч, и завивавшиеся крупными локонами. В сердце кольнуло беспокойство, отчего-то я была твердо уверена, что имела несколько другую внешность.
– С пробуждением, милая, – отозвалась женщина и наклонилась, заботливо поправив подушку. – Как себя чувствуешь? Хочешь встать?
– Н-нет, хорошо чувствую. Наверное. – Я помотала головой, чувствуя какую-то странность и на ней.
Рука невольно потянулась пощупать, и… О господи ты боже ж мой! Пальцы наткнулись на что-то мягкое, теплое и живое, являвшееся совершенно точно частью меня. И больше всего похожее на большое кошачье ухо… От неожиданности я отдернула руку и – черт возьми!!! – нервно дернула этим самым ухом! М-мамочки! Кто я?!
– Тише, родная, все в порядке, – успокоила женщина, видимо, заметив всю гамму эмоций на моем лице.
– Ч-что со мной? – пробормотала я сипло и откинула одеяло, собираясь вскочить.
Да, вскочила, хотя и пошатнулась, ноги держали не слишком хорошо. А потом замерла, ошарашенно глядя на обвившийся вокруг ног… роскошный пушистый хвост белого цвета, определенно принадлежавший тоже мне. Ушки, хвост… Ы-ы-ы-ы-ы! Сознание впало в ступор, мысли трусливо попрятались по углам, а разумная часть меня категорически отказалась выдавать приемлемые объяснения. Я – оборотень?! Коленки подогнулись, я рухнула обратно на кровать, едва успев убрать хвост, чтобы не сесть на него, и уставилась на женщину.
– Кто я? – жалобно спросила, чуть не хлюпнув носом от расстройства.
– Ты – аррини , дорогая моя. – Она погладила меня по ладони. – Твоя душа пришла в этот мир и заняла это тело, милостью богини. Добро пожаловать в Рамиос, девочка.
– А… аррини?.. – пробормотала обескураженно, хлопая ресницами и глядя на женщину. – Оборотень, что ли?
Та весело рассмеялась и покачала головой.
– Ну что ты, милая. Это переселенцы, – пояснила она. – Те, кого в их родных мирах ничего не держит и кому наша богиня дала шанс начать все сначала. Без груза прошлых неудач и плохих воспоминаний. Здесь у вас новое тело и новая жизнь, милая. Как тебя зовут? – поинтересовалась женщина.
У меня же в памяти всплыло словечко «попаданка» – наверное, из прошлой жизни. Так, значит, я из другого мира… И в нем не осталось ничего дорогого, если верить словам сиделки. Эмоции слегка улеглись, хотя еще потряхивало, и сознание пыталось цепляться за обрывки мыслей, выудить хоть какие-то воспоминания, но безрезультатно. Все, что составляло мое прошлое, исчезло. Неужели там было так плохо? Я нахмурилась, рассеянно почесала около уха и едва не хихикнула от неожиданности – оказалось приятно, по коже разбежались щекотные мурашки. Хм, вот точно как у кошки.
– Иоанна, – представилась я послушно.
– Красивое имя, – искренне восхитилась женщина. – Я – Виттара, служительница при храме Любомиры. Помогаю аррини после пробуждения.
– И как тут все устроено? – Я помахала рукой в воздухе, чувствуя себя все увереннее с каждым мгновением.
Раз меня сюда перенесло, значит, так тому и быть. Не помню прошлого? Оно, наверное, к лучшему. Себя помню, это самое главное, ну а как устроиться, разберусь. В конце концов, готовить умею – не пропаду.
– Есть король, есть магия, – охотно начала рассказывать Виттара. – Переселенцы весьма уважаемы, и заполучить такого в работники считается большой удачей. Кстати, что ты умеешь делать? – спросила она. – Богиня оставляет навыки, которые пригодятся здесь, в нашем мире.
– Готовить, – не задумываясь, ответила Виттаре. – Очень люблю это дело.
– О! – просияла женщина, и я оторопело почувствовала, как мои уши в самом прямом смысле встали торчком, как у кошки, реагируя на всплеск любопытства. – Так это же здорово! Во дворце как раз королевский повар набирает себе помощников! Решено, сегодня же отправишься во дворец, – заявила Виттара. – Сейчас только утро, как раз к обеду и будешь. Пока оденем тебя, приведем в порядок, я напишу рекомендацию и расскажу, как добраться.
Признаться, я слегка напряглась, услышав о дворце. Как-то слишком круто для скромной попаданки, на мой взгляд.
– А меня туда точно пустят? – с сомнением переспросила у Виттары.
– Анни, голубушка, конечно, пустят, – заверила она, и я решила положиться на служительницу – ей уж точно лучше известны здешние порядки. – Так запомни, магии тебе нечего бояться, все аррини изначально лишены ее, и на них она не действует вообще.
– О как. – Я помолчала, обдумывая новость, и пришла к выводу, что, пожалуй, она мне нравится.
И без магии обойдусь как-нибудь.
– Ну, пойдем оденем тебя? – предложила Виттара, встав и протянув мне руку.
Я снова поднялась, уже увереннее, и не удержалась, оглянулась, рассматривая новую часть тела, пушистую до безобразия и весьма своенравную. Надо еще приноровиться управлять ею, а то ведь нехорошо людей сшибать собственным хвостом. Потом пошла за Виттарой к одной из боковых дверей, где скрывалась обширная гардеробная. И вот там-то и увидела наконец, как выгляжу в этом мире…
Хорошенькая мордашка с широко раскрытыми, яркими зелеными глазами, пухлыми губами и длинными ресницами, густая копна непривычного оттенка волос – платиновые, снова всплыло определение из прошлой жизни. И – уши. Приличного размера, покрытые мягкой белой шерсткой снаружи и трогательно розовые внутри. Ох, как непривычно-то, мама моя. Пристально уставившись на них, сосредоточилась и… пошевелила. Получилось настолько по-кошачьи, особенно в сочетании с остальной почти кукольной внешностью, что от собственного отражения мимиметр превысил все мыслимые значения. Ой, опять словечко от прошлой меня. Забавное, однако, но очень точно выражает суть. М-да. Чую, желающих потискать такое чудо, как я, найдется предостаточно и придется их скалкой отгонять. А то и чем посерьезнее. Подавив вздох, отвернулась от зеркала и поспешила к Виттаре, уже отобравшей одежду.
– Ты не переживай, тут все новое, специально купленное, королевским указом все наши покупки оплачиваются из казны. И размеры всякие есть. Ну-ка, давай примеряй, – она сунула мне в руки ворох ткани и подтолкнула в сторону ширмы.
Спустя некоторое время я стала обладательницей симпатичной льняной юбки ярко-красного цвета, украшенной по подолу вышивкой бисером и тесьмой, под нее полагались нижние, крахмальные, придававшие форму и не мешавшие при этом ходить. Под мой роскошный хвост имелась и прорезь, и аккуратные завязки не давали юбке свалиться с меня. К ней прилагались блузка с вырезом лодочкой и пышными рукавами и корсаж под грудь, не мешавший дышать и придававший моим и без того вполне притягательным формам аппетитный вид. Нижнее белье тоже порадовало: батистовая сорочка на тонких лямках и трусики, похожие больше на короткие шортики, с тесемками по бокам. И чулки, да, куда же без них. В общем и целом, покрутившись перед зеркалом, я осталась вполне довольна: ничего нигде не жало, не мешалось, и если бы не пресловутые ушки и хвост… Ладно, придется привыкать к этому. Хорошо еще, хвост не настолько длинный, чтобы мести землю, а то замучилась бы ухаживать.
– Так, дорогая, держи, – Виттара тем временем черкнула несколько строк на бумаге настоящим пером, окуная его в чернильницу. – Отдашь пану Жижтову, это королевский повар, – женщина протянула мне записку. – Жилье во дворце тебе дадут, и жалованье тоже будешь получать, а пока вот, на первое время, – и за бумагой последовал кожаный мешочек, в котором приятно звякнуло.
Все это сложила в сумку, повесив на плечо и крепко прижав к себе, чтобы, не дай бог, не украли. Виттара окинула меня взглядом, удовлетворенно кивнула и повела к выходу из храма, давая последние наставления.
– Храм стоит на главной площади, от него отходит центральная улица, иди прямо по ней и доберешься до дворца. Только никуда не сворачивай! – строго предупредила она.
Я кивнула, с любопытством оглядываясь: мы уже вышли в основное помещение храма. Светлый, пронизанный лучами света из стрельчатых окон, украшенный множеством горшков с цветами и фресками на стенах, он производил впечатление. Я слегка поморщилась от ударившего в нос сладкого аромата, кажется, мне еще и слишком чувствительное обоняние досталось. Ладно, тоже полезная особенность, если подумать. Справа в нише стояла мраморная статуя женщины, показавшейся смутно знакомой, особенно вот эта лукавая улыбка. Надо понимать, та самая Любомира, по милости которой я и очнулась в этом мире.
Людей в храме оказалось не так много, в мою сторону с любопытством косились, однако не пялились в открытую, видно, и правда аррини не такая уж редкость. Мы подошли к широким распахнутым воротам, и Виттара остановилась.
– Ну, милая, удачи, – она кротко вздохнула, начертила в воздухе какой-то знак – наверное, местное благословение. – Если что, я всегда рада тебя видеть, – тепло улыбнулась моя первая знакомая в этом мире. – Тебе туда, Анни.
Я оглянулась, шагнула на площадь, выложенную брусчаткой, и полной грудью вдохнула воздух нового мира. Ой, это зря. В нос тут же ударило множество запахов, он зверски зачесался, и я чихнула, тряхнув головой. Уф. Надо поосторожнее, пока не привыкну. И я осмотрелась, немного нервно облизнувшись и чувствуя, как суматошно колотится от волнения сердце.
Площадь, где располагался храм Любомиры, оказалась треугольной. Передо мной, сомкнувшись углами, стояли еще два здания, одно со шпилем и часами, красно-кирпичного цвета – ратуша, и второе – массивное, торжественно-монументальное, с колоннами и портиком. По внешнему виду и не понять, какое у него назначение, и я решила потом спросить у кого-нибудь. От острого угла начиналась прямая, широкая улица, а впереди… Мой зачарованный взгляд замер на холме, возвышавшемся над городом, вершину которого венчал дворец. Точнее даже, ажурный замок с множеством башенок, изящных перемычек-галерей между ними, шпилей, и выглядел он как взбитые сливки на марципановом торте. Даже отсюда резиденция местного короля смотрелась воздушной и притягивающей взгляд, очень гармонично вписываясь в общий вид города. А внутри, наверное, там вообще красотища…
Вздохнув с легким разочарованием – кто же пустит повариху в парадные залы, – я взяла себя в руки и неторопливо пошла вперед, к главной улице. Народу на площади было не так чтобы много, но достаточно, и я снова ловила любопытные взгляды, особенно от детей. Надо беречь хвост, а то не успеешь оглянуться, как найдется какой-нибудь ушлый, жаждущий запустить потные пальчики в пушистый мех. В центре площади даже располагался небольшой сквер с несколькими деревьями и скамейками под пышными кронами. Весьма продуманно, учитывая яркое солнышко и довольно жаркий день – климат здесь мне уже нравился.
Центральная улица называлась Триумфальным проспектом и была действительно широкой, с тротуарами и стоками для дождевой воды. Экипажи и всадники двигались в две полосы, в обе стороны, на перекрестках в специальных будочках стояла городская стража в темно-зеленых мундирах, зорко поглядывая на прохожих. Широкие витрины двух- и даже трехэтажных не магазинов, салонов – в основном, конечно, разнообразных нарядов. Отдельно стоящие особняки, полагаю, местной аристократии, окруженные садами с фонтанами и яркими клумбами за коваными заборами. Солидные рестораны с швейцарами и уютные кафе со столиками на улице, откуда мой чуткий нос улавливал божественные ароматы, и я невольно притормаживала, едва не облизываясь.
Город мне нравился с каждым мгновением все больше. Шумный, живой, разноцветный, завораживающий, и кстати – чистый. Везде стояли урны, сюрпризы от лошадей убирали специальные люди с тачками, ловко маневрируя между экипажами и всадниками, и я не удивлюсь, если здесь в домах нормальный водопровод имеется. В памяти почему-то крутились обрывки каких-то суждений насчет того, что средневековые города ужасно грязные и вонючие – наверное, отголоски прежней жизни. Может, в моем мире все было по-другому, но здесь – вот так. И это радовало.
Попадались, кстати, и такие, как я, пока дошла до середины проспекта, встретила аж двоих. Мужчина, похожий на спаниеля, высокий, с грустным вытянутым лицом и вислыми ушами, и дородная пышнотелая дама, ее ушки были круглыми и плюшевыми, а хвоста я не увидела – наверное, он короткий и под юбкой. Счастливица… Мне же все сильнее хотелось взять собственный в руки, чтобы ненароком не прищемить или не дай бог, хм, обшерстить кого-то из прохожих. Может, именно поэтому, слишком занятая своенравной пятой конечностью и слегка пришибленная ворохом новых впечатлений, я не обратила внимания на притормозивший у тротуара наемный экипаж, из которого вышла особа в плаще с накинутым на самый нос капюшоном.
Я буквально врезалась в нее, чуть не сбив с ног, и только открыла рот, чтобы извиниться, как леди прошипела не хуже гадюки:
– Глаза разуй, кошка драная! Путаются тут всякие!..
После чего, стремительно развернувшись, незнакомка скрылась среди прохожих, оставив меня растерянно хлопать ресницами. А еще на брусчатке я заметила черный бархатный мешочек.

Глава 2

– А… – дернулась было, выискивая впереди фигуру в плаще, но куда там.
Леди исчезла, а мешочек остался, маня своим загадочным видом. Взять или не взять? А вдруг мадам хватится и потом обвинит в воровстве? Я осторожно оглянулась, но прохожим до меня и мешочка никакого дела не было. Ну, в конце концов, сама виновата, если что-то драгоценное, в следующий раз внимательнее будет. Я и подняла вещицу, тут же с любопытством заглянув внутрь. Там оказался крупный бордовый, неограненный камень. Озадаченно покатала его между пальцами, чувствуя, как уши встали торчком. Драгоценный или нет? Раз память не выдала никаких сведений на сей счет, раньше я, надо понимать, неограненных драгоценных камней не видела. Ладно, как появится возможность, схожу к ювелиру, отдам на проверку, что это вообще такое. И я направилась дальше по проспекту, спрятав находку в сумку и теперь уже внимательнее глядя по сторонам.
До самого дворцового комплекса больше ничего, слава богу – или богине уже? – не случилось. Хвостом никуда не влезла, за уши теребить не пытались. Проспект упирался в еще одну небольшую площадь перед воротами, около которых стояли королевские гвардейцы в фиолетовой с белым форме. Сам холм окружала высокая стена, подозреваю, еще и магией опутанная, раз оная в этом мире присутствует. Нашарив в сумке записку от Виттары, я смело подошла к охране и протянула бумагу, хотя в животе от нервных переживаний образовалась гулкая пустота.
– Добрый день, – вежливо поздоровалась я с рослым гвардейцем. – Подскажите, как я могу найти господина Жижтова?
– О, аррини! – Брови гвардейца поднялись, заинтересованный взгляд скользнул по мне. – В помощницы пришла? – понимающе кивнул он. – Пойдем, проводят тебя, а то заблудишься.
Я послушно зашагала за ним до караулки, где мне отрядили в сопровождающие такого же плечистого молодца, только с буйной русой шевелюрой, и мы начали неспешно подниматься по террасам парка. Слева плавно изгибалась вокруг пологого холма подъездная аллея, вдоль которой росли раскидистые деревья, образуя зеленую арку. Меня вели по центральной дорожке, а я рассматривала окрестности, восхищаясь яркими клумбами, беседками, увитыми плющом и дикой розой, фонтанами и статуями. Живая изгородь разной высоты делила парк на отдельные уютные уголки, где можно было отдохнуть или уединиться, справа же парк плавно переходил в лесистую часть, судя по пышным темно-зеленым кронам. Симпатично, ничего не скажешь. А впереди вырастал дворец, вблизи похожий на ажурное произведение искусства гениального архитектора. Ощущение воздушности сохранялось благодаря все тем же башенкам и шпилям, соединявшимся бесконечными переходами с витражными стеклами, только центральная часть представляла собой единое здание.
Перед главным входом с крыльцом и портиком с балконом располагалась просторная площадка, двери охраняла очередная пара гвардейцев, но меня повели в обход здания.
– Кухня дальше, – коротко ответил мой сопровождающий на вопросительный взгляд.
Эх. А хотелось бы пройтись по дворцу, посмотреть, как там внутри… С другой стороны, не нужно мне лишнее внимание придворных, ну его. Мы обогнули главный корпус, украшенный лепниной, мозаичными панно и скульптурами, прошли еще немного мимо пристроек с галереями и остановились около скромной деревянной двери.
– Вам сюда, – и гвардеец негромко постучал.
Раздался скрежет замка, и через мгновение створка распахнулась, явив моему взгляду короткий коридор со светлыми, крашеными стенами и сидевшего у двери подростка, одетого в льняные штаны, башмаки и чистую белую рубаху. При виде меня его глаза восторженно заблестели, и я чуть позорно не спряталась за спину гвардейца, чувствуя угрозу и ушкам, и хвостику. Черт, хоть табличку вешай: «Не трожь – покусаю!» Ну или нарычу в крайнем случае…
– К пану Жижтову, – сообщил мужчина, аккуратно подтолкнув меня к порогу.
– А… Да-да, конечно! – отмер парнишка, все так же не сводя с меня взгляда.
Грозно нахмурив брови, хотя, подозреваю, это не произвело никакого впечатления, я поджала губы, демонстративно подхватив хвост и прижав его к себе, и вошла, задрав нос. Я не кошка, ну правда, чтобы каждый встречный норовил потискать! За спиной раздалось едва слышное хмыканье с отчетливыми ехидными интонациями, будто гвардеец мог слышать мои мысли, а потом дверь закрылась, и парнишка повел за собой, то и дело оглядываясь.
– Вы в помощницы, да? Здорово! Это большая удача, аррини во дворце! А теперь будет целых два! Вас обязательно возьмут, я уверен! – тараторил он, к моему облегчению, не делая попыток как-то подобраться к хвосту.
Вот и здорово. Мы вышли из коридора и оказались в небольшом круглом помещении, полном стражи – у них здесь было что-то вроде караулки. Отсюда же разбегались еще несколько коридоров с дверьми, и по одному из них мы и направились. Я удостоилась лишь косых взглядов, но никто не спрашивал, к кому и кто такая. Ну и хорошо. Парнишка вел меня дальше в лабиринт коридоров и подсобных помещений, навстречу нам то и дело попадались спешащие по своим делам горничные и иная прислуга. И все только мельком окидывали меня любопытными взглядами, особо не докучая вниманием.
А вскоре, когда мы вышли в очередной широкий коридор, мой нос уловил ароматы разнообразной стряпни, и, прежде чем проводник указал направление, впереди раздался громогласный рассерженный рев:
– Марька!!!
Я аж вздрогнула, невольно отступив на шаг и с опаской покосившись на широкий проем – голос доносился оттуда. А парнишка, широко улыбнувшись, махнул именно туда:
– В общем, кухня там, – и шустро скрылся, оставив меня одну.
С сомнением покосившись на вход, я сделала пару шагов, и тут из кухни выскочила всхлипывающая девушка, чуть не врезавшись в меня, и крикнула кому-то – полагаю, обладателю могучего баса:
– Я не специально, пап! Ой, – а это уже мне, я еле успела увернуться от барышни по имени Марька. – П-простите… – запнувшись, произнесла она почти шепотом, а я смотрела, как увеличиваются ее глаза и на дне зрачков загорается отчетливый восторг. – Аррини?! – тихо пискнула дева, всплеснув руками. – Настоящая?
Нет, игрушечная. В самом деле, начинает немножко раздражать. Марька выглядела лет на шестнадцать-семнадцать, с длинной русой косой до пояса, толщиной с мое запястье, с широко раскрытыми наивными глазами красивого темно-серого цвета. Лицо сердечком, нежные черты, и, в общем и целом, весьма эльфоподобная барышня. Дополняли образ платье нежно-голубого цвета с кружевной белой оборкой по низу и передник. Я осторожно кивнула, на всякий случай держась подальше от девицы, и быстро произнесла:
– Пришла к пану Жижтову наниматься помощницей. Мне сказали, ему требуются…
– Ой, ты к нам?! – тем же нездоровым восторженным тоном перебила она и ухватила меня за руку. – Пойдем скорее, папа будет очень рад… наверное, – неуверенно добавила Марька, чуть притормозив перед порогом. – Меня Маруня зовут, – едва слышно представилась она, глубоко вздохнула и шагнула вперед.
Так, неужели это вот существо – дочь королевского повара? Судя по всему, да. Интересно… И я решительно вошла за ней в царство пана Жижтова. Тут царила на первый взгляд совершенно бессмысленная суета, шум, выкрики, что-то шкворчало, булькало, шипело. Душный, влажный воздух наполняли разнообразные ароматы, от которых я едва не расчихалась с непривычки, морщась и фыркая. Помещение кухни оказалось большим, просторным, сквозь широкие окна ближе к потолку падали косые лучи света, да и несколько люстр в три-четыре яруса вполне сносно освещали вотчину пана Жижтова. Вдоль стен стояли столы, где что-то резали, смешивали, раскладывали, взбивали, у дальней стены виднелось несколько больших очагов с котелками, жарящимися тушами, отдельно стояли и печки, где что-то выпекалось. Глаза разбегались, и я в растерянности замерла, хлопая ресницами и силясь понять, что делать и к кому обращаться. Только ничего не успела придумать, снова раздался рев, причем гораздо ближе, и я чуть не оглохла и даже слегка присела от неожиданности.
– Половник тебе в задницу, да что ж ты творишь, индюк ощипанный! Сейчас выкипит же, снимай быстро! Куда ты столько соли, хвост мне в рот, я же сказал, половину чайной ложки! Марька, живо за стол, горе мое луковое, как хочешь, исправляй салат!
Мой оторопелый взгляд замер на мужчине внушительных габаритов, он командовал всей этой неразберихой, стоя на возвышении у противоположной стены, зорко наблюдая со своего места за подчиненными. И все бы ничего, но пан Жижтов оказался… аррини. Буйная, густая шевелюра каштанового цвета, похожая на кучеряшки игрушечной собаки, лохматые уши, круглое лицо и кустистые брови, сейчас грозно нахмуренные. Он напоминал шумного барбоса, который только кажется грозным, а на деле добрый и отзывчивый. Королевский повар скользнул по мне заинтересованным взглядом, пошевелил бровями и кивнул своим мыслям.
– Ты! – в меня уткнулся толстый, мясистый палец. – С Марькой встанешь, а там посмотрим! Живее, живее, что вы как воблы вареные, скоро второй завтрак накрывать! – хлопнул Жижтов в ладоши.
Первая растерянность прошла, и я ощутила уверенность, что нахожусь на своем месте. Ухватила Маруню за руку и решительно заявила:
– Показывай, что ты там наделала.
Горе-повариха вздохнула, ее глаза стали печальными и подозрительно заблестели, но она послушно подвела к одному из столов и махнула на глубокую салатницу.
– Вот, – грустно сообщила Маруня. – Я задумалась и вместо обычных листьев зелени добавила лимонного клевера, а он кислый.
Заглянув в емкость, опознала нечто, похожее на рукколу, и огурцы. Ага. Повела носом, принюхиваясь, и скомандовала:
– Принеси мне фартук, еще – редис, соевый соус и бальзамический уксус…
– Чего? Редис есть, а остальное – не знаю, – переспросила Маруня не слишком уверенно, и я запоздало подумала, что здесь эти вещи наверняка или по-другому называются, или есть их аналоги.
Вздохнула, повязала фартук и поправилась:
– Тогда покажи, где у вас всякие добавки хранятся. И режь редис пока.
Девушка подвела к большому деревянному шкафу, где на полках аккуратно стояли разнообразные баночки и бутылочки с содержимым всех цветов, и я доверилась нюху. Нашлись здесь и аналоги соевого соуса и бальзамического уксуса, и я, довольная, направилась к столу, бережно и крепко прижимая бутылочки. Только вот где-то на середине пути остро ощутила чей-то недобрый взгляд, от которого за шиворот словно пригоршню снега высыпали. Едва не споткнувшись, я быстро пробежалась глазами по кухне, недоумевая, за что удостоилась такой неприязни, и наткнулась на девицу с подносом свежеиспеченных булочек. Довольно миленькая, в чепце, из-под него выбилось несколько темных локонов, но все портили поджатые губы и гримаска неудовольствия. Хм. Ладно, буду иметь в виду и возьму девицу на заметку, мало ли что, и Маруню спрошу, кто это такая.
– Вот, – подошла к нашему столу и, еще раз принюхавшись, быстро полила поочередно добытыми соусами – редис девушка уже порезала. – Ну, совсем другое дело, – удовлетворенно кивнула, попробовав получившееся. – Маруня…
Только спросить не успела, к нам совершенно неслышно, что удивительно для подобной комплекции, подобрался пан Жижтов. От его громкого голоса над ухом я едва не подскочила, запутавшись в юбках и собственном хвосте.
– И что тут у вас? – Его лохматая голова наклонилась над моим плечом, и королевский повар подхватил порцию салата большой деревянной вилкой. – Посмотрим…
Покосившись на него, я осторожно отступила в сторону, пока Жижтов с сосредоточенным видом жевал мое творение, потом задумчиво кивнул и выпрямился.
– Что ж, неплохо, – прогудел удовлетворенно королевский повар и подхватил миску. – Можно отправлять. Займитесь теперь паштетом. – Жижтов покосился на дочь: – Маря, расскажешь рецепт, а потом и познакомимся поближе. – После чего он оставил нас, на ходу подзывая к себе кого-то из помощников и вручая миску с салатом.
– Маруня, – тихонько позвала я воспрянувшую духом девушку. – А кто вон та девушка? – кивнула на проходившую невдалеке девицу, даже не посмотревшую в нашу сторону.
– А, это Алаира, – охотно ответила та. – Тоже недавно пришла в помощницы наниматься. Но знаешь, она мне не нравится, – доверительно сообщила Маруня, заглянув в глаза.
– Ладно, что там с паштетом? – вернула я разговор в деловое русло.
Ну понятно, конкурентка, значит. Похоже, насчет возможных гадостей я права и нужно держать ухо востро с этой барышней.
– Забери вон там, у Крыни, она обычно готовит основы, – Маря указала на стол неподалеку, где невысокая девушка, тоже в чепце и переднике, с сосредоточенным видом мешала что-то в большой миске.
– Ага. – Я отправилась за паштетом, мельком отметив, что чепец и мне не помешал бы, надо обзавестись обязательно.
Я забрала миску с пастообразной светлой массой, пахнувшей курицей, пока без специй и добавок, и в голове тут же отчетливо всплыл рецепт. Интересно, насколько отличается местный вариант?.. Ох, зря я задумалась, этим немедленно воспользовалась Алаира и довольно сильно толкнула в плечо, проходя мимо, – уверена, нарочно. Я чуть не выронила глиняную миску, зыркнув на вредную особу, а она еще и что-то просыпала из открытой банки, одарив гаденькой и одновременно сладкой улыбочкой.
– Ой, прости, не заметила! Тут такая суматоха! – пропела она, хлопнула ресницами, и в глубине глаз отчетливо загорелся злорадный огонек.
Я повела носом и сморщилась: Алаира сыпанула мне сахара в паштет. Ах так, да? Я посмотрела вслед девице, прищурившись, и в сознании вдруг прозвучала странная строчка: «А я маленькая ме-ерзость, а я маленькая гнусь…» Привет из прошлой жизни? Полагаю, да, но очень подходит к моему воинственному настрою. Только мстить мы будем тоньше, пока же…
– Ой, как же так! – горестно всплеснула руками Маруня, углядев засыпанную сахаром массу. – Папа снова ругаться будет… – тоскливо протянула она и душераздирающе вздохнула, шмыгнув носом.
– Не реви, – решительно прервала я слезоразлив. – Так, специи где у вас? И принеси сливочного масла, чернослива, орехов и тертой на мелкой терке моркови.
Брови Маруни поднялись, но переспрашивать и уточнять она не стала, отвела меня к шкафчику со специями, а сама пошла добывать требуемое. Я принюхалась, безошибочно нашла аналог мускатного ореха, смесь перцев, пикантную и душистую, и на обратном пути прихватила еще пучок укропа. Должно получиться необычно, нежно и вкусно. В четыре руки мы с Маруней быстро смешали все, перетерли пестиком в однородную массу, и я попробовала паштет – отлично вышло, и сахар ничуть не испортил! Маря, попробовав, восторженно пискнула, и во взгляде девчонки опять мелькнуло обожание.
– Ну, как тут дела? – Жижтов снова подкрался незаметно, а может, это я слишком увлеклась процессом готовки.
– Прошу, – с улыбкой повела рукой, отступив от стола и предлагая попробовать творение рук своих.
Королевский повар на сей раз подошел с ложкой, тоже внушительных размеров, продегустировал паштет, и на его лице отразилось удовольствие.
– Мм, какой необычный рецепт, расскажешь потом, – кивнул он. – Так, пушистая моя, пойдем пообщаемся, – Жижтов крепко ухватил мое запястье мозолистой рукой и потянул за собой.
Кухню мы покинули и зашли в небольшой кабинет рядом, и после того, как закрылась дверь, тишина даже слегка оглушила. Я отдала записку от Виттары, представилась, Жижтов что-то отметил в увесистой книге и дернул толстый шнур – наверное, кого-то вызывал.
– Значится, так. – Он откинулся на спинку, окинул меня внимательным взглядом. – Сейчас подойдет моя супруга, дворцовая экономка, она ведает размещением слуг и обеспечением всем необходимым. Кухня начинает работать с пяти утра, но ты можешь подходить к шести, пока разведут печи, подвезут продукты и все такое. Заканчиваем обычно часам к десяти, если никаких торжественных пиров, а бывает, и раньше. Положен один выходной день на неделе, задаток тебе выдам, чтобы обеспечила себя необходимым. С жалованьем определимся к концу недели, понаблюдаю за твоей работой. – Жижтов окинул еще одним внимательным взглядом, и тут открылась дверь, впуская посетителей.
Одна – дородная, пышнотелая дама с живыми карими глазами и румянцем во все щеки, в накрахмаленном чепце и платье, украшенном кружевами. За ней проскользнула неугомонная Маруня.
– Элинка, драгоценная, вручаю тебе заботу об Иоанне, моей новой помощнице, – торжественно сообщил Жижтов. – Сегодня пусть устраивается, обживается, а завтра утром жду на кухне. – Повар поднялся, открыл дверцу одного из шкафов, стоявших рядом со столом темного дерева, и достал из ящика приятно звякнувший мешочек. – Вот, держи.
Я взяла подарок, условия работы во дворце вполне устраивали.
– Спасибо, пан Жижтов, – поблагодарила повара и улыбнулась.
– Пойдем, дорогая, покажу, где ты будешь жить. – Элинка подхватила меня под руку и вывела из кабинета. – Для слуг отведено целое крыло, есть общие купальни, в комнате умывальник и уборная, – по пути рассказывала она, а Маруня пристроилась с другой стороны. – Постельное белье и полотенца выдам, каждую неделю смена…
– Мам, мам, а можно, я покажу Анни в городе, что где? – тут же встряла Маруня, восторженно косясь на меня. – Ну, ей же вещи надо прикупить, одежду там. – Девушка махнула рукой.
– Хорошо, деточка, – легко согласилась пани Элинка и погладила ту по голове. – Только осторожнее, к вечеру чтобы была во дворце!
– Конечно-конечно! – Показалось, Маруня от радости сейчас запрыгает на месте и захлопает в ладоши.
Элинка выдала мне стопку белья в кладовой и проводила в отведенную комнату. На первом этаже, недалеко от кухни, чистенькая и опрятная, с двумя окнами, выходившими в небольшой сад. Узкая кровать, шкаф, стол, стул, пара полок на стенах, в углу – простенький туалетный столик с овальным зеркалом и половик на выскобленном полу. Ничего лишнего, скромно, но я надеялась со временем обжить этот уголочек и придать ему уюта. Спрятав ключ в сумку, я последовала за Маруней к выходу из дворца – мы направлялись в город за покупками.
Только вот дорога наша лежала снова через кухню, где пан Жижтов громогласно грозился надеть кому-то кастрюлю с соусом на голову и засунуть сковородку в интересное место, причем не ручкой. Маруня хихикнула и мило покраснела, я же восхитилась фантазией королевского повара – за ним записывать надо и учить, чтоб потом вот так вот завернуть красиво. И мы даже почти дошли до двери, когда неожиданно позади раздался чей-то высокий, нервный голос, легко перекрывавший шум в кухне:
– Пан Жижтов! Пан Жижтов! Кто готовил паштет сегодня к завтраку?!
Ой. Неужели не понравилось?.. Я замерла, боясь обернуться, только хвост нервно дернулся – хорошо, стояла далеко от столов и не задела ничего. В кухне установилась звенящая тишина, Маруня испуганно покосилась на меня, и, конечно, вредная Алаира не преминула воспользоваться ситуацией.
– Это она! – с отчетливым злорадством наябедничала эта особа и наверняка еще и пальцем показала.
У меня аж между лопатками зачесалось от многочисленных взглядов и, кажется, шерсть на ушах дыбом встала… Рядом тихо пискнула Маруня, и я взяла себя в руки, решительно сжав губы. Рецепт мой, значит, отдуваться тоже мне. Повернувшись, я нашла взглядом щуплого высокого человечка в темно-синей, с серебряным шитьем ливрее, с зализанными волосами – наверное, какого-нибудь лакея или камердинера, я не разбираюсь в иерархии дворцовых слуг.
– Да, это я делала паштет, – спокойно призналась незнакомцу.
А тот вдруг просиял, вытянул руки по швам и торжественно произнес, не сводя с меня глаз:
– Ее величество пожелала, чтобы это блюдо подавалось ей каждый день к завтраку, и тому, кто составил этот рецепт, в награду пять золотых! – после чего развернулся с прямой, как доска, спиной и вышел.
Еще несколько секунд висела тишина, только кто-то негромко присвистнул, и мое чуткое ухо услышало отчетливое досадливое шипение, даже знаю от кого, а потом поднялся гвалт и… Я поспешно выскочила из кухни, не желая отвечать на вопросы о таком удачном рецепте – потом заберу свой приз. Алаира, наверное, теперь локти кусает, что сдала меня с потрохами, и от этой мысли на губах появилась довольная улыбка.
– Небось теперь жалеет, что наябедничала на тебя, – хихикнула рядом Маруня, явно думая о том же, о чем и я. – Так здорово, что твой рецепт понравился! – счастливо заулыбалась дочка повара. – Королева очень привередлива в еде, – с коротким вздохом призналась моя спутница. – Постоянно ей что-то не нравится. Так что ты точно останешься! – радостно закончила девушка, чуть не вприпрыжку скача вокруг меня.
Мы покинули дворец и направились в город. Маруня почти сразу свернула с проспекта и повела куда-то вглубь, где улицы были не такими широкими и дома поскромнее, но все так же чисто, и патрули стражи присматривали за порядком.
– На главной тебе нечего делать, там сплошь для аристократов все, – объясняла на ходу Маруня. – А вот в Торговом квартале лавки попроще и цены подходящие, так что лучше покупать там. После, если не устанешь, могу город показать, – предложила она, и я не стала отказываться.
Следующие два часа мы всласть нагулялись, я с удовольствием окунулась в процесс покупок, обзаводясь всякими необходимыми для любой девушки мелочами. Деньги здесь были трех видов: медные, серебряные и золотые, система весьма проста – по сотне монет предыдущего достоинства в каждой следующей. Отлично. А еще оказалось, что для прислуги из дворца существует доставка. И не придется потом бродить с пакетами и коробками. Я старалась покупать практичные вещи, ноские и без лишних кружев-рюшечек, на кухне они будут только мешать. Однако Маруня уговорила на симпатичное шелковое платье нежно-лавандового цвета, украшенное серебристым стеклярусом, – всего-то один серебряный и пятьдесят медных монет.
– Вдруг на танцы как-нибудь пойдем, – невозмутимо произнесла негодница, стрельнув в меня хитрым взглядом.
– Какие еще танцы? – рассеянно обронила я, расплачиваясь с хозяйкой лавки.
– Ну, вообще, здесь на площадях по вечерам устраиваются танцы. – Маруня лукаво улыбнулась. – Если интересно, можем хоть сегодня…
– Пойдем уже, – оборвала я ее, ухватив за руку и направившись к выходу из лавки.
Может быть, но позже, не сегодня точно. Завтра рано вставать на первый мой рабочий день, и я еще хотела обзавестись какой-нибудь тетрадью и писчими принадлежностями. Буду записывать свои рецепты на всякий случай. Закончив с покупками, мы отправились дальше гулять по Аргунду – так назывался город, столица королевства. На главной площади я уже была, поэтому Маруня повела меня к Фиолетовому кварталу, там располагалась Академия магических искусств.
– А почему Фиолетовый? – озадачилась я, пока мы неторопливо шли по очередной улице, скользя взглядом по фасадам и витринам.
– Потому что там крыши фиолетовые, – невозмутимо пояснила Маруня. – Говорят, первый ректор академии очень любил этот цвет, а еще это официальный цвет королевского дома.
– Слушай, а вообще, как тут с магией дела обстоят? – решила прояснить интересующую меня тему. – Ну, кроме того, что на таких, как я, она не действует?
– Вообще, в пределах первой-второй ступени многие владеют, – охотно начала просвещать меня Маруня. – В основном стихии: воздух, вода, реже земля и огонь. У одного человека может быть только один какой-то дар, стихийный, некромантии, целительский, бытовая магия, артефакторика. Самый редкий – ментальный, на факультете в академии таких учится всего пятеро. Еще реже рождаются универсалы, у них все грани магии в одинаковой степени. – Маруня замолчала, пока мы переходили дорогу, внимательно глядя по сторонам. – Кстати, королевский советник – универсал, – доверительно сообщила она. – О, а вот наш городской парк, он рядом с академией, там частенько студенты тренируются. И, собственно, сама академия.
Я замерла и в восхищении вздохнула, разглядывая высившиеся за оградой шпили и башенки – некоторые весьма причудливо изогнутые, даже закрученные спиралью, а одна так и вовсе походила на хрустальный кристалл, испускавший радужные блики, от которых глазам становилось больно. Ворота на территорию академии были гостеприимно распахнуты, туда-сюда курсировали студенты в разноцветных мантиях, оживленно что-то обсуждая.
– И что, у тебя тоже есть магия? – рассеянно спросила я, продолжая разглядывать сооружение.
– Немножко, и почти бесполезная, воздуха чуть-чуть, – призналась Маруня с явным недовольством.
А дальше продолжить разговор мы не успели: позади раздались крики, шум, дробный стук, и я, резко обернувшись в удивлении, узрела несущуюся прямо на меня обезумевшую лошадь с выпученными глазами и хлопьями пены на морде.
– Анни!!! – успела еще услышать панический вопль Маруни, а ноги как приросли к брусчатке, отказываясь двигаться.

Глава 3

В малом королевском кабинете было слегка тесно: теперь в нем находилось трое мужчин. Точнее, один – юноша лет двадцати трех, приятной наружности, но с поджатыми губами и упрямой складкой между бровями. Остальные – хмурый его величество Казимир за столом и Эрик у окна, с отсутствующим видом смотревший в парк, скрестив руки на груди.
– Юлиан, тебе не приходило в голову, что ночевать в борделе в объятиях гулящей девки не совсем подходит наследнику престола, будущему королю? – негромко, веско произнес Казимир, буравя пристальным взглядом старшенького сына. – Мало фрейлин? Щупай себе на здоровье. – Его величество хмыкнул.
– А они потом начнут настойчиво метить в мои невесты, спасибо, отец, – не скрывая язвительности, тут же отозвался Юлиан, и не думая извиняться.
– Пусть метят, тебе-то что за дело, – невозмутимо парировал Казимир. – От большинства можно откупиться точно так же, как от девок. В общем, так, Юлиан. – Король негромко хлопнул ладонью по столу. – Мне надоели твои детские выходки, буду действовать по-другому. С завтрашнего дня начнешь принимать участие в делах страны, проверю, чему там тебя научили в соседней академии. – Казимир прищурился. – И чтобы никаких сбеганий из дворца, ваше высочество! – строго прибавил он.
Юлиан только открыл рот, чтобы возмутиться, но тут в разговор вступил Эрик:
– Мне потребуется небольшое количество вашей крови, ваше высочество.
В первое мгновение опешили оба, и отец и сын, только Казимир раньше понял, с чего такая странная просьба. Юлиан же с недоумением переспросил:
– Простите, что?
– Ваша кровь, – терпеливо повторил Эрик, чуть прищурившись. – Чтобы в следующий раз мне не пришлось поднимать на ноги стражу в поисках наследника престола, – пояснил он с отчетливой иронией. – И я мог лично явиться за вами, чтобы надавать вам подзатыльников. Или надрать вашу сиятельную задницу, – чуть тише добавил Эрик задумчиво и с таким мечтательным видом, что Казимир чуть не прыснул, развеселившись, но сдержался.
Лицо принца пошло пятнами, он вскочил со стула и сжал кулаки, гневно сверкая глазами.
– Я не мальчишка!.. – выпалил он, дернулся было развернуться и покинуть кабинет, но не тут-то было.
Все с тем же выражением лица Эрик слегка шевельнул пальцами, и ноги Юлиана словно вросли в пол, он не мог двинуться с места ни на миллиметр. Нелепо взмахнул руками, чтобы удержаться, в глазах мелькнуло беспокойство, а князь Леденский неторопливо подошел, окинул принца непроницаемым взглядом и вытащил из ножен короткий острый кинжал.
– Вашу руку, ваше высочество, – как ни в чем не бывало любезным тоном произнес Эрик.
Скрипнув зубами, принц протянул ладонь, первый маг королевства уколол его палец и собрал несколько капель в маленькую склянку, вынутую из кармана, после чего отступил, спрятав добычу.
– Ну вот, мой принц, а вы боялись, – невозмутимо сказал Эрик. – Благодарю вас.
Юлиан метнул на него злобный взгляд, скрипнул зубами и вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью. Казимир проводил отпрыска долгим взглядом и потер слегка щетинистый подбородок.
– М-да, – крякнул он. – И в кого такой, ума не приложу. Когда уже перебесится… – Его величество длинно вздохнул.
– Пусть лучше сейчас, чем когда корону наденет, – веско обронил Эрик. – Я сделаю амулет на крови, не переживайте, больше он никуда не удерет.
Казимир моментально нахмурился и поднялся из-за стола.
– Магия крови отнимает много сил, – протянул он, побарабанив пальцами по столу. – Я не требую от тебя…
– Пока я являюсь наставником принца, я сам от себя буду требовать, – оборвал князь Леденский. – И гораздо проще сделать амулет, по которому я безошибочно найду Юлиана, даже если он будет без сознания. – При этих словах Казимир вздрогнул и нахмурился сильнее.
– Ему грозит опасность? – напрягся король.
– Нет, но я доверяю чутью. – Лицо Эрика на несколько мгновений стало отсутствующим. – Не переживай, я присмотрю за ним, – князь перешел на ты, отбросив официальность. – И пора бы ему невесту присматривать, – добавил он на пути к двери. – Может, тогда гонору поубавится.
– Эрик! – повысил голос его величество. – Не уходи от темы, тебе вредно заниматься такой сильной магией!..
Его светлость взялся за ручку и обернулся, снисходительно улыбнувшись:
– Амулет я зарядил, с утра выпил зелье, сейчас еще приму. Не переживайте, многоуважаемому ректору не придется больше с почившей тещей общаться.
Дверь за Эриком закрылась, а Казимир, опустившись в кресло, произнес в пустоту:
– Ну вообще-то я и так пригласил несколько подходящих кандидаток для Юлиана…
Очень кстати за несколько дней до возвращения принца в Аргунд прибыли два посольства: с юга – из Салавии, маленькой, но уютной страны на берегу моря, славившейся вкусным легким вином и ликерами, и с запада – из Илесты. В одной – две младшие принцессы, во второй – всего одна, однако этого Юлиану хватит. И с той и с другой страной Казимир не против подружиться еще и с родственной стороны, тогда можно будет вести переговоры о снижении пошлин на ввоз товаров… Встрепенувшись и вынырнув из размышлений о предстоящем через день приеме, Казимир занялся бумагами – через час соберется Малый совет, следовало подготовиться.
Эрик зашел в свой кабинет, находившийся на этом же этаже, в крыле, где располагались покои королевской семьи и куда посторонний просто так не мог пройти. Здесь князь в тишине и спокойствии занимался неотложными делами, бумагами, донесениями и прочими важными вещами, и здесь же находилась лаборатория, куда и направился Эрик. Перед тем как заняться артефактом, он достал из шкафчика пузырек с ярко-синей жидкостью, накапал в стакан с водой ровно пять капель, и вода вспыхнула бирюзовым с искорками цветом. Зажмурившись, Эрик залпом выпил зелье, тряхнул головой и, опершись на стол, несколько мгновений постоял, глубоко дыша. От зелья кружилась голова и во рту оставался мерзкий привкус, и вообще, его следовало принимать раз в три дня, но магия крови, как правильно заметил Казимир, требовала много сил. А без следящего артефакта мальчишка наверняка выкинет что-нибудь в очередной раз, чисто из юношеского упрямства.
Вздохнув и пробормотав ругательство, Эрик достал заготовку – крупный ограненный рубин, склянку с кровью и сел за стол, сосредоточившись. Пальцы шевельнулись, вычерчивая над камнем знаки; воздух, казалось, загудел от напряжения, а рубин налился бордовым свечением. Второй рукой Эрик взял склянку и наклонил, вытряхнув капли на заготовку, и жидкость тут же впиталась, а свечение сделалось ярче. На лбу мага выступила испарина, дыхание стало тяжелым, но он продолжал вычерчивать замысловатую вязь, а в центре рубина начала медленно закручиваться воронка. Еще несколько томительных мгновений воздух можно было нарезать пластами, – а потом свечение погасло, Эрик устало вздохнул и откинулся на спинку стула, прикрыв глаза и пытаясь справиться с накатившей тошнотой. Сила никак не хотела успокаиваться, несмотря на выпитое зелье, бурлила в крови, и кольцо с темно-синим сапфиром ощутимо нагрелось, тоже забирая на себя излишки. Опять придется заряжать сутки и сидеть на микстуре послабее, не влияющей на организм так, как синяя…
Через некоторое время Эрик все же справился с дурнотой, потянулся до хруста в плечах и встряхнул головой. Надо пойти проветриться, а камень пусть отлежится, впитает в себя магию и к вечеру будет готов окончательно. Как раз и оправа для него есть подходящая. Поднявшись, главный маг королевства вышел из лаборатории и коротким путем добрался до выхода в дворцовый парк, на ту его сторону, что находилась позади дворца. Здесь проще затеряться, и парк больше похож на лес. Эрик медленно пошел по тропинке, расстегнув несколько верхних пуговиц на рубашке, вдыхая полной грудью свежий, сладковатый воздух и потихоньку приходя в себя. Однако его умиротворение и одиночество продлились недолго: из-за поворота выпорхнула какая-то придворная дама в ярко-алом платье и буквально врезалась в него, с притворным аханьем отшатнувшись в сторону и ослепительно улыбнувшись.
– Прошу прощения, ваша светлость! – проворковала леди, присев в низком реверансе так, что открывался весьма подробный вид на декольте и то, что оно скрывало.
Эрик смерил ее рассеянно-равнодушным взглядом, не впечатлившись прелестями, скупо обронил:
– Ничего страшного, леди.
Он сделал шаг, собираясь пройти дальше, но дама не дала, поднявшись и словно невзначай плавным движением заслонив ему дорогу, сложив изящные кисти перед собой.
– Вы не помните меня, князь? – тем же голосом проговорила дама, и Эрик чуть нахмурился, почувствовав глухое раздражение.
– Простите, нет, – предельно честно ответил он и с решительным видом обошел настырную незнакомку. – Я не желаю компании для прогулок, – на всякий случай добавил Эрик, оглянувшись через плечо, и поспешил скрыться за поворотом тропинки.
Еще не хватало очередной охотницы ему на голову. Время от времени среди фрейлин появлялись отчаянные и упорные, кого не пугали его неконтролируемые вспышки силы и кому очень хотелось заполучить звание фаворитки главного мага страны. И ведь не останавливало то, что выше любовницы ни одна из них не поднимется. Универсалы женятся только на айсу, это знали все. Подавив раздраженный вздох, Эрик постарался не думать о предстоящем вечере, чуть ускорив шаг. Через полчаса начинается официальный рабочий день, и Казимир ждет его на Малом совете, надо до этого времени прогуляться и окончательно прийти в себя.
…Леди, прищурившись, посмотрела вслед князю Леденскому, ничуть не обидевшись на столь холодный прием. Усмехнувшись, она с уверенностью негромко произнесла:
– Не помнишь, значит. Ладно, скоро все будет совсем по-другому, милый князь.
После чего незнакомка развернулась и поспешила во дворец, надеясь, что ее величество не слишком разозлится. Если вообще обратит внимание на отсутствие за завтраком одной из придворных дам. Королева порой бывала весьма рассеянной, что сейчас на руку. Осталось только разрешить несколько досадных недоразумений, и отношение князя очень скоро изменится.
Время застыло, и движения замедлились, а тело так и отказывалось повиноваться. Кто-то что-то кричал, я слышала словно сквозь вату, а потом внезапно будто невидимая рука сильно дернула за талию, отчего я издала невнятный возглас и взмахнула уже своими руками. Вот когда поняла, что чувствует пробка, вылетая из бутылки, – именно такие ощущения меня охватили, когда я буквально врезалась в неожиданного спасителя, поймавшего в объятия. Лошадь и всадник пронеслись дальше, распугивая прохожих, я же бессильно прислонилась к спасителю, медленно приходя в себя. Коленки дрожали, ноги стали ватными, в ушах раздавался звон, а сердце бухало кузнечным молотом, и дыхания никак не хватало.
– Что ж ты под копыта лезешь, ушастая! – сердито произнес молодой приятный голос, и я наконец подняла голову, разглядывая спасителя.
Юноша лет двадцати, с непокорными каштановыми кудрями, ярко-синими глазами и мягким изгибом губ, но суровый взгляд говорил о наличии характера. Одет в голубую мантию с вышитым на груди лепестком пламени. Думаю, не ошибусь, если предположу, что он студент той самой академии.
– С-спасибо, – пробормотала, не торопясь выбираться – ноги все еще не хотели держать. – Я… замешкалась…
– Ой, Анни, как же ты напугала меня! Папа бы не простил, случись что с тобой, ты что! – запричитала рядом Маруня, суетясь вокруг и пытаясь пощупать на предмет повреждений. – Все в порядке? Не ударилась, ничего не болит?
– Да в порядке я, в порядке, – нервно вздохнула, дернула ушами и совершенно естественным жестом пригладила их, от переживаний и волнения шлепнув хвостом по ногам парня. – Ох, простите… – Я виновато посмотрела на него и поймала своенравную конечность.
– Все нормально. – Парень улыбнулся и наконец отпустил, и улыбка сделала его лицо еще привлекательнее. – Я Анжей, учусь здесь, – он махнул в сторону академии. – Четвертый курс, стихийник, воздух и огонь. – Анжей изобразил изысканный поклон, и мне тут же захотелось присесть в реверансе.
Только хвост жалко, подметать мостовую не хотелось. Поэтому просто вежливо кивнула и тоже представилась:
– Иоанна, можно просто Анни, повариха, работаю на дворцовой кухне.
– А я Маруня, – пискнула моя спутница из-за моего плеча, и, покосившись на нее, я заметила, как щеки девушки покрыл равномерный яркий румянец.
Смутилась, надо же. Что, неужели с парнями мало общается?
– Очень приятно. – Анжей снова наклонил голову. – У меня сейчас перерыв в лекциях, не возражаете выпить по чашечке горячего шоколада? За спасение? – Он подмигнул мне. – Тут недалеко есть чудесная булочная, там очень вкусные пирожные делают.
– Ой, я люблю сладкое! – выпалила Маруня, и ее глаза заблестели от предвкушения.
– Хорошо, не против, – легко согласилась я, уже практически оправившись от происшествия, а Анжей показался вполне приятным в общении.
Да и передохнуть после прогулки и покупок тоже хотелось. Мы посидели около часа, и булочная в самом деле понравилась. Мой чуткий нос наслаждался вкусными ароматами сдобы, шоколада, кофе, какао и прочих вкусностей, и в голове снова зашевелились рецепты. Вот очень вовремя я купила тетрадь… Анжей рассказал, что живет с матерью, после получения диплома собирается пойти дальше по научной линии изучения магии, и в планах – стать преподавателем академии. Серьезные такие планы, я зауважала парня. На все его вопросы я могла мало что рассказать, к разочарованию Анжея – он надеялся узнать побольше об аррини , по его словам, в самой академии их, естественно, не было. Как раз по причине отсутствия магии и наличия иммунитета к оной.
А уже когда мы расплатились – я настояла на том, чтобы разделить поровну, не настолько близко мы еще были знакомы, – Анжей вдруг предложил:
– Хотите вечером на танцы сходим? Я друга возьму, повеселимся. Часам к девяти освободитесь? – он вопросительно глянул на нас, и слова возражения застряли в горле при виде вспыхнувшего радостью личика Маруни.
Наверное, ей редко удается повеселиться, отчего-то я была уверена, что подруг среди дворцовой челяди у девушки не так чтобы очень много.
– Хорошо, давай, – согласилась я и поспешно добавила: – Только ненадолго, у нас завтра рабочий день рано начинается.
– Я даже потом провожу вас обратно, – довольно улыбнулся Анжей.
Договорившись, что встретимся на одной из улиц около дворца, мы разошлись, вполне довольные знакомством. Побродив еще немного по Аргунду, отправились обратно во дворец – день уже клонился к вечеру, и солнце заливало крыши столицы золотисто-оранжевыми лучами. Надеюсь, работникам во дворце положен полный пансион, а то я уже успела снова проголодаться. Перед танцами хотелось посетить купальню, день все же выдался жарким, и еще я хотела проверить собственное отношение к воде. Хоть и не оборотень, а на кошку смахиваю. Вдруг я боюсь воды так же, как и животные?.. Надеюсь, нет, Виттара бы предупредила.
Когда я вернулась к себе, выяснилось, что покупки уже принесли – приятный сюрприз. Пакеты и коробки аккуратной горкой стояли посредине, а, как объяснила Маруня, запасные ключи были только у ее матери. Она обычно лично смотрела за доставкой покупок дворцовой прислуги, ну а если не получалось, то курьер оставлял товар на специальном складе, куда и приходили владельцы. Хорошо тут все устроено. Питаться можно было в общей столовой, причем на самообслуживании: у кого когда появится время, тот и приходит на кухню набрать себе еды. Отличный подход, расписание же у всех разное. Радостная Маруня, чуть не виляя воображаемым хвостом, помчалась организовывать нам ужин и заодно отчитываться перед отцом, а я направилась знакомиться с купальнями.
К моей великой радости, я никого там не застала – видимо, остальные еще работой по дворцу заняты. Купальни делились на мужское и женское отделение, в женской части имелся предбанник со шкафчиками, а дальше собственно парная-мыльная. Общий бассейн для желающих освежиться, и – о счастье! – отдельные душевые со шторками! Король отлично заботится о дворцовых работниках, я уже чувствую себя ярой сторонницей монархии. И как выяснилось, воды все же не боюсь, хотя испытала весьма странное чувство, намыливая хвост специальным шампунем для шерсти – его мне продали в парфюмерной лавке. С ушами тоже пришлось быть осторожной, чтобы вода в них не попала. А так – с удовольствием поплескалась под горячей водой и, посвежевшая, отправилась обратно к себе – переодеваться, ужинать и уже идти на встречу с Анжеем: время незаметно подобралось к вечеру. В коридорах зажглись светильники, слуг стало больше: расходились по своим комнатам после трудового дня.
А вот в комнате возникла проблема, как высушить влажные волосы и – хвост. Как могла, сначала просушила полотенцем, а потом расчесала и решила обратиться к Маруне за помощью. Она вроде говорила, что владеет немножко воздухом… Переодевшись в новенькое платье из тонкого льна с красивой вышивкой, я покрутилась перед зеркалом, осталась довольна и направилась в кухню – Маруня сказала приходить туда ужинать. Суеты к вечеру было уже гораздо меньше, и мы пристроились в уголке, уплетая вкусное рагу из горшочков. Волосы и хвост Маруня мне без проблем подсушила, и я чувствовала себя на седьмом небе, настроение в душе царило отличное.
– Ну, пойдем? – весело произнесла девушка, когда мы отнесли посуду к мойщицам. – Папа отпустил, но сказал до одиннадцати вернуться, потом ворота закрываются, и все.
– Без проблем. – Я пожала плечами, и мы отправились на встречу с Анжеем и его другом.
Парк вокруг дворца украсился разноцветными огоньками, ярко освещавшими тропинки, в окнах тоже горел свет, и резиденция короля выглядела как нарядная игрушка. Кажется, я даже приметила мелькнувшие среди темной зелени платья, и чуткое ухо уловило чей-то томный смех и голоса. Ну да, придворные развлекаются. Стража у ворот проводила нас взглядами, и мы вышли на улицы Аргунда. Я наивно полагала, что, наверное, здесь с наступлением темноты жизнь тоже замирает, но не тут-то было. Ярко горели фонари, явно на магии, на улицах по-прежнему людно, только все больше нарядных дам и господ. Ну да, простым людям утром вставать рано, вот они скорее всего уже по домам сидят.
Маруня провела до улицы, где мы договорились встретиться с Анжеем, и парень уже ждал нас, нетерпеливо поглядывая по сторонам. На сей раз без мантии, конечно, в обычной одежде, и каштановая шевелюра, казалось, была растрепана еще больше.
– Добрый вечер, Маруня, Иоанна! – Он изобразил галантный поклон, отчего моя спутница снова смутилась, и тут же отвесил комплименты: – Прекрасно выглядите!
Ответить я не успела: из-за угла появился еще один молодой человек постарше, привлекательный, я бы даже сказала, красивый, но не в моем вкусе точно. На таких симпатяшек падки юные восторженные барышни вроде Маруни. Я же отчетливо поняла, что приятель Анжея относится к той породе ветреных и уверенных в своей неотразимости юношей, для которых слова «нет» не существует как класс.
– Анжи, привет… О, какая кошечка! – восхищенно присвистнул он, откровенно уставившись на меня, когда остановился рядом с нами. – Вот везет же тебе, а? – вздохнул пока еще незнакомец.
– Я не кошечка, я – Иоанна, – чуть резче, чем хотелось, ответила, на шажок отодвинувшись от него.
– Очень приятно, Юлиан, – тут же представился друг Анжея, на что Маруня рядом приглушенно ахнула и тихо-тихо прошептала:
– Ой, как нашего принца напоминает! Только он вроде как еще учится где-то в соседней стране, – не слишком уверенно добавила девушка.
– А если за ушком почесать, мурлыкать будешь? – продолжил паясничать Юлиан, с нездоровым интересом посматривая на упомянутую часть меня.
– Не трогай уши! – нервно огрызнулась я, и хвост так же нервно дернулся, хлестнув по юбке.
На лице Юлиана отразилось разочарование.
– И что, даже хвостик нельзя погладить?..
– Юлиан, – нахмурившись, перебил наше весьма насыщенное общение Анжей и осуждающе посмотрел на приятеля. – Начинаю жалеть, что поддался на твою просьбу.
– Все, все, прошу прощения. – Юлиан поднял руки и даже отступил на шаг. – Больше не буду. Ну, идем? – резко сменил он тему и, прежде чем я успела отреагировать, подхватил меня под локоть, потянув к перекрестку. – Там, наверное, веселье в самом разгаре!
Чует моя пятая точка, что еще огребу с этим красавчиком проблем. Крайне самоуверенный тип, не люблю таких. В следующий раз попрошу Анжея не звать этого Юлиана. Если он будет, следующий раз.
– И откуда ты взялась, такая красивая? – решил продолжить непринужденный разговор мой спутник.
– С кухни. – Я же подумала, что откровенно хамить было бы с моей стороны не слишком вежливо, да и пока ничего предосудительного Юлиан не сделал. – Поварихой работаю.
Дворец не стала упоминать, мало ли что.
– О-о, вкусненькое готовить умеешь? – оживился парень, словно невзначай сильнее прижав мой локоть к себе. – А мне приготовишь? Могу в гости пригласить…
– Прости, к малознакомым мужчинам не хожу, – тут же твердо ответила и попыталась осторожно высвободить руку.
Не тут-то было.
– Такая строгая, – с насторожившим меня восхищением высказался Юлиан, и пришлось дышать глубоко и размеренно.
Маруня и Анжей шли чуть позади, тихо переговариваясь, и помощи ждать было неоткуда.
– Давай просто помолчим, ладно? – мило улыбнувшись, предложила я, уже немножко жалея, что согласилась на предложение Анжея.
Но кто же знал, что у него такой приставучий друг вида «бабник обыкновенный». Уверена, захотелось в свою коллекцию аррини, только и всего, ничем серьезным его интерес не объясняется.
– Ну не обижайся, ко… Иоанна, – с едва заметной заминкой произнес Юлиан, и я мысленно зааплодировала – не стал обострять ситуацию. – О чем хочешь поговорить? Могу рассказать об учебе в академии, там столько всего было!..
Не дожидаясь моего ответа, Юлиан принялся травить байки, и хотя я слушала вполуха, над некоторыми даже смеялась – рассказчиком он оказался неожиданно хорошим. И это отлично отвлекало его от попыток обнять меня или притянуть ближе. А вскоре мы и до площади дошли, откуда доносились зажигательные звуки музыки. Те самые танцы, и желающих повеселиться набралось много, к моему мимолетному удивлению. Ох, балда, я же не умею танцевать!.. Наверное… Как-то не пришло в голову поинтересоваться у Виттары, заложено ли в мое новое тело это умение. Только вот Юлиан не дал мне ничего сказать, лихо развернул так, что я едва устояла на ногах, тут же обвил талию, все-таки прижав к себе, и утащил в самую гущу танцующих, одарив довольной ухмылкой.
Вот… кот мартовский! Ну погоди, только позволь себе что-то лишнее! Каблучки на моих туфельках хоть и удобные, но острые, и ими можно очень неприятно отдавить ногу всяким наглецам, протягивающим руки не туда, куда надо.
Эрик только вышел из основного рабочего кабинета, где проводил встречи и совещания, поведя плечами и разминая затекшую спину, как висевший на груди артефакт ярко вспыхнул и отозвался болезненным уколом в висках. Неугомонный принц таки покинул дворец, несмотря на утреннее внушение.
– Вот паршивец, – с досадой выдохнул Эрик, дернувшись от неожиданности, и прикрыл глаза, настраиваясь.
Точно пора женить, может, тогда образумится. Или выдрать хорошенько хворостиной и посадить на муравейник пятой точкой, а потом не подпускать целителей, чтобы лучше дошло. Не теряя времени, Эрик почти бегом направился к выходу из дворца, сожалея, что пространственная магия в отсутствие стабилизатора ему недоступна: никакие зелья и амулеты не сдержат такого всплеска от открытия портала. А очередного срыва Эрик допустить не мог, они, конечно, с королем в очень хороших отношениях, но если снова рванет некромантская составляющая его универсального дара…
Хмыкнув, князь ускорил шаг, отслеживая принца, – пока что он не слишком удалился от дворца, и Эрик надеялся, что мальчишка осел в какой-нибудь таверне поблизости.
Как оказалось, двигаться я умела, да и танец несложный, вроде быстрой польки. А вот о другой проблеме подумала не сразу: хвост! Мне же его тут запросто отдавят, прищемят или еще какую гадость сделают! Народу много, я одна – аррини и слишком уж выделяюсь, вон как косятся в мою сторону… Занятая собственными проблемами, я упустила из виду Юлиана, а он как раз и воспользовался моей рассеянностью. Ладонь скользнула с талии ниже, на копчик, где из специального разреза на юбке и торчало мое роскошное украшение…
– Ох, святые панталоны, какой пушистый! – восхищенно выдохнул он, и лицо негодника озарила мечтательная улыбка, а рука…
Зар-раза, он запустил пальцы в мех на хвосте и уже нагло поглаживал! Да кто ему разрешал вообще?! Зашипев не хуже разъяренной кошки, я оттолкнула слегка опешившего Юлиана, коротко выдохнула и, размахнувшись, влепила пощечину.
– Нахал! – выпалила ему в лицо и, круто развернувшись, выбралась из толпы, сердито сопя и чувствуя, как шерсть и на многострадальном хвосте, и на ушах встала дыбом.
Пожалуй, я сейчас в самом деле похожа на взъерошенную кошку, ну и плевать. В конце концов, гладить хвост – это слишком… интимно, вот! А Юлиана я едва знаю!
– Иоанна, подожди! – раздалось вслед, но я и не подумала остановиться или обернуться.
Внутри все клокотало и бурлило от возмущения, щеки горели от прилившей крови, и я стремительно шла куда-то вперед, сжав кулаки и лелея планы страшной мести. Вкусняшку ему, значит, приготовить? В гости звал, да?! Вот как соглашусь, как приду, как… как сделаю ему запеканку из творога с изюмом, и последний выковыривать заставлю! И молока ему дам, с пенками, и, пока не выпьет, из-за стола не выпущу!
Я летела по улице, чудом не сталкиваясь с прохожими, и даже не заметила, как углубилась в узкий лабиринт переулков, где уже совсем никого не было, хотя фонари и освещали булыжники. Остановилась, только когда дыхание совсем сбилось и в боку слегка закололо.
– Иоанна, да стой же!.. Ну прости, не удержался, так соблазнительно было. – Вот поварешка бешеная, увязался за мной и не отстал!
Развернувшись к Юлиану, стоявшему от меня в паре шагов, набрала в грудь воздуха, чтобы высказать все, что думаю по поводу его несдержанности, но тут сразу случилось несколько событий. В нос ударил тошнотворный запах прокисшего компота, я поперхнулась вдохом и сморщилась, не удержавшись от фырканья:
– Фу-у-у! Кто-то помои вылил на улицу?!
Успела поймать недоуменный взгляд Юлиана, потом из переулка вдруг выскочил какой-то незнакомец с бешеным взглядом и буквально сбил с ног моего спутника. А я даже спросить ничего не успела. Что-то громко зашипело, в воздухе над нами мелькнуло нечто сверкающее, а в следующий момент нас накрыл мерцающий щит. Меня же совершенно неожиданно скрутило непереносимым приступом боли.
Кажется, кто-то закричал. Кажется, раздался громкий хлопок и снова шипение, но я уже стремительно летела в милосердную темноту, где мне не выворачивала кости дикая, разрывающая внутренности боль. Собственный голос отказался повиноваться, горло перехватил спазм, и реальность померкла.

Глава 4

Мой обморок продлился недолго, судя по тому, что находилась я по-прежнему на улице, когда сознание вернулось. Точнее, первыми вернулись ощущения: ломота в теле, сухость во рту и ушибленный при падении на мостовую локоть. Конечно, никто не потрудился подхватить бедную меня, господа мужчины были заняты перепалкой.
– Посадить под домашний арест?! – шипел один, незнакомый. – Ты когда за ум возьмешься, а? Мало тебя гоняли? А если бы меня рядом не оказалось? Это же обычная молния, Юлиан! Ты должен не задумываясь отражать такие, а не стоять, разинув рот!
– Отравленная, а не обычная, – буркнул мой знакомый.
– Да плевать, не в этом дело! – ярился неизвестный. – Сколько в тебя вколачивать, что зря рисковать жизнью ты не можешь ! Или учись защищаться как следует!
– Я просто на танцы с другом пошел! – огрызнулся Юлиан. – Мне и этого теперь нельзя, да?!
– Пока я не выясню причины покушения – нет, – холодно отрубил его собеседник, и я посчитала, что уже можно официально прийти в себя и поинтересоваться, кто это такой грозный так вовремя оказался рядом с нами.
Осторожно приоткрыла глаза, стараясь не шевелиться, и посмотрела сквозь ресницы, совсем чуть-чуть повернув голову – лежала я удачно. Хм. Высокий, весь в темном, лицо хмурое, привлекательное, немного асимметричное, губы плотно сжаты, цвета глаз не видно. Брюнет, волосы чуть ниже плеч, пряди у висков подобраны и схвачены на затылке в низкий хвост. Интересно, кто он Юлиану и как нашел его здесь? Родственник, наверное, и маг скорее всего. Только вот с чего меня так скрутило? Я же не должна на магию реагировать, точнее, она на меня вообще никак не действует. И что это было, что за стрела? Покушение?..
И тут незнакомец повернул голову и посмотрел прямо мне в глаза все с тем же сумрачным выражением. Вдобавок ко всему в наступившей тишине раздался дробный стук каблучков, и на улицу выскочила слегка запыхавшаяся Маруня и резко затормозила, узрев живописную группу.
– Ой! – тихонько пискнула она и прижала ладонь к губам, оторопело хлопая ресницами. – Анни…
– Очнулась? – Между тем мужчина шагнул ко мне, и пришлось открывать глаза и вставать с мостовой.
Правда, тут же оперлась ладонью о стену дома, потому как еще слегка пошатывало и в ногах слабость не до конца прошла.
– К-кажется, – пробормотала, дернув ушами, и покосилась на хвост – вроде не испачкался особо.
– Кто такая и что тут произошло? – Мужчина и не думал представляться, скрестив руки на груди и буравя взглядом, не обращая внимания на замершую Маруню, превратившуюся в тень.
– Повариха, Иоанна, – послушно ответила, отряхивая юбку от пыли. – Не знаю, я просто… шла себе, никого не трогала, а тут это, – помахала в воздухе руками. – И я потеряла сознание, – честно ответила, почему-то не став уточнять о том, как стало больно.
Мужчина прищурился, осмотрел меня от кончиков ушей до туфелек и слегка раздраженно выдохнул.
– Ладно. Можешь идти со своей подружкой, – отрывисто произнес он, кивнув. – Вижу, что не причастны к нападению.
Не став уточнять, как он определил это, а порадовавшись, что отпускают, я торопливо изобразила неуклюжий реверанс – видно же, что не простой человек, – и подошла к Маруне. Ухватила ее за руку и потянула за собой. Знать не хочу, что тут будет дальше с Юлианом, сам разберется, не маленький. Отойдя на несколько шагов от злополучной улочки, мы натолкнулись на Анжея.
– Ох, девчонки, а я ищу вас! – с явным облегчением выпалил он. – Куда удрали-то, здесь, конечно, патрули ходят, но мало ли что! А Юлиан где? Анни, он за тобой вроде пошел? – Анжей вопросительно глянул на меня.
– Его там, кажется, родственник какой-то нашел. – Я пожала плечами. – И был очень недоволен. На нас кто-то напасть пытался, стрелой вроде швырялись. Я не разбираюсь в этих всех ваших магиях, – нервно вздохнула и снова дернула ухом, совсем по-кошачьи. – Пойдем отсюда, а? – покосилась на Маруню. – Завтра рано вставать…
– Я провожу, – твердо произнес Анжей, бросив взгляд за мою спину. – Раз за Юлианом пришли.
Показалось, в его голосе проскользнули странные нотки, но парень уже зашагал по улице, и пришлось догонять его вместе с Маруней. По пути во дворец я еще раз рассказала, что произошло, и попробовала осторожно вызнать интересующий меня момент:
– Анжи… А у аррини совсем-совсем никакой реакции на магию нет? Вот прямо совсем?
– Ну да. – Он хмыкнул. – Приворотные не действуют, ментальная магия тоже, сквозь иллюзии вы видите, стихийная тоже рассыпается: воздух превращается в ветер, вода, соответственно, в обычную воду, огонь гаснет. В общем, ты практически неуязвимая, Анни. – Анжей ободряюще улыбнулся.
– Здорово! – восхитилась Маруня за меня, пока я обдумывала информацию.
– Так-то да, но от банального ножа в спину ничего не спасет, – проворчала, не склонная сейчас к позитиву. – И получается, что защитная магия на меня тоже не действует? – запоздало испугалась, вспомнив нечто, похожее на серебристый щит.
– Ну… – Анжей почесал в затылке. – Артефакты аррини точно разряжают, это я знаю, читал. То есть, насколько понимаю, если магия соприкасается с такими, как ты, то да, нейтрализуется.
Еще не знаю, зачем мне эти сведения, но на всякий случай пусть будут. И ничего не проясняло, с чего меня скрутила эта боль. Ладно, попытаюсь сама что-нибудь в библиотеке почитать, как свободное время образуется. До дворца мы добрались без происшествий, к моей тихой радости, и, оказавшись наконец в своей комнатке, я, умывшись и заплетя роскошную шевелюру в косу, нырнула под одеяло, моментально вырубившись.
Эрик сидел в кабинете, задумчиво рассматривая плавающую в ловушке зеленовато-лиловую субстанцию – остатки заклинания, которым накануне швырнули в Юлиана. Сам принц пока под домашним арестом, и ему категорически запрещено выходить за пределы дворца, князь лично перенастроил защиту, чтобы она не пропускала наследника. Конечно, пришлось сообщить Казимиру, и совместно они решили не предавать огласке происшествие, а расследовать тихо. Еще там, на месте, Эрик по-быстрому проверил обстановку, это практически не требовало затрат – ауры, эмоции, ничего сложного. Отравленную стрелу навели откуда-то из другого места, скорее всего именно по ауре принца, рядом нападающего точно не было. Умный, прекрасно понимает, что это слишком большой риск.
Вздохнув, Эрик чуть нахмурился, вспоминая спутницу Юлиана. Аррини. Необычно, и где только подцепил такую редкость? По словам того же наследника, это знакомая его друга, с которым они и отправились на танцы. А хорошенькая на редкость… Взгляд князя стал отстраненным, а уголки губ дрогнули в намеке на улыбку. Такая миленькая с этими ушками и роскошным хвостом, на мгновение Эрика посетила совершенно неуместная мысль почесать за ушком – вдруг замурлыкает?.. «Дурень, это не оборотень и не кошка!» – одернул он себя и вернулся к теме покушения. Точно не ушастая, вокруг нее ни одна магия не держится, это не тайна. Еще была ее подружка, у этой тоже душа нараспашку и никаких грехов, чиста, как новорожденная. Единственный, за кого можно было зацепиться, это приятель Юлиана, студент Анжей – это Эрик вытряс из принца по пути во дворец. Но выяснение личности этого парня князь оставил уже на следующий день.
И вот сейчас он рассматривал остатки магии, чуть не уничтожившей наследника королевства. Странно все это… Казимира в стране любили, правил он без перегибов, и никаких революционных настроений не наблюдалось, шпионская и агентурная сеть исправно докладывала о тишине и спокойствии. Родственники королевской семьи, не такие уж многочисленные, предпочитали веселиться на балах и приемах во дворце и сохранять лояльность королю, чем рисковать всем ради абсолютной власти. Да и то сказать, дядя Казимира занимал пост советника по финансам последние лет пятнадцать, и очень успешно занимал, не брал больше, чем надо, не зверствовал с пошлинами и налогами, в общем, принес много пользы и ни в чем подозрительном не замечен. Младший брат с семьей давно уже занимался вопросами внешней политики и с ролью посла в соседних государствах справлялся вполне неплохо, блюдя интересы родной страны.
– Так, ладно, – пробормотал Эрик и решительно хрустнул пальцами.
Пришла пора поработать. Артефакт еще не зарядился полностью, так что мужчина обошелся двумя микстурами с утра и чувствовал себя бодро. Да и сканирующая магия не настолько сложная, чтобы после нее срыв случился. И князь уверенно шевельнул пальцами, не сводя взгляда с ловушки. Та распалась, субстанция внутри послушно поплыла к Эрику. Маг некоторое время изучал ее, едва касаясь подушечками и прикрыв глаза, прислушивался к ощущениям. Но увы, ничего особенного выяснить не удалось. Обычная стихийная магия не выше третьего ранга – подавляющее большинство горожан обладали таковой, от первого до третьего. Есть примесь целительской – тот самый яд, которым были напитаны стрелы.
– Интересное сочетание, – пробормотал Эрик, прищурившись, и одним движением развеял остатки чужой силы.
Интересное, но не такое уж редкое. Конечно, стоит проверить хранившиеся в академии слепки с силы выпускников – обязательная процедура, однако это лишь формальность, нет никакой гарантии, что неизвестный покушавшийся вообще оканчивал это учебное заведение. А для поисковой магии слишком мало сведений, вот если бы на месте нападения осталось что-нибудь посущественнее, волос там, слюна или вещь… И все-таки очень, очень странно. Эрик нахмурился и погладил подбородок, уставившись перед собой невидящим взглядом.
– Может, не на Юлиана?.. – задумчиво протянул он, снова вспомнив аррини.
Конечно, сложно представить кого-то, не знающего о том, что благословенным богиней нельзя повредить магией, ну а вдруг? Эрик привык проверять даже самые фантастические версии, и почему бы у ушастой не найтись каким-нибудь недругам? В то, что девушка причастна к покушению, князь не верил: ни разу за всю историю страны ни один из этой расы не совершил ничего плохого. Любомира абы кого не приводила в свой мир, только тех, кто заслуживал лучшей жизни. Ладно, исключать все равно нельзя, поэтому – в академию, найти этого Анжея, которого назвал Юлиан, и выспросить про ушастую. В конце концов, всегда можно зайти в храм и там уточнить, куда направилась госпожа Иоанна, как она себя назвала. Необычное имя…
Решительно выдохнув, Эрик поднялся, прихватил камзол из темного сукна, больше похожий на форменный мундир, и вышел из кабинета. И нет, об аррини он будет выспрашивать исключительно по долгу службы!
Утром, к моему удивлению, я проснулась за несколько минут до пронзительного звука артефакта-будильника и чувствовала себя вполне выспавшейся и отдохнувшей. Произошедшее вчера казалось почти сном, и я надеялась, что с Юлианом больше не столкнусь. Нет, как этот нахал лапал мой хвост! У-у, бабник! Тихонько фыркнув, я умылась, привела себя в порядок, оделась и поспешила на кухню. Неожиданно вспомнился тот незнакомец, что спас Юлиана: интересно, кто он? А взгляд такой, что аж до мурашек пробирает, и силой от него веет нешуточной. Необычный мужчина, и как нашел нас, главное? Ну не следил же, в самом деле. Юлиан показался мне вполне взрослым, чтобы за ним нянька присматривала.
Так, ладно, Анни, настраиваемся на первый рабочий день, а не вспоминаем всяких таинственных незнакомцев. Кстати, вчера я обзавелась несколькими удобными повседневными льняными платьями и дивным передником с милой кружевной оборкой – ну понравился он мне! Тем более во дворце прачечная есть, и вообще, с бытовой магией тут вопрос стирки, глажки, ухода за вещами вообще не стоит. Кроме этого, поскольку все же на кухне работаю, приобрела чепчик, под который удобно прятать волосы. И не поверите, со специальными прорезями для ушей… Я обалдела, когда в лавке готовой одежды хозяйка предложила мне такой, а потом запоздало вспомнила, что я не одна такая, с ушами. Так что теперь моя совесть спокойна, никакой вредный волос не испортит королевские кушанья.
– Привет, Анни! – едва я показалась на пороге кухни, ко мне тут же подскочила Маруня.
– Привет… – поздоровалась я и запнулась, во все глаза уставившись на напарницу.
Она, увлеченная, по-другому не сказать, с крайне довольной улыбкой смотрела на меня сияющими глазами, а на голове у Маруни красовался обруч с мягкими, пушистыми ушками из кроличьего меха. М-мамочки. Кажется, у меня появилась ярая поклонница, и пока не знаю, хорошо это или плохо. И что-то подсказывает, в ближайшее время эта неугомонная обзаведется достаточно длинным хвостом какой-нибудь неудачливой лисицы или песца. Пан Жижтов уже занял свое место на возвышении, зычно командуя и бросая в сторону дочери выразительные взгляды.
– Иоанна, на тебе закуски для завтрака и десерт! – заявил он, махнув поварешкой на длинной ручке. – Марька, что-то напутаешь, будешь весь день стоять на мойке посуды, ясно?!
– Да, папа, – послушно откликнулась Маруня.
Я же обвела быстрым взглядом кухню, отметила, что Алаиры пока не видно, и поспешила к своему месту, перебирая в уме рецепты. Ну понятно, паштет, можно несколько салатов, что еще из закусок? Королева с фрейлинами наверняка предпочитают что-нибудь легкое и вкусное, а не набивать с утра желудок, так что…
– Так, милая, сначала паштет сделаем, а потом закусками займемся, – скомандовала я Маруне, и работа закипела.
С паштетом мы справились на удивление быстро, и дальше, поручив ей нарезать капусту для салата, я поспешила за продуктами для следующего блюда, баклажанных рулетиков. Просто, вкусно и легко. Нашелся и тонкий хлеб, похожий на лаваш – наверное, что-то из моего мира и прошлой жизни, и начинку я быстро приготовила, притушив на сковородке баклажаны с помидорами, зеленью и чесноком. Уже возвращаясь к столу, заметила краем глаза появление на кухне Алаиры, и, конечно, наши взгляды скрестились. Я тут же насторожилась, теперь надо быть вдвойне осторожной, а еще… Хм. Две попытки испортить мои блюда остались неотмщенными, а посему терпеливо ждем момента.
К счастью, пан Жижтов тут же припахал Алаиру, и той стало не до обдумывания следующих гадостей. А я, подойдя к столу, узрела милую картину: Маруня с мечтательным лицом и отсутствующим взглядом терла в капусту яблоко и вряд ли осознавала, что делает. Ох, готова спорить на что угодно, мечтает об Анжее! Видела, как девчонка косилась на него и как краснела каждый раз, когда он обращался к ней! Фыркнув про себя, мягко отобрала у ойкнувшей Маруни терку и яблоко, взяла миску с получившейся смесью и задумчиво принюхалась. Ну… не так плохо.
– Потом что-нибудь придумаю, – одобряюще улыбнулась приунывшей Маруне и отнесла миску к местному аналогу холодильника – просторному помещению, где магией поддерживался холод.
Дальше мы некоторое время занимались закусками, я вспомнила еще потрясающий нежный сырный рулет с начинкой из курицы, и потом пришло время десерта. Признаться, я настолько увлеклась, что не сразу вспомнила про месть, Маруня в этот раз приносила мне необходимые продукты, а я сама готовила у стола. Вот с десертом пришлось снова разделять обязанности: поставив Маруню готовить тесто для сырных конвертиков с обсыпкой из кунжута и розмарина, я отправилась добывать продукты для лимонного зефира и творожно-яблочного суфле – на мой взгляд, самые подходящие лакомства для желающих сохранить стройность фигуры придворных дам и ее величества, конечно.
Ну… Оно само получилось, что, когда возвращалась к своему столу, неся необходимое, Алаиры на своем месте не оказалось – отлучилась, наверное. В голове тут же навязчиво завертелся знакомый мотив, уши встали торчком, а хвост задрожал в предвкушении. Я еще толком не успела придумать пакость, а глаза уже быстро обежали кухню, отмечая, что на меня никто не смотрит и Алаиры поблизости нет. Чуть изменила траекторию движения, проходя мимо ее стола… Притормозила, принюхалась – ага, сладкий соус, полагаю, к блинчикам или оладушкам. Прости, дорогая, ты первая сыпанула мне в паштет сахара, и не имеет значения, что я смогла исправить рецепт. И, затаив дыхание, я ловко схватила перечницу с полки и щедро сыпанула в миску. Даже если заметит, все равно придется переделывать. После чего с чувством выполненного долга поспешила к своему столу.
– Так, что с тестом? Молодец, – похвалила я Маруню, она как раз справилась с заготовкой для конвертиков. – Теперь суфле займемся…
В процессе готовки я чутко прислушивалась к шуму за спиной, ожидая в любой момент возмущенных воплей Алаиры, но – их не было. То ли не заметила в суматохе моей диверсии, то ли еще что, вот и хорошо. Вот кому-то сюрприз будет, кто попробует соус! Тихонько хихикнув, я окончательно успокоилась, и вскоре мои кулинарные эксперименты отправились на королевский стол. Вот теперь можно передохнуть и самой перекусить вторым завтраком, как раз проголодалась, да еще и ароматы кругом витают соблазнительные.
– Маруня, пойдем поедим? – предложила напарнице, вытирая руки полотенцем.
– Пойдем! – радостно согласилась она, и мы отошли в дальний угол, где стояли несколько столов для персонала.
Где-то минут двадцать мы провели в спокойствии и умиротворенном молчании, поглощая творожную запеканку с яблоками и корицей, пока вдруг на пороге кухни снова не появился давешний слуга в форменной одежде.
– Госпожу повариху просят к ее величеству! – торжественно сообщил он, а я порадовалась, что уже проглотила кусок и даже допила чай.
Рядом тихонько пискнула Маруня, уронив со звоном вилку, да и у меня екнуло сердце. Я поднялась, поспешно разгладила зачем-то передник и подошла к лакею, или кто он там был по должности.
– Я готова, – вежливо сообщила ему.
И мы направились к ее величеству. По пути я вспомнила про чепчик и торопливо стянула, тряхнув головой и шевельнув ушами, от волнения кровь в них шумела, и я практически не обращала внимания на окружавшую красоту. Подсобные коридоры закончились, и потянулись роскошные залы, только я смотрела в спину слуге и изредка под ноги, чтобы не споткнуться, лишь краем глаза отмечая позолоту, хрусталь и дорогой паркет. Еще попадались придворные и, кажется, косились в мою сторону. Но мне было не до них – мы приближались к личным апартаментам королевской семьи. Пара молчаливых гвардейцев, распахнутые двери – и я в святая святых дворца.
Еще несколько анфилад, короткая галерея с портретами, небольшая приемная с диванчиками, сейчас пустующими, – и мы в круглой столовой, светлой, с большими окнами, тюлевыми занавесками и лепниной на потолке. За столом сидели человек двадцать, все молодые девушки, и в центре, как и полагается, королева. Изящная, с миловидным личиком, светлыми кудрями, уложенными в прическу с жемчужными шпильками и украшенную маленькой диадемой. Вот прямо классическая королева, как мне смутно рисовался образ. Роскошное платье из серебристой тафты с пышными кружевными рукавами и довольно низким декольте. На вид ей можно было дать не больше тридцати, или она так хорошо сохранилась благодаря магии, не знаю. Ее величество с любопытством уставилась на меня, едва мы со слугой перешагнули порог столовой, а остальные дамы зашептались, прикрываясь веерами.
Мне моментально стало неуютно от такого пристального внимания, и я незаметно переступила, нервно дернув хвостом. Вот зар-раза, ну почему я не контролирую эту конечность! Естественно, несколько барышень восторженно зависли, разглядывая пушистую красоту.
– Ой, аррини?! – неожиданно высоким, звонким голосом произнесла королева и всплеснула руками. – Какая прелесть! Душечка, это вы готовили тот чудный паштет, да? И вот эти замечательные пирожные? – тонкий пальчик с розовым ноготком указал на лимонный зефир.
– Д-да, ваше величество, – пробормотала, комкая фартук: кажется, венценосная особа все же была довольна.
– Прелестно! Я хочу, чтобы отныне мне готовили только вы! – тоном, не допускающим возражений, заявила королева. – Так и передайте пану Жижтову, письменное распоряжение я отправлю ему позже! Милочка, вы прекрасно готовите! Идите, дорогая, – повелительно махнула она рукой. – Проводи ее, – это уже тому самому лакею, который привел меня сюда.
– Благодарю, ваше величество, – ошарашенная таким поворотом, все же вспомнила о вежливости.
И прежде, чем покинуть столовую, вдруг уловила нежный, едва уловимый, приятный аромат – что-то цветочно-фруктовое, с легкими пряными нотками, как будто я понюхала коктейль. Хм. Чьи-то духи? Скорее всего. Повеселев, обратно шла, уже глазея по сторонам, будто по музею иду. Видела даже несколько раз уютные внутренние садики, где отдыхали придворные дамы. Роспись, мозаика, лепнина, зеркала – дворец впечатлял и изнутри. Лакей со снисходительной усмешкой замедлил шаг, давая мне возможность насладиться интерьерами, а когда мы дошли до крыла слуг, я великодушно сказала, что дальше дойду сама – мой чуткий нос уловил ароматы с кухни, по ним и доберусь.
– Всего хорошего, госпожа. – Он кивнул и удалился по своим делам.
Я же, мурлыча под нос веселый мотивчик, неторопливо пошла к кухне, жмурясь от удовольствия. Ой, какой простор открывается для моей кулинарной фантазии! Ну и, думаю, если я теперь личная повариха королевы, наверное, и времени свободного появится чуть больше. Неожиданно вспомнился тот камушек, что я подобрала на улице, – сейчас он лежал глубоко в недрах шкафа. Надо бы дойти до ювелирного и все-таки узнать, драгоценный он или просто какой-нибудь цветной, не особо ценный кварц.
А в следующий момент, свернув на очередном повороте и уже почти дойдя до кухни, я беззвучно охнула и прислонилась к стене. В глазах потемнело, горло перехватило, и кости заныли от нахлынувшей боли. Ох, да что же это такое!.. Правда, не так сильно, как вчера, и все-таки что за странные приступы?! Может, я чем-то заболела? Хватая ртом воздух и ничего не видя перед собой, медленно сползла на пол, плохо соображая, растерянная и испуганная. Вдруг меня отравили? Анжей же говорил про магию, о ядах не упоминал, и наверняка они действуют на аррини так же, как на обычного человека! У-у-у, что ж так плохо-то, а, и когда это прекратится… Как назло еще и никого вокруг, а кричать я не могла, только хрипела…
Все прекратилось так же внезапно, как началось. Вот еще я корчусь на полу от боли, а теперь все в порядке, только дрожь никак не проходит и все вокруг плывет от выступивших слез. Я кое-как поднялась на подгибающихся ногах, глубоко вздохнула и вытерла рукавом лицо, рассеянно потянувшись поправить?.. И оторопело уставилась на исчезающий с кожи замысловатый серебристый знак, обвивавший предплечье и убегавший под рукав.
– Что за?.. – вырвалось у меня, и я поспешно еще выше задрала рукав.
Вот это точно ничем иным, как магией, не может быть. Но я же к ней невосприимчива совсем. Или, может, мне чего-то недоговаривают? Если это признак болезни, свойственной только таким, как я?! М-мамочки! Как всегда, моя буйная фантазия принялась рисовать всякие ужасы, и остатки слабости моментально прошли под натиском новых тревог. Знак исчез, я сглотнула вязкий ком и побрела обратно к кухне, нащупав в кармане чепчик и надев его на голову. Так, все, в ближайшее же время надо наведаться в библиотеку – вот и знакомство с Анжеем пригодится, в академии же наверняка она есть, и он может провести туда. Ну или, если нет, подскажет, где еще можно разжиться сведениями, может, какая городская здесь имеется.
Я настолько ушла в беспокойные размышления, что не услышала шагов, и только знакомый радостный голос вырвал из глубокой задумчивости, заставив подпрыгнуть от неожиданности:
– О! Иоанна?! Ты во дворце работаешь? Какой приятный сюрприз!
Вот поварешка гнутая, а! Передо мной стоял собственной персоной неугомонный Юлиан с довольной ухмылкой на лице и нездоровым блеском в глазах. Я моментально пришла в себя и настороженно посмотрела на него. Вот же ж, принесла нелегкая! И что за нелепая случайность, получается, он тоже где-то во дворце или работает, или из этих праздношатающихся по залам придворных? Одежда вроде богатая, но не так чтобы очень, хотя что я понимаю в моде аристократов? Ну камзол с вышивкой, ну рубашка с кружевами. Значит, точно не из прислуги.
– Добрый день, – осторожно поздоровалась. – Я тороплюсь, извини… – и попыталась юркнуть мимо него – Юлиан очень неудачно вышел из-за поворота впереди, а не позади меня.
И чего занесло сюда, на половину слуг?
– Анни, пушистенькая, ну удели мне несколько минут, – вкрадчиво произнес этот бабник, заступив мне дорогу и попытавшись обнять. – Обещаю, не буду трогать твой роскошный хвост…
– И уши в покое оставь! – нервно огрызнулась я, заметив его взгляд поверх моей головы. – Нет, не уделю, я тороплюсь!
Ловко увернувшись от загребущих рук и остро сожалея, что не прихватила с кухни скалку или сковородку, я чуть не бегом бросилась вперед, молясь, чтобы настырный поклонник не последовал за мной. И – о счастье! – кажется, местная богиня миловала. Запыхавшись, я влетела в шумное помещение, тут же нашла взглядом встревоженную Маруню, так и не снявшую обруч, и подошла к ней.
– Анни, ну что?! Зачем тебя вызывали? – тут же принялась меня тормошить помощница. – Ругали?..
– Я теперь личная повариха ее величества, – обрадовала Маруню и широко улыбнулась.
Та всплеснула руками, распахнула и без того большие глаза, ставшие бездонными, и восторженно ахнула, прижав ладони к щекам:
– Божечки-кошечки! Правда-правда? – Она пытливо заглянула мне в лицо и чуть не запрыгала вокруг. – Ой, Анни-и!
Кольнул чей-то недобрый взгляд, но я даже оборачиваться не стала, пусть завидует молча, противная девица. Еще и Жижтов отвлек, громогласно заявив:
– Алаира, хвост мне в рот, готов соус?!
Я покосилась в сторону конкурентки, мысленно потирая руки и приготовившись тихонько злорадствовать. Королевский повар подошел к ее столу, зачерпнул соус, сунул в рот… И спустя мгновение его глаза выпучились, он натужно кашлянул и уставился на замершую Алаиру:
– Это что, я тебя спрашиваю?! Почему в нем перца, как в пряном гуляше?! Это же, мать твою кастрюлькой да в темечко, сладкий  соус для блинчиков!
– Но… я не… – попыталась робко возразить Алаира, и мне на мгновение даже стало ее жалко.
Всего на мгновение. Вместо того чтобы мелко пакостничать первой, могла просто заниматься своим делом и доказать Жижтову, что достойна остаться помощницей на его кухне ничуть не меньше меня. Я, может, и по направлению свыше сюда попала, однако мои умения со мной, и готовлю хорошо, так что тоже по праву занимаю свое место.
– На, сама пробуй! – перебил Жижтов и сунул под нос свою дегустационную ложку.
Алаира осторожно коснулась языком, зажмурилась и отпрянула, метнув в меня злобный взгляд. Ну конечно, догадалась, но ничегошеньки не докажет.
– Убедилась?! Живо переделывай, кисель ты недоваренный! – махнул пан Жижтов и вернулся к своему месту, не обращая больше никакого внимания на шмыгавшую носом Алаиру.
Я вернулась к делу – завтрак у ее величества еще не закончился, и, как уже успела понять, длился он достаточно долго. Леди кушали неторопливо, успевая за трапезой обсудить все дворцовые сплетни. Я вдруг вспомнила тот запах в столовой, и тут же следующая мысль пришла о капусте и яблоке. Отчего-то не покидала уверенность, что необычный новый салат придется ее величеству по вкусу.
– Неси миску с капустой, – велела Маруне, решительно выкинув неудачливую конкурентку из головы.
Буду удивлять королеву дальше. А там, глядишь, после обеда образуется немного свободного времени, и сбегаю к Анжею в академию. Неспроста эти приступы, ох неспроста, хвостом чую…

Глава 5

Алаира выскочила из кухни, не обращая внимания на окрик, и прошмыгнула к скамейке неподалеку, в небольшой приемной. Сюда слуги бегали передохнуть и посидеть у открытого окна, выходившего в сад, подышать свежим воздухом. Девушке было ужасно обидно получить незаслуженный нагоняй, грудь жгла злость на наглую и вредную хвостатую выскочку. Это ведь она, точно она подсыпала перец! Подумаешь, благословение богини на ней, выскочка и есть выскочка! Ну почему кому-то все подается на серебряном подносе, а бедной Алаире приходится зубами выгрызать милости у судьбы!
Девушка вдохновенно жалела себя, всхлипывая и вытирая краем передника слезы, ничего не видя и не слыша вокруг, пока вдруг рядом не раздался сочувственный голос:
– Что-то случилось? Почему ты плачешь?
Алаира вскинула голову, шмыгнув носом, и узрела перед собой знатную даму в богатом платье, чье лицо было прикрыто кружевной маской, обсыпанной серебристой пыльцой. Но улыбка у дамы оказалась дружелюбной и приятной.
– Она мне соус испортила, а отругали меня, – пробормотала Алаира, прикусив губу.
– О, так ты с кухни? – оживилась дама и присела рядом с ней на скамейку. Потом огляделась, проверяя, не видит ли кто, и наклонилась к девушке, обдав сладковатым ароматом духов. – Может, ты знаешь, кто готовит для королевского стола? – с заговорщическим видом спросила незнакомка.
Алаира наивной не была и моментально перестала плакать при этих словах, настороженно покосившись на собеседницу.
– Зачем вам? – осторожно поинтересовалась она.
Дама помялась, вздохнула, нервным жестом убрала локон карамельного цвета за ухо и наконец ответила:
– Понимаешь… Моя хозяйка очень  хочет обратить внимание его высочества на себя. Так, чтобы он никого кроме нее не замечал. – Она выразительно глянула на Алаиру, потом достала из-за пышного кружевного манжета маленький пузырек с прозрачной жидкостью. – Это надо всего лишь добавить в еду для принца. Не яд, не волнуйся. – В доказательство дама открыла пузырек, вытряхнула из него каплю на палец и слизнула. – Вот видишь?
Алаира прищурилась, испытующе посмотрев на нее.
– Приворотное зелье, что ли? – буркнула наконец девушка.
– Оно, – призналась дама. – Поможешь?
Та задумалась ненадолго, хмурясь и напряженно размышляя. Наверняка же эта выскочка будет готовить для самой королевы и наследника, раз ее величество назначила хвостатую личным поваром. Хм. Хорошая мысль… Слезы уже высохли, а душа требовала ответной мести за испорченный соус. Алаира медленно улыбнулась, кивнула и взяла пузырек. Если даже дама обманула, подозрения падут вовсе не на Алаиру, а… на другую. Которая с хвостом и ушами, гадкая выскочка.
– Спасибо, – воодушевилась дама и вытащила из кармана приятно звякнувший мешочек. – Держи, это тебе за хлопоты.
– О, благодарю, – окончательно повеселела Алаира, быстро спрятав деньги в карман юбки.
Очень кстати, как раз хватит на то чудное шелковое платье, девушка присмотрела его в прошлый выходной, когда гуляла по городу. Не прощаясь, дама встала и быстро вышла из комнаты, оставив за собой слабый шлейф духов. Алаира же, еще немного посидев, приняла независимый вид и вернулась в кухню. Теперь поймать бы удобный момент…
– Так, пельмени недоваренные! С королевой будет завтракать его высочество! – раздался громовой рык Жижтова, едва Алаира переступила порог помещения. – Марька, Иоанна, займитесь, раз уж королева отметила вас! Принц любит омлет на завтрак и ржаные гренки!
А вот и момент. Алаира мысленно довольно потерла ладони, спеша к своему столу, и по пути прихватила яйца – взбить основу для омлета. С маленькой приправкой. Улыбаясь во весь рот, девушка шустро замешала смесь, бросила быстрый взгляд по сторонам и убедилась, что на нее никто не смотрит. Мгновение – и содержимое пузырька уже в основе для омлета, а минуту спустя и запыхавшаяся Маруня подбежала, не глядя, выдернула из рук Алаиры миску и вернулась обратно к столу ушастой выскочки. Вот и славно, все получилось!
Салат отправился на стол к ее величеству – я всего лишь добавила морковку и изюм, заправила все соком лимона и сметаной, и получилось очень даже ничего. Уверена, королева тоже оценит, у меня этот салат стойко сочетался в памяти с тем ароматом, что я почуяла в столовой. Ну а тут еще и Жижтов нагрузил новым заданием, теперь и для принца делать. Ничего, справимся. Пока Маруня бегала за основой для омлета, меня снова обуяла фантазия, и в голову сразу пришел рецепт – к яйцам добавить бекон, картошку, специи, зеленый лук, и получится аппетитно и вкусно. Не знаю, какой там у принца любимый, но уверена, мой вариант получится не хуже. Я успела нарезать бекон и уже взялась за картошку, когда Маруня принесла взбитые яйца.
– Вот! – отдуваясь, выпалила она и поставила на стол миску. – Готово!
– Угу, – я кивнула, взяла сковородку и потянулась к миске…
Нос тут же учуял странный, не свойственный взбитым яйцам аромат. Приторный, слишком сладкий, будто в смесь вылили какой-нибудь сироп. Поморщившись, я наклонилась, снова принюхавшись. Да, нос не обманывает. Та-ак, опять эта вредная Алаира?! Нахмурившись, я выпрямилась и поискала глазами девицу, она стояла спиной ко мне у своего стола, довольно далеко, и что-то делала.
– Ну, что тут у вас? – возник за спиной пан Жижтов, нетерпеливо поинтересовавшись.
– Это пахнет слишком сладко, – я ткнула в смесь. – Или сахара бухнули, или сиропа налили.
– М-да? – нахмурился Жижтов, метнув в замершую Маруню хмурый взгляд.
– Нет, она ни при чем, – поспешила я выгородить напарницу. – Яйца не она взбивала.
Королевский повар попробовал смесь, почмокал и покосился на меня.
– Она не сладкая, – заявил он. – Ты уверена?..
– Она пахнет сладким! – упорствовала я, доверяя своему носу. – Туда точно что-то лишнее добавили!
В кухне неожиданно стало тихо, все бросали в нашу сторону любопытствующие взгляды, только вот Алаиру я не видела из-за широкого пана Жижтова.
– Хм… – Он поиграл кустистыми бровями, насупился и полез в карман, достав оттуда массивный перстень с крупным зеленым камнем. – Ну, проверим…
Повар поднес украшение к смеси, и… камень ярко вспыхнул, рассыпая зеленые искры. Ой-ой. Верный хвост подсказывал, что мой нюх не подвел, а примесь в яйцах имеет явно магическое происхождение.
– Та-ак, – протянул Жижтов. – Не яд, уже хорошо, но что-то добавлено, ты права, Иоанна. Кто готовил? – повысив голос, спросил он и обвел взглядом притихших работников кухни.
– Я у нее миску брала… кажется, – не слишком уверенно отозвалась Маруня и махнула в сторону Алаиры.
О как. Ну, не удивлена. Жижтов обернулся к вредной девице, а та тут же встрепенулась и заявила:
– Нет, не я это…
– Она, – перебила другая работница кухни, и у Алаиры сразу глазки забегали, выдавая с головой. – Я помню, как я ей яйца давала, точно она!
Жижтов даже не дал Алаире возможности что-то ответить, шагнул и подхватил под локоть, а второй рукой взял миску с заготовкой для омлета.
– Его светлость князь разберется, ты или не ты и что именно туда подмешано, – решительно произнес он, и девица спала с лица, испуганно уставившись на него. – Я обязан докладывать о таких происшествиях лично ему! Шагай давай, чего смотришь? – прикрикнул он на Алаиру. – У него в кабинете объясняться будешь!
И, не слушая плаксивые бормотания провинившейся – а я не сомневалась, что это она подлила нечто в заготовку для омлета, – королевский повар направился к выходу из кухни.
– Так, чего застыли?! – на пороге обернулся он и обвел грозным взглядом свои владения. – Его высочество завтрак ждет! Чтоб все было готово, когда вернусь!
Сразу поднялись суета и прежний шум, и готовка пошла своим чередом. Я же подумала, что безопаснее будет самой заняться всеми этапами омлета – от греха подальше. Запоздало пришла мысль о том, что пан Жижтов так смело попробовал, несмотря на то что там мог быть яд…
– Ой, Анни, ну что ты, – на мой вопрос Маруня беспечно махнула рукой, шустро нарезая картошку аккуратными кубиками. – Магические зелья на папу не действуют, как и на тебя, они просто теряют свойства, а против ядов у него универсальное противоядие, его готовит специально для папы придворный целитель по приказу короля, – с гордым видом объяснила помощница. – Ну а королевская семья тоже маги, они умеют распознавать всякую гадость, и наверняка всякие артефакты у них тоже есть, – пожала плечами Маруня.
В общем, верно, да. И, окончательно успокоившись, я сосредоточилась на приготовлении завтрака для его высочества.
Эрик быстро добрался до академии и сразу направился в канцелярию, узнать, где можно найти Анжея Келлеша, студента стихийного факультета. Повезло, у парня как раз было окно в расписании, и князь поймал приятеля принца прямо после лекции – в личном деле, естественно, и портрет имелся, и слепок ауры, на который Эрик и ориентировался.
– Анжей? – вежливо уточнил он, ухватив студента за локоть.
– Да, – слегка удивленно отозвался тот, окинув мужчину заинтересованным взглядом. – А вы кто?..
– Пойдем побеседуем. – Эрик отвел его к стрельчатому окну и активировал прикосновением амулет с воздушным щитом против подслушивания.
На мимолетный укол раздражения, что ему, магу-универсалу, приходилось даже по такой мелочи осторожничать с собственными силами, Эрик привычно не обратил внимания.
– О чем? – полюбопытствовал Анжей, прислонившись к каменному подоконнику.
– О ком, – поправил его князь. – О твоей подружке, аррини Иоанне, с которой вы вчера на танцы ходили.
Парень прищурился, во взгляде появился холодок.
– А почему это вы интересуетесь Анни? – с подозрением уточнил он. – Кто вы ей? И откуда знаете, что мы знакомы?
Эрик всего на несколько мгновений задумался, оценивая ситуацию. Анжей не знал, что Юлиан – наследный принц, в этом князь был уверен. И открывать сейчас это нежелательно, как и сообщать о вчерашнем покушении. Точнее, всех подробностей Анжею знать не обязательно.
– Эрик Даннел, – представился королевский советник, и глаза студента расширились – имя он точно слышал. – Юлиан – мой родственник, и вчера кто-то пытался напасть на него. А может, не на него, – словно невзначай добавил Эрик. – И мне надо знать, кто такая эта Иоанна и как вы с ней познакомились.
– На Анни напали? – поднял брови Анжей, в его голосе слышалось отчетливое беспокойство. – Она мне ничего не сказала…
– Где вы с ней познакомились? – вернул разговор в деловое русло Эрик. – У меня еще достаточно дел на сегодня, Анжей.
Тот сразу смутился, опустил взгляд, вспомнив, с кем общается.
– Простите, ваша светлость, – пробормотал парень. – Я случайно спас ее на улице, она чуть под понесшего коня не попала. А вчера просто пригласил потанцевать с подругой. Она говорила, что работает на дворцовой кухне.
Новость Эрика приятно обрадовала. Значит, пушистенькая тоже во дворце? Очень удачно… «Иоанна!» – мысленно рявкнул на себя князь. Да что ж такое, с чего вдруг подобная тяга к необычной девчонке, практически на пустом месте?! Он же не первый раз видит аррини, в том числе и женского пола, не такая уж они редкость! И вообще, в любви к кошачьим Эрик до сих пор замечен не был, так почему из головы не выходят эти миленькие беленькие ушки?..
– Ага, во дворце, значит, – рассеянно повторил князь и кивнул. – Что ж, благодарю, Анжей, успехов в учебе, – вежливо и, пожалуй, немного поспешно попрощался Эрик и отправился обратно во дворец, с некоторым усилием поставив себе мысленную галочку насчет парня.
Надо на всякий случай собрать о нем сведения, князь привык не оставлять без внимания ни одну мелочь. Ну а потом можно будет заняться и аррини. Эрик даже не сразу заметил, что на его губах сама собой появилась улыбка при воспоминании о хорошенькой… кошке. «Докатился, уже на смазливые мордашки бросаешься, – мрачно подумал князь, шагая по коридорам дворца и совершенно не обращая внимания на придворных. – На экзотику с какого-то перепугу потянуло». Вообще, недостатка в женском внимании у королевского советника не было, да любая из свиты ее величества рада осчастливить привлекательного и чересчур серьезного князя Леденского своим присутствием в его спальне… Только не тянуло Эрика заводить любовницу среди придворного «цветника», вот совсем. И уж тем более он не опускался до того, чтобы щупать служанок. Так, иногда заглядывал в квартал развлечений, когда совсем уж становилось невмоготу с инстинктами.
…А около кабинета – основного, где и проходил рабочий день королевского советника, – в приемной Эрик обнаружил пана Жижтова с миской какой-то жижи и испуганную девицу рядом с ним. Брови князя поползли вверх, он окинул парочку взглядом и, несмотря на недовольные лица остальных посетителей, кивнул на дверь кабинета.
– Прошу вас, – пригласил повара, по пустякам тот крайне редко покидал свою вотчину.
«Кстати, как раз спрошу про аррини», – мелькнула у Эрика довольная мысль, на которую он сердито шикнул, загнав поглубже.
– Что случилось, пан Жижтов? – поинтересовался князь, устроившись за столом.
– Вот, ваша светлость, – сердито прогудел повар и поставил перед ним миску – да, кажется, со взбитыми яйцами. – Там что-то намешано, не яд, но перстень отреагировал. Эта вот, – Жижтов вытолкнул вперед девицу, – добавила что-то.
В результате получасового разбирательства Эрик выяснил, что девица пыталась добавить приворотное зелье, которое ей передала какая-то дама в маске, а это зелье внезапно унюхала другая помощница повара на кухне. И отчего-то Эрик совершенно не удивился, узнав, что эта помощница – тоже аррини, как и сам пан Жижтов. Удержав неуместную сейчас довольную улыбку, князь похвалил королевского повара за бдительность, а провинившуюся без всякого сожаления распорядился выставить из дворца. Пусть зелье и безобидное, но в следующий раз будет думать, что, куда и кому подливать. А вот с этой кошечкой, обладающей столь уникальным нюхом, учуявшим приворотное зелье, Эрик бы с удовольствием познакомился поближе.
– Вот что, пан Жижтов, – решительно начал он, однако не закончил.
Двери распахнулись, и секретарь торжественно доложил:
– Его величество Казимир!
– Ох, ну я пойду, у меня там это, готовится все, – немного сумбурно выразился повар и поспешно покинул кабинет, отвесив торопливый поклон королю.
– Ваше величество, – Эрик поднялся и склонил голову, приветствуя монарха.
– Доброго утра, уже почти дня, – хмыкнул Казимир и, как только закрылась дверь, с широкой усмешкой сообщил: – Я, собственно, напомнить, что около моего кабинета топчется наш достопочтенный ректор, жаждущий видеть тебя на лекциях выпускников академии.
Лицо Эрика вытянулось, на нем проступила досада.
– А у меня расследование покушения на вашего наследника, – тут же нашелся он, тихо радуясь, что в утреннем посещении учебного заведения благополучно разминулся с достойным некромантом. – Так что можете передать мои извинения господину ректору, но на этой неделе точно никак не получится.
– И что там с расследованием, кстати? – поднял брови Казимир, став серьезным.
– Да ничего пока. – Эрик махнул рукой. – Сами знаете, по стихийной магии сложнее всего определить, она практически не имеет индивидуального отпечатка!
– Ладно, передам ректору, что у тебя важные и неотложные государственные дела, – подмигнул Казимир. – Погуляй где-нибудь полчасика, потом можешь возвращаться.
– Похоже, он забыл уже о теще, – пробормотал Эрик, поморщившись, и приблизился к незаметной двери в дальнем углу.
Конечно, из его кабинета имелся еще один выход, именно для таких вот случаев, когда требовалось незаметно исчезнуть, чтобы все были уверены, что советник короля трудится в поте лица. Узкий коридор выводил прямо в парк с обратной стороны дворца, туда, где широко разрослись деревья и кусты, образуя кусочек леса с дорожками и скамейками, в отличие от рукотворного сада с фасада дворца. Что ж, ладно, с ушастенькой… – Иоанной, сто демонов ему в печенку! – можно и позже пообщаться, раз теперь Эрик знает, где ее искать.
Расстегнув несколько пуговиц на рубашке и по-простецки сунув руки в карманы, князь неторопливо направился по дорожке, насвистывая веселый мотивчик и чувствуя небывалое благодушие. Хотя вроде бы нападение это непонятное, надо бы искать недоброжелателя… Но без магии это сложно, зацепок почти никаких, поэтому можно и позволить себе немного расслабиться. Тем более завтра этот демонов прием с выбором айсу.
Спокойствие и умиротворение, а заодно и тишина внезапно нарушились: из-за поворота раздался тихий вскрик, и Эрик, нахмурившись, поспешил по дорожке посмотреть, что случилось. К его удивлению и смутному раздражению, на гравии раскинулась давешняя леди, которую князь почему-то с завидной регулярностью встречал в последнее время. Вот настырная.
– О, ваша светлость! – с отлично разыгранной беспомощностью улыбнулась она, хлопая ресницами. – Такая неловкость, я задумалась и не увидела камня, и, кажется, ногу подвернула, – леди вздохнула. – Не поможете, князь? – проворковала она, протянув изящную руку.
Эрик, прищурившись, скользнул невидимым щупальцем по ауре и эмоциям леди – это не требовало затрат силы – и не обнаружил никаких признаков боли или увечья. Даже не понадобилось применять целительскую магию. Опять дамочка пытается манипулировать! Советник молча ухватился за протянутую ладонь и резко дернул, поднимая леди с земли – она не удержалась и ахнула, моментально оказавшись на ногах, юбки взлетели диковинными крыльями ярко-оранжевого цвета и красиво опали.
– С вами все в порядке, леди, как видите, – ровно сообщил Эрик, отпуская ее руку и отступая на шаг, собираясь продолжить прогулку в одиночестве. – Хорошего дня.
– Лания, – неожиданно произнесла она.
– Простите, что? – не сразу понял Эрик, покосившись на нее.
– Меня зовут леди Лания, – терпеливо добавила она с той же улыбкой.
– Очень приятно. Всего доброго, – сухо произнес князь и быстрым шагом обогнул Ланию, скрывшись за поворотом и надеясь, что не придется подробно объяснять, что он желает прогуляться в одиночестве.
Хорошо, что дама оказалась понятливой и не стала догонять. Однако это уже начинает раздражать, если Лания и дальше будет настойчиво искать с ним встречи, придется как-то решать с нею. Прилипчивых женщин Эрик очень не любил. Занятый мыслями о Лании, он не сразу обратил внимание на шум – спорящие голоса, и оба оказались Эрику знакомы: Юлиан и… Улыбка на лице князя стала шире, и все мысли о недавней встрече с Ланией исчезли: на ловца и зверь бежит, точнее аррини. Только вот интонации такие возмущенные, что ж там происходит? Эрик ускорил шаг и буквально через несколько минут услышал сердитое:
– Да что ж ты не поймешь, что мое «нет» – это «нет», а не «да, но попозже»?!
Спустя некоторое время после ухода Жижтова и Алаиры волнение на кухне окончательно улеглось, и, несмотря на отсутствие главного повара, работа не прекратилась. А потом в готовке образовался перерыв: завтрак мы сделали, его унесли, пана Жижтова все еще не было, и я решила с чувством выполненного долга пойти прогуляться. В конце концов, имею право, раз готовлю теперь только для ее величества, а она пока завтракает, до обеда времени достаточно. Сняв фартук и чепчик, я вышла из кухни и направилась к выходу в парк – как-то так вышло, что внутреннее чутье помогало неплохо ориентироваться в коридорах, и вскоре я неторопливо брела по тропинке, жмурясь от солнечных лучей и вдыхая аромат свежести и зелени. Да, может, здесь не так красиво, как в парадной части, но мне здесь нравится больше: ближе к природе и легко можно затеряться среди пышной растительности.
Мое уединение длилось недолго. Уж не знаю, каким таким волшебным образом, случайность это или Юлиан ухитрился следить за мной, но, свернув в очередной раз, я оказалась на симпатичной полянке со скамейками, яркой клумбой в центре и маленьким фонтаном. Не успела насладиться красивым видом, как сзади неожиданно кто-то крепко обнял, и в ухо радостно сообщили:
– Ой, какой приятный сюрприз, пушистенькая! Тоже вышла погулять?
Едва не зашипев, как самая настоящая кошка, я вывернулась из загребущих ручек Юлиана и уперла кулаки в бока, смерив его хмурым взглядом. Хвост нервно хлестал по юбке, уши стояли торчком, и я буркнула:
– Только вот не надо меня лапать! Послушай… те, прежде, чем хватать девушек почем зря, стоит поинтересоваться их мнением! – решила все-таки побыть вежливой, кто его знает, этого Юлиана, по одежде вроде не похож на обычного, точно аристократ какой-нибудь.
– Тебе разве не нравится? – с искренним удивлением переспросил он, и я едва не всплеснула в досаде руками.
Святая простота, и откуда такая уверенность, что стоит ему улыбнуться, и любая падет к ногам?!
– Нет, не нравится, – категорично заявила я и отступила на шажок – судя по лицу Юлиана, он мне почему-то не поверил.
– Девушки часто так говорят… – с авторитетным видом начал было он и тоже сделал шаг ко мне, но я не стала дослушивать.
Отчего-то услышанное взметнуло внутри волну праведного гнева и возмущения, видимо, что-то из прежней жизни, что ли, отозвалось.
– Да что ж ты не поймешь, что мое «нет» – это «нет», а не «да, но попозже»?! – раздраженно воскликнула я, жалея, что не обладаю когтями, как настоящая кошка.
Ответить Юлиан снова не успел – неожиданно на полянке нас стало больше.
– По-моему, девушка не желает твоего внимания, Юлиан, – раздался знакомый негромкий голос, и к нам присоединился тот самый незнакомец, который спас нас вчера вечером.
Тогда я даже не рассмотрела его толком, была слишком испугана, да и обстановка не располагала, а сейчас взгляд выхватил и изогнутые в легкой улыбке полные губы, и внимательные, красивого орехового цвета глаза с золотистыми крапинками. Даже видневшуюся в расстегнутом вороте рубашки ямочку между ключицами, и вот от последнего почему-то внезапно бросило в дрожь, и хвост снова дернулся, чуть не заставив подпрыгнуть. Не знаю, по какой такой причине именно сейчас я обратила внимание, что незнакомый господин, наверняка лорд, исключительно привлекательный мужчина. Причем не смазливый, как тот же Юлиан, а именно симпатичный общим сочетанием черт внешности и неуловимой ауры силы, спокойствия и чего-то еще – наверное, той самой харизмы.
Внутри что-то затрепетало, сердце подскочило, заметавшись в груди, а пульс ускорился. Прошло всего несколько мгновений, а мне показалось – вечность, пока мы с мужчиной рассматривали друг друга. И наверное, только смущением и нервозностью можно объяснить то, что я ляпнула в следующий миг.
– Прекрасно, милорд, может, хоть вы объясните вашему воспитаннику, что прежде, чем лезть к девушке с обнимашками, надо хотя бы попытаться завоевать ее внимание! – фыркнула и припечатала: – Или, по крайней мере, научиться ухаживать! Всего хорошего, мне готовить надо. – И я малодушно сбежала с полянки, спиной ощущая два взгляда и каждую секунду ожидая оклика, от Юлиана – так точно.
Не знаю, с чего вдруг разволновалась, но на кухню я почти бежала, придерживая юбки и стараясь не думать о том мужчине. И вообще, надо сначала толком в этом мире обустроиться, а потом уже о личной жизни беспокоиться. Ну все, Иоанна, успокаиваемся и настраиваемся на рабочий день – еще впереди обед и ужин, и надо бы узнать у Маруни насчет библиотеки. Внезапно мысли скакнули, вспомнились те два приступа вчера и сегодня утром, вот и способ отвлечься и разобраться для начала в собственных проблемах.
А когда я вернулась на кухню, пан Жижтов уже был там и громогласно командовал, и на некоторое время пришлось отодвинуть и мысли о библиотеке, и воспоминания о короткой встрече в парке.

Лания замерла, в просвет между кустами наблюдая за Эриком, и от нее не укрылось, как заинтересованно князь смотрел на аррини. Ну да, смазливая мордашка, еще эти уши и хвост умильные, но больше ведь ничего! Сжав губы, Лания решила проследить за этой… кошкой драной, узнать, где именно она живет. На всякий случай. Жаль, что на этих любимчиков богини не действовала магия, можно было бы прицепить маячок, и дело с концом. А так пришлось идти до самой кухни, а потом еще и раздумывать, как бы выведать расположение ее комнат, чтобы не навести на себя подозрения.
А с Эриком надо действовать решительнее, раз он такой упрямый, а то завтра еще вечер этот с отмеченными богиней избранницами, тоже ничего приятного. Но если она хочет добиться желаемого, придется опять обратиться за помощью: в святая святых, покои князя Леденского, Лания просто так не сможет пробраться. Что ж, отлично, вот прямо сегодня и обратится, зачем время терять? И леди поспешила к себе, переодеться во что-то неприметное и отправиться на встречу.
Эрик, глядя вслед мелькнувшему белому хвосту, едва удержал порыв броситься следом и остановить пугливую аррини. Определенно она занервничала с чего-то и разволновалась, поэтому так быстро убежала – ее эмоции князь успел считать.
– Юлиан, тебе мало фрейлин, что ты на прислугу решил переключиться? – строго произнес Эрик, повернувшись к наследнику и поймав себя на смутном раздражении – ему не нравилось, что мальчишка заглядывается на ушастенькую.
– А что, сами решили за ней приударить? – огрызнулся запальчиво Юлиан, вздернув подбородок и сжав кулаки.
Князь смерил его прищуренным взглядом и ответил:
– Так, вижу, тебе некуда девать энергию и свободное время. Значит, с сегодняшнего дня будем оттачивать твои умения в магии, чтобы не получилось, как вчера. Я же мог и не успеть вовремя, – добавил Эрик внушительно, видя, что Юлиан собирается что-то возразить. – Так что вперед, ближайшие два часа проведешь в тренировочном зале, а потом тебя ждут государственные дела, будешь вникать потихоньку, как и полагается наследнику.
Принц лишь мрачно вздохнул, развернулся и пошел по дорожке, зная, что спорить бесполезно. А Эрик с легкой досадой подумал, что снова встреча и беседа с Иоанной откладывается, теперь из-за упрямого мальчишки, которого все еще надо воспитывать. И снова применять магию, раз уж сам заикнулся о тренировке.
В молчании они дошли до дворца, добрались до тренировочного зала в дальнем крыле, и Юлиан, упрямо поджав губы, скинул камзол, оставшись в одной рубашке. Эрик последовал его примеру, размял пальцы, прикидывая, с чего бы начать гонять наследника, но тут от дверей раздался веселый голос короля:
– Ага, отлично, давно я не разминался! Ну, Юлиан, покажи, чему ты научился, и как так вышло, что вчера чуть не пропустил чужое заклинание, – к ним направлялся Казимир, на ходу снимая камзол и поддергивая рукава рубашки, чтобы не мешали.

Глава 6

Улучив немного времени, мы с Маруней отошли в дальний угол кухни, перекусить вторым завтраком и поболтать.
– Скажи, а есть возможность связаться с человеком на расстоянии? Ну, почта там или курьер. – Я махнула рукой, разделываясь с нежной, тушенной в сливках рыбой.
– Есть, конечно, можно отправить вестника нужному человеку, написав ему послание и оставив его имя на листе, – с готовностью ответила Маруня. – А тебе зачем? Хочешь тому другу Анжея письмо написать? – хихикнула она, стрельнув в меня глазами.
– Нет, самому Анжею, – без задней мысли отозвалась я и тут же отметила, как с личика Маруни сошла улыбка и девушка отвела глаза.
– Понятно, – тихо произнесла помощница, гоняя по тарелке горошину. – Он тебе понравился, да? – выпалила прямолинейная Маруня. – Ну да, и ты наверняка ему тоже, ты же такая хорошенькая…
Подавив смешок, не стала дразнить ее – судя по всему, мелкая сама заинтересовалась парнем.
– Нет, я просто хочу спросить, можно ли мне наведаться в библиотеку, – невозмутимо ответила Маруне. – Посмотреть кое-что.
– Новые рецепты, да? – просветлела она. – Конечно, помогу, Анни, как скажешь!
– Спасибо. – Я улыбнулась ей, прикидывая, что можно даже попробовать сегодня после обеда…
Только громогласный пан Жижтов спутал все планы, объявив на всю кухню:
– Внимание, ее величество известила, что вечером она собирает у себя малый прием в честь приехавших принцесс! Иоанна, Маруня, на вас меню, королева прислала предпочтения, остальные живо обедом заниматься, а потом – готовимся к приему!
Мы торопливо доели, и пришлось отодвинуть мысли о посещении библиотеки в сторону. Сбегав к себе за блокнотом, я прихватила Маруню, и мы сели обсуждать блюда, сверяясь с «листом предпочтений», присланным королевой. Я увлеклась настолько, желая порадовать неожиданную покровительницу, что в самом деле не думала ни о таинственных приступах, ни о знаке на руке и даже не вспоминала мужчину, встреча с которым произвела на меня такое впечатление. Ну а потом подоспела пора приниматься за королевский обед… Хорошо, что не приходилось думать о пакостях, Алаира так и не появилась, к моей тихой радости, – наверняка уволили, все же приворотное зелье в еде для наследника серьезный проступок.

Лания довольно улыбалась, возвращаясь во дворец и сжимая в кармане драгоценный артефакт: по словам мага, продавшего ей это чудо, кольцо с опалом в замысловатой оправе поможет миновать охранную магию на покоях Эрика. Правда, всего на полчаса, но Лании хватит, чтобы добраться до шкафчика, где князь хранил свои зелья. Ну а подменить одно из них на безобидную микстуру, восстанавливающую силы, и вовсе дело нескольких минут. И потом останется самая малость: держаться поблизости от Эрика, чтобы улучить нужный момент. Ему ведь придется готовиться к завтрашнему торжественному приему, а значит, неизбежно применять магию, и много.
Графиня Авелис прикрыла блеснувшие глаза, улыбка стала шире.
– Ты все равно будешь мой, твоя светлость, – мурлыкнула она, ускорив шаг.
Не зря же пришлось целый год терпеть навязанного супруга, втихаря поить его разными настойками, чтобы отвадить от собственной спальни и сохранить самое главное свое богатство. А потом еще и тщательно подстроить и разыграть его якобы измену для получения вожделенного развода – детей не было, так что Лания обрела долгожданную свободу без ущерба для своей репутации. И теперь осталась самая малость: обмануть магию и заполучить Эрика. Ах, как кстати ей попался тот чудесный маг, предложивший помочь за удивительно небольшие деньги!
Добравшись до своих покоев, Лания переоделась, прихватила пузырек с микстурой и отправилась в крыло личных королевских апартаментов. Хорошо, что ее величество милостиво согласилась взять графиню обратно в штат придворных дам и не пришлось изыскивать еще и способы проникнуть в эту часть дворца. С невозмутимым лицом Лания прошла мимо стражи, сжимая в кармане юбки заветный пузырек, порадовалась, что в этой части дворца в это время никого нет, а значит, никто не помешает. Конечно, леди давно вызнала, где находятся комнаты князя, и без труда нашла их, и, едва увидев простую деревянную дверь, украшенную резьбой, невольно замедлила шаг.
Воздух чуть не потрескивал от напряжения, столько магии было разлито в нем, и Лания даже со своим скромным вторым целительским рангом ощущала, какие грозные охранки здесь стоят. Женщина замерла, в волнении стиснув пальцы и погладив кольцо-артефакт. Этот маг ни разу еще не обманул ее, значит, нет причин сомневаться, что сейчас что-то пойдет не так. По крайней мере, в пузырьке точно был безобидный сироп, Лания его дотошно изучила – опасности жидкость не представляла.
– Так, ладно, – едва слышно произнесла она, выдохнула и решительно коснулась ручки двери.
Невольно зажмурилась, чувствуя, как волоски встали дыбом, но ничего не произошло. Ни треска, ни искр, магия просто словно погасла, исчезнув и пропуская нежданную гостью. Лания с облегчением улыбнулась, достала еще один полезный артефакт – универсальную отмычку и осторожно вставила в замок. Неяркое сияние показало, что ключ принял форму замка и можно открывать, и через несколько мгновений Лания переступила порог вожделенных апартаментов.
Очень сдержанный интерьер в коричневых тонах, в гостиной ничего лишнего кроме обычного набора мебели, только в углу письменный стол и высокий шкаф со стеклянными дверцами – видимо, здесь князь иногда и работал. Спальня тоже по-холостяцки простая: не слишком широкая кровать под покрывалом, с резными столбиками, кресло у камина, шкаф, дверь в уборную. И артефакт на пальце настойчиво потянул дальше, в угол, где Лания нашла еще одну дверь, сливавшуюся со стенами. Вот там и находилась совсем небольшая комнатка без окон, где Эрик хранил все свои зелья, которые готовил в лаборатории. Какой-то запас, как знала Лания, он держал в кабинете, но основное – здесь. Графиня быстро достала пузырек, идентичный стоявшему на полке, поменяла их и почти бегом покинула покои, хотя и хотелось побыть здесь подольше и помечтать…
Ничего, когда она станет здесь хозяйкой, все переделает по-своему, приведет в порядок. А то и выбьет апартаменты, больше подходящие князю Леденскому и его супруге, чем эти скромные комнаты. Удаляясь от двери по коридору, Лания довольно улыбалась и чуть не потирала ладони: все складывается как нельзя лучше. Теперь поменять артефакт – тот же маг дал ей индикатор, легко определяющий сильные всплески магии, и вот с его помощью Лания подгадает удобный момент. Осталось лишь дождаться этого момента.
А вот в собственной гостиной Ланию ждал сюрприз: сложенный листок послания на столе. Она замерла, нахмурилась, осторожно подошла, будто это не безобидное письмо, а ядовитая змея. Прочитав же короткую записку, озадаченно моргнула, смяла листок и бросила в камин, в тлеющие угли. Придется снова переодеваться и идти в город, выяснять, что же за просьба вдруг возникла у этого мага, ни имени, ни настоящей внешности которого Лания так и не знала.

Алаира сидела в таверне неподалеку от дворца, на одной из тихих улочек, и мрачно созерцала тарелку с салатом, ковыряясь в ней вилкой. Ей даже выплатили жалованье за то время, что она провела на кухне, милостиво не стали штрафовать, но… Что ж теперь, возвращаться обратно на ферму к родителям?! После того как она гордо сообщила, что работает во дворце помощницей королевского повара? Зря, получается, полгода торчала на кухне одного из городских ресторанов, терпела сальные шуточки владельца и начинала работу вообще посудомойкой?
Девушка всхлипнула, утерла слезинку и прикусила губу, жалея себя. А все эта… кошка драная! Пришла, понимаешь, вся из себя такая и заняла ее, Алаиры, место! Не могла где-нибудь в другом месте наняться? Зачем обязательно во дворец было приходить, ее бы в любом ресторане или таверне с руками оторвали, она же… аррини!
– Милая барышня, что-то случилось? Вы так расстроены, может, я смогу помочь? – раздался неожиданно рядом вкрадчивый, с сочувствующими нотками, голос.
– А?.. – Девушка вскинула голову, уставившись на ничем не примечательного господина, присевшего за ее столик. Он смотрел на нее с доброжелательной улыбкой, и сразу захотелось все рассказать и пожаловаться на вредную кошку драную. – Меня из дворца уволили, – грустно сообщила Алаира и шмыгнула носом. – А я… я хорошо готовлю, не хуже некоторых! – запальчиво воскликнула она, досадливо смахнув со щеки очередную слезинку. – А она там появилась, и сразу и благодарность от королевы, и ее личная повариха! У-у, тоже мне, посланница богини!
Так, запинаясь и сглатывая, Алаира и выложила все о том, как несправедливо с ней поступили. Почему-то момент, что она первая затеяла это нелепое соперничество, хотя вполне могла хорошо делать свое дело и тоже остаться на кухне, девушка не учла. Незнакомец слушал, в нужных местах поддакивал и даже заказал ей большую кружку вкусного какао с маленькими ванильными зефирками. И соглашался с тем, что с Алаирой поступили исключительно несправедливо! Ведь всего лишь безобидное приворотное зелье, его бы наверняка и так обнаружили, не отрава же! Подумаешь…
– …Ну и вот, не возвращаться же мне обратно, – уныло закончила Алаира изливать душу, в очередной раз шмыгнув носом, и отпила глоток восхитительного какао. – Я ведь сказала, что во дворце теперь работаю…
– Знаешь, а я, пожалуй, смогу тебе помочь, – вдруг задумчиво сообщил мужчина, так и не назвавший своего имени. – Есть у меня кое-какие связи во дворце. Ты же справишься с работой горничной? – он вопросительно посмотрел на замершую Алаиру. – Прическу сделать, с платьем помочь, а?
– Ну… – Девушка дернула плечом. – У меня сестры младшие были, я их и причесывала, а с платьем… справлюсь, – решительно заявила Алаира.
Невелика сложность, разберется, а личная горничная знатной дамы всяко выше по положению простой поварихи. Ох, как же замечательно вышло, что она встретила этого доброго господина!
– Отлично, ты где остановилась? Давай встретимся здесь через, скажем, полтора часа. – Мужчина поднялся, небрежно бросил на стол несколько серебряных монет, махнув официантке. – Не надо сдачи, любезная. Так мы договорились? – это уже радостно улыбавшейся Алаире, позабывшей вмиг и обиду, и жалость.
– Да! – выпалила девушка, мысленно потирая ладони.
Вот и повод отомстить сполна кошке облезлой! И так, что она теперь не сможет наябедничать, да даже и не догадается, не узнает, что Алаира теперь горничная знатной госпожи!
– Ну тогда до встречи. – Мужчина подмигнул и вышел.
Спустя полчаса после его ухода никто из персонала таверны не смог бы вспомнить его при всем желании. Отвод глаз и иллюзия действовали безотказно, делая нового знакомого Алаиры невидимкой.

Совершенно незаметно пролетели два часа тренировки с принцем, Юлиан поймал азарт и с воодушевлением отбивал атаки отца – правда, не все, что еще больше раззадоривало наследника. Эрик, наблюдая, давал советы и делал замечания, и ах, как же хотелось поучаствовать самому! Пальцы покалывало от накопившейся силы, но приходилось сдерживаться: завтра еще готовиться к предстоящему вечеру, проверять и обновлять, где надо, защитную магию. Так что не стоит перенапрягаться во избежание неприятностей. А еще мысли нет-нет да возвращались к Иоанне. Исключительно в свете услышанного от пана Жижтова о том, что приворотное зелье унюхала именно она. Интересная особенность, и хотелось понять, это у ушастенькой такой тонкий нюх или какая-то новая способность? Только это, ничего больше. И вдруг она вчера что-то заметила при нападении.
К обеду они разошлись, и Юлиан пребывал в весьма благодушном настроении, несмотря на то что большинство их с Казимиром поединков проиграл.
– Значит, будем по утрам заниматься, – невозмутимо сообщил его величество, пока они возвращались из тренировочного зала. – А потом вместе со мной постигать государственные дела.
И хотя радость на лице Юлиана чуть померкла, возражать он не стал. Эрик же, вернувшись к себе, некоторое время честно пытался сосредоточиться на делах, но в конце концов понял, что все его мысли занимает только Иоанна. С хрустом потянувшись, князь отодвинул бумаги и вызвал секретаря, решив сначала пообедать, а потом уже пообщаться с госпожой поварихой на тему ее способностей. И почему при мысли о встрече с Иоанной довольная улыбка так и просится на лицо?!

Я настолько углубилась в процесс, что совершенно потеряла счет времени. Хорошо, что Маруня все-таки оказалась на удивление сознательной и вовремя выдернула меня пообедать, на сей раз даже не испортив ни одного блюда. Девчушка старательно выполняла все мои указания, сосредоточившись на готовке, и даже заслужила ворчливое одобрение пана Жижтова. Кстати, меховые ушки она так и не сняла, упрямо не обращая внимания на смешки и шуточки окружающих. Мы ненадолго прервались на обед, заодно и передохнув, а дальше началась подготовка к вечернему приему.
Однако, едва вернулась к своему столу, краем глаза заметила, что Жижтов разговаривает со слугой – не тем, который от королевы приходил, а с другим каким-то. Не знаю, почему вдруг сердце нервно дернулось, уши встали торчком, пытаясь уловить в шуме, о чем они разговаривают, но вскоре я и сама узнала: пан Жижтов сошел со своего возвышения и направился прямиком ко мне.
– Иоанна, тебя вызывает князь Леденский, – кашлянув, сообщил он.
И откуда пришло понимание, что это тот мужчина, с кем я виделась в саду, а до того – вчера на улице? Я нервно разгладила фартук и брякнула:
– З-зачем?
Жижтов развел руками.
– Не знаю, просто сказал, чтобы тебя привели к нему. Иди-иди, негоже заставлять его светлость ждать. – Он подтолкнул меня к выходу.
Делать нечего, пришлось снимать чепчик и фартук и идти за слугой в парадную часть дворца. Только в этот раз не в то крыло, куда я ходила к ее величеству, а в кабинет к этому самому князю. В приемной несколько придворных одарили меня неприязненными взглядами, видимо, тоже ждали аудиенции, а тут я без очереди. Потом тяжелая, из темного дерева дверь бесшумно распахнулась, и я переступила порог, отчаянно робея и боясь оторвать взгляд от пола. Боже мой, я же понятия не имею, как вести себя с аристократом! И реверансы делать не умею! Ой, ма-амочки! Несколько томительных мгновений царила тишина, от которой тихонечко звенело в ушах, а потом раздался знакомый, с едва уловимыми веселыми нотками голос:
– Доброго дня, Иоанна, да?
– Д-да, – пробормотала я, упорно не отрывая глаз от пола, а потом поспешно добавила на всякий случай: – В-ваша светлость.
Вроде так говорил пан Жижтов? Нет, завтра срочно надо расспросить Анжея о местной аристократии и как с ними обращаться! На всякий случай.
– Присаживайтесь, – между тем продолжил князь, и пришлось дать себе мысленный подзатыльник и отмереть.
Около массивного стола темного дерева с вычурными ножками в виде лап стоял стул с высокой спинкой, на который я и примостилась, осторожно покосившись на… да, того самого мужчину. Князя Леденского.
– И можно без светлости, – добавил он, и улыбка проступила на его губах отчетливее. – Расскажите, как вы обнаружили приворотное зелье, Иоанна.
Вот кто мне скажет, почему при этих словах откуда ни возьмись в душе поднялась досада?! Конечно, меня вызвали по делу, а не поболтать просто так и познакомиться поближе, что за глупости, Анни. Я откашлялась и послушно ответила:
– Запах учуяла. Приторный такой, слишком сладкий.
Ореховые, с золотистыми крапинками глаза прищурились, и князь задумчиво обронил:
– Но приворотное зелье совсем не пахнет, Иоанна. Кроме как артефактами или магией его не распознать.
Я беспомощно уставилась на него, не зная, как еще объяснить, что я действительно унюхала  это проклятое зелье. Чтоб Алаире икалось ближайшие три дня!
– Но я в самом деле почувствовала запах, – повторила, стиснув пальцы. – Я не вру! – последние слова вырвались чуть громче, и я поспешно замолчала, чтобы не наговорить ничего лишнего.
– Я верю, верю, – мягко сказал князь и без всякого перехода снова спросил: – А вчера вы что-нибудь необычное почувствовали перед нападением?
– Прокисшим компотом воняло, – честно призналась ему.
– Ага-а, – протянул мой собеседник, и на его лице появилось довольное выражение. – Знаете, Иоанна, есть у меня подозрение, что вы, кажется, чуете запах магии, – огорошил он догадкой. – Признаться, никогда не слышал о такой способности у аррини… Давайте проверим? – с азартом предложил вдруг князь, подавшись вперед, губы раздвинулись в широкой, предвкушающей улыбке, и я на несколько мгновений засмотрелась на хоровод золотистых искорок в его глазах.
И надо бы сказать, что меня ждут дела на кухне, но я почему-то зачарованно кивнула.
– Давайте, – согласилась на предложение.
Внутри все замерло в ожидании, я незаметно сглотнула, вытерла повлажневшие от волнения ладони о юбку, настороженно поглядывая на князя. А он лишь шевельнул легонько пальцами, не сводя с меня внимательного взгляда, и… Сразу случилось несколько событий: лица коснулся слабый ветерок, нос уловил чудный запах шоколада с мятой и почему-то болезненно заныли виски. Не поморщилась я только потому, что слегка растерялась от обрушившихся ощущений, только моргнула от неожиданности.
– Ну что? – нетерпеливо переспросил князь. – Что-нибудь почувствовали?
– Шоколад с мятой, – честно призналась я, невольно принюхиваясь – захотелось еще этого аромата, и вроде как даже в висках отпустило.
– О как, – брови моего собеседника поползли вверх. – А если вот так?
И между нами в воздухе заплясал рой светлячков, оставляя светящиеся следы. Магия. Самая настоящая! Ой… Я задохнулась от восторга, и даже покалывание в висках не испортило настроения. А запах… М-м-м, у меня аж слюнки потекли, и, прежде чем князь спросил, я выпалила:
– Запеченное на углях мясо со специями!
Шашлык, всплыло в голове название – наверное, из моего мира. Вкуснотища! Кажется, я очень любила это блюдо там, в прошлой жизни, да и сейчас не отказалась бы.
– Ну надо же, и правда чуете, – голос хозяина кабинета вернул в настоящее, я дернула ухом и осторожно кивнула.
– Да… наверное, – согласилась с ним, поймав себя на том, что хочу снова увидеть его магию.
И понюхать. Господи, кажется, теперь понимаю, почему кошки балдеют от валерьянки. По-моему, магия этого господина для меня – как персональный сорт валерьянки. М-мамочки! И что теперь делать?! Не знаю, почему я вдруг так занервничала из-за этого открытия, но дальнейшие действия случились без участия сознания. Я вскочила, изобразила неуклюжий реверанс и протараторила:
– П-простите, ваша светлость, меня на кухне дела ждут!
И чуть не бегом направилась к двери, ожидая в любую минуту окрика, но вместо этого в спину прилетела всего одна фраза, сказанная с ироничным весельем:
– Эрик, Иоанна!
Только выскочив в приемную, я запоздало поняла, что князь назвал свое имя. Эрик. Я покатала его на языке, остановившись и переводя дух, и пришла к выводу, что оно мне нравится и очень подходит этому мужчине. Ох, Анни, осторожнее, дорогая моя! Он – князь, не последнее лицо во дворце, а то и в королевстве, а ты всего лишь повариха! Пусть и переселенка милостью здешней богини. Прерывисто вздохнув, я направилась обратно к кухне, не обращая внимания на косые взгляды и твердо запретив себе возвращаться мыслями к недавней встрече. Меня еще ждет королевский ужин, так что, Анни, собираемся с мыслями и возвращаемся в настоящее.

Она снова убежала, прежде чем Эрик успел придумать, как бы подольше задержать очаровательную аррини в кабинете. Несколько мгновений князь смотрел на закрытую дверь с мечтательной улыбкой, а потом тряхнул головой и строго произнес:
– Тебе завтра айсу выбирать, приятель. Так что никаких предлогов и нечаянных знакомств.
Однако, несмотря на логичность довода, мысли все равно возвращались к Иоанне и ее удивительной способности. Ну надо же, различать магию по запаху! Эрик никогда о таком не слышал, и тем более необычно в сочетании с тем, что ушастая совершенно лишена силы и невосприимчива к воздействию. Да и вообще, необычная девушка… Додумать мысль Эрик не успел: дверь в кабинет без стука распахнулась, и на пороге появился мрачный Юлиан.
– Я видел, она выходила из твоей приемной, Эрик! – буркнул принц и обвиняюще наставил на него палец. – Это подло – пользоваться своим положением! Я сам буду ухаживать за Анни!
Князь окинул наследника невозмутимым взглядом.
– А зачем, Юлиан? – спросил он. – Чтобы соблазнить? Сделать своей любовницей? Потому что большего ты ей не сможешь дать. – Эрик сам не понимал, с чего вдруг в груди разлилось удовлетворение от того, как еще больше помрачнел Юлиан, услышав эти слова. – Оставь девушку в покое и не забудь, что сегодня вечером ее величество желала видеть тебя у себя на малом приеме. Тебе пора знакомиться с будущими невестами, – позволил себе иронию Эрик, откинувшись на спинку стула.
Юлиан же фыркнул, одарил наставника возмущенным взглядом и, упрямо поджав губы, выскочил из кабинета, хлопнув дверью. Поморщившись, Эрик покачал головой и придвинул к себе бумаги.
– Вот молодежь, – беззлобно проворчал он.
Что ли, подсказать принцессам, чтобы надели на вечер меховые ушки? Ну, вдруг у наследника такой странный фетиш внезапно обнаружился. Хмыкнув, Эрик все же углубился в отчеты, напомнив себе, что вчера случилось нападение на наследника и расследования никто не отменял.

Вернувшись на кухню, я обнаружила, что теперь приходится следить и за собственными руками, чтобы в задумчивости не перепутать чего-нибудь, потому что мысли витали очень далеко. Примерно там, где находился кабинет князя… Эрика. А в носу аж свербело, стоило вспомнить вкусный аромат шоколада с мятой или того же жареного мяса со специями. Интересно, а как пахнут водная и земная составляющие его магии? Может, как-нибудь набраться смелости и попросить показать в качестве эксперимента? «Анни, о чем ты думаешь!» – одернула себя, сердито поджав губы.
Свободная минутка выдалась только после обеда, и я, поев сама, решила заскочить к себе в комнату, оставить чистую записную книжку – с меню мы разобрались, а собственные рецепты я и так запомнила. Только вот едва открыла дверь, замерла на пороге, настороженно оглядывая комнату. На первый взгляд все в порядке, но… Дверцы шкафа закрыты неплотно, хотя прекрасно помню, как утром прикрывала их до конца. Расческа на туалетном столике лежит немного не так, стул около стола чуть развернут, а еще в воздухе витал едва уловимый, сладковатый запах гнили. Как если бы где-то завалялся персик и начал портиться. Чужая магия? Я слегка поморщилась и невольно сунула руку в карман, нащупав найденный на улице мешочек.
Откуда-то пришла уверенность, что таинственная гостья приходила именно за ним и скорее всего она из придворных. Я же, не таясь, бегала туда-сюда, то к королеве, то к Эрику, могла и увидеть меня в коридорах, узнать… Больше возможности встретиться у нас точно не было, ну не на танцах же в городе вчера. И как же хорошо, что я исключительно по привычке, оставшейся, видимо, от прошлой жизни, сунула находку вместе с пока немногочисленными сбережениями в карман! Не то чтобы опасалась воровства, но оно как-то само получилось. Сглотнув, я зашла, осторожно прикрыв дверь, нервно облизнулась, хвост метнулся из стороны в сторону, и я подумала, что вот еще один предлог для встречи с Анжеем. Спросить у него, можно ли придумать что-нибудь для защиты моей комнаты с помощью магии, но так, чтобы моя способность природного нейтрализатора не испортила защиту. Коротко вздохнув, я настежь открыла окно, хотя понимала, что чувствую запах только я, однако ничего не могла с собой поделать. Положила блокнот в ящик стола, еще раз оглядела все и направилась к выходу.
Только не успела выйти: раздался негромкий стук, отчего я едва не подпрыгнула, уши сами прижались к голове, а сердце заколотилось в горле. Ох, не дело, надо бы раздобыть где-нибудь успокоительного и избавиться как можно скорее от этого камня! Или, может, оставить его завтра на видном месте, надеясь, что незнакомка снова наведается? А вдруг это что-то опасное?! Занятая напряженными размышлениями, я открыла дверь и уставилась на слугу в ливрее, протягивавшего мне сложенный и запечатанный листок бумаги.
– Госпожа Иоанна? – уточнил он, я кивнула. – Вам просили передать. Ответа не нужно. Всего хорошего. – Коротко кивнув, слуга удалился, оставив меня стоять на пороге с открытым ртом и запиской.
Это кто еще развлекается? Впрочем, риторический вопрос. Поджав губы, я вскрыла послание, пробежала взглядом несколько строчек:
Дорогая Иоанна, я все осознал и хочу загладить свое поведение. Жду сегодня в девять вечера на ужин, слуга тебя проводит. Обещаю, никаких приставаний, просто вкусная еда и приятный разговор. Юлиан. 

Смяв листочек, я резко выдохнула и прошипела в пространство:
– Ага, а ужин, надо понимать, я должна нам готовить?!
Вообще, у меня тоже есть свои обязанности, между прочим, и не факт, что я успею освободиться! Что за день такой бесконечный, и все что-то происходит с самого утра! В мрачном настроении я вернулась на кухню, а там еще и пан Жижтов добавил, поймав на пороге и с покровительственной улыбкой сообщив:
– Иоанна, сегодня можешь пораньше уйти. Прием у королевы в семь вечера, и ты не обязана все блюда делать лично, поскольку это ужин с гостями.
Я сцепила зубы, чтобы не выругаться, и исподлобья посмотрела на довольного королевского повара.
– Это вас попросили, да? – буркнула, надевая фартук и чепчик. – Мне еще на собственный ужин готовить в таком случае! – вредным тоном добавила, хотя Юлиан ничего не говорил о том, что именно я должна делать этот пресловутый ужин.
– Ой, что ты! – замахал руками Жижтов. – Богиня с тобой, Анни! Даже не думай, уж с этим точно справится кто-нибудь другой.
Хм, ладно. В конце концов, выключаем капризную дурочку и пользуемся удобным шансом объясниться с Юлианом раз и навсегда. Попробую донести до него ценную мысль, что он категорически не в моем вкусе, даже если внезапно станет душкой и не будет больше покушаться ни на мой хвост, ни на ушки. И я вернулась к своему столу чуть более успокоенная.
– Анни, а зачем тебя вызывали? – тут же встряла любопытная Маруня, заглядывая в глаза.
– Прояснить кое-что по приворотному зелью, – ответила ей, занимаясь заготовкой для рулета из курицы в качестве закуски. – Кажется, я чую магию по запаху, – призналась Маруне, не считая это каким-то секретом.
Глаза девушки стали круглыми от удивления, она уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но я поспешила строго добавить:
– Экспериментировать не буду! Хватит с меня.
Маруня захлопнула рот, кротко вздохнула и отозвалась:
– Хорошо… А потом можно? Ну пожа-алуйста! – Мне даже показалось, искусственные меховые ушки вдруг стали настоящими и встали торчком, совсем как у меня.
Я покосилась на нее и сказала:
– Вот будем послание Анжею отправлять, посмотрим, что и как. Все, Руня, у нас много дел! – вернула я ее внимание в нужное русло.
Про приглашение Юлиана не стала говорить, с Маруни станется потащить меня снова по магазинам, выбирать подходящий наряд. Вот еще, наряжаться! Не буду, и так хватает приличных, пусть и скромных на взгляд аристократа платьев. В конце концов, я простая повариха!

Глава 7

Как всегда за работой, вечер подкрался незаметно. К моменту приема у королевы суматоха на кухне усилилась, но нас с Маруней Жижтов отпустил. Дочь – потому что только под моим присмотром она способна была собраться и не перепортить очередной набор продуктов. Сначала мы зашли к Маруне, и она отправила написанное мной послание Анжею с просьбой о встрече завтра днем, ну а после я отправилась готовиться к ужину с Юлианом. Девушка заверила, что, как только получит ответ, сразу известит – поскольку магия со мной не дружит, решили, что Маруня останется моим личным связным.
Я поплескалась в купальне, потом расчесывалась и сушилась около открытого окна – хорошо, климат здесь мягкий и я попала в этот мир аккурат в разгар лета. Потом, уже ближе к назначенному времени, переоделась в одно из купленных платьев, подумав, заколола волосы в низкий узел, чтобы не дразнить Юлиана лишний раз. И так получилось, что давешний камушек снова оказался в моем кармане. Сначала узнаю, что это, а потом решу, стоит ли отдавать владелице. Если она не побоялась сунуться без спроса в мою комнату, наверняка что-то ценное, а вот безопасное ли – большой вопрос.
В общем, к девяти за мной зашел слуга и повел к Юлиану. Причем шли мы не тем путем, как раньше, не через парадные залы, а какими-то окольными коридорами. Уф, не заблудиться бы, когда обратно пойду. Полутемные залы и гостиные едва освещались магическими светильниками, изредка попадались слуги, спешащие по своим делам, или придворные, бросавшие в мою сторону слегка удивленные взгляды. Минут через пятнадцать наконец пришли – слуга подвел к двери, украшенной позолоченной резьбой, распахнул ее и шагнул в комнату, объявляя мое появление:
– Госпожа Иоанна, милорд.
После чего отступил, пропуская вперед, и я зашла, не испытывая ни капли волнения, только решимость высказать наконец Юлиану свое мнение. Конечно, за дверью все оказалось в лучших традициях: интимный полумрак, мерцающие свечи в подсвечнике на столе, тлеющие угли в камине, накрытый на двоих стол, блюда, источающие тонкий аромат. Интересно, кто все-таки готовил?.. Впрочем, нет. Неинтересно. Сам Юлиан стоял около одного из стульев, держал в руке кремового цвета розу на длинном стебле и с радостным ожиданием смотрел на меня. На несколько мгновений стало даже жаль его, может, он в самом деле неплохой парень. Даже мелькнула малодушная мыслишка, а не дать ли Юлиану шанс…
– Привет! Шикарно выглядишь, – его голос разрушил хрупкую атмосферу романтики, чуть не сыгравшую со мной дурную шутку. – Это тебе, – он протянул розу. – Ты же любишь цветы, да?
Люблю, но не розы, однако не стала расстраивать Юлиана. Кивнула, взяла цветок и вежливо улыбнулась:
– Спасибо.
После чего присела на выдвинутый стул. Приятель Анжея устроился напротив, снял крышки с блюд, и некоторое время мы молчали, отдавая должное вкусному ужину. А потом, отодвинув пустую тарелку и взяв бокал вина, я заговорила первой, взяв инициативу в свои руки.
– Юлиан, послушай, – все-таки чуть-чуть волновалась, так как сейчас злость на парня прошла и обижать его не хотелось. – Все чудесно, и ужин вкусный, роза тоже красивая, но не думаю, что тебе стоит продолжать в том же духе, – и я твердо посмотрела ему в глаза, запретив себе испытывать чувство вины.
– Приглашать тебя на свидания? Почему? – с искренним недоумением поинтересовался он. – Ведь ты говорила про ухаживания…
– Ты молодец, конечно, только извини, ничего не получится, – не дала ему договорить, пока не растеряла решимости. – Мы из разных миров, и прости, ты не в моем вкусе, – выпалила на одном дыхании, не желая ругаться с ним и переходить на грубости. – Могу предложить только дружбу.
Улыбка сползла с лица Юлиана, и я почувствовала себя не в своей тарелке – вот не люблю такие ситуации! И угораздило же, а. Он вздохнул, повертел вилку, снова покосился на меня.
– А может, все-таки попробуем? – не сдавался парень. – Я, честно, буду вести себя хорошо! Анни, ну пожалуйста. – Он проникновенно посмотрел мне в глаза, и я чуть не поддалась жалости и противному чувству вины.
Потом хуже будет, это я знала точно – наверное, опять из прошлой жизни. Если сразу не зацепило, незачем давать напрасные надежды.
– Не стоит, – повторила я, подавив вздох. – Юлиан, правда.
Он замолчал, насупился, а потом выдал, одарив мрачным взглядом:
– Это из-за него, да? Из-за Эрика? Потому что он за тобой ухаживать решил?
Я порадовалась, что проглотила вино. Вытаращившись на Юлиана, протянула:
– Чего-о? При чем тут вообще князь?!
Ой, хотя щеки потеплели от прилившего румянца. Нет, не буду думать об ухаживаниях Эрика, еще чего не хватало!
– Он тебя на свидание тоже пригласил? – добил меня Юлиан, и я чуть нервно не рассмеялась.
– Никуда он меня не приглашал, успокойся, – решительно отмела нелепые предположения. – Просто ты не нравишься мне как парень, ну бывает такое. – Я пожала плечами, допила последние глотки вина и поднялась. – Извини, не хотела тебя обидеть. Мне пора.
– Я провожу… – подорвался Юлиан, но я остановила его:
– Нет, спасибо, я сама дойду, не переживай.
По крайней мере, общее направление, куда идти, я помнила, а в случае чего поймаю кого-нибудь из слуг или стражу спрошу. Все же лучше, чем Юлиан в качестве сопровождающего. Я быстро покинула комнату, не забыв забрать розу – незачем огорчать Юлиана еще больше. Очень надеюсь, что он все же скоро переключится на другой объект и оставит меня в покое. Нет, ну правда, это приятно, конечно, когда мужчина настойчив, но не тот, который тебе вот ни капельки не нравится! Погруженная в переживания и размышления, я шла по коридорам и переходам, хмурясь и кусая губы, уши нервно подергивались. Чувство вины и смутная досада переплелись в тугой клубок, покалывая изнутри, и очень хотелось избавиться от них. Богиня, пожалуйста, если ты меня слышишь, отвлеки как-нибудь Юлиана, пошли ему новую девушку для интереса!
Я свернула на очередную лестницу, ненадолго вынырнув из раздумий, огляделась – вроде смутно помню, что здесь мы шли, значит, не заблудилась. Сделала первый шаг… И тут кто-то сильно толкнул в спину, да так, что я не удержалась, вскрикнула и пошатнулась, не успев схватиться за перила. Воздух застрял в горле, перед глазами все завертелось, а от паники похолодели руки, пока я летела вперед – хорошо хоть недалеко, лестница оказалась не слишком длинной. Но приземление вышло жестким, я ударилась бедром, подвернула лодыжку так, что боль прострелила до самого колена, вырвав еще один стон, а напоследок приложилась затылком о ступеньку. В глазах потемнело, и сознание меня благополучно покинуло.

Эрик возвращался с поздней встречи с одним из своих агентов, присматривавших за иностранными принцессами – все-таки кто-то из них пытался опоить принца приворотным. Пока, по докладу, ничего настораживающего, а насчет зелья – так это фрейлина решила выслужиться перед госпожой. Юлиан даже присутствовал на этом вечере, устроенном его матушкой, правда, совсем недолго, но, по словам того же агента, вел себя прилично, улыбался, расточал комплименты. Хотя потом куда-то исчез… И Эрик даже знал куда. На ужин, с ушас… С Иоанной. При этой мысли сердце почему-то сжалось, а настроение резко испортилось. Упрямый мальчишка, а ведь назло действует, вряд ли его чувства к поварихе настолько серьезны. Просто хочет еще один экзотический трофей в свою коллекцию.
«Так, стоп, не о том думаешь», – остановил Эрик карусель мыслей. Иоанна, конечно, необычная, с такой интересной способностью, но завтра прием, на котором ему предстоит выбрать айсу! Вот о чем надо думать, а не о том, такой ли мягкий у госпожи поварихи хвост, как кажется. И замурлычет ли она, если почесать за ушком… Едва не зарычав, Эрик чуть не сорвался на бег, занятый сумбурными мыслями, буквально пролетел коридор, свернул к лестнице… Чтобы наткнуться на лежащую без сознания Иоанну у самых ступенек. У князя вмиг все похолодело внутри, все фривольные фантазии вылетели из головы, и он опустился рядом с девушкой, всматриваясь в бледное лицо. Жива, дыхание прерывистое, частое, и пальцы чесались проверить целительской магией, все ли с ней в порядке.
Скрипнув зубами, Эрик аккуратно просунул руки под неподвижное тело и легко поднял девушку. Нельзя ему сейчас ничего сложнее элементарной стихийной использовать, даже с амулетами и зельями. Завтра предстоит проверять охранный контур дворца, готовить парадные залы к вечернему приему, а еще и вечером испытывать девиц, не отзовется ли на какую магия, и только очередного срыва князю не хватало. Лучше отнести Иоанну к себе, благо тут недалеко, и вызвать целителя.
– Что же ты так, Анни, – пробормотал Эрик, поглядывая на лицо девушки и даже не заметив, как назвал ее.
Сама упала? Столкнул кто-то? Что тут произошло и почему она так поздно одна тут шла?! Если с ужина, каких пьяных гоблинов этот юнец не проводил?! Эрик выдохнул, усмиряя поднявшуюся изнутри волну злости, и лишь ускорил шаг, надеясь, что ничего серьезного с Иоанной не случилось. Это уже не шутки, если кто-то покушается на нее, и узнать бы: за что? Она всего-то второй день во дворце! За напряженными размышлениями Эрик и не заметил, как добрался до своих покоев, где аккуратно уложил так и не пришедшую в себя Иоанну на диван в гостиной, затем коснулся скромного камня на браслете, который носил не снимая. Артефакт вызова целителя. Теперь осталось подождать: камень потеплел, значит, вызов услышан.

Эрик прошелся по комнате, то и дело бросая взгляды на Иоанну, потом все-таки не выдержал, присел рядом с ней, аккуратно поправил пушистый хвост, уложив на ноги девушке. Пальцы, коснувшись мягкого меха, замерли, а сердце почему-то сбилось с ритма, отчего Эрик сглотнул, не в силах убрать руку. Тихонько погладил, чувствуя себя мальчишкой, тайком заглянувшим на полку с нижним бельем в шкафу у старшей сестры… Было так же сладко, волнующе и совсем капельку стыдно. Шелковистая, мягкая шерсть, теплая и приятная на ощупь. Забывшись, Эрик шумно вздохнул, блуждая взглядом по бледному личику Иоанны, заметил, что оно порозовело, а ресницы дрогнули, и тут же отдернул ладонь, едва не сунув между ног, как нашкодивший пацан. Мысленно шикнув на себя, поспешно поднялся, отступив на шаг от дивана и нетерпеливо покосившись в сторону двери. Ну где там целитель?!
– А… Где я? – раздался от дивана слабый голос, и князь от неожиданности чуть не подскочил.
Видимо, сознание не возвращалось ко мне довольно долго, потому что, когда оно все-таки соизволило почтить меня своим присутствием и глаза открылись, я обнаружила, что нахожусь совсем не на лестнице. И точно не у себя в комнате… Какая-то гостиная в сдержанных тонах, окутанная полумраком – горел всего один магический светильник, и напротив дивана возвышалась фигура. Мужская. А потом вдруг разом заболели все синяки и шишки, голова отозвалась тупой пульсацией, а нос уловил знакомый бодрящий аромат, исходивший от мужчины.
– А… Где я? – сорвалось с губ, хотя где-то в глубине души ответ я знала.
– У меня, – отозвался мужчина голосом Эрика, и глупое сердце сорвалось в галоп, едва не лишив еще и способности дышать.
Да тьфу, меня тут с лестницы столкнули, и я едва не рассталась с жизнью, только эмоций ненужных не хватало! Господи, князь нес меня на руках до самых своих комнат. А если нас кто-то видел?! Пока я судорожно соображала, что сказать, Эрик так же негромко спросил:
– Что болит, Иоанна? Вы сильно ударились? И как оказалось, что упали? Споткнулись?
Я попыталась приподняться, но тут же бедро отозвалось вспышкой боли, и заныл еще и локоть, и пришлось оставаться в прежней позе.
– Затылок, локоть и еще бедро, – послушно ответила я, стараясь не обращать внимания на волнение, щекотавшее изнутри невидимыми усиками. – Я… не знаю, кажется, меня кто-то толкнул.
В голове никак не укладывалось, что я нахожусь в покоях князя Леденского и он принес меня сюда на руках. Вот и как прикажете не думать о нем, если постоянно сталкиваюсь, хотя где он, а где простая повариха?!
– Как вы нашли меня? – в свою очередь поинтересовалась я.
Ну не следил же, в самом деле. Это уж совсем ребячество, да и зачем ему это надо? Осторожно покосилась на него и тут же отвела глаза. Я в невыгодном положении: мое лицо освещено светильником, а его скрывает полумрак.
– Скажем так, проходил мимо и удачно оказался в нужном месте. Меня больше интересует, как вы оказались там. – Показалось, или в самом деле я услышала обвиняющие нотки?
Ответить не успела, только набрала воздуха, чтобы возмутиться – он мне никто, чтобы устраивать тут допросы, и вообще, я сторона пострадавшая! – как в дверь раздался требовательный стук. Эрик тут же подошел, открыл, впуская невысокого, с венчиком седых волос вокруг лысины, мужчину.
– Что случилось, ваша светлость? Вам плохо? Эликсиры перестали действовать? – тут же засыпал он вопросами хозяина комнаты, не заметив меня на диване.
– Со мной все в порядке. – Эрик улыбнулся уголком губ. – А вот с ней – нет, – махнул в мою сторону. – Госпожа Иоанна упала с лестницы.
Ага, целитель, я так понимаю. Он повернулся в мою сторону, подошел, окинув внимательным взглядом, присел рядом и взял за руку, сосредоточенно нахмурившись.
– Ага… – пробормотал он спустя несколько мгновений, погладил мои пальцы и по-доброму улыбнулся. – Ничего серьезного, кости целы, всего лишь сильный ушиб бедра, локтя и шишка на затылке. Осторожнее на ступеньках, госпожа. – Целитель покачал головой, потом коснулся моих висков, и, к моему удивлению, тупая пульсирующая боль сразу ушла.
Я моргнула, уставившись на него, и промямлила:
– На меня же не действует магия…
– Кроме целительской, – мягко перебил лекарь. – Мы можем лечить всех, даже аррини. Хотя на вас обычно требуется больше сил. – Он усмехнулся. – Ничего, к утру будете в порядке, милая барышня. – Мужчина поднялся. – Всего доброго, ваша светлость, госпожа.
Целитель вышел, и мы с Эриком остались одни. Ой…
– Уже поздно, я, пожалуй, пойду, – выпалила я и села на диване, стараясь не смотреть на князя.
Волнение и не думало уходить, пульс частил, как будто я хорошо пробежалась, и щеки алели маками, по ощущениям.
– Я провожу вас, – невозмутимо отозвался Эрик, к моему изумлению и растерянности. – Возражения не принимаются, – непреклонно отмел он все мои возможные отговорки, и пришлось их проглотить.
Поднявшись с дивана и опустив глаза, изобразила нечто похожее на реверанс и поспешила к двери, остро, всем существом чувствуя взгляд Эрика. Ну чего он смотрит?.. Я протянула руку к двери, собираясь открыть, но хозяин покоев опередил, предупредительно распахнув ее передо мной. При этом он оказался слишком близко ко мне, теплое дыхание пощекотало шею, и уши сами нервно дернулись, выдавая мое волнение. Не знаю, как не споткнулась, выходя в коридор, мне казалось, сам воздух потрескивает от напряжения.
– Так что вы делали так поздно в этой части дворца? – вернулся настырный князь к своему вопросу, поравнявшись со мной и приноровившись к моему шагу.
Вот же ж, а? Раздражение немного помогло справиться с волнением, я поджала губы и буркнула:
– Встречалась с… одним знакомым.
– А почему он вас не проводил? – в голосе князя послышались недовольные нотки.
– Потому что я попросила этого не делать, – покосилась на Эрика и честно произнесла: – Давайте не будем об этом. Я не хочу обсуждать эту тему.
Показалось или нет, что уголки губ моего спутника дрогнули и чуть приподнялись? Да нет, ерунда, в самом деле.
– И все-таки вам надо быть осторожнее, – мягко ответил он. – Дворец по ночам не самое безопасное место. Вы можете предположить, кто мог на вас так разозлиться, Иоанна? Кому вы успели насолить?
Я пожала плечами и коротко вздохнула. Наверное, могла бы Алаира, но ведь ее выгнали из дворца, а больше и не знаю. Придворная дама?..
– Не знаю, – честно ответила ему. – Я всего два дня во дворце, ваша светлость…
– Мы же договорились, просто Эрик, – перебил он, и его пальцы коснулись моей руки.
Честное слово, оно само получилось, что ладонь едва не отдернулась от неожиданности, а князь еще и ловко поймал, не дав отобрать! И положил себе на локоть, будто так и надо.
– Значит, не знаете, да? – как ни в чем не бывало продолжил он разговор. – Тогда просто будьте осторожнее, Иоанна, и не ходите так поздно по дворцу. И если что, обращайтесь ко мне, – неожиданно предложил Эрик, а я едва не споткнулась.
Вот уж на что у меня смелости не хватит, так это обратиться ко второму лицу государства со своими мелкими проблемами. Но вежливость требовала ответить по-другому.
– Хорошо, ва… Эрик, – я вовремя вспомнила его пожелание, и имя князя отозвалось на языке приятным пряным привкусом.
Некоторое время мы шли молча, я смотрела под ноги и ловила себя на том, что идти и молчать с Эриком очень уютно. Странно для едва знакомых людей, но так оно и было: волнение почти улеглось, лишь заставляло дышать немного чаще, и губы то и дело подрагивали, норовя сложиться в улыбку.
– Как вам новая жизнь, Иоанна? – заговорил вновь князь, сворачивая в очередной коридор и придерживая мою ладонь на своем локте. – Вы правда любите готовить?
– Очень, – искренне ответила ему. – А новая жизнь… – помолчала, обдумывая собственные впечатления. – Не знаю, что было в моем прошлом, но здесь все действительно необычно; и магия, и сам город, и это, – мотнула хвостом, поймав его свободной рукой. – Кажется, в моем прошлом мире все было гораздо скучнее. – Я все-таки улыбнулась, уверенная, что так оно и есть.
Наверное, богиня и правда знает лучше, кому что предназначено, потому что здесь я удивительным образом ощущаю себя на своем месте, несмотря на необычную внешность.
– Хотел бы я попробовать что-нибудь из вашей стряпни, Иоанна, – весело заявил вдруг Эрик, и я снова чуть позорно не споткнулась на короткой лесенке. – Король обмолвился, что ее величество и дамы в восторге.
А я неожиданно смутилась, едва не ляпнув, что могу и ему завтрак приготовить, никаких проблем… Кроме того, что вообще-то я понятия не имела, как питается князь и кто ему готовит. И очень не вовремя перед глазами возникла картинка сочной, запеченной в сливках и специях свинины, предварительно замаринованной в пикантном соусе. Сама едва не облизнулась, совершенно точно зная, что это блюдо понравится Эрику. Точно так же, как вышло с тем салатом из яблок и капусты для королевы.
К счастью, мы уже пришли – я увидела, что князь свернул в знакомый коридор, где и находилась моя комнатка, – и отвечать необходимости не возникло.
– Благодарю, Эрик. – Я мягко высвободила руку и повернулась к нему. – Весьма любезно с вашей стороны проводить меня.
Он помолчал, склонив голову к плечу, и показалось, что-то хотел то ли сказать, то ли… не знаю, в глубине его глаз я отметила мелькнувшее странное выражение, но князь Леденский только коротко кивнул и попрощался:
– Спокойной ночи, Иоанна, поправляйтесь.
Я медленно зашла в комнату, рассеянно огляделась – нет, никто в этот раз не заходил. Мелькнула мысль, может, стоило рассказать Эрику о неизвестной посетительнице и запахе, который я ощутила? Нет, пожалуй, не буду, у него и без меня хватает важных и серьезных дел. А завтра встречусь с Анжеем и выспрошу аккуратненько все, что меня интересует. Быстро переодевшись и умывшись, я улеглась на живот, обняв подушку и закрыв глаза. День выдался утомительным и полным переживаний, и все-таки с моих губ не сходила улыбка. А из головы никак не желал уходить вопрос: показалось или нет, где-то на грани сна и яви, что, когда я валялась на диване Эрика, он… гладил мой хвост?! И самое странное, мне это безумно нравилось.
На этом сознание решило, что хватит с меня на сегодня волнений, и я благополучно провалилась в крепкий сон.

Лания проводила пару прищуренным взглядом, в котором плескалась злость, и прикусила губу, почти не замечая боли. Значит, вот как. Пошел провожать эту… кошку драную.
– Это уже переходит все границы! – прошипела графиня, растерзав в клочья батистовый платочек.
Что ж, ничего-ничего. Завтра все решится, и эта облезлая перестанет представлять опасность. Эрик не посмеет пойти против магии, а магия… Лания усмехнулась, бросила последний взгляд в сторону ушедшей пары и неторопливо направилась в свои покои. Магию тоже можно подчинить, даже не обладая универсальным даром. Надо только знать как. Ну а с этой Лания тоже разберется в два счета, даже без всякой магии.

С утра, как обычно, меня завертела работа, и думать о вчерашнем было совершенно некогда. Быстренько позавтракав, мы с Маруней принялись за дело: сегодня я решила порадовать ее величество, помимо основных блюд, творожным пудингом, печеньями «Яблочко» и апельсиновым на десерт. Опять же, легкие блюда точно понравятся, и разнообразие какое-то. Радостная Маруня порхала по кухне, помогая – на этот раз ушки на ее обруче были трогательно-рыжие. И что удивительно, моя помощница уже практически не впадала в рассеянность, портя блюда и тем самым подстегивая мою фантазию к изобретению новых рецептов. Это радовало.
После того как десерты отправились на стол королевы, у нас выдалась свободная минутка, и Маруня помчалась к себе проверить, не пришел ли ответ от Анжея. Я же присела в уголочке, переводя дух и маленькими глотками отпивая вкусный ягодный морс. Мысли только свернули на предыдущий вечер, волнующую встречу с Эриком, но глубоко задуматься я не успела. Неожиданно раздался знакомый до зубовного скрежета, с отчетливыми нотками превосходства голос:
– Моя госпожа желает передать королевской поварихе…
При этих словах в кухне воцарилась звенящая тишина, только что-то шкворчало на сковородке, да раздался изумленный возглас пана Жижтова:
– Алаира?! Тебя же выгнали из дворца!
Я вскинула голову и встретилась взглядом с девицей, смотревшей прямо на меня и гаденько так улыбавшейся. В чистеньком платье, с надменно вздернутым подбородком и явно задумавшая какую-то пакость. Хм. И кто у нее госпожа, интересно? Как она ухитрилась устроиться горничной к знатной даме, да еще так быстро?
– Так вот, моя госпожа просила передать, что она очень недовольна десертом, – как ни в чем не бывало продолжила Алаира, не обратив внимания на Жижтова. – Слишком сладкий, приторный и совсем не для сохранения фигуры.
Я прищурилась, медленно поднявшись с лавки. Ах, десертом недовольна? Ах, приторный? Это яблоки-то и творог?! Уверена, это либо самовольная выходка Алаиры, либо… Вот и проверим, на самом ли деле ее госпожа недовольна десертом. Сложив губы в сладенькой улыбочке, я изобразила на лице смирение и промурлыкала:
– Хорошо, как скажешь. Я сделаю твоей госпоже специальный салат, для ее фигуры.
И поспешила к своему столу, мысленно потирая… руки, да. Сейчас эта неизвестная леди получит свое диетическое блюдо вместо вкусностей. Маруня смотрела на меня круглыми глазами, неприлично широко открыв рот, и пришлось незаметно ей подмигнуть. Жижтов откашлялся, пришел в себя и рявкнул:
– Что стоим, пельмени недоваренные?! Жаркое горит, куда ты смотришь! У кого котелок выкипает, половник мне в ухо?!
На кухне поднялась привычная суматоха, а Алаира стояла на пороге со скучающим выражением лица, глядя поверх голов остальных и чинно сложив руки на груди. Ну что ж.
– Маруня, неси мне шпинат, спаржу, вареную капусту брокколи, зеленый лук и йогурт, – перечислила составляющие, потом подумала и добавила: – А еще зеленый перец и кинзу.
Глаза помощницы стали еще больше, но она без лишних вопросов кивнула и отправилась добывать нужные мне ингредиенты. Жижтов только поглядывал в мою сторону с явным интересом, я же занялась салатом. Когда все было смешано в одной миске, это  даже на вид выглядело малоаппетитно, а уж пробовать я не стала бы ни за какие коврижки. Мадам хотела диетическое? Пожалуйста, получите. Все исключительно полезное, но безвкусное и местами горькое. Потому что я даже специй не добавляла. Эх, хотела бы увидеть физиономию этой неизвестной фифы, когда она попробует мой салатик!
Красиво разложив собственное творение на тарелке и посыпав рубленой кинзой и луком, с торжественным видом прошествовала к Алаире, протянув ей салат.
– Вот, специально для леди, очень полезно для фигуры, – прощебетала я и хлопнула ресницами, глядя в глаза бывшей конкурентке.
Алаира смерила меня подозрительным взглядом, осторожно принюхалась – пах салат, как и полагается, зеленью и немножко травой, ничем больше – и взяла тарелку.
– Хорошо, – буркнула она и вышла из кухни.
Я же с чувством выполненного долга вернулась к своему месту.
– Полагаю, мне не стоило его пробовать, да? – задумчиво прогудел Жижтов над моим плечом.
– Ну почему же, в нем много витаминов, – невозмутимо ответила я, повернувшись к нему. – Не все вкусное, что полезно, – с усмешкой добавила, выразительно глянув на королевского повара.
– Угу, – он хмыкнул, усмехнулся в ответ и вернулся на свое место.
А я что, я ничего. Сижу себе скромненько, обдумываю почему-то снова свинину в соусе с гарниром для Эрика…
– Ой, я же забыла сказать, Анжей прислал ответ, – тут же выдернула меня из задумчивости Маруня. – Сказал, сегодня сможет встретиться, и чтобы ты подходила часам к двум к воротам академии, он освободится.
Я встрепенулась, сердито шикнула на неправильные мысли и кивнула.
– Отлично, – с воодушевлением откликнулась на ее слова. – Пан Жижтов вроде говорил, что к вечеру будет только фуршет, значит, успею увидеться с ним.
Маруня помялась, поглядывая на меня искоса, и наконец робко поинтересовалась:
– А можно с тобой, Анни?..
С ответом я замешкалась, с одной стороны, не желая обижать девушку, а с другой – все-таки хотела пообщаться с Анжеем с глазу на глаз. Слава богине, положение спас отец Маруни, каким-то образом услышав, о чем мы разговариваем.
– Куда это ты собралась, позволь спросить? – строго вопросил он, неслышно оказавшись рядом с нами. – Это Иоанна – королевская повариха, а не ты! Так что останешься здесь! Для тебя работы хватит!
Личико Маруни вытянулось, однако я поспешила подбодрить ее.
– Уверена, Анжей потом пригласит тебя на нормальное свидание, – шепнула, краем глаза наблюдая за удаляющимся Жижтовом.
– Ты так думаешь?.. – просияла Руня и мило покраснела, но глаза заблестели от предвкушения.
– Да, – заверила напарницу, про себя отметив, что надо бы как-нибудь деликатно узнать у Анжея, как ему вообще эта девчушка.
Вдруг зря тут сводничеством занимаюсь, а у него и вовсе невеста какая-нибудь имеется? Парень вроде не урод, вполне привлекательный малый. И тут наш разговор снова прервался появлением Алаиры. Точнее, очень  недовольной Алаиры. Я внутренне подобралась, изобразив на лице безмятежность, и посмотрела на нее. Мадам недовольна диетическим салатиком?
– Моя госпожа срочно требует тебя к себе, – сухо известила Алаира, поджав губы, после чего резко развернулась, так, что взметнулись юбки, и вышла, даже не посмотрев, иду ли я за ней.
– Ой, Анни… – протянула растерянно Маруня.
– Кажется, сейчас меня будут ругать, – хмыкнула я, почему-то не испытывая ни капли страха.
Ну наворчит заносчивая леди, так сама хотела для фигуры, вот я ей и сделала. Пожав плечами, потрепала Маруню по макушке и широко улыбнулась.
– Да ладно, не отравила же, – весело сказала ей и поспешила выйти из кухни за Алаирой.
Весь путь по коридорам и анфиладам дворца мы проделали молча, до самых внутренних покоев, где обычно завтракала королева с фрейлинами. Дверь распахнулась, я переступила порог знакомой столовой, скромно опустив глаза в паркет, пока Алаира громко докладывала:
– Вот, миледи, эта повариха, которая сделала салат.
А дальше, услышав свистящее шипение разгневанной леди, я внутренне похолодела, превратившись в статую:
– Ты!.. Да ш-ш-што ты с-себе позволяеш-шь, мерзавка?! Как ты пос-смела подсунуть мне эту безвкусную траву?!
Это же самое шипение я слышала в свой самый первый день, когда столкнулась с неизвестной дамой, обронившей камень в мешочке.

Глава 8

Меня как в ледяную воду окунули, и хотя на лице не дрогнул ни один мускул – видимо, от прежней жизни досталось умение сохранять невозмутимость в любой ситуации, – внутри все застыло. Краем сознания отметила, что королева, похоже, с искренним любопытством наблюдает за представлением, поглядывая то на меня, то на свою фрейлину. Причем, кажется, ничуть не злится, потому как в уголках губ спряталась улыбка, а глаза весело поблескивают. Остальные придворные дамы тихо перешептывались, прикрываясь веерами. Алаира встала за спинкой стула госпожи и открыто ухмылялась, не скрывая злорадства.
Так, Анни, берем себя в руки и включаем дурочку. И я, скромненько так хлопнув ресницами, прощебетала:
– Вы же хотели полезный для фигуры салат, как мне передала ваша служанка. Вот я и сделала, не сладкий, легкий.
Кажется, со стороны королевы долетело тихое хихиканье. Леди молчала, тяжело дыша, и, видимо, соображала, что сказать, чтобы не уронить собственное достоинство. Наверняка ведь громко возмущалась моей стряпней, слышали все, сидящие за столом.
– Забирай это и ешь сама, – сквозь зубы наконец процедила дама, брезгливо отодвинув салат от себя.
– Как скажете, – пропела я, присев в реверансе и уже справившись с первым замешательством.
Молча забрала тарелку с безвкусным нечто у мадам. Уж явно при всех она не начнет допрашивать про камень, и уверенность в том, что отдавать находку ей нельзя, только окрепла. Королева же, отправив ложку пудинга в рот, громко произнесла:
– Благодарю, Иоанна, пудинг просто восхитительный! Пожалуй, я хочу включить его в меню. Зря вы отказываетесь, графиня, – добавила она и махнула: – Можете идти.
Ага, графиня, значит. Еще бы имя узнать, но наверняка этих графинь во дворце полно. Хотя можно же через Алаиру, точно! Воодушевленная, я поспешила вернуться на кухню с нетронутым салатом, довольно улыбаясь. Даже догадка, что наверняка столкнула меня Алаира, раз снова во дворце объявилась, не испортила настроения. Просто не буду больше, когда стемнеет, по коридорам шляться, вот и все. Юлиан притих, слава богине, уверена, это результат нашего разговора вчера. Вот и чудно. На кухне меня встретила Маруня и, увидев тарелку в моих руках, изменилась в лице.
– Все в порядке, – успокоила я впечатлительную девчонку. – Леди поняла, что погорячилась с заявлением о здоровой и полезной пище.
Руня тут же повеселела, прыснула в кулачок и забрала у меня салат, выбросив его в мусорку и сморщив носик. Дальше день неторопливо пошел своим чередом, я помогала остальным, поскольку ее величество уже накормлена. Но кухня работала на весь дворец, так что работа нашлась. Потом мы с Маруней пообедали, и я пошла к себе, чтобы переодеться и отправиться на встречу с Анжеем, не забыв при этом положить камень в карман. Даже если мадам второй раз попрется обыскивать мою комнату – пусть. Кроме рецептов, здесь больше ничего ценного, вряд ли ее заинтересует мой скромный заработок. И со спокойным сердцем я покинула дворец.
Дорогу до Фиолетового квартала помнила прекрасно, так что не заблудилась, тем более что теперь уже не глазела по сторонам, открыв рот. Только лишь иногда невольно косилась в сторону кафе и ресторанчиков, откуда мой чуткий нос улавливал соблазнительные запахи. Анжей ждал у ворот, я сразу его увидела и подошла, поглядывая на видневшуюся территорию академии.
– Привет, – поздоровался парень.
– Привет, – я улыбнулась ему. – Пойдем посидим где-нибудь? – сразу предложила, не желая разговаривать посреди улицы.
– Давай. – Он с любопытством покосился на меня. – Тут как раз есть на соседней улице чудное местечко, хозяйка печет вкуснейшие миндальные печенья. Ты как повариха наверняка оценишь. – Анжей усмехнулся.
Местечко и в самом деле оказалось чудным, с внутренним двориком, небольшим мраморным фонтаном и зелеными растениями. Мебель кованая, с мягкими подушками на спинках и сиденьях, и я с удовольствием расположилась на стуле, заказав девушке рекомендованное Анжеем печенье и горячий шоколад с корицей.
– О чем ты хотела поговорить? – поинтересовался парень, пока мы ждали заказ.
– Я тут камушек нашла, – вытащила находку и протянула ему. – Можешь посмотреть, что это такое? Вдруг у него какие свойства есть?
Анжей повертел камень в пальцах, озадаченно поднял брови:
– А почему ты думаешь, что это артефакт?
– Не знаю, – я пожала плечами с самым невозмутимым лицом. – На драгоценный не похож, но и на обычный тоже, вот и подумалось.
– Хорошо, посмотрю, – кивнул Анжей и спрятал камень. – Хотя по ощущениям ничего в нем не скрыто.
– Представляешь, я, оказывается, умею магию по запаху различать, – поделилась следующей новостью, думая, как бы плавно подвести к интересующему вопросу. – Случайно выяснилось.
– Ух ты-ы! – восхищенно протянул Анжей и уставился на меня. – Я о таком не слышал, чтобы у аррини подобные способности просыпались! И вот прямо аромат ощущаешь, да? – Его глаза тут же загорелись знакомым огнем – как у Эрика.
Не дожидаясь моего ответа, он пошевелил пальцами, и воздух вокруг нас пошел рябью, а в нос ударил запах свежих огурцов, о чем я и сообщила экспериментатору.
– Блеск! – пришел в совершеннейший восторг Анжей.
– Только не вздумай говорить никому! – сразу строго предупредила я, опасаясь стать предметом исследования каких-нибудь очумелых профессоров. – Не собираюсь участвовать ни в каких опытах!
Хватит с меня одного князя, вряд ли он так просто отстанет… Хм, и чего это вспоминаю о нем? Анни, спускаемся с небес на землю.
– Слушай, а может быть так, что при использовании магии кем-то другим появляются болезненные ощущения? – осторожно спросила я, надеясь, что вопрос не выглядит странным.
– Ну-у, – протянул Анжей, как-то удивленно покосившись на меня. – А что, у тебя возникают? – тут же проявил он сообразительность.
Очень некстати, между прочим. Я же не придумала, что соврать!
– Н-нет, просто услышала краем уха, – промямлила я и махнула рукой. – Так что там с ощущениями? – вернула разговор к прежнему вопросу.
– Вообще, они возникают только в одном случае, если девушка – айсу и на нее отозвалась сила мага-универсала.
– А?.. – я изобразила вопросительный знак всем телом, не поняв ничего из только что сказанного.
– Уф. – Анжей почесал в затылке. – Наверное, надо начать сначала, я забыл, что ты не местная. – Он немного виновато улыбнулся. – Смотри, есть маги, обладающие одной стороной силы, стихийной, целительской, некромантией, ментальной и так далее. А есть универсалы, они появляются редко и обладают полным спектром магии. Но, – Анжей поднял палец, – в полной мере пользоваться своими возможностями они могут, только когда найдут стабилизатор, девушку-айсу, которая будет забирать излишки силы и не давать магу сорваться.
– И как этот стабилизатор определяется? – Мои уши встали торчком, и отчего-то вспомнился тот знак, что я видела, когда меня прихватило первый раз.
Сердце невольно екнуло, но я запретила себе переживать раньше времени, может, это еще ничего не значит.
– Айсу может стать только девушка, не обладающая магией вообще, и такие отмечаются с рождения знаком богини, – продолжил объяснения Анжей. – Они заносятся в специальный список в ратуше каждого города, и регулярно проводятся проверки.
Наш разговор ненадолго прервался, принесли заказ, но я была настолько заинтригована, что едва ли ощутила вкус тающих на языке маленьких печений. По словам Анжея выходило, что я ну никак не подхожу на роль этого стабилизатора, я же вообще родилась не здесь и никаких знаков на себе не заметила, кроме того, исчезающего.
– Так вот, – прожевав, заговорил дальше Анжей. – Когда появляется универсал, после окончания нашей академии – они все приезжают учиться сюда – проводится вечер, куда приглашаются возможные айсу. Если магия универсала отметит кого-нибудь из них, у девушки появляются неприятные ощущения и знак на руке, такая серебристая вязь. – А вот тут только чудом я не поперхнулась глотком шоколада и сохранила невозмутимое лицо. – При каждом применении магии айсу ловит откат, и чем сильнее и сложнее эта магия, тем болезненнее ощущения.
Я сглотнула, пока Анжей жевал печенье с блаженным видом, и строго прикрикнула на расшалившиеся эмоции. Сначала выслушаю до конца, а потом уже паниковать начну.
– И… когда они исчезают? Ведь исчезают, да? – удивительным образом голос звучал спокойно, хотя внутри метался некто маленький и испуганный и почему-то истерично верещал: «Шеф, все пропало!!!»
Наверное, опять отголоски из прошлой жизни.
– Ну да, исчезают. Это только первичная привязка, когда магия универсала выбирает стабилизатор, – кивнул Анжей. – Вторичная, окончательная, когда… – тут он покраснел, отвел взгляд и кашлянул. – Мм, хм, короче, все айсу – девицы, а универсалы женятся только на них, невзирая на положение. После первой брачной ночи привязка укрепляется окончательно, а болезненные ощущения у стабилизатора пропадают. Знак проявляется на ее руке уже постоянно, а не только когда универсал магичит, и у мага тоже появляется метка, – практически на одном дыхании протараторил Анжей, не поднимая глаз от чашки с кофе. – Ну а универсал избавляется от срывов.
– Ч-что за срывы? – все-таки запнулась, ошарашенная нарисованной парнем картиной.
– Это когда сила выходит из-под контроля мага, – пояснил студент с видимым облегчением, сменив деликатную тему. – Очень опасные моменты, потому что никогда не известно, какая из граней магии выплеснется. Вот буквально на днях по городу прошла волна некромагии. – Анжей издал смешок. – Мертвяки повставали, факультет некромантов с ректором во главе на ушах стоял, усмиряя их до самого утра.
– А-а-а… – протянула я, пытаясь сформулировать вопрос, но Анжей и так догадался.
– Так это князь Леденский, первый советник и правая рука короля, он у нас универсал же, – пояснил парень. – И он не женат. Поэтому и ловим регулярно вспышки его силы. – Он пожал плечами. – Все надеются, что его светлость поскорее найдет себе новую айсу и не придется опасаться разгула стихий или чего похуже.
– Поня-ятно, – промямлила я, выскребая ложечкой со стенок остатки шоколада.
Только вот ни хвоста не понятно, и к кому идти с таким деликатным вопросом, как собственная странная реакция неизвестно на что, я не знала. У меня аж уши поникли, чем дальше обдумывала услышанное, тем тоскливее становилось на душе. Не хочу замуж по расчету только потому, что, видите ли, подхожу по божественному замыслу как… стабилизатор! Фу, слово-то какое пустое, мертвое, бездушное.
– А как же чувства, Анжей? – тихо спросила, искоса посмотрев на собеседника. – Любовь?
Студент неловко пожал плечами, почесал в затылке.
– Слушай, ну я таких тонкостей не знаю, – признался он. – Общеизвестный факт, что универсалы женятся только на айсу, а когда наш князь нашел себе невесту, о любовницах никто ничего не слышал.
– Это не значит, что их не было, – желчно заметила я.
Ну не укладывалось в голове, что мужчина может жениться на женщине, к которой он не питает никаких чувств, и при этом не изменять ей! Хотя, может, у аристократов так заведено, браки по расчету и все такое? Только почему-то в памяти упорно всплывало, что в таких случаях никто никому ничем не обязан и после появления наследника у каждого своя жизнь и спальни раздельные. Вот поварешка гнутая, не хочу так! А о чем я вообще думаю, кто сказал, что этот дурацкий знак и мои приступы дурноты как-то связаны с тем, что Эрик магичит? Единственный доказанный раз – это с тем щитом, в мой первый вечер в этом мире. А допустим, вчера?
– А что тебя так беспокоит эта тема? – задумчиво обронил Анжей, хрустя печеньем.
– Просто… – буркнула я, дернув плечом. – Как-то несправедливо получается по отношению к девушкам…
– Ну так спроси у князя, как там дело с чувствами обстоит, ты же во дворце работаешь, – огорошил Анжей веселым голосом.
Я смерила его выразительным взглядом, фыркнула и отправила в рот последнюю ложку шоколада, точнее, его остатков.
– Сам понял, что сказал? Зачем мне это надо? – с независимым видом отбрила его. – Когда с камнем сможешь разобраться? – резко перевела тему, чтобы не вызывать подозрений.
– Постараюсь к завтрашнему дню что-нибудь разузнать, – покладисто принял смену темы Анжей.
– Тогда напишешь Маруне, – кивнула я. – Со мной ваша магическая связь не работает, – со смешком добавила.
– Договорились, – согласился студент.
– Ладно, спасибо за все. Пожалуй, мне уже пора. – Я полезла за монетами, но Анжей с таким выражением посмотрел на меня, что, кажется, даже кончикам ушей стало жарко.
– Я заплачу, ну что ты, – укоризненно произнес Анжей, а когда я поднялась, вдруг позвал: – Иоанна…
– Мм? – обернулась, вопросительно глянув на него.
Парень помялся, коротко вздохнул, блуждая взглядом по кафе, а потом выдал:
– Ты не знаешь, у Маруни есть кто-нибудь?
О как. Не подвела меня чуйка, и очень здорово, что чаяния мелкой, похоже, имеют все шансы сбыться. Усмехнувшись, покачала головой:
– Вроде нет, но можешь уточнить у нее сам.
– Ага. – Анжей просиял. – Я сообщу, как с кристаллом разберусь, не сомневайся! – заверил он снова, и, распрощавшись, мы разошлись.
Я неторопливо направилась к дворцу, погрузившись в размышления, настроение снова медленно катилось по наклонной. Совпадало все за исключением некоторых деталей, и вот как понять, имеют они решающее значение или мои приступы плохого самочувствия и проступающий знак никак не относятся к привязке к магу-универсалу? Ох, ну как бы узнать, а может, сходить в храм, к Виттаре, и ее поспрашивать? Она уж точно лучше знает, были ли раньше случаи, чтобы аррини оказывалась еще и айсу.
Да, точно, решено – вот как выходной мой случится, так и схожу, чтобы без спешки пообщаться на интересующую тему, обязательно. Может, все не так страшно… В задумчивости я свернула на тихую улочку уже недалеко от дворца, и вот там-то это и случилось. Передо мной неожиданно распахнулась дверь какой-то лавки, я невольно затормозила, вскинув голову и выныривая из мыслей, а потом оттуда высунулась невнятная личность вроде как женского пола, пробормотала: «Ой, простите…» И в следующий момент мне в лицо полетела какая-то пыль, от которой в носу немилосердно засвербело. Я чихнула, зажмурившись, и – провалилась в беспамятство. Опять?!

Анжей после разговора с Иоанной вернулся в академию – у него еще были практические занятия, и только потом он отправился домой. В отличие от других студентов, живших в общежитии, Анжей возвращался к матери в их скромный двухэтажный дом в зажиточном районе столицы, где жили в основном купцы и мелкие дворяне. Его мать слыла одной из лучших кружевниц в городе, ее услугами пользовались известные портные, и средств им вдвоем вполне хватало. Отца Анжей не знал, мама говорила, что он оставил их еще до рождения сына. Недостатка в ухажерах она не испытывала, оставаясь в свои года по-прежнему привлекательной, однако не торопилась связывать себя узами брака. Госпожу Келлеш уважали и так, несмотря на то, что она, не будучи замужем, воспитывала сына. Для всех женщина оставалась почтенной вдовой, потому и не получала осуждения от соседей и знакомых.
Поднявшись на крыльцо, Анжей открыл дверь, шагнул через порог в прихожую, где вкусно пахло сухими травами и воском для паркета, и громко поздоровался:
– Мама! Привет, я дома!
Из приоткрытой двери слева появилась хозяйка, госпожа Келлеш, в домашнем платье приятного лавандового цвета с белыми кружевами. Она взволнованно улыбалась, глаза женщины блестели, и Анжей невольно насторожился.
– Здравствуй, сынок, а у нас гости, – приятным грудным голосом сообщила госпожа Келлеш и покосилась на дверь в гостиную. – Проходи, познакомлю.
Прищурившись, Анжей последовал в комнату и уставился на сидевшего на диване мужчину. Довольно привлекательной наружности, но внешность не особо запоминающаяся, вежливая улыбка, внимательные серые глаза, немного резкие черты лица. Одет в темный, без украшений, камзол и белую рубашку с кружевными манжетами.
– Добрый день, – осторожно поздоровался Анжей.
Мать редко приводила поклонников домой, только в том случае, если отношения переходили в серьезную стадию – несколько раз в ее жизни появлялись постоянные любовники, с которыми Анжей общался вполне ровно. Заботливыми отцами они не спешили притворяться, к маме относились с должным уважением, поэтому парень предпочитал не лезть в личную жизнь матери, даже если ему что-то не нравилось. Они с госпожой Келлеш были скорее добрыми друзьями, чем матерью и сыном, она тоже старалась не душить Анжея излишней заботой, и такое положение вещей обоих вполне устраивало.
– Приветствую, молодой человек. – Мужчина поднялся и шагнул к нему, протянув руку. – Граф Влодек Нушшем, твой отец.
Новость прозвучала для парня как гром среди ясного неба, он пожал ладонь чисто по инерции, пытаясь переварить услышанное от незнакомца. Его… отец? А зачем он явился в этот дом спустя двадцать с лишним лет, и вообще, как узнал, что они с матерью живут здесь?
– И зачем вы к нам? – вежливо поинтересовался Анжей, высвободив руку и на всякий случай спрятав обе за спину. – Надеюсь, вы не ждете, что я с радостью брошусь к вам в объятия? – не удержался все-таки, подпустив в голос иронии.
Рядом чуть слышно ахнула госпожа Келлеш, и Анжей поймал краем глаза ее укоризненный взгляд. Нет, ну а что она хотела, собственно? Он даже не знает, любила ли мать графа или это был порыв юношеской страсти? Никогда ведь не рассказывала. Однако Влодек не обиделся, к легкому удивлению Анжея – неужели нормальный мужик оказался?
– Меня долгое время не было в стране, не буду рассказывать грустную историю своей жизни, – хмыкнул граф Нушшем, потом немного смущенно покосился на мать Анжея. – Знаешь, я даже понятия не имел, что у меня сын есть, – сделал еще одно ошеломляющее заявление этот тип. – Я учился на последнем курсе, когда познакомился с Алишкой, – при этих словах госпожа Келлеш зарделась, как девица, чем снова вызвала у Анжея удивление. – После выпуска пришлось срочно уехать…
– Может, пройдем в столовую? Анжи, ты, наверное, голодный? – засуетилась хозяйка дома, прервав повествование гостя.
– Нет, я перекусил, мне в лабораторию надо, проверить кое-что, – тут парень не соврал, есть в самом деле не хотелось, а вот посмотреть, что за камень дала ему Иоанна, очень. – Так что ешьте без меня…
– Может, я помогу? – неожиданно предложил Влодек и вопросительно глянул на Анжея.
Первым порывом было отказаться, все-таки смущал Анжея этот внезапно объявившийся отец, но, с другой стороны, граф уж всяко опытнее в магии, вдруг и правда увидит что-то, что проглядит сам Анжей. И парень скупо кивнул, направившись к выходу из гостиной. Госпожа Келлеш просияла, проводив их взглядом, и студент все же понадеялся, что мать не станет пытаться играть в семью. Нет, если она хочет возобновить отношения с графом, пусть, Анжей ничего не имел против. Но вот всякие милые семейные посиделки, ужины там, обеды и прочее – увольте. И молодой человек решил сразу все прояснить, чтобы потом не было недоразумений.
– Надеюсь, вы не планируете играть роль доброго отца, решившего заняться воспитанием сына, – негромко произнес Анжей, пока они шли к его лаборатории в дальней части дома. – Я не против, если вы хотите отношений с моей матерью – если, конечно, она сама согласна, но я уже вполне взрослый человек и привык жить своим умом, без указок со стороны.
– О, что ты, Анжей, – граф поднял перед собой ладони и успокаивающе улыбнулся. – Я не претендую ни в коем случае, прекрасно понимаю, что прошло слишком много лет. Но ведь друзьями мы можем попробовать стать? – и снова вопросительный взгляд. – Я неплохо в артефактах разбираюсь, окончил как раз факультет в академии и долгое время изучал это дело в соседних странах.
– Хорошо, – кивнул Анжей и достал из кармана ключ с замысловатой бородкой.
На всякий случай он сам ставил на дверь охранные чары, чтобы горничная сдуру не сунулась, хотя ничего такого сверхценного в лаборатории Анжей не хранил. Открыв, парень шагнул в полутемное помещение, щелкнул пальцами, и зажглись светильники на стенах и люстра на потолке, залив лабораторию ровным ярким светом.
– А неплохо тут у тебя, – одобрительно заметил Влодек, осматриваясь.
У окна стоял письменный стол, в углу – шкаф с книгами и некоторыми конспектами, вдоль стен тянулись полки с лабораторной посудой, оборудованием и прочими нужными вещами, под ними – рабочая поверхность с зачарованной от воздействий столешницей. Везде царил порядок, Анжей следил за этим сам.
– Спасибо, – сдержанно поблагодарил он, достал из кармана камушек Иоанны и положил на столешницу, потом подошел к письменному столу и раскрыл толстую тетрадь в кожаном переплете.
Все свои опыты и изыскания Анжей, как и полагается, прилежно записывал, чтобы следить за ходом экспериментов.
– Ну, что делать будешь? – бодро осведомился Влодек, остановившись за плечом Анжея.
– Надо изучить этот камень, – пояснил тот, зажигая горелку и кладя кристалл на специальный плоский камень. – Нет ли в нем каких скрытых свойств.
– О, интересная задачка, возможный спящий артефакт? – оживился граф и встал рядом, встряхнув кистями.
Потом снял камзол, оставшись в рубашке, закатал рукава и хрустнул пальцами, с явным предвкушением улыбнувшись.
– Давай посмотрим, – решительно заявил Влодек.
…Спустя час граф уверенно заявил, что камень – просто камень, осколок полудрагоценного, граната или ему подобного, и все, что из него можно сделать, это красивое украшение. Если отдать ювелиру. Анжей спорить не стал, хотя его манипуляциям находка Иоанны тоже не поддавалась, и скорее всего гость прав.
– Я все-таки еще поизучаю, – задумчиво протянул студент, вертя невзрачный камушек в пальцах.
– Твое дело, – покладисто согласился Влодек и снял камзол со стула. – Мне, к сожалению, пора идти. Рад был познакомиться, Анжей, – граф протянул ему руку, улыбнувшись уголком губ.
Парень пожал крепкую ладонь и тоже улыбнулся.
– Спасибо за помощь, – искренне поблагодарил он.
– Мы же еще увидимся? – граф вопросительно поднял брови. – Ты не против, если я завтра зайду в обед?
– Мама будет рада, наверное, – ответил Анжей. – А у меня завтра встреча с преподавателем, и я скорее всего буду занят весь день.
На лице Влодека отразилась тень сожаления.
– Что ж, если что, обращайся, я оставлю адрес твоей матери, – кивнул он и вышел из лаборатории.
А Анжей вернулся к исследованиям камня Иоанны.

Эрик рассеянно листал лежавшее перед ним досье одной из принцесс, потенциальных невест Юлиана, – как раз той, служанка которой пыталась подлить наследнику приворотное зелье. Только мысли первого советника короля крутились очень далеко от миловидной девицы с курносым носиком, если верить портрету. А крутились они около некоей ушастой и хвостатой особы, успевшей за два дня пребывания во дворце обзавестись недоброжелателями. Кто мог столкнуть ее с лестницы?
Маг нахмурился, потер подбородок и вернулся к нападению. На принца ли? В свете вчерашнего падения Иоанны Эрик начал сомневаться, по всему выходило, что кто-то мог целиться и в аррини, только на что рассчитывал? Может, не знал, что магия против нее бесполезна? Или… Тут у Эрика пробежал холодок по спине: вдруг кто-нибудь нашел способ обойти эту особенность и Анни правда грозила опасность?!
– Так, – выдохнул князь, вскочил со стула и прошелся по кабинету, вертя на пальце крупный перстень с винно-красным гранатом. – Так-так…
Вспомнился эпизод с приворотным зельем – это ведь Иоанна унюхала виновницу, которую потом выгнали. Могла ли она быть в этом замешана? Вдруг у нее имеются покровители или девица как-то ухитрилась снова проникнуть во дворец? Вряд ли ушастенькая успела за такой короткий срок нажить слишком много врагов, а вот уволенную следовало как можно быстрее найти и допросить, что к чему. Кивнув своим мыслям, Эрик вернулся за стол, достал из ящика гладко отполированную овальную пластину нефрита, покрытую по краям замысловатой вязью. Плавно провел по ней большим пальцем, узор вспыхнул ярко-зеленым, и в овале появилось лицо мужчины.
– Ваша светлость, – почтительно поздоровался секретарь королевской канцелярии и по совместительству один из агентов Эрика.
– Узнай, как звали девицу, вчера уволенную с кухни, и чтобы к двум часам дня у меня на столе лежали все сведения о ней, в том числе где она сейчас, – распорядился князь Леденский.
– Будет сделано, ваша светлость. – Секретарь склонил голову.
– Отлично, – кивнул Эрик и снова провел по пластине – узор погас, и изображение пропало.
Теперь предстояло еще раз тщательно проверить все сведения о принцессах, пока король с сыном тренируются, а потом отправляться на заседание совета. Конечно, очень хотелось навестить Иоанну и проведать, как она себя чувствует, однако князь справился с этим желанием. Наверняка она уже вовсю работает, ведь ее величество завтракает в одиннадцать, а уже десять, и отвлекать девушку от готовки не слишком умно с его стороны.
Тихонько хмыкнув под нос, Эрик покачал головой и углубился в отчеты, внимательно вчитываясь: потенциальные невесты принца должны быть безупречны, и во всех трех до вчерашнего дня князь был уверен. А вот эта попытка подлить приворотное, пусть даже фрейлиной без ведома хозяйки, Эрика насторожила. Чутью он привык доверять, поэтому после некоторого колебания решил лично пообщаться с ее высочеством. Пусть ментальную магию он не рисковал сейчас применять в полную силу, но эмоции уловить сможет. Вот и проверит, насколько принцесса Зилана в курсе делишек своих фрейлин.

Ох… Приходить в себя было слегка боязно, если честно. Это уже не просто случайное покушение, это что-то большее. И почему-то я уверена, что тут приложила свои грязные ручонки та леди, графиня, кажется. Как же вовремя я отдала камень Анжею! Интересно, как долго я пребывала без сознания? Явно не пару минут, поскольку первые ощущения, сказавшие о том, что я еще жива, были не самыми приятными. Руки крепко связаны за спинкой стула, на котором сижу, ноги за лодыжки тоже, и конечности даже уже слегка онемели, что плохо. Глаза плотно завязаны, и для пущей безопасности на голову надето что-то вроде мешка. М-мамочки! Да что происходит?! Я нервно облизнулась, чутко прислушиваясь к звукам и шорохам вокруг, пытаясь понять, где нахожусь и одна ли тут, и вдруг нос уловил тонкий, неприятный и странно знакомый аромат. Так же пахло в моей комнате, когда ее кто-то обыскивал.
И подтверждая мои опасения, раздалось знакомое злое шипение:
– Ну что, кошка драная, попалась?! Возвращай мой камень, воровка!

Глава 9

Ой. А как она вообще узнала, что камень у меня?! В комнате не нашла, с собой его сейчас нет! А если бы она видела, что я отдала камень Анжею, то его бы похищала, не меня! Может, дурочку включить? Я порадовалась, что моего лица не видно, и пробормотала, мысленно скрестив пальцы:
– К-какой камень? Где я? А вы кто?
И тут же едва не взвыла, от боли аж перед глазами звезды засверкали: эта… кретинка на всю голову наступила на мой хвост!!!
– Я знаю, что ты его подобрала, хозяйка булочной, которая рядом, видела! – с мстительным злорадством пояснила графиня, пока я переводила дух – ногу с многострадального хвоста она убрала. – Так, живо говори, куда ты его дела?!
Мозг лихорадочно работал, пытаясь придумать хоть какое-то объяснение, но, кроме самого глупого – потеряла, ничего в голову не приходило. Я не могу в таких условиях трезво мыслить, ну что такое! То с лестницы роняют, то похищают, безобразие! Злость немножко потеснила страх, дав мне несколько драгоценных секунд, и я неожиданно твердым голосом ответила:
– Понятия не имею, куда сунула. Может, затерялся где-то в шкафу или когда переодевалась.
И пусть только попробует снова покуситься на мой хвост!.. А-ай, больно же! Кажется, в этот раз я таки зашипела, прокусив губу – во рту почувствовала солоноватый привкус.
– Вот поганка, жаль, на тебя магия не действует, – сквозь зубы процедила эта графиня, чтоб ей пусто было. – Врешь же, кошка драная!
Сама… треснутая на всю голову, вот же прицепилась к этому камню! И что в нем ценного-то, интересно? Обязательно надо завтра у Анжея спросить, если жива останусь после сегодняшней переделки.
– А вот и не вру! – уперлась я, уверенная, что убить уж точно не убьет.
Ну не на кусочки же резать будет, в самом деле, не думаю, что какой-то камень, пусть даже с ценными свойствами, стоит таких серьезных действий. Надеюсь.
– Ах ты… – начала было графиня, но внезапно умолкла. – Ну что там еще?! – раздраженно рыкнула она и, хвост даю, уперла руки в бока, как торговка на рынке.
Любопытство во мне немедленно подняло голову, до зарезу захотелось узнать, что же такое случилось, что отвлекло похитительницу от моей персоны, но, увы, сквозь повязку и мешок я видеть не могла при всем желании. А уши уловили лишь едва слышный шелест. Бумаги?.. Возможно, дама получила от кого-то послание? От кого, интересно? Ох, ну как же узнать, а? Словно в ответ на мои безмолвные уговоры графиня снова заговорила.
– Хм. Что ж, тебе повезло, некогда мне тут с тобой разговоры разговаривать, – странно снисходительным тоном произнесла похитительница.
После чего я услышала щелчок, потом нос уловил знакомый запах, тот самый, неприятный, – графиня творила магию. Я почувствовала, как веревки на руках и ногах сами развязываются, но слишком медленно, черт! К моменту, когда я смогла занемевшими и плохо слушавшимися пальцами стащить с головы мешок и повязку, естественно, в помещении никого, кроме меня, не осталось. Пустое, пыльное, с маленьким оконцем под потолком – явно кладовая или подсобное помещение, у стен пустые ящики, полки с какими-то банками и коробками. И уверена, в той самой лавке, дверь которой чуть не расшибла мне лоб. Ну или где-то поблизости, вряд ли графиня тащила меня куда-то далеко. Бедный истоптанный хвост ныл и дергал, как больной зуб, я пошевелить им боялась, в носу свербело от той пыли, что в меня бросили, и запястья с лодыжками тоже не слишком хорошо себя чувствовали.
Охая и морщась, я доковыляла до приоткрытой двери, осторожно толкнула дрожащими пальцами, выглянула и ожидаемо никого не обнаружила. Следующее помещение тоже выглядело заброшенным, какая-то старая мебель, пыльные окна и затхлый запах, как в нежилом помещении. Что-то не верится, что в респектабельных кварталах около дворца имеются такие заброшенные строения. Я пошла дальше, оглядываясь и принюхиваясь на всякий случай, но ничего подозрительного так и не обнаружила. Лавка в самом деле оказалась заброшенной, я никого не встретила. А когда вышла через дверь на узкую, тихую и безлюдную улочку, поняла, что меня все-таки куда-то отнесли от того места, где похитили. Значит, у графини есть как минимум один сообщник точно.
– Вот вредная баба, – пробормотала я, по стеночке пробираясь вдоль улицы к перекрестку и радуясь, что на мои скромные сбережения графиня не покусилась.
Надо поймать извозчика и добраться до дворца, пешком, боюсь, не осилю, тем более я понятия не имею, где нахожусь. Так и поступила, с облегчением устроившись на мягком сиденье. По словам возницы, ехать не больше четверти часа, и надеюсь, пан Жижтов не потерял меня – время близилось к обеду, пора кормить королеву. И все-таки почему графиня меня оставила?
На кухню я успела как раз вовремя, чтобы начать готовить обед для ее величества, и все шло хорошо. Даже Маруня, пребывавшая в мечтательном настроении после известия, что Анжей спрашивал о ней, всего лишь чуть не сыпанула в соус для мяса вместо душистой соли жгучего перца. Я вовремя перехватила, успев выдернуть из ее пальчиков перечницу. Алаира, к моей тихой радости, тоже не появлялась, видимо, сидела в покоях своей нынешней госпожи. Ну и хорошо. А после обеда, когда блюда унесли на королевский стол, мне внезапно снова стало плохо. Не до потери сознания, но голова закружилась, заныли кости, а из желудка поднялся горький ком. Рукав задирать не стала, чтобы посмотреть, проявился рисунок или нет, – слишком много народу, да и, если честно, мне было банально страшно. Не хотелось быть избранницей, и замуж по расчету тоже не хотелось…
Я привалилась к столу, дыша открытым ртом и судорожно пытаясь придумать благовидный предлог, чтобы уйти к себе, но пан Жижтов оказался глазастым и сам подошел.
– Так, пушистая, ну-ка, марш к себе! – скомандовал он, узрев мое бледное лицо. – Отлежишься, потом вернешься, закуски помогать делать к вечеру, но до шести чтоб я тебя здесь не видел! – строго добавил королевский повар. – Еще обмороков мне тут не хватало! Марька, собери Иоанне обед и проводи!
Напарница тут же захлопотала вокруг меня, отвела в уголочек, усадила на стул, быстренько поставила на поднос тарелки с едой и, легко удерживая одной рукой, второй подхватила под локоть. Мы добрались до моей комнатки, и я с облегчением растянулась на своей узкой кровати, положив ладонь на лоб и прикрыв глаза. Маруня, умница, ни о чем спрашивать не стала, только уточнила:
– Анни, тебе точно целитель не нужен? Может, я позову придворного…
– Нет-нет, не надо, зачем занятого человека беспокоить, – немного поспешно откликнулась я. – Все в порядке, я просто полежу немного и приду в себя, – заверила Маруню. – Просто слишком душно, вот с непривычки и сморило немного, – как могла бодро заявила я.
– Ну смотри. – Она потопталась на пороге, потом вышла, аккуратно прикрыв дверь.
Я же совершенно незаметно для себя соскользнула в дрему, где ломота в костях и дурнота почти не ощущались. Обязательно завтра надо в храм сходить и расспросить Виттару…

К обеду, о котором Эрику напомнил верный секретарь, сведения об уволенной помощнице с кухни лежали у него на столе. Алаира пришла наниматься помощницей к пану Жижтову за пару дней до появления во дворце Иоанны. Семья обычная, фермерская, вполне зажиточная, но многодетная. До этого Алаира работала довольно долгое время в городе. Вроде ничего подозрительного… Кроме этой истории с приворотным зельем. И теперь эта дамочка каким-то чудным образом оказалась горничной у графини Авелис, придворной дамы ее величества.
Нахмурившись, князь потер подбородок, отложил папку с отчетом и придвинул поднос с едой. Мелькнула соблазнительная мысль, а не передать ли в следующий раз просьбу на кухню, чтобы приготовила Иоанна, но была решительно отметена.
– Вот еще, не хватало служебным положением пользоваться, – немного невнятно буркнул Эрик, занявшись наваристой мясной похлебкой. – Так тоже вкусно…
Что правда, то правда, пан Жижтов собрал на своей кухне действительно хороших мастеров. Некоторое время его светлость отдавал должное умению поваров, а потом, закончив с едой, приказал секретарю пригласить к нему графиню. Скоро уже пора идти к Казимиру и заняться приготовлениями к вечернему приему, стоило покончить с нападениями на Иоанну поскорее. Хотя, на взгляд Эрика, попытки причинить вред Иоанне, да еще такой серьезный, всего лишь за увольнение с дворцовой кухни – это уже перебор. Но кто этих женщин знает, на что они способны из мести.
Спустя четверть часа в дверь кабинета Эрика раздался торопливый стук, секретарь доложил о приходе графини, и в кабинет вошла… та дама, с которой в последнее время он постоянно сталкивался. И, судя по ее радостной улыбке и довольному взгляду, она полагала, что Эрик все-таки вспомнил леди. Она чуть запыхалась, будто торопилась или вовсе бежала, но тем не менее присела в низком реверансе, распластав юбки по ковру и удостоив князя Леденского зрелищем глубокого декольте. Да вот беда, оно Эрика совершенно не впечатлило. По крайней мере, в голову назойливо лезли мысли о пушистом белоснежном хвосте с шелковистой шерсткой…
«Тьфу, фетишист несчастный!» – сердито шикнул на себя князь. Очень кстати заговорила графиня, отвлекая от волнующих и не совсем уместных сейчас воспоминаний.
– Ваша светлость, – промурлыкала леди, не торопясь подниматься и глядя на него снизу вверх. – Вы хотели меня видеть?
– Да, графиня, – с непроницаемым лицом произнес Эрик, соединив перед собой кончики пальцев. – Присаживайтесь.
Он не сомневался, что леди способна просидеть в такой позе достаточно долго, только давать ей возможность снова прикинуться на сей раз уставшей, чтобы он вроде как проявил вежливость и помог, Эрик не собирался. Он подобные финты от придворных леди научился распознавать с первого взгляда. Графиня же, ничем не показав своего недовольства, выпрямилась и плавной походкой подошла к стулу для посетителей, устроилась на нем, расправив юбки и выжидающе глянув на князя.
– Я хотел поговорить о вашей горничной, некоей Алаире. Она у вас недавно, ведь так? – сразу начал Эрик без лишних обсуждений.
– Да, так получилось, что моя прежняя… – тут же пустилась в объяснения графиня, но хозяин кабинета не дал ей договорить.
– Вы знаете, что ее выгнали с дворцовой кухни, потому что она пыталась подмешать в еду для принца приворотное зелье? – продолжил Эрик, не собираясь тратить на графиню больше времени, чем задумал.
Брови леди поползли вверх, на лице отразилось искреннее удивление. Хм. Не знала? Тогда как Алаира попала к ней?
– Ох, ее рекомендовал один мой знакомый, попросил по дружбе помочь бедной девушке, – не дожидаясь его вопроса, заговорила графиня. – Сказал, ей пришлось уйти с прежнего места, потому что хозяин приставал.
– Во-от как, – протянул Эрик, прищурившись.
– Она что-то еще натворила? Такой милой девушкой вроде показалась, – осторожно спросила леди.
Князь побарабанил пальцами по столу.
– Вчера вечером было совершено нападение на одну из служанок, и я выясняю подробности, – наконец сухо сказал он. – Будьте любезны, приведите вашу горничную ко мне, я хочу поговорить с ней.
– О, – графиня слегка смешалась. – Я отпустила ее на несколько часов, пока мне ее услуги не нужны, до подготовки к вечеру, – тут дама стрельнула в Эрика лукавым взглядом. – Но как только вернется, сразу приведу, обещаю!
– Хорошо. – Князь ничем не выдал своего недовольства и наклонил голову. – Что ж, больше не задерживаю вас, графиня. Всего доброго.
Она мгновение поколебалась перед тем, как встать, и Эрику показалось, хотела что-то сказать, но он уже уткнулся в бумаги, давая понять, что аудиенция закончена. До него долетел едва слышный вздох, шелест платья, а через минуту звук закрывшейся двери. Теперь можно и поработать спокойно пару часов, а потом идти проверять дворец и торжественную залу.

Не знаю, что там делал князь, но отпустило меня как раз часам к шести, когда заглянула Маруня – пора готовиться к фуршету. Кстати, на знак я все-таки посмотрела, не утерпела, но легче от этого не стало. При мысли, что по какой-то прихоти местных сил меня внезапно выбрали парой для князя, внутри все ощетинивалось и вставало на дыбы. Эта предопределенность вызывала искренний протест и возмущение. Я же нормальная девушка, я хочу ухаживаний, романтики, прогулок под луной и все такое, первый поцелуй и трепетание в груди. Не знаю, было ли это у меня в прошлой жизни, да и какая теперь разница, даже если да, я не помнила. Поэтому имею полное право на романтику в этой, а не вот так, идти замуж только потому, что… помеченная!
Сама не заметила, как апатия и вялость прошли и вернулось возмущение, и Маруня застала меня уже на ногах, переодетую в другое платье – то помялось, пока валялась страдалицей, – и с решительно сжатыми губами.
– Все в порядке, Анни? – тут же поинтересовалась помощница, внимательно оглядев на меня. – Тебе стало лучше?
– Я прекрасно себя чувствую, – заверила ее и поправила чепчик. – Пойдем?
Едва мы вышли в коридор, как мелкая радостно выпалила, заглядывая в глаза и чуть не прыгая вокруг:
– Представляешь, мне Анжей написал! Прямо как ты говорила, Анни! Встретиться хочет, так здорово!
– Поздравляю! – Я улыбнулась и справилась с желанием потрепать ее по макушке, как котенка. – Рада за тебя, Маруня.
Мы добрались до кухни и следующие полтора часа занимались приготовлением. Когда же пан Жижтов милостиво отпустил большинство сотрудников до завтрашнего утра, напарница вдруг ухватила за руку и шепнула:
– Анни, а хочешь посмотреть на прием?
– В смысле? – непонимающе уставилась на нее. – Он же для благородных, кто нас туда пустит?
Маруня хитро улыбнулась, ее глаза возбужденно заблестели.
– Торжественный зал находится на первом этаже, и из парка можно в окна подсмотреть, – сообщила она с триумфом. – Я так часто делаю, – немного смущенно призналась авантюристка, опустив глаза и ковырнув носком туфельки пол. – Интересно же.
Хм. Ну, мне, положим, не так чтобы интересно…
– Там будет король с королевой, принц и, говорят, даже князь, – торопливо заговорила дальше Маруня, видимо, почувствовав мои колебания. – Ну же, Анни, неужели не хочешь?
И нет, я согласилась вовсе не потому, что там Эрик будет! Просто надо же за помощницей присмотреть, чтобы не вляпалась во что-нибудь. Поэтому я и кивнула, к вящей радости Маруни. Из кухни она выходила, чуть не пританцовывая и с таким непосредственным предвкушением на лице, что я невольно улыбнулась. Правда, и какие тут развлечения у простых жителей? Ну, прогуляться по городу, сходить на танцы, почитать, наконец. Может, и есть какие-нибудь игры типа шахмат или карт, но таким бойким натурам, как Маруня, вряд ли подойдет подобная игра. Вот и остается подглядывать за аристократами, когда выдается возможность.
Через некоторое время я следовала за Маруней, уверенно шагавшей по посыпанной гравием дорожке вдоль живой изгороди. Разноцветные магические шарики освещали пространство, разгоняя тени, здесь царила тишина – пока. Полагаю, вечер только начался и гости еще не натанцевались.
– Обычно папа не пускает меня, когда в самом деле что-то серьезное, – тараторила Маруня по дороге. – Да и охраняются такие приемы тоже, никто чужой не проскользнет. – Она коротко вздохнула. – Я слышала, сегодня еще, кроме празднования возвращения принца, собрали девушек для князя Леденского, – сообщила напарница, оглянувшись на меня через плечо. – Он снова будет выбирать себе айсу.
– Снова? – уцепилась я за возможность поговорить об Эрике без подозрений, что специально интересуюсь его персоной. – А что, у него уже была?..
– О-о, ты же не знаешь! – протянула Маруня, и ее глаза заблестели от предвкушения. – Там такая история была! – мечтательно вздохнула она, едва не споткнувшись, и пришлось придержать ее, чтобы не расквасила ненароком нос.
Анжей точно не оценит такого украшения завтра на свидании.
– Какая? – Мой хвост нетерпеливо дернулся, уши встали торчком, и отрицать и дальше, что князь меня ничуточки не интересует, стало бессмысленно.
Интересует, еще как, и без всякой магии. Хочется узнать о нем как можно больше, даже самые мелочи: что он любит читать, что предпочитает на завтрак, как отдыхает, нравится ли ему гулять, чем занимается в свободное время… В общем, я хотела знать о предмете моих воздыханий все.
– Так, ну, слушай. – Маруня покосилась на ярко освещенные окна дворца и добавила: – Почти пришли уже, недалеко осталось. В общем, когда наш князь в прошлом году решил выбрать айсу…
– Подожди, а разве универсалы не делают это сразу после выпуска из академии? – перебила я ее, вспомнив объяснения Анжея.
Маруня пожала плечами.
– Ну я не знаю, может, до сих пор не попадалась ему нужная, – отмахнулась она. – Так рассказывать или нет? – слегка обиженно вернулась девушка к прежней теме.
– Рассказывай, – кивнула я, решив, что подробности вытрясу из Анжея, он точно знает лучше, что и как.
– Так вот, в прошлом году точно такой же прием устроили, и там князь выбрал айсу. – Маруня остановилась, заглянула в окно и покачала головой. – Вроде это была младшая дочь какого-то аристократа, хорошенькая, просто прелесть! Они первый раз увиделись на том балу, и князь, представляешь, отказался до свадьбы пользоваться магией! – с восторженным придыханием выдала Маруня. – О, мы пришли! Смотри, вон король с королевой! А вон и князь! – Она прилипла к стеклу, чуть не расплющив нос, сияя, как начищенный котел.
Я обреченно вздохнула про себя: придется смириться с тем, что вот прямо сейчас все подробности истории не услышу – Маруня отвлеклась на прием. Ну… посмотрим, что ли? И я осторожно заглянула в окно. Впрочем, если бы мы делали что-то запрещенное, тут бы стояла охрана, гоняя любопытных, а так – я же не посторонняя, живу во дворце, приказа не подглядывать не было. И вообще, ну перед кем я сейчас оправдываюсь?!
Неслышно фыркнув и дернув ушами, я принялась разглядывать высшее общество. И вот как-то сразу так получилось, что выхватила из разноцветной, пестрой, сияющей драгоценностями толпы того, ради кого все это и затевалось. Высокий, подтянутый, в темно-зеленом камзоле, отделанном только узким золотым кантом, и в белоснежной рубашке, кружевные манжеты которой прикрывали кисти рук. Я невольно залюбовалась, сердце расплавилось шоколадной лужицей, и в чувство привел только голос Маруни:
– И он в самом деле не пользовался, целых две недели. А потом она погибла, так грустно, – внезапно закончила девушка историю и шмыгнула носом.
– Как погибла? – переспросила я, наблюдая, как Эрик с вежливой улыбкой и отстраненным лицом о чем-то разговаривает с юной барышней в нежно-голубом пышном платье.
– А вот так. Ехала в поместье князя, они должны были там провести несколько дней, его светлость задержался во дворце, и леди отправилась одна, – продолжила рассказ Маруня, зачарованно глядя в окно – там как раз начались танцы, их открывали король с королевой, за ними шел Эрик с той самой барышней. В груди неприятно царапнуло, но я отмахнулась, слушая дальше. – Лошади понесли, и карета свалилась в глубокий овраг. Князь прибыл на место поздно. – Помощница душераздирающе вздохнула, и даже у меня глаза защипало. – Ну вот с тех пор это первый раз, когда он решился снова искать айсу.
– Получается, он ее любил, да? – тихо-тихо произнесла я, чувствуя, как в душу заползает глухая тоска.
Где уж скромной мне тягаться с воспитанной и утонченной аристократкой… Тем более если там в самом деле такая любовь, что князь даже от магии отказался, чтобы не причинять своей невесте неприятных ощущений. Стоп. Невесте?..
– Получается, он не успел жениться? – уточнила у Маруни.
– Не-а, – она помотала головой так, что чуть не свалился обруч с ушками. – Не успел.
И почему я обрадовалась этому известию? Ох, Анни, похоже, все-таки придется идти сдаваться его светлости. Но сначала – к Виттаре за выяснением подробностей!
– А что, он тебе понравился? – лукаво прищурилась Маруня, покосившись на меня. – Ты тоже хорошенькая, Анни, – расщедрилась на похвалу помощница.
Я хотела ей ответить, но тут по телу прошла дрожь, в висках заломило, и боль ядовитой змейкой скользнула вдоль позвоночника, растеклась по пояснице. Пришлось вцепиться в подоконник и стиснуть зубы, сдерживая невольный стон: Эрик опять магией пользовался. О-ох. Краем глаза заметила мелькнувшего Юлиана – он кружил в танце кокетливо улыбавшуюся ему девушку в золотистом платье с весьма откровенным декольте.
– Марунь… Я пойду, наверное, – как можно спокойнее произнесла, покосившись на мелкую. – Устала сегодня что-то…
Думать о том, что не стоило бы оставлять тут Маруню одну, я не могла – тупая боль волнами гуляла по телу, и я готова была сдаться Эрику вот прямо сейчас, и отдаться тоже. И плевать, что потом наступит просветление и я наверняка пожалею, зато мучиться не буду!
– Ой, Анни, ты правда бледненькая, – засуетилась Маруня, тут же потеряв интерес к происходящему за окном. – Тебя проводить?
– Нет-нет, я сама доберусь, нормально все, – даже смогла улыбнуться ей. – Оставайся, не волнуйся за меня.
– Тут недалеко еще один вход есть, зайдешь, свернешь в левую галерею и доберешься до корпуса для слуг, – пояснила Маруня.
– Обещаешь никуда не влипнуть? – строго спросила ее, нахмурившись.
– Я еще полчасика посмотрю и пойду, – клятвенно заверила помощница.
Ладно. Терпеть становилось все труднее, и я поспешила уйти, легко найдя указанную Маруней дверь – стеклянную, на небольшой террасе. Оказавшись в темной гостиной, я вышла в коридор и медленно поплелась, придерживаясь за стену. Нет, так дело точно не пойдет, а ну как князь что-нибудь посерьезнее как колданет?! Меня ж вообще наизнанку вывернет! Караул! Я чуть не споткнулась, занятая своими переживаниями, и очнулась, только оказавшись на упомянутой помощницей галерее. Налево… Уже почти повернула, когда нос уловил упоительный, манящий аромат. Неповторимая смесь разных запахов, они переливались, как грани драгоценного кристалла, и я даже не могла толком сказать, чем пахнет. Знала только, что хочу вдыхать и вдыхать… Даже боль отступила, к моему слабому удивлению.
Я, как во сне, повернулась на этот умопомрачительный запах и заметила мелькнувшую в конце коридора фигуру, за которой и пошла как привязанная. Странным образом боль притихла, затаилась где-то в глубине организма, лишь иногда покусывая изнутри. Я понятия не имела, куда шла и как ориентировалась в лабиринтах залов и коридоров, меня безошибочно вел мой нос. И даже в голову не пришло, а почему это чья-то магия пахнет настолько сильно, что у меня аж перед глазами все плыло. Вообще, ощущения подозрительно напоминали состояние, как после бутылки хорошего вина без закуски, запах пьянил, щекотал ноздри, от него, казалось, в крови бурлят пузырьки, как от шампанского. А шерсть на ушах и хвосте распушилась и чуть не потрескивала голубоватыми искорками…
Очередной коридор, слабо освещенный парой светильников, и я замерла перед дверью, пальцы сами легли на изогнутую ручку, и только в последний момент отчаянная мысль пробилась сквозь туман эйфории. Я что, собираюсь вломиться в комнату неизвестно к кому?! Ох, половник ржавый, Анни, ты с ума сошла?! Но разжать пальцы оказалось почему-то очень сложно, а дальше все случилось слишком стремительно. Дверь вдруг распахнулась сама, и я чуть не упала внутрь, выставив перед собой руки и подавившись вдохом.
Мои ладони уперлись в широкую твердую грудь, прикрытую лишь тонкой шелковой рубашкой, и оторопелый взгляд остановился на расстегнутом вороте, в котором виднелись шея и трогательная ямочка между ключицами. Ой. Медленно-медленно я подняла глаза на гладко выбритый подбородок, приоткрытые губы, из которых вырывалось хриплое дыхание, и наконец – глаза, зрачок в них расширился так, что осталась лишь узкая полоска радужки. Не знаю, какого она цвета в его обычном состоянии, но сейчас ободок горел золотом, и взгляд князя производил жуткое впечатление. А еще Эрик был горячий, очень. Пальцы едва не обжигало даже сквозь рубашку, и я едва не отшатнулась от неожиданности и замешательства.
– А… Анни? – хрипло выдохнул князь, и от того, как он назвал меня, по спине, до самого кончика хвоста, пробежалась змейка щекочущих мурашек. – Ух-ходи…
Ответить я не успела: Эрик стал заваливаться, глаза закатились, и я не на шутку перепугалась, разом позабыв о собственных проблемах. Пошатнулась, обхватив его за талию – ох, штопор гнутый, а с виду и не скажешь, что такой тяжелый! – прикусила от напряжения губу и шагнула в комнату, пнув дверь и только чудом ухитрившись не прищемить собственный хвост. А Эрик, похоже, всерьез решил потерять сознание, безвольно обмякнув, и буквально повис на мне, жарко дыша в шею.
– Эй, твоя светлость, не вздумай тут помереть у меня на руках, – пропыхтела я, пытаясь перехватить его поудобнее и дотащить хотя бы вон до того кресла.
Только вот в результате я с тихим писком повалилась на ковер, удачно извернувшись и уронив сначала Эрика, а потом распластавшись на нем сама. Ну, он большой и тренированный, а у меня хвост, еще днем дважды отдавленный, и вообще я хрупкая и нежная девушка! Это я должна падать в обморок на руки сильному и мужественному защитнику. Упершись ладонями в Эрика, я приподнялась, собираясь сердито высказать ему все, что думаю по поводу его поведения, и, наверное, надо позвать кого-то на помощь, но замерла, зачарованно уставившись на собственные руки.

Мои пальцы мягко светились серебристым, и от них под манжеты убегал такой же светящийся узор. А дыхание Эрика становилось ровнее, и тот умопомрачительный запах, который привел меня сюда, ослабевал, постепенно исчезая. Не знаю, сколько это длилось, но я наконец опомнилась и обратила внимание, что и моя боль прошла. И жар, если это был он, у князя тоже спал, теперь его тело не казалось обжигающим, и все это, признаться, выглядело донельзя странно и настораживающе. Во что я еще вляпалась, скажите на милость?!
Только опять ничего не успела сделать. Дверь распахнулась, и я испуганно отдернула руки, рефлекторно спрятав их за спину, уставившись на гостью. На пороге стояла графиня собственной персоной и гневно взирала на меня, а точнее, зло щурилась, чуть не меча глазами молнии и уперев кулаки в бока.
– А ты что тут вообще делаешь?! – прошипела она знакомым тоном. – Вон пошла, быс-стро! – и, видимо, чтобы я не ошиблась в направлении, махнула рукой себе за спину.
Сердце екнуло, я не заставила себя просить дважды. Поспешно поднялась, косясь на внезапную гостью, и бочком проскользнула мимо нее в коридор, прижав хвост к юбке. Мало ли, боюсь я эту сумасшедшую тетку. Дверь за мной захлопнулась, я же замешкалась, зачем-то прислушиваясь, и тут нос снова уловил запах. Противный, тоже прекрасно мне знакомый. Опять магичит что-то гадкая женщина! А ну как навредит Эрику?! Я сглотнула, в волнении сжав руки и сделав несколько маленьких шагов, потом остановилась и покосилась на дверь. Черт, что делать-то? Позвать кого-нибудь или нет? Но ведь сейчас торжественный прием, все наверняка там, и если я подниму переполох, а на самом деле ничего страшного, а Эрик, оказывается, договорился встретиться с этой графиней…
Так ничего и не решив, я побрела прочь от покоев князя, настолько погруженная в невеселые и тревожные размышления, что даже не задумалась, а куда, собственно, иду и как выбраться в знакомые места. Не дворец, а лабиринт какой-то, честное слово! Надо карту заиметь, а то точно заблужусь и буду тут бродить привидением, пугать придворных по ночам. В нервном состоянии я не заметила, как начала теребить многострадальный хвост, как вообще вышла из коридора и попала в анфиладу гостиных, и только когда окликнул знакомый голос, вздрогнула и вынырнула из тяжких дум:
– О, Иоанна! Какая приятная встреча!

Глава 10

Юлиан. Да чтоб ему всю жизнь спагетти ложкой есть! Мои эмоции еще не до конца успокоились после недавней встречи с Эриком и графиней как-ее-там, поэтому я резко развернулась, хвост чуть не трубой встопорщился, и тихо рыкнула на Юлиана:
– Ну чего тебе еще?!
Он от неожиданности аж отшатнулся, с удивлением глянув на меня, потом осторожно ответил:
– Эй, ты что такая ершистая? Поссорилась с кем-то, что ли? Я просто подумал, раз уж мы встретились, можно пойти в парке прогуляться…
– Нет, – категорично оборвала я его. – Юлиан, мы же договорились, кажется…
– Я не буду приставать, честное слово. – Он поднял перед собой ладони и обезоруживающе улыбнулся. – Просто… – парень на мгновение замялся, потом все же продолжил: – Я сбежал с этого приема, не люблю жеманных девиц, которые обычно туда приходят. – Юлиан поморщился. – Составишь мне компанию, Анни? Ну пожа-алуйста, – протянул он так жалобно, что моя злость вместе с раздражением растаяла.
Длинно вздохнув, прищурилась и с подозрением посмотрела на него, скрестив руки на груди.
– Точно приставать не будешь? – уточнила на всякий случай.
– Точно, точно, – заверил он и даже руки спрятал за спину. – Буду просто любоваться, – с широкой улыбкой заявил этот паяц.
Я строго нахмурилась, но уже знала, что соглашусь. Прогулка по парку на свежем воздухе – самое то, что нужно, чтобы не думать постоянно о случившемся в гостиной Эрика.
– Ладно, идем, – кивнула и подошла к Юлиану. – Только не думай решить, что это свидание! – на всякий случай напомнила ему. – Я только дружить согласна!
– Да-да, я помню. – Мой неожиданный спутник галантно поддержал меня под локоть и тут же вопросительно глянул: – Можно?..
Подумав, я снова кивнула и положила ладонь ему на локоть. Мало ли, вдруг опять скрутит, так хоть не упаду. Мы свернули, прошли полутемными гостиными и вскоре оказались в парке. Юлиан повел по дорожке, развлекая забавными историями, на этот раз из дворцовой жизни. Рассказывал, как изощрялись юные аристократки в стремлении заполучить богатых и перспективных женихов, и я вовсю хихикала, поражаясь упорству и размаху задумок, по большей части нелепых и глупых.
– Что, и к тебе в спальню пытались забраться? – весело поддела Юлиана, пока мы брели вперед под разноцветными фонариками.
– Пытались, – вздохнул он. – Хорошо, я на два года уезжал, хоть отдохнул от всего этого…
– О, ваше высочество! Прошу прощения, – внезапно раздался воркующий голос, и мы едва не наскочили из-за поворота на какую-то леди в пышном платье, тут же присевшую в низком реверансе.
Мм. Высочество?
– Вы обознались, леди, – натянуто улыбнулся мой спутник, и я ощутила, как напряглась его рука под моей ладонью.
Та-ак. Вспомнилась вдруг фраза Маруни при нашей первой встрече с Юлианом, что нового знакомого зовут так же, как принца… Я высвободила руку и медленно повернулась к парню, опять закипая.
– Анни, я все объясню, – попытался оправдаться… получается, наследный принц?
– Я не хотела помешать, мой принц, – снова выдохнула дамочка, и я поймала ее косой взгляд и хитрую улыбочку.
Хотела она, именно этого и хотела. Небось или следила, или случайно увидела нас каким-то образом и решила устранить возможную соперницу. Да пусть забирает с потрохами, мне Юлиан и даром не нужен!
– Всего хорошего, ваше высочество , – язвительно отозвалась я, не испытывая никакого пиетета перед высоким титулом моего приставучего ухажера. – Приятного вечера. Не провожайте! – вскинула руку, заметив, что Юлиан дернулся за мной.
– Иоанна, ну подожди! – его упорное высочество попытался остановить меня, но я ловко увернулась и поспешила скрыться.
Ну их, этих принцев вместе с их охотницами за богатыми и перспективными. Вот пусть сам с ними и разбирается, а я спать пошла. Хватит с меня на сегодня приключений, и так денек аховый выдался.
До своей комнатки я добралась, слава богине, без приключений и вскоре уже свернулась калачиком под одеялом, моментально уснув до самого утра.

– Леди, каких панталон драных вы тут делаете?! – раздраженно рыкнул Юлиан, повернувшись к девушке и сжав кулаки.
Хорошенькая, невольно отметил он, и, кажется, они даже танцевали один раз. Но сейчас в мыслях принца царила одна ушастая и хвостатая особа, дразнившая своей неприступностью и отличием от покладистых местных девушек.
– П-простите, ваше высочество, я просто вышла подышать воздухом, в зале душно… – пролепетала дамочка, выпрямившись и глядя на него широко раскрытыми глазами. – Я совсем не думала вам мешать…
– Вот и дышите, отдельно от меня, – сухо оборвал ее Юлиан и, раздраженно фыркнув, стремительно направился обратно во дворец.
На прием возвращаться расхотелось, и принц пошел к себе, хмурясь и упрямо поджимая губы. Надо завтра наведаться в дворцовый парк и прислать Иоанне цветов. Точно, так и сделает – девушки же любят цветы, и подарки, вкусности там всякие. Она же повариха, так что должна знать толк в сладостях. Воодушевленный собственными планами, Юлиан повеселел и унесся в мыслях в завтрашний день, который непременно окажется удачным в осаде кошечки.
…Принцесса Зилана, прищурившись, посмотрела вслед ушедшему наследнику, сжав кулаки.
– Ну нет, дорогой мой принц, так просто вы от меня не отделаетесь, – вполголоса проговорила она.
С приворотом не получилось, к сожалению, ну и ладно, наверняка обнаружили бы и так. Надо придумать что-то понадежнее, так, чтобы его высочество уж точно не отвертелся от женитьбы. Иначе все планы Зиланы точно пойдут прахом. Прерывисто вздохнув, девушка решительным шагом направилась обратно во дворец. Что ж, есть у нее одна мысль…

Эрик с трудом приходил в себя, пытаясь совладать с собственным разумом, погруженным в туман. Напрягшись, он вспомнил прием, на котором раскланивался и улыбался девушкам-айсу и даже честно отпускал магию в их присутствии. Совсем чуть-чуть, но сила словно с ума сошла, напирая и бурля, просясь на волю, и в какой-то момент, похолодев, Эрик почувствовал неладное. Признаки очень уж красноречивые, похоже, его догнал второй приступ, и это очень, очень плохо. С приема вроде он все же успел уйти, а вот дальше полный провал. И какая сторона его магии на сей раз вышла из-под контроля? Если снова некромантия, господин ректор точно не простит, и единственный плюс – не будет больше просить провести лекции.
А еще сознание почему-то упорно подсовывало странную картинку, будто в гостиной – Эрик все-таки добрался до своих покоев? – была Иоанна. Ох, только бы он не навредил ушастенькой! Судорожно вздохнув, князь распахнул глаза и обнаружил, что на самом деле лежит на ковре в собственной гостиной, а под его головой чьи-то колени.
– С возвращением, мой князь, – раздался довольный, мурлыкающий голос, только не Иоанны.
На него с улыбкой сытой кошки смотрела графиня и поглаживала прохладной ладонью лицо.
– Кажется, я вовремя успела, – продолжила она, не дав Эрику и слова сказать, и откинула кружевную манжету платья. – Это же знак айсу, да?
Его светлость оторопело уставился на медленно исчезающую вязь рисунка на предплечье графини, отказываясь верить своим глазам. Его магия признала эту… женщину?! Да быть того не может! Но ведь знак невозможно подделать, это абсолютно исключено.
– Графиня? – хрипло выдохнул Эрик, приподнявшись на локте и осторожно отодвинувшись от женщины. – Как такое возможно? Вы же были замужем!
– Лания, мой лорд, – поправила его она, потом на гладкое лицо набежала грусть, графиня отвела взгляд. – Да, была, но… – замявшись, гостья мило покраснела. – Брак расторгнут ввиду несостоятельности и неверности мужа, – слегка торопливо пояснила леди.
Эрик тряхнул головой, зажмурился и поднялся, прислушиваясь к себе: никакой слабости, сила больше не пытается вырваться, и в голове ясно. Вот гоблин драный, а!.. Князь покосился на графиню, так и сидевшую на полу, и, мысленно поморщившись, молча протянул ей руку, помогая подняться. Рукав задрался, и Эрик увидел наглядное подтверждение случившегося: его собственное предплечье обвивал серебристый узор, мягко переливавшийся перламутром в неярком свете магических светильников. М-да. Вот это уж точно не подделать никак.
– Мой князь… – с придыханием произнесла леди, качнувшись к нему, но Эрик ловко развернул ее и весьма невежливо подтолкнул к выходу из гостиной.
– Давайте мы обсудим все завтра, хорошо? – перебил он, не желая сейчас никаких разговоров по душам. – Прошу меня простить, я устал и хочу остаться один, миледи.
Распахнув перед ней дверь, Эрик выжидающе уставился на эту, Ланию, и она с явной неохотой все же перешагнула порог. Вот и отлично. Его светлость сразу захлопнул дверь, активировав защиту, и перевел дух. Так, сейчас в самом деле нужно лечь и отдохнуть, а утром, на свежую голову, все хорошенько обдумать.
– Не знаю, что вы себе там напридумывали, миледи, но жениться на вас я определенно не собираюсь, – пробормотал Эрик, совершенно не чувствуя никакой вины за подобные мысли.
В конце концов, замужем она была, а это дает определенную свободу в… отношениях. Если в самом деле так неудачно получилось, что графиня стала его айсу, женитьба – вовсе не главное условие отношений между универсалом и стабилизатором. Эрик усмехнулся, направляясь к спальне и на ходу стягивая рубашку. В конце концов, нигде не написано, что обязательно надо жениться. Это решается в каждом случае отдельно… Главное – закрепить привязку, иначе неприятные ощущения графине гарантированы. Она ему, конечно, не нравилась, но не настолько, чтобы заставлять мучиться от постоянных болей. Вот это они и обсудят завтра. Эрик не видел никакой причины поступать с графиней честно и пускать в свою спальню только после свадьбы.
Нет уж. Даже ради магии и собственных принципов он не повесит себе на шею такую жену, как графиня Авелис. Что бы там ни решили высшие силы. С этой мыслью Эрик зашел в ванную, выкинув Ланию из головы до утра. А все-таки показалось или нет, что в гостиной была Иоанна?

А под утро, перед самым рассветом, во дворце раздался пронзительный крик, поднявший переполох в крыле личных покоев королевской семьи. Эрик, толком не успев проснуться, подскочил на кровати – в его дверь настойчиво колотили, прося немедленно открыть. Пробормотав ругательство и кое-как пригладив растрепанные волосы, он набросил халат и поспешил открыть дверь. Там стоял запыхавшийся личный камердинер его величества.
– М-милорд, вас срочно просят к принцу, – выпалил слуга, на его лице застыло выражение неподдельной тревоги. – Наследнику очень плохо.
У Эрика похолодели пальцы, он молча оттолкнул его и почти бегом кинулся к спальне принца, проклиная себя за забывчивость: брошь с артефактом на крови осталась лежать на тумбочке в спальне. Ну кто же знал, что таинственный негодяй каким-то непостижимым образом проникнет во дворец?! Эрик же собственноручно обновлял всю защиту сегодня днем. Как?! Тихо зарычав от избытка эмоций, князь сжал кулаки, растолкал столпившихся около двери в спальню Юлиана встревоженных и полуодетых слуг и придворных и зашел в комнату.
– Что тут? – скупо спросил князь, окинув взглядом помещение.
На кресле, съежившись, всхлипывала испуганная и дрожащая девушка, та самая принцесса Зилана, чья служанка пыталась подлить приворотное принцу. «Что она-то здесь делает?..» – мелькнула у Эрика мысль и тут же пропала. Потом выяснит, сначала – принц. Юлиан лежал на кровати, бледный, тяжело дышавший, лоб покрывала испарина, рядом с ним сидел Казимир, держа за руку. Едва появился князь, король тут же встал, освобождая место.
– Эрик… – хрипло выговорил его величество, но тот поднял ладонь, призывая молчать.
Заняв место короля, первый советник сосредоточенно нахмурился и взял Юлиана за руку, прикрыв глаза и выпуская целительский дар на волю. Магия повиновалась легко, струилась по пальцам, и какое же наслаждение применять ее свободно, не опасаясь срывов! Графиня же… Потерпит, ничего с ней не случится. Жизнь наследника важнее. Магия между тем нашла причину плохого самочувствия наследника, и Эрику она очень не понравилась.
– Яд на магической основе, – вполголоса сообщил он. – Медленного действия, еще пара часов, и было бы поздно, – при этих словах Казимир вздрогнул и побледнел, среди слуг послышались испуганные шепотки. – Обычный целитель вряд ли помог бы…
А дальше Эрик занялся кропотливой чисткой организма Юлиана, крупица за крупицей растворяя гадость в крови юноши, возвращая его лицу жизненные краски. Король, казалось, не дышал эти долгие минуты, как и все остальные, даже принцесса перестала всхлипывать. Время тянулось невыносимо медленно, пока Эрик работал, и наконец ресницы Юлиана дрогнули, губы приоткрылись, и от наследника долетел слабый шепот:
– Ч-что… случилось?..
Вместе с Казимиром дружный вздох облегчения вырвался и у всех зрителей, но они не торопились выразить эмоции – Эрик еще не закончил.
– Ваше высочество, вас отравили, – негромко произнес князь Леденский, глядя на наследника. – Что последнее вы ели или пили?
– Не помню… – так же едва слышно ответил Юлиан, отвернув голову и сглотнув. – Кажется, я пить захотел перед тем, как лечь, и вызвал какую-то служанку… Она и принесла…
– Служанка? – насторожился Эрик, почему-то сразу вспомнив служанку графини. – Что за служанка? Как выглядела?
Она, кстати, так и не пришла к нему.
– Обычная такая… – Принц поморщился и жалобно посмотрел на князя. – Ну честно, я не обратил внимания…
– Тогда, с вашего позволения, я посмотрю вашу память, – решительно заявил Эрик и встряхнул кистями. – Это важно, ваше высочество. Только воспоминания вечера.
Что-то промелькнуло в глазах Юлиана, но его светлость не успел поймать это выражение – принц опустил ресницы и молча кивнул. Эрик придвинулся ближе, положил пальцы на виски юноши и снова сосредоточился, на сей раз применив другую грань дара – ментальную. Осторожно скользнув в сознание Юлиана, князь почти сразу поймал нужное воспоминание, собственно, оно и было последним связным. Служанка, да, принесла подогретое вино с пряностями… И это оказалась именно та, которую Эрик сам выгнал с кухни, а графиня потом сделала своей горничной.
Князь резко выпрямился, поджал губы и мрачно посмотрел на короля.
– Что там? – вполголоса спросил его величество.
– Мне нужно поговорить кое с кем, – скупо бросил Эрик и снова повернулся к Юлиану. – Отдыхайте, ваше высочество, – непривычно ласково произнес он и поправил одеяло. – Завтра к вечеру вам станет значительно лучше, а пока сохраняйте постельный режим. Спокойной ночи. – Ладонь князя провела по лбу наследника, и тот с тихим вздохом прикрыл глаза, сразу уснув.
Эрик поднялся и подошел к королю, шевельнув пальцами, – он не хотел, чтобы их кто-то слышал.
– Это служанка одной из придворных дам, – тихо сообщил он Казимиру. – Я немедленно ее вызову и все выясню, ваше величество.
Король поколебался, глянул на сына, потом кивнул и распорядился:
– Выставить стражу у дверей спальни, никого не впускать, только с особого разрешения меня или князя Леденского. Расходитесь!
Через несколько минут спальня принца опустела, а Эрик заторопился к себе в кабинет, на ходу отдав приказ пригласить графиню. И плевать, что всего шестой час утра и, возможно, леди спала не слишком хорошо, – интересы государства требуют жертв. Графиня явилась, едва Эрик, хмурясь и напряженно размышляя о случившемся, устроился в кресле за столом. Негромкий стук в дверь, и фигурка в шелковом халате скользнула в кабинет, вопросительно мурлыкнув:
– Мой князь?
Эрик встрепенулся и окинул графиню пристальным взглядом. Хм, что-то для пережившей не слишком приятные ощущения она выглядит странно бодро. Из-под халата выглядывал край ночной рубашки, волосы в легком беспорядке, а на губах – улыбка, и глаза поблескивают, а в эмоциях радость и почему-то предвкушение. Ну да, конечно, небось думает, что он развлекаться позвал.
– Миледи, вы обещали, что ваша служанка зайдет ко мне, – сухо напомнил он, побарабанив пальцами по столу. – Где она?
Леди хлопнула ресницами, потом сморщила носик и скрестила руки на груди.
– Эта негодница до сих пор не вернулась, – фыркнула графиня. – Я не могу ее найти…
– Вечером она принесла отравленное питье наследнику, – оборвал Эрик, не желая тратить время на лишние разговоры. – Значит, она где-то во дворце. У вас есть полчаса, чтобы найти ее и привести ко мне, иначе я арестую вас по подозрению в покушении на наследного принца и измене короне.
Графиня побледнела, улыбка увяла на ее лице. Она несколько мгновений смотрела на князя, потом торопливо изобразила реверанс и выскочила из кабинета. Эрик потер переносицу и внезапно подумал, что сейчас неплохо бы съесть что-нибудь горячее, а то утро началось слишком рано… И мысли перескочили на Иоанну. Она-то небось десятый сон видит, личные королевские покои далеко от крыла слуг, и поднятый здесь переполох вряд ли дошел туда. Коротко вздохнув, Эрик придвинул чистый лист бумаги, взял перо и принялся записывать все, что на данный момент было известно по запутанному делу покушений на… все-таки выходит – наследника?
Углубиться в размышления Эрик не успел: буквально через четверть часа после ухода графини до него долетел приглушенный крик, а спустя еще пару минут в кабинет ворвалась Лания в распахнутом халате, с широко раскрытыми глазами и трясущимися руками. Князь медленно поднялся, уставившись на растрепанную графиню, и заметил несколько темных капель на ткани.
– Т-там… Та-ам… – попыталась выговорить Лания непослушными губами, сорвавшись на беспомощный всхлип. – М-моя служанка…
– Да что с ней?! – нахмурился Эрик и, выйдя из-за стола и ухватив невменяемую женщину за плечи, хорошенько встряхнул. – Что с вашей служанкой?
– Она пришла ко мне в спальню и перерезала себе горло, – просипела леди, кажется, всерьез намеренная потерять сознание прямо здесь.
Князь застыл, не веря своим ушам, потом сжал Ланию и жестко приказал:
– Не смейте терять сознание, миледи. Где она?! Живо ведите к ней!
Подействовало. Дама клацнула зубами, сглотнула и вышла из кабинета, ведя к своим покоям. Вскоре Эрик уже стоял посреди спальни и любовался на тело бывшей горничной в луже крови, а графиня тихо всхлипывала в кресле в соседней гостиной. Вокруг нее хлопотала другая служанка, и в воздухе витал резкий запах успокоительных капель. М-да, вот так поворот. Эрик присел, плавно повел ладонью над телом и чуть не выругался с досады: воздух над ним засветился, показывая замысловатую вязь запрещающей применение некромантии магии. Вот же ж!.. Кто-то позаботился, чтобы его светлость или другой некромант не добрался до ценной свидетельницы. Уже почти не надеясь на удачу, Эрик осторожно коснулся висков девушки и сразу обнаружил искомое. Сознание еще хранило следы ментального воздействия, и это Эрику очень-очень не понравилось.
– Что тут еще произошло? – раздался от дверей усталый голос короля.
Эрик обернулся, подавив обреченный вздох. Похоже, больше поспать не получится. События принимали скверный оборот, а самое плохое, что зацепиться совершенно не за что. Казимир без слов все понял, покосился на тело и махнул рукой:
– Пойдем поговорим, пока здесь уберут. Я так понимаю, все, что мог, ты уже узнал?
Князь кивнул, выходя вслед за его величеством из покоев графини. В молчании они дошли до кабинета короля, и там Казимир коротко произнес, внимательно посмотрев на Эрика:
– Итак, я слушаю.
– Или преступников несколько, или он один и обладает несколькими видами магии, – начал князь, прекрасно понимая, как все это звучит. – Девушка пару дней назад работала на кухне, это именно она подлила приворотное зелье в еду принца, за что я ее и уволил. Кстати, принцесса Зилана беременна, – вспомнил Эрик то, что случайно увидел, когда лечил Юлиана. – Полагаю, именно поэтому она так настойчиво искала внимания принца. Так вот, девицу взяла в горничные графиня по рекомендации какого-то своего знакомого, а потом эта девица отравила принца, и на ней запрет на применение некромантии и следы ментального воздействия.
Казимир, выслушав, долго молчал, и Эрик терпеливо ждал, не нарушая сосредоточенности короля.
– Эрик, универсал в городе сейчас только один, – негромко начал его величество, не сводя с собеседника взгляда. – И это ты. Опять же, запрет на некромантию. Может, кто-то слишком хорошо знает твои способности, а может, это ты сам так ловко замел следы. И девица – сначала ты ее увольняешь, потом она снова появляется во дворце, а потом вот это вот все, – Казимир помахал рукой.
Князь устало провел ладонью по лицу, полностью соглашаясь с королем.
– Либо кто-то умело копает под меня, – буркнул Эрик. – Магия на девчонке единая, и защита от некромантии, и ментальное воздействие, значит, точно действовал универсал.
– Если бы я не знал тебя настолько хорошо, мог бы подумать, что ты внезапно решил дорваться до власти, – обронил Казимир, внимательно наблюдая за своим советником.
Князь фыркнул и одарил короля выразительным взглядом.
– Ты сам понял, какую чушь спорол сейчас, твое величество? – отбросил он все церемонии. – Вот мне еще короны не хватало для полного счастья. С этим бы разобраться, – Эрик задрал рукав халата и показал мерцающий на коже узор.
Брови Казимира поползли вверх, и на его лице впервые за это длинное раннее утро появилась довольная улыбка.
– И кто счастливица? Ну хоть одна приятная новость…
– Графиня Лания Авелис, – перебил его Эрик.
Его величество крякнул от неожиданности, поскреб затылок и отвел взгляд, прочистив горло. Несколько минут в кабинете царила тишина, потом Казимир длинно вздохнул и махнул рукой:
– Ладно, давай все-таки попробуем поспать несколько часов, а потом на свежую голову все обсудим еще разок. Может, все окажется не настолько плохо.
На том и порешили, разойдясь по своим комнатам.
Эрик снова проснулся около девяти утра. Хоть и поднятый среди ночи, он все равно привык вставать в определенное время. К десяти князь уже сидел в кабинете, хмурый и задумчивый, вновь и вновь перебирая в голове скудные сведения о случившемся с наследником. Кто-то определенно желал ему смерти и даже ухитрился просочиться во дворец. Хотя последнее, скорее всего, неверно. Наверное, эту дурочку Алаиру просто подкараулили в городе и правильно настроили. Потому что внутри дворца подобную магию, как на убитой и какой сделан яд, мог творить только сам Эрик. Что снова подводило к тому, что кто-то усиленно пытался сделать из него крайнего. Кто?
Размышления князя прервались негромким стуком в дверь, и в кабинет заглянул секретарь.
– Ваша светлость, к вам граф Нушшем, – сообщил он. – Ему не было назначено, и…
– Граф Нушшем? Проси, – перебил его Эрик, сразу вспомнив давнего приятеля еще по академии.
Близкими друзьями они не были, но добрыми знакомыми остались даже после выпуска – пока граф не уехал в другую страну, а Эрик не стал советником короля. Единственные маги-универсалы на факультете на тот момент, они учились вместе. Конечно, вот так сразу подозревать давнего приятеля – это уж слишком со стороны князя, тем более графа давно не было в стране, но почему бы не поболтать?
В кабинет вошел Влодек, повзрослевший, возмужавший, но улыбка у него осталась прежней, открытой и немного мальчишеской.
– Мое почтение, ваша светлость, – тем не менее граф изобразил поклон, и Эрик махнул рукой, усмехнувшись.
– Какие церемонии, брось. Садись, – он кивнул на стул. – Ну, какими судьбами в Аргунде? Где бывал, как вообще жизнь? Где-то устроился?
– Путешествовал много, учился кое-где тоже, – опустившись на стул, принялся рассказывать Влодек. – Жизнь и баловала, и подлянки подстраивала. – Граф вздохнул. – Сейчас вот решил вернуться, соскучился по дому, да и хочется уже осесть, остепениться. Лавку свою открою, займусь артефактами.
– Артефактами? – брови Эрика поднялись. – А почему только артефактами? Ты же можешь чем угодно…
– Уже не могу, – перебил его граф, на лицо Влодека набежала тень. – Так… получилось. Только эта сторона силы мне и осталась.
Эрик помолчал, погладил пальцами подбородок, глядя на собеседника. Он и сам ощущал, что-то не так с даром Влодека, но бесцеремонно прощупывать гостя все же не позволила воспитанность. Не преступник какой, а раз защита дворца пропустила, значит, ничего опасного в нем нет.
– Прости, – наконец произнес князь, однако их снова прервал стук в дверь.
– Прошу прощения, ваша светлость, – секретарь немного виновато глянул на начальство. – Там к вам еще посетительница, госпожа Иоанна…
И тут же из приемной раздался знакомый приглушенный голос, от которого у Эрика резко повысилось настроение, а проблемы с покушением временно потеряли свою остроту:
– Нет-нет, наверное, я позже зайду, если князь занят…
– Пусть заходит, – решительно заявил Эрик, чувствуя, как губы неудержимо разъезжаются в улыбке, а сердце застучало чуть быстрее обычного.
Влодек усмехнулся, подняв бровь, и встал со стула.
– Ладно, я, пожалуй, пойду тогда, – весело произнес он. – Если вдруг захочешь встретиться, я оставлю адрес у секретаря.
– Да, хорошо, – немного рассеянно отозвался Эрик, нетерпеливо поглядывая на дверь.
Иоанна. Сама пришла. Только бы на этот раз не с новой напастью, а… просто так!

Это была самая кошмарная ночь в моей жизни. Не знаю, что там случилось во дворце, но я как проснулась часов в пять утра от ломоты во всем теле и болей в мышцах, так и промучилась до самого подъема. Решение пойти и сдаться Эрику лишь окрепло, когда я узрела в зеркале свое осунувшееся лицо, поникшие уши и тени под красными глазами. В них еще и будто песка насыпали, так отчаянно я хотела спать. Зверски зевнув так, что аж шерсть на ушах встопорщилась, я поправила чепчик и поплелась на кухню, надеясь, что сегодняшний день пройдет спокойно, а не так, как вчера.
На кухне же пан Жижтов встретил «радостным» известием, что я могла и не вскакивать так рано, потому что ее величество после приема почивать изволят, да и вообще, ночью во дворце случился какой-то переполох. В общем, на ногах только сумасшедшие вроде князя Леденского, чей рабочий день начинался довольно рано.
– После приемов королева и придворные просыпаются где-то к полудню, – добавил Жижтов. – Так что можешь возвращаться к себе, Иоанна, раньше десяти тебе здесь точно делать нечего.
И правда, на кухне было совсем мало народу, и только-только принимали продукты и готовили помещение к работе. Я едва не застонала от разочарования: пока собиралась, сон уже ушел, и теперь ближайшие два часа я точно не усну. По закону подлости именно к моменту, когда надо будет вставать за готовку, этот самый сон подкрадется со спины и коварно нападет. Эх. Я жалобно вздохнула, обвела взглядом полупустую кухню – даже вездесущей Маруни не было – и покачала головой.
– Да нет, пожалуй, займусь чем-нибудь пока…
Утомленное сознание зацепилось за знакомое имя, и сразу вспомнились наши посиделки в кабинете, когда меня выспрашивали про запахи магии. Ага. Ну, вот и повод наведаться к князю, заодно узнаю, как он себя чувствует после вчерашнего. И признаюсь во всех грехах заодно. Я едва нервно не хихикнула, медленно подходя к своему столу и рассеянно скользя взглядом по кухне. Не во всех, конечно, если быть точной, только в одном. Что, похоже, являюсь его стабилизатором. Подавив вздох, прогнала грустные мысли о предопределенности и отсутствии чувств – с его стороны так уж точно таковых нет, кроме интереса к необычной зверушке, – и встряхнулась. Так, Анни, нечего распускать сопли и грустить. По крайней мере, князь хотя бы привлекательный, ну а то, что не по любви, что ж, кто говорил, что я в сказку попаду? Всего лишь в другой мир, пусть и необычный и с магией. Но законы жизни тут вряд ли сильно отличаются от моего родного мира.
Взбодрив себя таким напутствием, я уже более осмысленно огляделась и решительно направилась в кладовую. Не знаю, что случилось ночью, что Эрику пришлось применять свою силу, да еще так мощно, но уверена, есть с утра он захочет, и что-нибудь поплотнее тостов. Я же помню, как вкусно пахла его магия, и думаю, омлет с беконом, пряные колбаски, тушенная в томатном соусе фасоль и чашка крепкого кофе с корицей и перцем существенно поднимут князю Леденскому настроение с утра. И я принялась за приготовление завтрака, мурлыча под нос незамысловатую мелодию. Настроение незаметно улучшилось, сонливость улетучилась, и к моменту, когда на кухне толпился народ, а любопытная Маруня заглядывала через плечо, у меня все было готово. Часы как раз показывали десять, и уверена, утро Эрика уже в самом разгаре. Ну, пора.
– Ой, это ты себе, да? А дашь попробовать? – глаза помощницы загорелись, и она протянула руку.
– Нет, не себе. – Я ловко увернулась, сжимая поднос двумя руками. – Потом как-нибудь, ладно? – Я подмигнула девчонке и улыбнулась. – Готовь пока все потихоньку, скоро ее величество проснется.
После чего направилась к выходу из кухни, стараясь унять расшалившееся вдруг сердце. Волнение топталось в животе невидимыми мягкими лапками, из-за него дыхание то и дело сбивалось, и я только чудом не уронила поднос, пока шла по коридорам дворца к приемной князя. Хорошо еще, придворных не было, отсыпались после приема. Ну а спустя некоторое время я уже стояла у двери кабинета, пока секретарь докладывал о моем приходе. Ой, божечки-кошечки, как выражается Маруня, и зачем заявилась сюда?!

Глава 11

Я уже почти малодушно решила сбежать, особенно когда услышала, как секретарь сообщил обо мне – оказывается, у него кто-то сидел, несмотря на пустую приемную. И даже успела пробормотать, отступив на шаг:
– Нет-нет, наверное, я позже зайду, если князь занят…
Только вот его светлость решил по-другому, и я услышала приглашение войти. Секретарь молча распахнул передо мной дверь, и пришлось войти, пряча взгляд и чувствуя, как пылают щеки. Краем глаза заметила, как посетитель в кабинете князя повернул в мою сторону голову, уловила чутким ухом тихое хмыканье, а потом гость попрощался и вышел, оставив нас одних. Волнение превысило все мыслимые пределы, у меня аж голова закружилась, а хвост нервно дергался, наверняка оставляя шерсть на юбке. Главное, чтобы в еду не попало…
– Рад вас видеть, Иоанна, – раздался приятный, странно довольный голос Эрика. – Мм, как вкусно пахнет, это мне?
И вот тут я окончательно смутилась, разве что не ковыряла носком туфельки ковер.
– Я подумала, что вам, возможно, понадобятся силы, и хотела спросить, как вы себя чувствуете, – выпалила я, рискнув все-таки посмотреть на Эрика.
Сразу отметила немного усталый вид, несмотря на улыбку и блестевшие интересом глаза. Неизменный темный камзол, на сей раз – серый, волосы аккуратно убраны, руки расслабленно лежат на столе, сцепленные в замок. Хорош, ничего не скажешь. Услышав мои слова, князь удивился, брови поползли вверх.
– Хорошо я себя чувствую, спасибо за заботу, – несколько озадаченно ответил он. – Так вы знаете, что ночью было совершено покушение на наследника и убита служанка одной из знатных дам? Кстати, ваша знакомая. Поставьте поднос, что вы его держите, – выдал Эрик, а я чуть не выронила этот поднос от таких новостей.
Покушение? Убийство?! Святая сковородка, так вот почему мне так плохо было, князь работал полночи, получается! Я подошла ближе, придвинула ему завтрак, во все глаза глядя на собеседника.
– Какая знакомая? – не сразу поняла я, что Эрик имеет в виду.
– Алаира, та, которая подлила приворотное зелье, – охотно поделился он, и я села – хорошо, стул стоял рядом.
Ох. Вот это новость так новость. Не желала я ей такой судьбы, однако. Надо бы к Юлиану зайти, проведать, как он там.
– С его высочеством все в порядке? – на всякий случай спросила – вряд ли дворец был бы так спокоен, если бы нет.
– Да, он отдыхает сейчас, его охраняют. – Эрик потянулся к тарелке, занявшись завтраком, и на его лице отразилось искреннее удовольствие. – Мм, Иоанна, вы волшебница! – немного невнятно произнес он, и я снова почувствовала румянец, на сей раз удовольствия от похвалы.
– Спасибо, – чинно поблагодарила, сложив ладони на коленях и сдерживая улыбку.
Ну, наверное, сейчас самый подходящий момент. Князь сытый, настроение, судя по всему, хорошее, даже несмотря на случившееся ночью. Я мысленно скрестила пальцы, сделала глубокий вдох, строго призвав к порядку эмоции, и снова посмотрела на Эрика.
– Ваша светлость, – начала было я, но не договорила.
– Эрик, Иоанна, – мягко поправил меня собеседник. – Не нужно формальностей.
– Эрик, – послушно повторила я и продолжила, пока не потеряла смелости: – Я хотела вам…
И опять мне не суждено было сделать признание. Стук в дверь, и вежливый голос секретаря:
– Ваша светлость…
– Пусти, мне можно без доклада! – тут же перебил его знакомый голос, и я невольно подскочила, понимая, что зря пришла и вообще не надо было затевать все это с завтраком и признаниями.
Пока помрачневший Эрик торопливо прожевывал кусочек сосиски, пытаясь что-то сказать, я же пробормотала:
– Ладно, пожалуй, я пойду, ваша светлость. Приятного аппетита, – и развернулась к двери.
Там уже стояла графиня, свежая, умытая, причесанная и с решительным выражением лица. Едва удостоив меня раздраженным взглядом, она подошла к столу и одарила Эрика сладкой улыбкой, от которой лично у меня аж скулы свело.
– Мой князь, доброе утро, нам надо многое обсудить… – прощебетала эта мадам, и я поспешила взяться за ручку двери.
– Всего хорошего, – попрощалась с Эриком и еще успела услышать его оклик:
– Иоанна, подождите!
Нет-нет, не хочу разборок, увольте, ваша светлость. Потом как-нибудь, значит, не время еще для объяснений. И я заторопилась к кухне – пора приниматься за завтрак для королевы, она наверняка уже вот-вот проснется. Юлиана тоже надо проведать, вчера мы с ним не очень хорошо расстались. Хотя он тоже хорош, не мог сразу сказать, что наследный принц! Конспиратор, тоже мне. Я не удержалась, фыркнула, дернув ушами. Постаравшись не думать о том, что же такое хотела обсудить графиня с Эриком, я нацепила на лицо улыбку и переступила порог кухни, где уже царила знакомая утренняя суматоха: подтянулись остальные, и работа закипела.
Мы с Маруней тоже включились, и я с мысленным смешком отметила, что была права в предположениях: сегодня на напарнице красовались не только черные меховые ушки с трогательными белыми кисточками, но и пояс с хвостом. Ох, богиня, ну девчонка же в сущности, что с нее взять.
– Ой, Анни, ты слышала?! За ночь столько всего случилось! – затараторила Маруня, едва я подошла к ней. – И на принца покушались, и Алаиру убили, представляешь?! – Она сделала большие глаза и сама едва не завиляла хвостиком от избытка эмоций.
– Слышала, слышала, – невозмутимо ответила я, споро занимаясь готовкой и не забывая направлять помощницу. – Так, где то, что я просила?..
С завтраком справились быстро, как всегда, и, отправив его на стол ее величества, я занялась гостинцами для Юлиана. Маруня только поблескивала любопытно глазами, но не спрашивала, куда это я повадилась ходить с подносами, полными еды, однако я решила сама удовлетворить ее интерес:
– Проведаю его высочество, как он там, – и направилась к выходу с кухни.
Надеюсь, меня пустят, все-таки я ничего плохого Юлиану не сделала, даже наоборот. Пришлось, правда, у стражи уточнить направление, куда идти – я же не знала, где личные покои принца. И – да, охрана пропустила, одарив снисходительными взглядами и легкими улыбками. Наверное, все уже знают, что я личная повариха ее величества. Мне даже дверь любезно придержали, чтобы я вошла.
В покоях царили полумрак и тишина. Я прошла гостиную, с любопытством оглядываясь – не та, где мы ужинали, естественно, – и осторожно заглянула в спальню. Юлиан возлежал на подушках, слегка бледный, и, кажется, спал. Ну, пускай, я тогда оставлю и тихонько удалюсь. На цыпочках прошла, поставила поднос на тумбочку и уже собралась уходить, как вдруг со стороны кровати послышался слабый, полный удивления голос:
– Иоанна?..
Я повернулась, кивнула и тихонько спросила:
– Как ты себя чувствуешь?
Как-то не получилось перейти на официальное обращение, не укладывалось в голове пока, что Юлиан, нагло лапавший мой хвост, и принц – одно и то же лицо.
– Спасибо Эрику, уже лучше, – немного хрипло ответил он и улыбнулся уголками губ. – Это мне, да? Пахнет вкусно. – Юлиан приподнялся на локте и принюхался. – Наконец попробую твою стряпню, о ней все матушкины фрейлины уши прожужжали, – почти прежним веселым голосом произнес Юлиан и поставил поднос себе на колени. Попробовал, зажмурился от удовольствия и протянул: – М-м-м, ты и правда чудесно готовишь, Анни! Прости, что обманывал, – повинился он, коротко вздохнув. – Просто я не хотел, чтобы ты от меня шарахалась, поэтому и скрывал, что принц.
– Проехали. – Я хмыкнула и строго посмотрела на него. – Только брось свои заигрывания, хорошо, Юлиан? Иначе вообще перестану общаться! – пригрозила все-таки, не держа зла на парня.
Наглый, конечно, временами и не привык к отказам, судя по всему, но надо же и учиться когда-нибудь принимать жизнь такой, какая она есть. Юлиан на мгновение оторвался от завтрака и попытался посмотреть на меня проникновенным и жалобным взглядом, но я лишь нахмурилась сильнее и скрестила руки на груди.
– Обещаешь? – с нажимом повторила, не отводя глаз.
Больной еще несколько секунд пытался воззвать к моим эмоциям, но потом сдался и длинно вздохнул.
– Хорошо, обещаю, уговорила. Но тогда ты не отказываешься от встреч со мной! – тут же ввернул он и поспешно добавил: – Исключительно дружеских, клянусь.
– Смотри, твое высочество! – Я погрозила пальцем. – Ну все, вижу, ты в порядке, поправляйся, а мне пора. – Поколебавшись, я протянула руку. – До встречи, Юлиан.
– До встречи, Анни. – Он пожал мои пальцы. – Еще раз спасибо, все безумно вкусно. А можно иногда просить тебя что-нибудь мне приготовить, а? – Юлиан смешно поставил брови домиком и просительно заглянул в лицо.
– Я подумаю, – усмехнулась ему. – За хорошее поведение – может быть.
На этом мы распрощались, и я вернулась на кухню в гораздо лучшем расположении духа и даже не сразу вспомнила о графине и Эрике и своем намерении признаться о связи между нами. А может, уже и не надо ни в чем признаваться?.. Интересно, и что леди хотела обсудить с князем?
Эрик смотрел на Ланию и чувствовал настоятельную потребность сомкнуть на изящной шее пальцы. Как же она не вовремя появилась, да еще так бесцеремонно!
– Леди, впредь прошу вас дождаться, пока мой секретарь вас впустит, – холодно осадил он графиню. – Ничто не дает вам права врываться подобным образом в мой кабинет.
Улыбка леди стала слегка растерянной, она хлопнула ресницами и изобразила беспомощность.
– Но, мой князь, я думала, нам надо обсудить помолвку… – начала было она, однако дальше Эрик не стал слушать.
– Кто сказал, что она будет, графиня? – небрежно обронил князь, соединив кончики пальцев. – Я не имею намерения жениться на вас, вы побывали замужем, пусть и остались девицей, и вашей репутации особого урона не нанесет, если мы просто останемся любовниками, – невозмутимо закончил он.
Ах, какое наслаждение подарило ему неподдельное изумление, отразившееся на лице графини! Эрик почувствовал себя вполне отмщенным за неудавшийся разговор с Иоанной. И совершенно все равно, что воспитанные мужчины и тем более дворяне так не поступают. Чихал Эрик на правила, когда дело касалось его личной жизни, в конце концов, он не король, чтобы блюсти репутацию. Тем более свою.
– К-как?.. – пробормотала графиня, видимо, все еще не до конца уверенная, что правильно расслышала. – Но как же…
– Леди, вопрос брака решается каждым магом отдельно, – пожал плечами Эрик, не дав ей договорить. – Выбор у вас небольшой, прямо скажу, либо оставить все как есть и мучиться каждый раз, как я буду применять магию, – князь слегка улыбнулся, видя, как побледнела Лания, – либо согласиться на мои условия. Других я вам все равно не предложу.
Вообще, его светлость проявлял жесткость исключительно в интересах государства и к преступникам или пойманным шпионам, однако сейчас отчего-то наслаждался собственной категоричностью. Слишком навязчивой оказалась госпожа графиня, а таких Эрик очень не жаловал. Между тем лицо посетительницы сменило бледный цвет на красный, брови леди нахмурились, а растерянность сменилась недовольством.
– Значит, вот как, – сухо произнесла она, вздернув подбородок. – Что ж… Мне надо подумать, ваша светлость. – После чего, резко развернувшись, леди стремительно покинула кабинет, громко хлопнув дверью.
Эрик усмехнулся, потер подбородок и негромко откликнулся ей вслед:
– Подумайте, графиня, подумайте, надо ли вам это.
В конце концов, главное, что его магия теперь не выйдет из-под контроля, а уж какие там ощущения испытывает при этом Лания, Эрику глубоко… по поварешке. Князь издал смешок, поймав себя на таком сравнении, и решительно задвинул мысли о графине подальше. А вот очаровательная и ушастая госпожа Иоанна хотела ему что-то сказать до того, как их грубо прервали. И поскольку сегодня ее величество изволит пребывать в расстройстве от случившегося с сыном и вряд ли покинет покои, работы у нее точно немного. Вот и повод снова встретиться, а еще поблагодарить за вкуснейший завтрак.
Эрик поднялся и вышел из кабинета: на сей раз никаких официальных вызовов с риском, что очередной посетитель из категории «очень срочно» не даст им поговорить.
– На будущее, я бы не хотел, чтобы подобное повторилось, – обратился князь к секретарю, остановившись у его стола. – Врываться ко мне без доклада и очереди не имеет права никто, кроме короля. – Эрик внимательно посмотрел на помощника, выглядевшего виноватым. – Ну и, пожалуй, госпожи Иоанны, – чуть смягчив голос, добавил князь после секундного раздумья.
Ради ее стряпни он готов отложить самую важную встречу, а уж ради самой встречи… Так, похоже, пришла пора крепко подумать, что делать со столь внезапно вспыхнувшим интересом к милой поварихе. Потому что как раз обижать эту девушку  предложением вроде того, которое Эрик озвучил не так давно графине, он совершенно не собирался.

Неожиданно у меня обнаружилось свободное время. Я как раз присела перекусить, планируя потом отправиться в храм и пообщаться с Виттарой, как и задумывала. Маруня пристроилась рядом, сияя, как начищенный половник, и, готова спорить на что угодно, в мыслях уже витала на встрече с Анжеем. Помощница радостно сообщила, что студент прислал ей сообщение с приглашением на свидание сегодня днем, наверное, по этому поводу она и нацепила ушки с хвостиком. Парадная, так сказать, форма. Я с трудом сдерживалась, чтобы не подтрунивать над Маруней, только мое веселье не продлилось долго. Она, сидевшая лицом к двери, внезапно оборвала на полуслове щебетание и уставилась в ту сторону большими круглыми глазами, а шум на кухне мгновенно стих.
У меня как-то неожиданно мурашки пробежались по спине и уши встали торчком, а оборачиваться ну очень не хотелось. Не знаю почему, но сразу возникло подозрение, кто может произвести своим появлением такой эффект. Королю на кухне делать нечего, значит…
– Анни, кажется, это к тебе, – прошептала Руня, и на ее лице появилось хитрое выражение. – Видимо, понравился завтрак.
Вот зараза лукавая! И словно в подтверждение слов помощницы по кухне разнесся хорошо знакомый голос:
– Госпожа Иоанна, не составите ли мне компанию на прогулке? Ее величество изволит отдыхать, насколько я знаю, и ваши услуги ей в ближайшее время не понадобятся.
У меня аж кожа зачесалась от взглядов, направленных сейчас на меня. Вот уж спасибочки, и как я потом буду отбиваться от любопытных, и от Маруни в первую очередь?! Делать нечего, пришлось подниматься и поворачиваться к князю, нацепив на лицо вежливую улыбку. Ну неужели нельзя было сделать как-то поделикатнее, не знаю, слугу там послать, а?! Зачем самому являться на кухню? Не верю, что не понимает, не настолько Эрик глупый. И тут я чуть не споткнулась, пока шла к стоявшему в дверях князю: а может, он специально?.. Но зачем? Не понимаю.
Я подошла, покосившись на довольную физиономию его светлости, сдержала фырканье и сняла фартук с чепчиком, после чего повернулась и изобразила реверанс.
– Как пожелаете, ваша светлость, – чопорно ответила, опустив глаза.
Эрик посторонился, пропуская меня – хорошо, локоть не предложил при всех. Нет, я понимаю, что, когда всплывет правда о знаке на моей руке, утаить наши отношения станет весьма проблематично, но… Ох, что-то я совсем запуталась в собственных мыслях, не дело. Прерывисто вздохнув, вышла в коридор, остро, всей спиной ощущая близкое присутствие Эрика, и тут же пальцы затеребили юбку и от волнения пересохли губы.
– А… вас разве не ждут важные дела? – попыталась я завязать непринужденный разговор, поглядывая через плечо на идущего чуть позади Эрика. – Надо же, наверное, расследовать покушение на принца…
– Не переживайте, Иоанна, важные дела никуда не убегут, – со смешком отозвался князь, весело посмотрев на меня. – А на данный момент у нас с вами остался незавершенный разговор, нас очень невежливо прервали. Скажите, почему вы решили справиться о моем самочувствии сегодня утром? Ведь не потому, что во дворце случился переполох? – неожиданно спросил Эрик, демонстрируя отличную память и острый ум.
Ой. Ну и что ответить?! Наверное, лучше правду…
– Я вышла погулять в парк вечером, потом, когда возвращалась, увидела вас и… почувствовала запах магии, – выпалила, ощущая, как щекам становится теплее.
Не соврала же, просто не всю правду сказала. Не знаю, почему я так отчаянно трусила признаться Эрику в том, как реагирую на его занятия магией, но все-таки сначала хотела поговорить с Виттарой как главным экспертом по попаданкам-аррини. Тогда уже можно признаваться. Надеюсь, за сегодняшний день не произойдет ничего такого, что потребует от князя применения магии, и плохо мне не станет.
– Хм, во‐от как, – протянул Эрик, открывая передо мной и придерживая дверь – мы уже выходили в парк через какую-то гостиную. – Значит, вы пошли за мной до моих комнат?
– Ну… да, – осторожно ответила я, ступив на гравий дорожки и покосившись на спутника.
– А может, вы еще что-то необычное заметили, кроме того, что мне стало плохо? – снова спросил князь.
Какие правильные вопросы он задает. И я послушно ответила:
– Когда пришла графиня, я вышла из ваших покоев, но успела учуять запах, не ваш. Приторный такой, противный, как будто фрукты сгнили.
Всего мгновение поколебавшись, я все-таки поведала Эрику историю о потерянном камне – кстати, надо у Анжея уточнить, что он там выяснил про него, – моем недавнем похищении и обыске комнаты. И что везде я чуяла этот самый запах. Князь молча выслушал меня, нахмурился, заложив руки за спину, и негромко протянул:
– Вот оно, значит, как. Запах, говорите. – Я поймала его странный взгляд, подметила, как на губах Эрика появилась широкая усмешка, и поспешно кивнула, с преувеличенным интересом рассматривая цветок на кусте. – И камень… Можете принести его мне, когда ваш друг вернет?
– Ну, вообще, обещал сразу, как только выяснит его свойства, могу и сегодня узнать, – с готовностью отозвалась я, как раз буду из храма возвращаться, зайду к Анжею.
Только надо Маруню попросить предупредить студента, а то разминемся.
– Иоанна, – вдруг произнес проникновенным голосом Эрик, повернувшись ко мне, и я аж вздрогнула от непонятных, подозрительно похожих на нежность, ноток в его голосе. – Вы просто не представляете, как сейчас помогли мне. – И пока я ошалело хлопала ресницами, растерявшись от неожиданного признания, его светлость вдруг мягко обхватил ладонями мое лицо, наклонившись совсем низко.
М-мамочки! Что он задумал?! Зачем?.. Я замерла мышкой, боясь пошевелиться, и даже дышала через раз, пытаясь достать неугомонное сердце из пяток и водворить его на законное место в груди.
– И кажется, я сейчас вас поцелую, – пробормотал Эрик.
Ответить я не успела. Его губы накрыли мои, мягко, нежно, но настойчиво, ладони удерживали, не давая отпрянуть, и… Я совсем перестала понимать, что происходит, и просто стояла, напряженная, как струна, не смея пошевелиться. Эмоции сошли с ума, голова опасно закружилась, а тело облило горячей волной, затаившейся в глубине живота маленьким солнышком. Дыхание сорвалось, глаза сами закрылись, и я качнулась вперед, послушно ответив и даже не задумавшись, а осталось ли со мной умение целоваться или этому тоже придется учиться заново. Мысли все исчезли, только волнение бурлило в крови щекочущими пузырьками. Ощущение губ Эрика на моих губах, и… Тихий восторг, щекотавший изнутри, растекавшийся по венам золотистым медом. С каждой минутой целоваться с князем нравилось все больше, и я даже не поняла, в какой момент мои ладони оказались на его плечах… По спине прокатилась жаркая дрожь, я совсем потерялась в эмоциях, позабыв обо всем на свете, и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы Эрик не отстранился первым.
Несколько томительных мгновений мы смотрели друг другу в глаза, и в груди вдруг все сладко сжалось, а сердце превратилось в трепещущий бутон. Я никак не могла справиться с дыханием и сообразить, что говорить и как себя вести. А князь между тем погладил большими пальцами мои щеки и неожиданно спросил:
– Иоанна, вы поможете мне справиться с графиней?
– А… – Я хлопнула ресницами, с трудом возвращаясь в настоящее и осознавая, о чем меня только что спросили. – Д-да, конечно, – пробормотала, не совсем понимая, чем, собственно, могу помочь. – Только не сейчас, мне пора на кухню возвращаться. – Я нервно дернула ушами, близость Эрика волновала несказанно, и взгляд то и дело соскальзывал на его губы, а запах щекотал ноздри.
Мне срочно требовалось побыть одной, осмыслить случившееся, и – да, Виттара. И Анжей. Точно.
– Хорошо, я провожу вас, – невозмутимо откликнулся Эрик ну очень довольным тоном, выпрямился и как ни в чем не бывало предложил мне локоть. – Пойдемте?
Пришлось цепляться за его руку, сдерживая порыв облизнуться, и шагать рядом обратно во дворец. Некоторое время мы шли молча – наверное, ему тоже требовалось немного прийти в себя и подумать. Я поймала себя на том, что не пытаюсь судорожно найти тему, чтобы нарушить тишину, она как-то очень уютно окутывала нас невидимым облаком, словно делая еще ближе. Эрик снова галантно придержал передо мной дверь, пропуская вперед, я зашла, и князь пристроился рядом, приноравливаясь к моему шагу.
– Иоанна, а что вы хотели мне сказать в кабинете? – внезапно спросил Эрик, и я с досадой отметила, что память у него тоже хорошая.
Запомнил ведь мое лепетание, и как теперь объясняться? Вдруг все-таки то, что происходит со мной, это какая-нибудь болезнь, а не признак нашей с Эриком связи? Я покосилась на него и твердо ответила:
– А вы расскажете, что там такое с графиней?
Эрик несколько мгновений помолчал, и я тут же заподозрила неладное. Потом он вздохнул и кивнул.
– Хорошо, – коротко ответил князь и высвободил руку, задрав рукав. – Вам известно, что это за знак?
Я чуть не споткнулась, уставившись на вязь на его предплечье, чувствуя, как щеки заливает румянец.
– Д-да, Анжей рассказал, – удивительно, как голос еще повиновался, от вновь вспыхнувшего волнения кожу словно закололи невидимые иголочки.
– Кажется, графиня – моя айсу, – мрачно сообщил Эрик, и я повторно едва не ткнулась носом в паркет, теперь оторопело уставившись уже на самого князя.
Что-о?! Какая графиня, что за нелепость?! А… Может, и правда она – его стабилизатор? Я же себе все напридумывала на пустом месте? Сомнения слегка охладили пылающее лицо, я промолчала, а Эрик продолжил:
– Только не спрашивайте, как это возможно, я потому и хочу проверить кое-что с вашей помощью. Так что, поделитесь, что же вы хотели сообщить?
– Хорошо, чуть позже, – уклончиво ответила я.
Очень кстати мы уже почти пришли к кухне, и я остановилась, повернувшись к князю.
– Спасибо за прогулку, рада была встретиться, – протараторила и юркнула в спасительное помещение, с облегчением переведя дух.
А вот теперь меня накрыло запоздалое осознание недавно случившегося. Я. Целовалась. С князем. О, святая поварешка, и что теперь делать?!
– Анни, Анни! – словно сквозь вату донесся голос Маруни, она подергала мой рукав. – Все в порядке? Ты неважно выглядишь, – с искренним беспокойством спросила помощница, и пришлось срочно брать себя в руки.
– Да, все хорошо, Руня. – Я даже смогла улыбнуться, и вполне непринужденно.
– Папа сказал, ее величество передала, что сегодня у нее нет аппетита, и пока мы свободны, – радостно сообщила она, блестя глазами.
Я посмотрела на нее и поняла, что все складывается отлично.
– Ты с Анжеем встречаешься сейчас? – уточнила на всякий случай.
– Ага, – кивнула Маруня.
– Мне кое-что спросить у него надо, я с тобой схожу, ладно? А потом в храм зайду, – добавила, чтобы помощница не подумала ничего лишнего.
– Хорошо, – покладисто согласилась Руня.
Вскоре мы уже выходили из дворца, направляясь к академии, а у меня из головы все не шел поцелуй. И почему-то ужасно хотелось повторения…

Графиня широко раскрытыми глазами смотрела на дорожку, по которой неторопливо шли Эрик и эта дрянь ушастая. Как… Как он мог?! Как вообще мог променять ее, красавицу и умницу, на это недоразумение с хвостом? Выдрать бы его по волоску! Тихонько зарычав, графиня сжала кулаки, пожирая взглядом парочку, пока она не скрылась за поворотом. Пока добежит, они наверняка уже далеко уйдут, так что смысла догонять и пытаться подслушать, о чем беседа, нет никакого.
– Ну ладно, твоя светлость, – сквозь зубы процедила Лания и сузила опасно блеснувшие глаза. – Не хочешь, значит, жениться? Заставим, милый, не переживай, – мурлыкнула она, и на губах женщины появилась нехорошая усмешка.
Что ж, раз что-то мешает планам, надо устранить помеху. Осталось лишь выбрать подходящий момент и осуществить задуманное, тогда Эрик перестанет обращать внимание на других. Лания слишком долго шла к своей цели, чтобы сейчас так просто сдаться. И у нее остался только один союзник, к которому можно обратиться с такой деликатной просьбой.

Глава 12

Эрик возвращался в кабинет и ощущал себя как мальчишка после первого свидания. Даже несмотря на нерешенный вопрос о покушении на Юлиана и воздействии на служанку графини, настроение зашкаливало за отметку «отличное». И все только потому, что Иоанна рассказала о своих приключениях, из которых выходило, что госпожа графиня все-таки обладает способностями, раз ушастенькая учуяла запах ее магии. А это значит…
– Вы самым пошлым образом дурите меня, леди, – негромко произнес Эрик, прищурившись и сворачивая из анфилады гостиных к своему кабинету.
Как – еще предстояло выяснить, но одно то, что Лания все-таки не его пара, радовало несказанно. Однако знак на руке точно настоящий, и это значило, что айсу нашлась. И кто же? Усмехнувшись, Эрик зашел – не через приемную, где наверняка уже толпились посетители, а через другую, неприметную дверь и устроился за столом, задрав рукав и рассматривая вязь рисунка. Почему-то в голову приходила только одна догадка, и она Эрику чем дальше, тем больше нравилась. Хорошенькая такая, ушастая догадка с пушистым хвостом и нежной шерстью на нем. А еще у нее потрясающе мягкие и вкусные губы… Хочется попробовать их снова и добраться наконец до этих притягательных ушек – вдруг и правда Иоанна мурлыкать умеет?
Поймав себя на мыслях, совсем не подобающих воспитанному мужчине, Эрик издал смешок и откинулся в кресле, рассеянно перебирая аккуратно сложенные бумаги, которые секретарь принес в его отсутствие. То, что происходило между ним и госпожой поварихой, подозрительно напоминало то же самое, что было год назад у него с Нарией. И уж точно на мимолетное влечение ничуть не походило. Взгляд князя скользнул по одному из листков – очередной отчет, и улыбка тут же пропала с его лица, он выпрямился и еще раз внимательно прочитал ровные строчки.
– Вот гоблин драный! – совсем по-простому выругался его светлость, с досадой поджав губы.
Мало ему покушения на Юлиана, неизвестного врага с его попыткой подставить самого Эрика, назойливой графини, так еще и это! Князь смял листок, длинно выдохнул, прикрыв глаза и успокаивая эмоции. Так, по порядку. Сначала решить вопрос с Ланией, затем обсудить с королем новость и поговорить наконец с Иоанной начистоту! И самое главное – не пользоваться пока магией. Эрик старался не думать, что пережила по его милости за последние дни бедняжка, и больше он не доставит ей таких неприятных минут.
С некоторым усилием отодвинув мысли об аррини, Эрик достал переговорный амулет.
– Ваша светлость? – отозвался невидимый собеседник.
– С графини Авелис не спускать глаз, – негромко приказал Эрик и после секундного раздумья добавил: – И за госпожой Иоанной тоже приглядывать. У тебя же есть на кухне свои люди?
– Не беспокойтесь, ваша светлость, присмотрим, – заверил агент, и успокоенный князь отключился.
Своим людям он доверял, и потому теперь можно без помех заняться делами, и в первую очередь покушением на Юлиана.

Мы с Маруней без проблем добрались до академии, хотя я, признаться, помня предыдущие приключения, с опаской поглядывала по сторонам и держалась людных улиц. Руня, не обращая внимания на мою нервозность, радостно щебетала, но я не вслушивалась в ее монолог, только поддакивала в нужных местах. Анжей ждал у ворот академии, и при виде меня слегка удивился.
– Анни? Привет.
– Я вам не помешаю, – поспешила заверить парня. – Только узнать, что с моей просьбой, – выразительно посмотрела на него.
– А, – сразу понял он, покосился на Маруню и ответил: – Ничего там интересного, просто камень, Анни. Только я его дома оставил, ты же не предупредила, – несколько виновато добавил Анжей. – Но могу зайти и забрать, я тут недалеко живу, – тут же предложил он вариант.
– Маруне отдашь, она мне передаст, – решила я, в самом деле не желая мешать их свиданию. – У меня еще кое-какие дела сегодня.
– Хорошо. – Парень улыбнулся, и в его взгляде мелькнуло облегчение.
На том и расстались, и я поспешила в храм к Виттаре, надеясь, что моя первая знакомая в этом мире там же, на месте. Несколько раз по пути казалось, что ощущаю чей-то внимательный взгляд, но народу на улицах было слишком много, и я просто ускорила шаг, торопясь добраться до конечного пункта. На мое счастье, Виттару я заметила сразу, как зашла в гулкое помещение, – она стояла с задумчивым видом у алтаря.
– Здравствуйте. – Я остановилась рядом с ней. – Не помешаю?..
– А? Ой, Иоанна, – добродушно улыбнулась Виттара. – Нет, конечно. Спасибо, что зашла. Ну, рассказывай, как ты устроилась? – Она подхватила меня под руку, и мы неторопливо пошли к боковой двери. – Хорошо тебе живется во дворце?
– Да, ее величество сделала меня личной поварихой, – похвалилась достижениями и тут же осторожно спросила: – Скажите, а… такие, как я, болеют чем-нибудь? Может, есть какое-то специфическое заболевание…
– Да ну что ты, Анни, – перебила Виттара и махнула рукой. – Нет, конечно, разве что насморк подхватишь. – Она чуть нахмурилась, одарив меня внимательным взглядом. – А что, ты себя плохо чувствуешь?
– Ну… – уклончиво протянула я и задала следующий деликатный вопрос: – А вот я слышала историю про магов-универсалов и их айсу, скажите, ею может стать только девушка, родившаяся в этом мире?
– А как иначе? – Виттара продолжала разглядывать меня, и с каждой секундой становилось все больше не по себе под ее взглядом. – Анни, да что случилось, не пугай! – Женщина остановилась – мы вышли в небольшой зеленый внутренний дворик со скамейками и вот на одну из них и уселись.
Набрав воздуха, я выпалила на одном дыхании:
– А случалось когда-нибудь, чтобы парой универсалу становилась аррини?
Ох. Я сказала это. Те несколько мгновений, что Виттара молчала, показались мне бесконечно долгими, и мое нервное волнение грозило вот-вот перейти в панику. Очень некстати вспомнился наш поцелуй с Эриком… А ну как мои приступы совершенно не связаны с его магией?! Ладонь Виттары легла на мое предплечье, женщина мягко улыбнулась.
– Я не слышала о таком, Анни, но в жизни всякое бывает. Так у нас и маг-универсал всего один на весь город. – Она хитро прищурилась. – А почему ты спрашиваешь?
Ухо нервно дернулось, хвост слетел с колен, и я призналась:
– У меня знак какой-то на руке появляется, и приступы боли постоянные. Кажется, как раз в то время, как князь применяет магию… Но как так может быть? – Я жалобно посмотрела на Виттару. – Я же не отсюда, я родилась совсем в другом месте!
– Правда? – лукаво усмехнулась женщина. – Ну, для своей новой жизни ты родилась именно здесь, в этом теле, и главное условие соблюдено: в тебе нет ни капли магии, Анни. А богине уж виднее, кто кому предназначен. Его светлость знает? – задала Виттара очень правильный вопрос.
Румянец выдал меня с потрохами, я отвела взгляд, прерывисто вздохнула и покачала головой.
– Я… не сказала еще, – пробормотала, пряча глаза.
– Думаю, тебе не стоит затягивать, милая, – озвучила она очевидное. – Чего ты боишься, Анни? – снова правильно угадала Виттара мое состояние.
Облизнувшись, я машинально почесала за ухом и пожала плечами.
– Сама не знаю, – честно ответила, поймав хвост и запустив пальцы в пушистую шерсть – оказывается, успокаивало, наверное, в прошлой жизни я тоже любила кошек гладить. – Просто… Так неожиданно, и эта предопределенность… – Я пошевелила другой рукой в воздухе. – А как же чувства, свидания, романтика?
Улыбка Виттары стала задумчивой, как и взгляд.
– Понимаю, – произнесла она и кивнула. – Знаешь, милая, это все такое хрупкое и непредсказуемое, в том числе и чувства, что никогда заранее не угадаешь, как все будет. Но ты слышала, что ради своей бывшей невесты его светлость отказался от магии?
– Да, слышала, – согласилась я и тут же попыталась возразить: – Но князь хотя бы знаком с ней был…
– А что, вы с ним ни разу не виделись? – с усмешкой перебила Виттара. – Виделись же, иначе как его магия зацепилась за тебя и выбрала в качестве айсу? Не волнуйся, Анни, все хорошо будет, наш князь – надежный человек, – заверила женщина и снова погладила мою руку. – Ты, главное, не затягивай с признанием, себе же хуже делаешь, Анни.
Щекам стало тепло от выступившего румянца и прозрачного намека в словах Виттары, и я поспешно заверила, что постараюсь. На этом мы с ней распрощались, и я направилась обратно во дворец, по-прежнему в растрепанных чувствах и эмоциях. Ох, а ведь еще предстояло снова с Эриком встречаться, он же хотел, чтобы я ему помогла! Собственно, едва я переступила порог кухни, как пан Жижтов сразу сообщил:
– О, Иоанна, ты вовремя! Его светлость просил передать, чтобы зашла к нему, как вернешься.
И так посмотрел, с такой многозначительной улыбкой, что я сердито фыркнула, вернув ему взгляд, и едва не выпалила, что между нами ничего нет и мы решаем исключительно деловые вопросы! Вот напасть, а? Боюсь даже думать, что будет, когда все-таки моя маленькая тайна станет известна всем. А это случится неизбежно, вряд ли Эрик позволит мне и дальше работать на кухне, когда узнает, что я – его айсу… Передернув плечами и отогнав тревожно-волнующие мысли, я поспешила к князю Леденскому и по пути на придворных уже почти не обращала внимания, как и они на меня. Привыкли, наверное. А вот в приемной я снова получила свою порцию хмурых физиономий и поджатых губ. Ну что могу поделать, если его светлость так повелели!
Секретарь при виде меня сразу поднялся, приветливо улыбнулся и сообщил:
– Госпожа Иоанна, князь вас ждет, прошу.
Ну, раз ждет… Я глубоко вздохнула и шагнула к двери, предупредительно распахнутой передо мной секретарем. Эрик стоял прислонившись к столу и скрестив руки на груди, на его губах играла легкая улыбка, и в голову сразу полезли воспоминания о нашем поцелуе. Ой, как не вовремя! Лицо тут же вспыхнуло, и почему-то показалось, Эрик догадался, почему на моих щеках цветет румянец.
– Рад снова вас видеть, Иоанна, – сообщил он довольным, бархатистым и безумно приятным голосом, от которого внутри все затрепетало. – Ну что, обсудим вашу помощь? А потом вы мне все-таки скажете, что собирались, – напомнил князь.
– Хорошо, – мысленно вздохнув, согласилась я. – Что вы предлагаете?
– Ничего сложного, – махнул рукой Эрик. – Вы спрячетесь в соседней комнате, я вызову графиню и проверю, обладает ли она способностями, а вы потом скажете, похож ли запах на тот, что чуяли раньше. Тогда узнаем точно, она ли похищала вас и обыскивала вашу комнату. Кстати, что с камушком?
– Анжей сказал, что никаких способностей у него нет, и обещал передать с моей помощницей, – объяснила я.
– Хм. – Эрик на несколько мгновений задумался. – Но зачем-то же графине позарез понадобился этот камень… – протянул он, потом встряхнулся и отошел от стола. – Ладно, потом выясним. Прошу вас сюда, Иоанна, – князь приблизился к дальнему углу кабинета и открыл неприметную дверь.
Я зашла в небольшое помещение, с любопытством оглядевшись. Больше похоже на кладовую, где царил идеальный порядок, из мебели – только стул, явно поставленный специально для меня. Опустившись на него, я сложила ладони на коленях, Эрик ободряюще улыбнулся и аккуратно прикрыл дверь. Мои уши тут же встали торчком, прислушиваясь к происходящему по ту сторону. Вот князь позвал секретаря, приказал ему привести графиню – надеюсь, она во дворце и никуда не сбежала. Некоторое время царила томительная тишина, а потом – звук открывшейся двери и ненавистный голос:
– Мой князь, вы звали?

Лания, переодевшись в неприметное платье, накинула на плечи плащ и надвинула капюшон на лицо, еще и легкой иллюзией прикрылась, чтобы наверняка остаться неузнанной. С магом, так помогавшим ей, они договорились о знаке, если вдруг требовалась срочная встреча, и сейчас графиня спешила в условленное место – на маленькую площадь с фонтаном недалеко от дворца. Вот там, в щели на подоконнике таверны, следовало оставить сложенный клочок бумаги, совершенно чистый, без единого слова. Если маг мог встретиться сегодня, то вместо этого клочка должен был появиться искусственный цветок, если же нет, то бумага останется в щели. Быстро оглядевшись, леди оставила знак и заторопилась обратно, надеясь, что получится именно сегодня встретиться – придется наведаться сюда чуть позже, через пару часов.
А когда вернулась и едва зашла в свои покои, тут же появился секретарь князя и с чопорным видом сообщил:
– Миледи, его светлость желает говорить с вами.
Сердце графини радостно подскочило, она широко улыбнулась и царственно кивнула:
– Да, конечно, любезный.
Лания поспешила за секретарем, уверенная, что Эрик все-таки передумал и именно для этого зовет ее к себе. Ну зачем ему эта хвостатая, ведь все своей шерстью перепачкает! И вообще не пойми кто и откуда – неизвестно, где богиня нашла эту девицу. Неважно, что без памяти, все равно без роду без племени. Она, графиня Авелис, гораздо привлекательнее! С таким радостным настроем Лания переступила порог кабинета Эрика, присев в реверансе и проворковав:
– Мой князь, вы звали?
Она совершенно не была готова к тому, что в нее сразу полетит огненный шар размером с мужской кулак. Вскрикнув от неожиданности, Лания вскинула перед собой раскрытую ладонь, и в воздухе замерцал полупрозрачный щит. Вспышка осветила кабинет, рассыпались искры, и шар исчез, как и щит. Воцарилась звенящая, напряженная тишина. Эрик стоял, опираясь на стол ладонями, и смотрел на графиню с прищуром, не говоря ни слова, и Лания с досадой поняла, что ее маленький обман раскрыт. Но… Он швырнул в нее магией! Да как он вообще посмел?! А если бы Лания в самом деле не владела силой?
– Графиня? И как вы это объясните? – обманчиво мягким голосом спросил Эрик, однако леди расслышала в его тоне нотки странного триумфа.
Лания не собиралась так просто сдаваться и, сжав кулаки, одарила его светлость возмущенным взглядом.
– Вы покушались на меня, как вы  это объясните? – Женщина наставила на него палец. – Что это вообще за дурные шутки?
– Здесь я спрашиваю, – негромко осадил ее Эрик, и от его тона Лания вздрогнула, растеряв весь запал и злость.
В животе зародился холодок, она неожиданно вспомнила, что князь Леденский – универсал, пусть и сидит на зельях и амулетах, и против его силы у Лании нет никакой защиты. Она тут же растянула губы в улыбке, хлопнула ресницами и быстро проговорила:
– Прошу прощения, мой князь, я могу все…
– Для вас – ваша светлость, – снова перебил Эрик тем же голосом, и Лания с отчаянием поняла, что выкрутиться не получится, что бы она ни придумала. – И да, я жду объяснений. Учтите, соврать у вас не получится. Как у вас этот знак появился? – требовательно спросил он.
Лания нервно облизнулась и нехотя ответила:
– Я нашла мага, он… помог мне. Сделал зелье, выпив которое я бы реагировала на выплеск силы. Вашей силы.
– Вот как, – ровно отозвался Эрик, ничем не показывая своих эмоций. – Значит, вы просто выпили это зелье и дождались удобного момента? – уточнил он, побарабанив пальцами по столешнице.
Графиня едва удержалась, чтобы не отвести взгляда, и кивнула:
– Да, так и вышло.
Глаза Эрика опасно блеснули, и он небрежно обронил:
– Темните, миледи. Срыв мог не наступить еще долго, неужели это ваше зелье длительного действия?
– Ну… я поменяла вашу настойку, – едва слышно призналась графиня, чувствуя, как щеки вспыхнули румянцем, и остро ощущая взгляд князя.
Недобрый, тяжелый, отрезающий все пути к отступлению. А ведь так хорошо все складывалось! До тех пор, пока не появилась эта ушастая дрянь!
– Подлила отвар, усиливающий ваши способности, – голос Лании упал до шепота, и ей с трудом удалось сдержать нервную дрожь.
Послышалось ироничное хмыканье.
– Вы много обо мне знаете, миледи, – протянул Эрик. – Слишком много, я бы сказал.
Лания вскинула голову и умоляюще посмотрела на него, сложив руки перед собой.
– Я давно люблю вас, милорд, – выпалила она признание, и внутри все замерло от тревожного ожидания. – Прошу вас, позвольте…
– Как к вам в горничные попала убитая девушка? – не дал ей в очередной раз договорить Эрик, ничуть не впечатленный услышанным.
– А… – слегка сбитая с толку, Лания пробормотала: – Один знакомый попросил, сказал, хорошая девушка, надо помочь…
– Что за знакомый? – тут же задал следующий вопрос князь, подавшись вперед.
– Тот самый маг, – послушно ответила графиня, уже не пытаясь что-то скрывать. – Он прислал записку с просьбой.
– Как с ним связаться? – продолжил допрос Эрик.
– Оставить знак, если нужна встреча. – Лания рассказала какой, изучая узоры на ковре, комкая платье и мечтая оказаться где-нибудь подальше отсюда. – На площади недалеко от дворца.
– Покажите. – Она услышала шелест и подняла голову – Эрик положил на стол карту города.
Пришлось подчиниться, а когда князь отметил точку, в кабинете снова ненадолго наступила тишина.
– Леди, вы в самом деле считали, что ваш обман не вскроется? – заговорил Эрик несколько минут спустя. – И мои приступы прекратятся?
Лания едва заметно всхлипнула, не в силах больше сдерживать эмоции.
– Он… он убедил, что это сработает! – жалобно ответила она, прижав ладонь к губам. – Что как только ваша сила зацепится за меня, то дальше будет как всегда!
Эрик несколько мгновений рассматривал Ланию, как какую-то диковинку, а потом длинно вздохнул.
– Вы никогда не задумывались, почему айсу становятся только девушки без магии? И куда будет деваться излишек, если вы сами наполнены силой? Значит, так, миледи, – не дожидаясь ответа графини, жестко произнес князь. – Я даю вам сутки, чтобы покинуть город, и желательно в ближайшее время и страну. Если вас заметят в столице, арестуют за покушение на меня, и остаток дней вы проведете в темнице. И кстати, а что за камень вы пытались отнять у госпожи Иоанны? – словно невзначай спросил он, внимательно наблюдая за Ланией.
Она вздрогнула, не сумев сохранить спокойствие.
– Это из него получилось зелье, его надо было растворить в красном вине, – послушно призналась она, даже не отрицая свою причастность к похищению ушастой дряни.
И здесь опять она подсуетилась, наверняка ведь побежала ябедничать. Только как догадалась, что это графиня? Неужели по голосу узнала, негодница? Лания сжала кулаки в складках платья, в груди заворочался колючий ком ревности и злости. Что ж, раз так все вышло, ей остается только одно: мстить. И Эрику, раз не принял ее чувств, и этой кошке драной. Графиня сразу поняла, как одним ударом достать обоих, и сдержала торжествующую усмешку. Она уйдет, да, но напоследок красиво хлопнет дверью. Когда же Эрик опомнится, будет уже поздно.
– Свободны, графиня, – холодно обронил князь, и Лания очнулась от размышлений.
– Ваша светлость, – чопорно произнесла она, изобразив реверанс – куда скромнее прежних, позволявших разглядеть ее глубокое декольте.
После чего развернулась и плавной походкой вышла из кабинета. Спокойно прошла приемную, череду гостиных, дошла до своих апартаментов и, только оказавшись в одиночестве, позволила себе длинно и витиевато выругаться. Потом Лания бросилась в будуар, придвинула роскошную шкатулку для драгоценностей и нажала невидимый выступ, открывая потайное отделение. Оттуда графиня достала массивный перстень с крупным, ограненным золотистым камнем. На губах женщины появилась предвкушающая усмешка, а в глазах загорелся нехороший огонек.
– Что ж, попрощаемся, дрянь хвостатая, – неслышно прошептала Лания и решительно надела перстень на палец.

Едва только прозвучал голос графини, меня тут же скрутил острый приступ боли, от которого заныли зубы и перехватило дыхание. Благо, он не продлился долго, всего несколько мгновений, но и от этого я взмокла и задрожала, обхватив себя руками. Нос уловил смесь запахов: остро-пряную, вкусную нотку магии Эрика и знакомый тошнотворно-сладкий. Графиня, точно. К дальнейшему разговору я прислушивалась вполуха, потихоньку приходя в себя от приступа, и лишь уловив ответ леди про камень, недоуменно нахмурилась. Анжей ведь сказал, что камень – пустышка, как так?.. И как он оказался у графини? Неужели парень хуже, чем я думаю, и обманул?! Надо срочно с Маруней встретиться и спросить ее, отдал ли Анжей ей камень!
От избытка эмоций я настолько забылась, что чуть не вскочила со стула, рванув в кабинет, но вовремя остановилась. Эрик же еще разговаривал с графиней, и вряд ли будет хорошо, если я прямо сейчас появлюсь и обнаружу свое участие в ее разоблачении. Взяв себя в руки, я сделала несколько глубоких вдохов, уняв разгулявшуюся тревогу, терпеливо дождалась окончания разговора, когда Эрик открыл дверь, поднялась со стула и вышла.
– Вы сами все слышали, – развел он руками, когда я устроилась уже в кабинете.
– Да, и запах тоже чуяла, – подтвердила его слова. – Графиня в самом деле обладает даром.
– Замечательно, – почему-то обрадовался Эрик и остановился передо мной, а потом вдруг присел, так, что теперь смотрел снизу вверх, и мягко улыбнулся, отчего моментально подскочил пульс и участилось дыхание. – Тогда осталось выяснить один вопрос, Иоанна. Если Лания врала, то откуда у меня вот этот узор?
Его слишком внимательная светлость задрал рукав, показывая мне вязь рисунка, и отпираться дальше стало бессмысленно. Я уставилась на Эрика широко раскрытыми глазами, не зная, как ответить и что сказать, внезапно напало косноязычие, а волнение превысило все допустимые пределы. Хвост нервно подмел ковер, уши встали торчком, и я облизнула пересохшие губы, снова вспомнив поцелуй. Князь же взял мою безвольную ладонь, осторожно погладил, не сводя внимательного взгляда, и так же осторожно поднял рукав платья. А потом в воздухе замерцали искорки, и кожу болезненно закололо – я не удержалась и поморщилась. И тут же на предплечье проступил серебристый узор, не очень четко, но вполне заметно, ошибиться было невозможно. Я прерывисто вздохнула, чувствуя, как теплеют щеки, и еще больше запутавшись в эмоциях и ситуации. Тишина в какой-то момент стала невыносимой…
– Что же ты молчала, Анни? – непривычно ласково, так, что по телу прошлась волна щекочущих мурашек, и без прежней официальности спросил Эрик, мягко сжав мои пальцы. – И терпела, а?
Я ответила чистую правду, смешавшись еще больше и страшно жалея, что не умею становиться невидимой. Кажется, так сильно я в своей жизни не смущалась. В нынешней, если быть точной, про прошлую ничего не могу сказать.
– Я… не знала, что это. – Мой взгляд не отрывался от его пальцев, так и сжимавших мои. – И я ведь не родилась здесь, как так может быть?..
– Не знаю, но оно случилось, – перебил Эрик и выпрямился, потянув за собой, – пришлось встать, по-прежнему не глядя на него. – И когда это произошло, Анни?
– Н-не уверена, но, кажется, когда вы появились в том переулке, – пробормотала, вспомнив нашу первую встречу.
Именно тогда Эрик применил магию, и после этого начались мои приступы. Князь прикрыл глаза и длинно выдохнул, потом поднес мою ладонь к губам и поцеловал, оставив на тыльной стороне жаркий след.
– И ты ничего не говорила. – Он покачал головой и…
Медленно привлек к себе, гипнотизируя взглядом, и я без всяких предупреждений знала, что сейчас будет. В ногах появилась предательская слабость, и в груди все сладко сжалось, я послушно качнулась навстречу, не возражая против того, чтобы Эрик обнял, мягко прижав к себе. Время замерло, как и мое дыхание, боясь спугнуть момент, и губы князя уже почти коснулись моих.
Наверное, целоваться в его рабочем кабинете – плохая идея, потому что по закону подлости нас прервали. Дверь распахнулась, впуская высокого, крепко сбитого мужчину, и я, испуганно пискнув и страшно смутившись, моментально спряталась за широкую спину Эрика.
– Эрик, я не помешал?.. – Взгляд посетителя остановился на мне, и густые темные брови поползли вверх в удивлении. – Кхм, мне кажется, кабинет – не самое подходящее место для свиданий, ваша светлость, – усмехнулся незнакомец, открыто разглядывая меня ярко-синими глазами.
– Ваше величество, позвольте представить, моя айсу, – ничуть не растерялся князь и выудил меня из-за спины, поставив перед собой и придерживая теплой ладонью за плечо. – Госпожа Иоанна.
– Аррини? О как, – крякнул король, его взгляд стал заинтересованным. – Уж не та ли, стряпню которой мне так расхваливает ее величество, а теперь уже и Юлиан?
– Она самая, и она и правда чудесно готовит, – сдал меня с потрохами Эрик, и от зашкаливавшего замешательства хотелось провалиться сквозь пол.
– А графиня тогда как? – прямо спросил монарх, пока я судорожно пыталась понять, стоит ли проявить почтительность и изобразить реверанс или лучше помолчать, прикинувшись мышкой.
– Графиня подстроила хитрый обман, – сухо ответил Эрик, придвинув меня ближе к себе. – Я вам позже расскажу.
– Хорошо, и когда свадьба? – Интересно, король всегда такой прямой, как палка, или это мы с князем удостоились такой чести?
О мои щеки можно было зажигать факелы, так они горели.
– Думаю, мы еще решим это с Иоанной, – спас положение Эрик, за что я ему была крайне благодарна.
Ох, наверное, мне лучше все-таки вернуться на кухню, к своим прямым обязанностям, которые с меня никто не снимал. Хватит переживаний для утра, и так моя жизнь в этом мире началась очень уж бурно, ни одного спокойного дня! Я шагнула вперед, чуть развернулась, чтобы не оставаться спиной к Эрику, и скороговоркой выпалила:
– Пожалуй, я пойду, с вашего позволения, у меня там работа, – махнула неопределенно рукой, блуждая взглядом по кабинету и избегая смотреть на мужчин.
– Я провожу, – тут же вызвался Эрик, и усмешка короля стала шире.
– Я подожду, – невозмутимо сообщил он и устроился на стуле для посетителей, сцепив пальцы в замок на коленях.
Ну, все. Теперь точно не оберусь сплетен и пересудов, если через весь дворец среди бела дня меня пойдет провожать его светлость. С другой стороны, когда-нибудь же надо привыкать, я не смогу вечно прятаться ото всех, если уж судьба свела с князем и вторым лицом в государстве. Ох уж мне эта судьба в лице всяких там… богинь! Уверена, сия особа сидит сейчас где-нибудь на своих облаках и посмеивается, считая, что подстроила весьма удачную шутку! А мне расхлебывай, ага. Занятая своими мыслями, я даже не заметила, как мы прошли приемную и отправились к кухне, но опять какими-то обходными путями, не через парадные залы. Все-таки Эрик удивительно понимающий и заботливый, и на моих губах появилась робкая улыбка.
– Анни, ты не против поужинать сегодня со мной? Заодно все обсудим, – предложил вдруг князь, погладив мою ладонь. – И никто точно нам не помешает, – со смешком добавил он.
Невольно вспомнилось приглашение Юлиана, и я не удержалась от хихиканья.
– Вам так понравилась моя стряпня?.. – начала было я, но не договорила.
– Тебе, – поправил Эрик, покосившись на меня. – Не хочу формальностей между нами. Да, понравилась, но я не настаиваю, могу попросить кого-нибудь другого. – Он подмигнул.
Нет уж. Для этого ужина точно расстараюсь сама, и я помотала головой.
– Ладно, сделаю, – ответила ему, чувствуя, как потихоньку исчезают нервозность и замешательство.
– Договорились, – довольно кивнул Эрик. – И знаешь, если не сложно, я хотел бы, чтобы Юлиана кормила тоже ты, – задумчиво проговорил он. – Во всем дворце я теперь могу доверять только тебе, Иоанна. – Князь серьезно посмотрел на меня.
Я тоже перестала улыбаться, разом вспомнив о больном принце.
– Хорошо, – легко согласилась на просьбу.
– Ты чудо, Анни! – Эрик заметно расслабился. – Я сам зайду за тобой вечером, ладно? Не стоит тебе одной бродить по дворцу. – Он нахмурился. – Тем более пока графиня не уехала. Мои люди присмотрят за ней, но меня беспокоит ее таинственный помощник, кто знает, какие секреты леди еще припасла.
От его неприкрытой заботы в груди разлилось тепло, и я совершенно естественным жестом прижалась к Эрику, едва не зажмурившись от удовольствия.
– Не буду, – кротко произнесла в ответ.
Мы уже шагали по служебным коридорам, и до кухни оставалось всего ничего, и Эрик остановился в небольшой нише с окном, развернув меня к себе.
– Тогда до вечера, да? – шепнул он, без всякого предупреждения обняв и теперь поцеловав по-настоящему.

Глава 13

Сначала губы Эрика мягко прижались к моим, затем я почувствовала его язык, и рот сам послушно приоткрылся, и в какой момент мои ладони оказались на плечах князя, я так и не поняла. Сознание окутал золотистый туман, в котором растворились все мысли, я уплывала в море нежности, закрыв глаза и отрешившись от всего. Сердце порхало в груди радостным мотыльком, по телу разливалась слабость, и я прильнула к Эрику, с удовольствием отвечая, пусть и немного неуверенно – в конце концов, это мой второй поцелуй, в новой жизни это уж точно. Эмоции закружили, захватили в танцующий водоворот, я лишь краем ошалевшего сознания отметила, что пальцы Эрика зарылись в мои волосы, тихонько поглаживая и, кажется, подбираясь к ушам, но ничего не имела против… Я в самом деле готова была замурлыкать, как кошка, уже и не вспоминая о своих переживаниях насчет серьезности намерений князя.
Он первым прервал поцелуй, к моему разочарованию, и я едва удержала недовольный возглас, вцепившись в его камзол и тяжело дыша. Возвращение в реальность проходило с некоторым трудом, перед глазами плавали разноцветные круги, а пульс никак не хотел успокаиваться.
– День будет длиться очень долго, – пробормотал Эрик, поддерживая меня за талию, и провел тыльной стороной по щеке.
– Мне пора, – немного сиплым голосом отозвалась я, но не спешила выбираться из его объятий.
В них было уютно и тепло, и очень хотелось, чтобы все-таки почесали за ушком и я наконец узнала, умею ли мурлыкать. Эрик с явным сожалением вздохнул и разомкнул руки, отступив на шаг, и пришлось отогнать фривольные фантазии. Потом, все потом. Может, не сегодня вечером – несмотря ни на что, к столь быстрому развитию событий я, пожалуй, еще не готова, – но как-нибудь позже. В конце концов, работа ждала не только меня, а Эрика – еще и король. Улыбнувшись напоследок, я поспешила на кухню и мыслями уже унеслась к вечеру и обдумыванию, что бы такого приготовить, чтобы удивить князя. Ох, еще же и Юлиана тоже надо чем-то накормить, укрепляющим силы, и королева тоже наверняка проголодается!
Маруня ждала, радостная и едва не светящаяся от эмоций.
– Ой, Анни, а я с родителями Анжея обедала, представляешь?! – выпалила она, едва я приблизилась к столу. – Они такие милые! И вечером мы снова на танцы пойдем! Кстати, он передал тебе, вот. – Маруня вытащила из кармана знакомый камушек. – Пойдешь с нами? Думаю, Анжей не будет против…
– Я бы с удовольствием, но не могу, – покачала головой, повязывая фартук. – Меня тоже пригласили, – призналась помощнице, но пока решила не говорить кто.
– Юлиан?! – восторженно пискнула Руня и всплеснула руками.
– Нет, не он. – Я поправила чепчик и решительно направила энергию девушки в нужное русло, озадачив ее необходимыми поручениями.
Успеем еще поболтать, в том числе и о наших кавалерах.

Эрик почти не помнил пути обратно до кабинета, пребывая в мечтах, как мальчишка, только-только познавший первую любовь. Об Иоанне хотелось знать всё: все ее пристрастия, интересы, что ей нравится, чем она любит заниматься в свободное время. И сегодня наконец у них получится нормальное, полноценное свидание, а не встречи урывками. Пальцы князя коснулись предплечья, где под камзолом и рубашкой серебрился узор. Его айсу, милая ушастая девочка с пушистым хвостом. Теперь уже можно не запрещать себе думать о ней, смаковать мысли и предвкушать встречу. Кажется, такого с ним не было даже в прошлом году, настолько сильных эмоций к прежней избраннице его магии Эрик не питал. Но князь и не возражал против такого поворота.
Зайдя же в кабинет, его светлость вынул переговорный артефакт, связавшись с одним из своих людей.
– Наблюдайте за графиней, она должна покинуть дворец в течение суток, – приказал он. – Пришли ко мне человека, я дам распоряжение проверить одно место, и продолжайте присматривать за Иоанной.
– Да, мой князь, – ответил невидимый собеседник, и Эрик наконец уделил внимание его величеству.
– Прошу простить, утро выдалось бурное, – с извиняющейся улыбкой сказал он, соединив перед собой пальцы.
– Да, я вижу, – хмыкнул Казимир и посерьезнел: – Юлиан идет на поправку, я был у него, это радует. А еще, ты знаешь, что возвращается мой двоюродный брат?
– Да, мне уже доложили. – Эрик поморщился и потер переносицу. – Очень не вовремя, если честно.
– А когда это Дариш вовремя являлся? – Казимир криво усмехнулся. – Он просто внезапно решает, что ему надоело шляться по соседним странам, и возвращается во дворец, прибавляя мне головной боли. Так что советую поскорее все выяснить с Иоанной. – Его величество выразительно посмотрел на своего советника.
Эрик только поджал губы, складывая ровной стопкой бумаги. Дариш – это не Юлиан, он привык брать то, что хочет, и да, возникнут проблемы.
– Полезет к ней – набью морду, – буркнул князь, сжав кулак. – Не посмотрю, что королевский родственник.
– Я сделаю вид, что ничего не заметил, – кивнул король. – Жаль, мне по статусу не положено бить морду, даже родственнику, который этого вполне заслуживает. Что там по покушениям, тишина? – резко перевел тему Казимир. – И что с графиней?
Эрик кратко пересказал недавние события и подвел итог:
– Полагаю, леди использовали втемную, но сомневаюсь, что мои люди что-то найдут на том месте. – Он погладил подбородок. – Слишком все гладко выходит, прямо не подкопаться. – Брови князя нахмурились. – Кто-то тщательно подготовился, не оставив зацепок…
– Кроме ведущих к тебе ниточек, – напомнил Казимир. – Ладно, я понял. Пошел ловить Дариша, попробую держать его подальше от тебя и твоей ушастенькой. – Его величество поднялся. – И, Эрик, – он внимательно посмотрел на хозяина кабинета, – будь осторожен, я прошу, – после чего монарх вышел из кабинета.
Последний совет уж точно был лишним, Эрик и так не собирался совершать глупостей – сейчас, когда у него появилась Иоанна.

Обед для королевы я сделала первым, естественно, а потом уже принялась за готовку для Юлиана. Решила порадовать его высочество легкими питательными блюдами: сырным крем-супом с сухариками и картофельно-овощной запеканкой. Мясо пока не надо, пусть сил набирается потихоньку. Мурлыча под нос мелодию, я лавировала по кухне, собирая нужные ингредиенты, ловко избегая столкновений и в мыслях пребывая очень далеко от этого места. Да-да, я уже продумывала меню для ужина, то и дело ловя себя на мечтательной улыбке, и просто чудо, как ничего не перепутала и не испортила. Собственно, случилось закономерное – я все-таки столкнулась с какой-то женщиной из работавших на кухне, и счастье, что она ничего не несла в руках.
– Ох, простите, – извинилась я, потирая ушибленную руку.
– Ничего, бывает, – буркнула та сиплым голосом и поспешила дальше по своим делам.
Я же вернулась к столу, где Маруня уже нарезала овощи для запеканки. Сложив их в форму и залив сливочным соусом, я отправила ее в печку и занялась супом. Вскоре все было готово, и, поставив тарелки на поднос, я отправилась к Юлиану, надеясь, что ему и в самом деле стало лучше. А вот где-то на середине пути поплохело уже мне: появился жар, дышать стало трудно, и перед глазами все поплыло – пришлось ухватить поднос крепче, чтобы не перевернуть еду. Эрик, что ли, силу применяет? Ну… Он же обещал не делать этого, а вдруг надобность и правда сильная? Чуть замедлив шаг, я попыталась протолкнуть воздух в легкие, и мне это удалось раза с третьего. Так. Надо хотя бы донести еду до Юлиана, негоже растянуться тут среди осколков посуды и остатков супа. Кажется, последние шаги до покоев принца я проделала почти бегом и ничего не видя перед собой, воздух царапал горло, не желая проникать в легкие, и тело начала бить крупная дрожь. Вот напасть!
Я ввалилась в покои Юлиана, слизнув выступившие капельки пота над верхней губой, дыша, как загнанная лошадь. Внутренности словно наматывали на раскаленную кочергу, но я все же дошла до спальни, где лежал принц и читал какую-то книгу. При виде меня он тут же отложил ее и с удивлением протянул:
– Иоанна? Ой, ты мне поесть приготовила? Здорово! – обрадовался он, пока я кое-как пристраивала поднос на тумбочке. – Что с тобой, Анни? Тебе плохо? – заметил он наконец, но ответить я не успела.
– Ну, где наконец мой племянничек? – раздался в покоях громкий голос, и я обернулась на слабеющих ногах.
На пороге спальни стоял высокий, статный мужчина в простой одежде, с мужественной внешностью, и его даже можно было бы назвать красивым, но все портила усмешка, в которой отчетливо читалось превосходство. А при виде меня в глазах загорелся знакомый огонек чисто мужского интереса, и это последнее, что я увидела. В кости как будто залили жидкий огонь, и, кажется, я хрипло вскрикнула, прежде чем потерять сознание. Хорошо, что рядом стояла мягкая кровать Юлиана, набивать шишки о твердый пол не очень хотелось.
Дальнейшие воспоминания так и остались обрывочными, я не смогла их восстановить. В какой-то момент, ненадолго вынырнув из беспамятства, ощутила, что меня куда-то несут, причем бегом. Слышала вроде голос Эрика, срывающийся, хриплый:
– …Найдите эту дрянь! За шкирку притащить ко мне, но найти!..
Потом снова провал в жаркий, наполненный болью колодец, из которого меня снова вытянул знакомый голос:
– Анни… Хорошая моя, придется потерпеть… Мне надо убрать из тебя это, понимаешь?
Прохладные ладони обхватили мое лицо, и я с трудом сфокусировала взгляд на расплывающемся лице Эрика.
Прохрипела что-то невнятное, не совсем понимая, о чем он говорит, а потом опять отключилась, утонув в черном ничто, но еще успев закричать от невыносимой боли, превратившей кости в труху, а мышцы – в кисель. На этот раз беспамятство было долгим, и сколько прошло времени с момента моего прихода в покои Юлиана, я понятия не имела.

Следующее возвращение в реальность принесло облегчение: ничего не болело, только ужасающая слабость растеклась по телу так, что ни рукой, ни ногой не пошевелить. Оставалось лишь вращать глазами, осматриваясь, где нахожусь и что вообще вокруг происходит. Сразу поняла, что комната точно не моя: в моей нет такой роскошной широкой и мягкой кровати, расписного потолка с деревянной отделкой и камина. И еще, уж точно в моей комнате не поместилось бы кресло с дремлющим в нем Эриком. В одной рубашке с закатанными рукавами, встрепанный, с тенями под глазами, он чуть приоткрыл рот, откинувшись на спинку и свесив кисть с подлокотника.
Я невольно умилилась, тут же захотелось убрать упавшую на лоб прядь, и даже рука шевельнулась под одеялом. Эрик тут же встрепенулся, хотя вроде никакого шума я не произвела, открыл глаза и, увидев, что я пришла в себя, тут же пересел на кровать, заботливым жестом поправив на мне это самое одеяло. Кстати, судя по ощущениям, на мне было не платье, а ночная рубашка… Уверена, переодевала горничная, пока Эрик деликатно ждал за дверью.
– Анни? Ты как, родная? – Ладонь князя осторожно прижалась к моей щеке, теплая и немного шершавая. – Жара нет, это хорошо, – пробормотал он. – Болит что-нибудь?
– Уже нет, – слабым, сиплым голосом ответила я и даже попыталась улыбнуться непослушными губами. – Что… со мной случилось? – едва слышно спросила, не сводя с него взгляда.
– Яд, – коротко ответил Эрик и помрачнел. – Ты – любимица богини, Анни, ты знаешь? Этот яд убивает за час, причем симптомы проявляются не сразу – минут за десять до… окончания, – князь слегка запнулся, и у меня по спине пробежал холодок от осознания услышанного. – Противоядия нет, он убирается только магией, причем целитель должен обладать рангом не ниже третьего.
Ох. Я запоздало испугалась за себя, и, наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что Эрик успокаивающе улыбнулся и погладил по щеке, наклонившись и коснувшись губами лба.
– Хорошо, что ты к Юлиану пошла, и я рядом был. – Эрик обхватил мое лицо ладонями, посмотрев в глаза. – Анни… Я бы никогда не простил себе, если бы с тобой что-то случилось, – выдохнул он, а я вспомнила, что его первая невеста тоже погибла.
Что-то такое шевельнулось в голове, вялая мысль махнула хвостом и уползла куда-то в глубину сознания, и поймать ее я не успела.
– А кто?.. – выговорила я следующий вопрос.
Лицо Эрика стало жестким, в глазах блеснул опасный огонек.
– Только графиня могла желать тебе смерти, – тихо ответил он. – И с этим я разбираюсь, мои люди ищут ее по всему городу, и стража на воротах получила указания. Она не уйдет, не переживай. Так, хватит разговоров, – решительно заявил князь и выпрямился. – Я позову пана Гуриша, он осмотрит тебя и подлечит еще, если надо. Самые серьезные последствия я уже убрал. – Эрик ободряюще улыбнулся и встал.
Он выглянул из спальни, передал указание и вернулся, а я поинтересовалась, впрочем, догадываясь об ответе:
– А где я?
– У меня, – невозмутимо ответил Эрик, вновь опускаясь рядом со мной. – Прости, Анни, пришлось доставить тебе неудобство, – со вздохом произнес он, и я не сразу сообразила, что он про свою магию и как меня скрутило при этом.
– Ничего, – даже получилось улыбнуться в ответ, но больше я ничего не успела сказать – пришел пан Гуриш.
– Так, где моя пациентка? – громко заявил он, заходя в спальню, и тут же замахал на Эрика: – Ваша светлость, вы еще здесь?! Я же сказал вам отдыхать! Эдак вы свалитесь от переутомления, и вместо одной у меня будет двое больных! Даже трое! – Целитель поднял палец и строго посмотрел на Эрика. – Хорошо, что его высочество идет на поправку! Идите, идите, с госпожой Иоанной в ближайшее время ничего не случится. – Пан Гуриш снова замахал на князя руками. – Дальше я уже сам справлюсь, спасибо вам большое.
Эрик бросил на меня последний взгляд и заверил:
– Сюда никто посторонний не сможет зайти, у дверей стоит стража. Отдыхай, Анни, – и он вышел.
А целитель занялся моим осмотром и дальнейшим лечением. Кроме магии, пан Гуриш оставил еще укрепляющие микстуры, порекомендовал побольше спать и пообещал, что через денек-другой я встану на ноги, если буду соблюдать постельный режим. Я послушно выпила зелья, подумав, что и так не смогу самостоятельно встать с постели от ужасающей слабости. Закончив, пан Гуриш вышел, а буквально через пару минут в дверь кто-то тихо поскребся, и она приоткрылась, а в щель просунулась мордашка Маруни. На ее голове красовались неизменные ушки – рыжие с белыми кисточками.
– Анни? – шепотом позвала она, блестя широко раскрытыми глазами, в которых плескалась тревога. – Мне сказали, ты уже пришла в себя и к тебе можно, да?
– Можно, можно, – мой голос звучал увереннее, я кивнула, подвинувшись, и Маруня юркнула в спальню, устроившись рядом.
– Ой, я так испугалась, так испугалась! – Она прижала ладони к щекам, прерывисто вздохнув. – Такой переполох поднялся, когда князь примчался и сказал, что тебя отравить кто-то пытался! Представляешь, он лично допрашивал всех работников кухни! А вы теперь вместе, да? – восторженно спросила Маруня, резко перескочив на другую тему. – Это правда?
– Ну, в некотором роде да, – я кивнула, понимая, что дальше скрывать очевидное уже невозможно. – Кажется, я его айсу.
– И-и-и-и, как здорово! – тихонько запищала совершенно счастливая Маруня и подпрыгнула на кровати, но тут же погрустнела. – А Анжей на практику уехал на несколько дней. Вот, просил тебе передать. – Она порылась в кармане и протянула мне пресловутый камень. – Нет, он недалеко, сказал, где-то за городом, в поместье, закрепленном за академией, и там открыт стационарный портал, так что, наверное, он сможет возвращаться в город, – протараторила Маруня. – Но у него, наверное, там учебы много. – Она вздохнула и погладила меня по лежавшей на одеяле руке. – Ты поправляйся, ладно, Анни?
– Обязательно, – заверила я девушку и пожала ее пальцы – силы потихоньку возвращались благодаря настойкам пана Гуриша.
Мы еще немного поболтали, и Маруня умчалась на кухню – пока в мое отсутствие меню королевы заведовала она, пан Жижтов решил рискнуть и доверить ей такое ответственное дело. С разрешения ее величества, конечно, и пока Руня не подвела, оказывается, мелкая легко запоминала все рецепты. Вот и отлично, будет кому передать место – вряд ли Эрик разрешит мне и дальше работать на королевской кухне. Едва Маруня ушла, как тут же в спальню пробрался следующий посетитель: Юлиан, конечно. Уже вполне бодрый, даже румянец на щеках появился. Принц устроился в кресле, окинув меня внимательным взглядом.
– Ну и напугала ты всех, Анни, знаешь. – Он покачал головой. – Я Эрика таким никогда не видел, даже когда его первая невеста погибла. Страшно смотреть было. – Юлиан поежился.
– Ты сам-то как? – осведомилась я у недавно отравленного наследника. – Не рано с кровати встал?
– Не, нормально. – Юлиан махнул рукой и поморщился. – Весь филей отлежал, хватит. – Он обезоруживающе улыбнулся, потом вздохнул: – Да и принцессы еще остались, матушка требует, чтобы я с ними встретился. – Он закатил глаза и фыркнул. – Только Зилану отправили домой, она беременная оказалась и надеялась прикрыть свой позор свадьбой, представляешь?
И снова нам не дали пообщаться: дверь открылась в очередной раз, впуская его величество.
– Ну, где болезная? – Он широко улыбнулся и приблизился к кровати, строго зыркнув на отпрыска. – Юлиан, а ты что здесь делаешь?! Ну-ка, марш к себе! Негоже находиться в спальне невесты другого!
– Мы друзья, папа! – с видом оскорбленной невинности тут же вскинулся принц и возмущенно посмотрел на отца. – Я пришел ее проведать!
– Проведал? Иди, – кивнул Казимир, остановившись рядом с кроватью. – Не утомляй Иоанну, она едва пришла в себя.
Юлиан, хоть и был недоволен, но все-таки подчинился, напоследок подмигнув, и я осталась наедине с его величеством. Он же, не дав мне окончательно смутиться, покровительственно улыбнулся и тоже, как и сын, внимательно оглядел меня.
– Пан Гуриш сказал, опасность вам больше не грозит, юная барышня, – сообщил он то, что я и так знала. – И это очень радует. Вы будьте осторожнее. – Он посерьезнел и вздохнул: – Эрик очень распереживался за вас. Жаль, что нельзя подарить вам какой-нибудь охранный амулет, хоть телохранителя приставляй. – Король тихо хохотнул. – У князя много недоброжелателей, и они предпочтут ударить по самому дорогому для него. А это вы, Иоанна.
Я смотрела на него во все глаза – признаться, с такой стороны не смотрела на наши с Эриком только-только начавшие зарождаться отношения.
– И что мне делать? – упавшим голосом спросила, комкая край одеяла.
– Держаться поблизости от Эрика. – Его величество неожиданно хитро улыбнулся и лукаво прищурился. – Самый верный вариант, пока мы не выясним и не поймаем того, кто на вас ополчился.
Вместо ответа я неожиданно широко зевнула, чувствуя, как веки налились свинцом – наверняка от настоек пана Гуриша. Казимир, однако, ничуть не обиделся, а тут же засобирался.
– Что ж, отдыхайте, Иоанна, и поправляйтесь. И не бойтесь ничего, вас очень хорошо охраняют.
Затем Казимир вышел, а я почти сразу провалилась в целительный сон.
Эрик в самом деле вернулся в соседние покои, куда временно перебрался, и, упав в кресло, ожесточенно потер глаза. Усталость придавливала к полу, тело требовало отдыха, и пан Гуриш прав, надо отдохнуть, не дело, если он свалится без сил. Надолго оставлять Иоанну одну Эрик категорически не желал… И казалось, всего на несколько минут прикрыл глаза, а почти мгновенно провалился в крепкий сон, нарушил который громкий голос:
– Эрик… Ох, прости, – тут же спохватился Казимир, но князь уже проснулся и выпрямился в кресле, тряхнув головой.
– Нет, ничего. – Его светлость зевнул в кулак и посмотрел на гостя. – Что-то случилось? – с беспокойством спросил Эрик, невольно насторожившись.
– Все в порядке, уймись, – успокоил Казимир и опустился на диван напротив, помолчал, задумчиво разглядывая советника, и продолжил: – Я тут вот что подумал… А почему бы вам с Иоанной не уехать в твое поместье? – неожиданно предложил его величество. – Там тихо, спокойно, нет никого чужого, тебе знаком каждый камень. Прихватишь Юлиана, иллюзию я ему сделаю, никто не подкопается, – добавил Казимир, и Эрик поперхнулся вдохом, непочтительно вытаращившись на монарха.
– Мм… Что, простите? – осторожно переспросил Эрик, думая, что ослышался.
– Съезди, говорю, отдохни, в отпуск, – охотно повторил Казимир, явно наслаждаясь растерянностью советника. – Заодно с суженой своей познакомишься поближе, узнаете друг друга, все такое. – Он пошевелил в воздухе пальцами и ухмыльнулся.
– А Юлиан-то зачем с нами? – Против отпуска князь ничего не имел, но вот наследник…
– Затем. – Король посерьезнел и прищурился. – Оставим здесь двойника и посмотрим, что будет.
Эрик с досады чуть не хлопнул себя по лбу – ну конечно, простое и действенное решение! Как он сам не додумался! Казимир усмехнулся и одобрительно кивнул.
– Вижу, понимаешь, – обронил он. – Так что, как только Иоанна придет в себя, езжайте, как раз и Юлиан поправится окончательно.
– Официальная легенда будет? – уточнил Эрик, уже совладав с эмоциями.
– А она нужна? Пусть те, кто открыл на тебя охоту, поломают голову, что это: моя немилость или хитрый ход, – усмехнулся король и поднялся. – Так, в общем, отдыхай, потом бери Иоанну, и удачного отпуска, – ехидно добавил Казимир. – Надеюсь, вернешься и сможешь снова полноценно исполнять свои обязанности придворного мага, – выразительно намекнул он, и Эрик, к собственному удивлению, в кои-то веки ощутил нечто похожее на смущение.
Нет, целоваться с Иоанной ему определенно нравилось, еще как, но вот почему-то дальше мысли отказывались заходить, несмотря на весь его вполне богатый опыт.
– Ладно, разбирайтесь там между собой. – Казимир покровительственно похлопал Эрика по плечу. – Я к Юлиану, обрадую.
Его величество вышел, а князь после короткого раздумья все же отправился в спальню, строго приказав организму отключиться ровно на полтора часа, не больше. Сделав внушение, Эрик растянулся прямо поверх покрывала и моментально провалился в крепкий сон.

Следующее мое пробуждение вышло не в пример лучше – сил у меня явно прибавилось, слабость ушла и появилось желание поесть. Только вот как бы его осуществить? Я понятия не имела, как тут вызвать кого-нибудь из прислуги, ну и вообще, слегка смущалась – вроде я же сама на кухне работаю… Открыв глаза, осмотрелась, потом осторожно приподнялась на подушках и только решила попробовать встать, как в дверь раздался стук, и она тут же распахнулась. А вот явившийся гость оказался для меня полным сюрпризом – тот самый мужчина, которого я видела последним перед тем, как грохнуться в обморок в спальне Юлиана. Я замерла, уставившись на него, в груди заворочалось глухое раздражение. Не спальня, а проходной двор! Говорили, что охранять меня будут, а тут шляются всякие непонятные типы! Кто он и что ему тут понадобилось?!
– Так ты – аррини, да? – прямо спросил индивид, откровенно разглядывая меня, уши сами прижались, и я медленно, осторожненько так сползла обратно под одеяло, радуясь, что хвост спрятан.
Знаю я, что означает этот огонек в глазах!
– А вы, собственно, кто? – поинтересовалась, настороженно наблюдая за незнакомцем.
– Кузен короля, можешь называть меня Дариш, – небрежно представился товарищ и подошел ближе, и мое ухо нервно дернулось. – А ты хорошенькая, – прямо заявил этот тип, и мое раздражение усилилось.
Вот поварешка гнутая, это не Юлик, которого раз осадишь строго, и он отстанет. Да и вообще, ну не верила я в то, что интерес принца серьезный. У этого же, Дариша, вон как глаза заблестели, и готова спорить на что угодно, уже мысленно примеривался и к моему хвосту!
– Спасибо, – вежливо поблагодарила я и на всякий случай добавила: – Только знаете, не надо со мной заигрывать.
– Почему? – искренне удивился мой собеседник. – Ты ведь не замужем, да?
Поджав губы, глянула на него искоса и нехотя ответила:
– Нет, не замужем. Но я айсу князя Леденского.
Прозвучало ужасно сухо, слова как будто царапнули нёбо, но я надеялась, что это отвадит Дариша. Хамить и грубить королевскому родственнику, пусть и отъявленному бабнику, не хотелось. Мало ли, может, король обидится, а мне потом отдуваться. Только вот этого, похоже, мое заявление не испугало. На его лице появилась странная усмешка, а огонек в глазах разгорелся ярче. Ой. Кажется, зря я сказала о своем статусе… Похоже, Дариш из тех, кто любит сложные задачки…
Только вот, к моему неимоверному облегчению, наш разговор прервался появлением Эрика – он вошел без стука, решительным шагом. Наверное, стража сообщила, что я тут не одна и с кем именно.
– Милорд, – сухо поздоровался Эрик, смерив Дариша взглядом. – Могу я поинтересоваться, что вы здесь делаете?
– Зашел осведомиться о здоровье Иоанны, – невозмутимо ответил королевский кузен, ничуть не смутившись и не растерявшись. – Говорят, она потрясающе готовит, хотелось бы попробовать. – И взгляд такой многообещающий в мою сторону.
– Осведомились? – вежливо спросил Эрик, никак не отреагировав на вторую часть высказывания Дариша.
Несколько томительных мгновений он молчал, и я уже с тревогой подумала, что упрямого и нежелательного гостя добром выпроводить не удастся. Но обошлось, слава богине, королевский кузен лишь хмыкнул, уголок его губ дернулся в усмешке, и Дариш вышел, небрежно кивнув Эрику. Я тихонько выдохнула, чувствуя, как расслабляются напряженные мышцы, и разжала пальцы, стискивавшие край одеяла. Князь в два шага оказался рядом и опустился на край кровати. Я отметила, что выглядит он бодрым и посвежевшим, в новой рубашке и жилете из темно-синего шелка. Переоделся, причесался и побрился. Настоящий воспитанный мужчина, не то что некоторые!
– Привет. – Он нежно улыбнулся, и мое сердце предательски затрепыхалось, а на губах возникла ответная радостная улыбка. – Как ты, Анни?
Ладони Эрика обхватили мое лицо, он наклонился и бережно коснулся моих губ, приласкал их и тут же отстранился, оставив мне сбившееся дыхание и защекотавшее в крови волнение.
– Хорошо, – пробормотала я, зачарованно глядя в его глаза.
– Вот и здорово. – Улыбка Эрика стала шире. – Казимир решил отправить нас в мое поместье в отпуск, – огорошил он известием, и взгляд князя стал лукавым, а потом Эрик понизил голос до шепота и добавил: – И взять Юлиана с собой.
«Зачем нам кузнец? Нам кузнец не нужен», – всплыла в сознании фраза, видимо, из прежней жизни. Богиня милосердная, а принц там зачем?! Свечку нам держать, что ли?

Глава 14

– Зачем? – так и спросила, подняв брови.
Эрик подмигнул и так же шепотом ответил:
– Ему тоже требуются свежий воздух и тишина, чтобы окончательно прийти в себя. Только об этом никто не должен знать. – Князь стал серьезным, и я поняла, что они с королем что-то задумали.
– Ну, раз надо, – вздохнула я.
Нет, мы с Юлианом вроде все выяснили, но кто его знает… Я не настолько хорошо успела изучить парня.
– Вот и отлично, тогда поправляйся, и как только встанешь на ноги, сразу поедем. – Эрик еще раз чмокнул меня в нос и поднялся. – Мне пора работать, родная, – с сожалением произнес он. – Хочешь, я Маруню позову, чтобы тебе скучно не было? – предложил князь.
От такой заботы в груди потеплело, и я благодарно улыбнулась.
– Только если она не занята и пан Жижтов ее отпустит, – уточнила в ответ.
– Договорились. – Эрик кивнул и, бросив на меня прощальный взгляд, вышел.
Чуть погодя пришла Маруня, заверила, что никаких проблем не возникло, и достала парочку книг по кулинарии, в изучение которых мы с ней с удовольствием погрузились.

Эрик зашел в свой кабинет, готовый вернуться к делам. Конечно, мысли то и дело норовили свернуть совсем не в деловой настрой, но князь приструнил эмоции и занялся бумагами. И первое, что увидел, когда сел за стол, – красивое приглашение посетить сегодня вечером встречу выпускников академии, проводившуюся ежегодно. До сих пор Эрик под разными предлогами избегал этого мероприятия, у него и особых друзей не было в этом заведении, но теперь князь решил пойти. Юлиану нужен защитный артефакт, так почему бы не обратиться к Влодеку, раз он занимается этим?
– Хорошая идея, – пробормотал князь, вертя плотный кусочек бумаги с золотым обрезом и мерцающими буквами.
Он бы, конечно, и сам сделал, но хватит с Иоанны мучений. До тех пор, пока их связь не закрепится окончательно, никакой магии. И очень кстати был отъезд в поместье, там действительно меньше шансов незаметно подобраться и к Анни, и к Юлиану. Эрик придвинул к себе бумаги и углубился в отчеты. Графиню искали, но пока безрезультатно, как и ее таинственного знакомого.

Мы с Маруней увлеченно спорили насчет одного мудреного рецепта, когда к нам пришел еще один гость: Юлиан принес настольную игру, этакий гибрид шахмат и карт, и взялся обучать нас правилам. Оказалось очень увлекательно, я быстро освоила – в какой-то момент даже показалось, всплыли глубинные знания из прошлой жизни. Может, во что-то подобное я играла и в своем мире, кто знает. Маруня сначала наблюдала, а потом с азартом включилась, и мы с головой погрузились в перипетии хитрых ходов и интриг, даже позабыв, что с нами наследник, и отбросив все формальности.
Когда я проголодалась, Маруня сбегала на кухню и принесла нам еды, и все было замечательно, я даже об Эрике вспоминала не слишком часто. Пока вдруг в дверь вежливо не постучали. Я невольно вздрогнула, переглянулась с остальными и наконец пригласила войти – если бы был кто-то опасный, стража и защита точно не пропустили бы. Наверное.
– Госпожа Иоанна? – в спальню шагнул слуга в ливрее и поклонился, а в руках у него я увидела большую корзину, полную каких-то местных цветов белых и кремовых оттенков, отдаленно похожих на розы.
– Я, да, – осторожно призналась, отчего-то не ощутив радости от неожиданного подарка.
– Вам просили передать. – Слуга поставил корзинку на пол, еще раз поклонился и вышел.
– А кто? – мой вопрос улетел в закрытую дверь.
– Может, записка есть? – Маруня соскочила с кровати и приблизилась к неожиданному подарку.
Юлиан же протянул:
– Эрик не склонен к такой показной роскоши… И он бы сначала узнал, какие цветы ты любишь. – Принц покосился на меня и вдруг хитро улыбнулся: – А какие, Анни?
– Юлик! – Я укоризненно посмотрела на него и несильно пихнула локтем. – Опять начинаешь?..
– Ой, – тихо пискнула Маруня, прерывая нашу дружескую перепалку. – Тут написано: «От Дариша прелестной кошечке». – Она растерянно вертела в руках сложенную пополам записку.
Юлиан хмыкнул, я хлопнула ресницами, уставившись на букет. Вот еще не хватало, а!
– Дядя знатный бабник, – словно невзначай обронил принц. – И настойчивый…
Я занервничала сильнее, уши встали торчком, и хвост метнулся по покрывалу, на котором я сидела в халате.
– Так, ладно, Марунь, поставь у окна, – решила я наконец. – А то они сильно пахнут.
Выкидывать не рискнула, мало ли, вдруг этот Дариш обидчивый, и предложила всем вернуться к игре, чтобы отвлечься. Надеюсь, этого королевского родственничка не принесет сюда еще раз.

– Ты совсем идиотка? – холодный голос со сдержанной яростью хлестнул по напряженным нервам графини, и она сжалась в кресле, не смея поднять глаза на собеседника.
Лания молча кусала губы, теребя кружево на манжете, и в который раз спрашивала себя, а правильно ли поступила, приняв помощь этого человека. Он сам ее нашел уже почти у выхода из города и предупредил, что ворота закрыты и ей не выбраться. А потом привел в этот дом где-то в глубине торговых кварталов и приказал не высовываться на улицу до тех пор, пока шумиха в столице не стихнет.
– Это надо догадаться, отравить избранницу князя! – Маг фыркнул, скрестив руки на груди, и хотя лицо закрывала тень глубоко надвинутого капюшона, да еще и наверняка сложной иллюзией прикрылся, Лания почему-то была уверена, что его рот скривился в презрительной усмешке.
Леди упрямо поджала губы и буркнула:
– Он предложил мне стать любовницей! А потом каким-то образом догадался об обмане и швырнул в меня огненным шаром! – Графиня лишь чудом не сорвалась на крик и нахохлилась, переплетя пальцы.
Она ничуть не жалела о сделанном, только о том, что месть не удалась в полной мере.
– Это твои проблемы, раз не смогла воспользоваться шансом, что я тебе дал, – отрезал маг и отвернулся, почти слившись с тенями. – Эту кошечку можно использовать совсем в других целях… – чуть тише протянул он, будто задумавшись, и Лания навострила уши.
– В каких? – осторожно спросила она, почувствовав, что, возможно, случай отомстить все-таки представится еще раз.
Однако маг отмахнулся, небрежно ответив:
– Неважно. Ты свое дело уже сделала. Все, что тебе надо, – это посидеть тихо несколько дней, а потом исчезнуть из города навсегда. Ну или до тех пор, пока история не забудется, а злость князя не пройдет. Мой человек будет приносить тебе еду, а ты не смей носа показывать, поняла?! – в последней фразе мага слышалась неприкрытая угроза. – Мою защиту ты все равно не вскроешь. Всего доброго.
Он стремительно отошел от окна и вышел, оставив Ланию одну в комнате. Женщина зябко обхватила руками плечи, уставившись в тлеющие в камине угли. Она все равно не собиралась сдаваться и соглашаться, что это конец. Глаза графини сузились, в них полыхнул огонь.
– Я не прощаю тех, кто унизил меня, – прошептала она едва слышно.
Маг прав, пожалуй. Надо выждать и потом действовать гораздо тоньше. Вот и займется обдумыванием, пока есть возможность.

Эрика не было до самого вечера, мы даже успели поужинать нашей уютной компанией, а потом все же пришлось разойтись. Я осталась в спальне одна, сытая, умиротворенная и все-таки немножко скучающая по князю. Свернувшись на покрывале, прикрыв хвостом ноги, я дремала с открытыми глазами, наблюдая за пляской оранжевых язычков пламени в камине – по вечерам во дворце было прохладно, несмотря на мягкий климат и летнюю погоду на улице. Чувствовала я себя уже вполне хорошо, в том числе и благодаря пану Гуришу – он тоже заходил, поил настойками и применял целительскую магию. Не знаю, почему я не ложилась спать, сон как-то не спешил ко мне приходить, хотя за окном сгустилась темнота и часы показывали почти девять вечера. Хотелось перед сном увидеть Эрика… Понимаю, у него много работы, в том числе и поиски неуловимого преступника, пробравшегося во дворец.
Тихонько вздохнув, я выпрямилась, зевнула, решив все-таки лечь и почитать – вдруг сон незаметно подкрадется? Сняла халат, оставшись в длинной ночнушке, забралась под одеяло и устроилась на подушках, положив книгу на колени. Только словно в ответ на мои мысли в дверь раздался негромкий стук, и она приоткрылась.
– Еще не спишь? – в спальню заглянул Эрик, и я тут же отложила книгу, чувствуя, как внутри все встрепенулось, а сердце запрыгало в груди, как мячик.
– Нет, – я помотала головой, отметив, что Эрик в парадном темно-сером камзоле с серебряным шитьем, а в кружеве рубашки прячется булавка с крупным прозрачным бриллиантом.
– Разрешишь? – снова спросил он, не торопясь заходить, и я поспешно кивнула, про себя хихикнув такому воспитанию и вежливости.
Сразу видно, аристократ, хотя вроде между нами все и так ясно с этой связью. Эрик вошел, опустился на край кровати и взял за руку, внимательно посмотрев в лицо.
– Как ты тут?
– Хорошо. – Я улыбнулась в ответ. – Маруня и Юлиан меня развлекали весь день, – хмыкнула, вспомнив наши азартные вопли во время игры.
Князь легонько погладил мои пальцы, и по коже россыпью разбежались щекочущие мурашки, а дыхание на мгновение пресеклось.
– Если пан Гуриш утром даст добро, не возражаешь завтра уехать? – поинтересовался Эрик. – До поместья не очень далеко, если выедем до полудня, к обеду доберемся. Ехать часа три медленным ходом. Возьмем экипаж, дорога там хорошая.
– Не возражаю, – легко согласилась, в самом деле ощущая себя почти здоровой.
– Тогда отдыхай, высыпайся. – Эрик наклонился, и его губы скользнули по щеке, задев уголок моих губ. – Я приду к завтраку, – шепнул он, согрев теплым дыханием шею, и я не удержалась, хихикнула, дернув ухом.
– Приходи, – тоже тихо ответила, а осмелев окончательно, чуть повернула голову и чмокнула Эрика в слегка колючую уже щеку.
С каждой встречей неловкость и нервозность уходили все дальше, при близком общении князь оказался вовсе не таким уж страшным, особенно когда смотрел вот так, как сейчас. Проникновенно, с мягкой улыбкой и мерцающими в глубине глаз звездочками. В таких глазах запросто можно утонуть, потеряться, забыть себя…
– Спокойной ночи, Анни, – выдохнул Эрик мне в губы, совсем легко коснулся их и сразу отстранился, поднявшись. – До завтра, кошечка, – добавил он, и вот от него это звучало не пошло и раздражающе, а как-то уютно и тепло.
Захотелось даже мурлыкнуть в ответ, как самая настоящая кошка, но я сдержалась. Юркнула под одеяло, наблюдая сквозь ресницы, как уходит Эрик, и, словно только этого и дожидаясь, сон подкрался совершенно незаметно. Моментально захватил в плен, окутал бархатной темнотой, и я уплыла в нее, все еще улыбаясь.
Ну а проснувшись утром, даже до прихода пана Гуроша, поняла, что чувствую себя отлично. Если отравление и было серьезным, совместными усилиями лекаря и Эрика – а может, еще и потому, что я не совсем местная, – я встала на ноги быстро. Пока умывалась, раздумывала, как бы решить проблему одежды: кроме халата и рубашки, в спальне больше ничего не было, а все мои вещи остались в моей комнатке. Попросить кого-нибудь принести?.. Ну не дефилировать же по дворцу в неглиже, в самом деле. А когда вернулась, проблема решилась сама: в спальне обнаружилась бойкая горничная.
– Можно попросить кое-что? – вежливо обратилась я к девушке, и она тут же повернулась, наклонила голову в белоснежном чепце.
– Да, госпожа, конечно, можно, – отозвалась она.
– Мне бы переодеться. – Я одернула халат.
– Конечно, я принесу ваши вещи! – Барышня тут же исчезла из спальни и вернулась довольно быстро с одним из моих платьев.
Поблагодарив, я отказалась от помощи – вот еще, прекрасно справлюсь и сама с одеванием – и к приходу пана Гуроша уже сидела в кресле, причесанная, умытая и чинно сложив руки на коленях.
– Ага, вижу, вы стремительно идете на поправку, милая, – одобрительно произнес он, осматривая меня. – Что ж, я оставлю вам еще микстуру, попейте до конца недели, и больше моя помощь вам не потребуется.
Ну а после лекаря пришел Эрик. С подносом и завтраком, сам, лично. Ой. Признаться, я смутилась, поспешно поднялась и попыталась помочь, но на меня строго глянули и выразительно посмотрели в сторону кресла.
– Не суетись, – коротко обронил Эрик, и пришлось послушно вернуться обратно на место, позволив мужчине поухаживать за собой.
На самом деле это оказалось очень приятно, когда тебе наливают чай, заботливо сооружают бутерброд, заворачивают в тонкий блинчик начинку из соленого сыра с зеленью и… Святая поварешка, Эрик поднес свернутое лакомство к моему рту, предлагая есть вот прямо так, из его рук! Мое смущение достигло пика, и кажется, даже уши покраснели под шерстью. А может, и сама шерсть, не знаю. Я растерянно моргнула, в волнении стиснула пальцы, не решаясь откусить, а Эрик тем временем выгнул бровь и приподнял уголок губ.
– Мм, Анни? Это вкусно, уверяю, – заявил он, и в глазах блеснул веселый огонек. – Я тоже кое-что умею, знаешь ли, это мой любимый рецепт с детства.
Охотно верю. Только в моей голове никак не укладывалось, что, подтянутый, воспитанный и аристократ до последнего волоска, князь Леденский вот так запросто стоял на кухне и жарил мне блинчики.
– Ты сам?.. – вырвалось у меня шепотом и с долей недоверия.
Эрик издал довольный смешок и совсем по-хулигански подмигнул.
– Люблю, знаешь ли, иногда совершать неожиданные поступки, – доверительно сообщил князь. – Приятного аппетита, Анни.
Пришлось откусывать. Оу, вкусно как! Оказывается, у его светлости имеются приличные кулинарные таланты! Учту на будущее, хороший повод время от времени лениться и требовать завтрак в постель. На третьем блинчике скованность прошла, но дальше я предпочла уже есть все-таки своими руками.
– Можешь пока идти, потихоньку собираться, – чуть погодя заговорил Эрик, когда мы уже пили чай. – Только я с тобой стражника отправлю. – Он серьезно посмотрел на меня. – Так мне спокойнее будет. Жди в комнате, я зайду за тобой, ладно?
– А Юлиан? – Я кивнула, показывая, что поняла.
– Он чуть позже приедет отдельно от нас, ему еще маскировку делать, – со смешком отозвался Эрик. – Так что мы вдвоем отправимся.
Я только порадовалась такой новости. Чуть погодя в сопровождении гвардейца я дошла до своих комнат, и почти сразу ко мне заглянула Элинка, уже осведомленная о моем отъезде. Она тут же выдала мне подходящую сумку, заверила, что пока эта комната останется за мной, пожелала хорошего пути и даже по-матерински обняла, прижав к широкой груди. На какой-то момент посетила грусть, но быстро прошла, и я занялась вещами – их не успело накопиться слишком много, к моему облегчению. Гвардеец остался охранять в коридоре, и я чувствовала себя спокойно.
Слава богине, наш отъезд из дворца прошел тихо и спокойно, без внезапных потрясений. Забегала Маруня попрощаться и даже попыталась всплакнуть, но я строго пресекла слезоразлив, напомнив, что уезжаю всего на несколько дней и она всегда может приехать в гости. Уверена, пан Жижтов спокойно отпустит дочь к Эрику. Только хорошо бы, конечно, не в одиночестве, с Маруни станется найти на свою пятую точку приключений. Князь зашел за мной часа через полтора, в простой, скромной одежде, и мне показалось, на его лице даже морщинки разгладились, а в глазах появился озорной блеск. Похоже, его светлость последний раз отдыхал очень давно.
– Готова? – Он подошел к моей кровати и легко поднял внушительных размеров сумку – все равно она относительно легкой оказалась, на мой взгляд.
– Готова, – храбро улыбнулась ему, хотя внутри нет-нет да екало что-то радостно-волнующе.
Широкая ладонь Эрика обхватила мои пальцы, ласково сжала, и мы пошли. Только не к парадному входу, а к одному из боковых, и когда спустились с холма, экипаж нас ждал тоже не у главных ворот. Обычный такой, с большими колесами, запряженный лошадьми, с меланхоличным кучером. Внутри – мягкие и широкие сиденья, неожиданно удобные, шторки на окнах можно было задернуть, если бы вдруг захотелось уединения. От последней мысли щеки слегка потеплели, и я шикнула на неугомонные мысли, забираясь вслед за Эриком внутрь. Как-то так само получилось, что я, устроившись рядом, прислонилась к удобному плечу, а когда экипаж тронулся – плавно и мягко, надо сказать, – и вовсе сбросила удобные ботиночки и забралась на сиденье с ногами, аккуратно пристроив хвост поверх юбки. Конечно, Эрик воспользовался моментом, обняв и притянув ближе к себе, и я довольно зажмурилась, удовлетворенно вздохнув.
Наши отношения хоть и развивались стремительно, но вместе с тем сохраняли трогательную романтичность, все вот эти прикосновения, взгляды, улыбки, нежные поцелуи, от которых перехватывало дыхание… Я лично не хотела торопиться, находя особую прелесть в подобном, наслаждаясь тонким, едва уловимым трепетным предвкушением чего-то чудесного, что обязательно ждет в конце. Даже потихоньку смелеть очень нравилось, например, как сейчас – моя рука совершенно естественно обвилась вокруг пояса Эрика, а его пальцы осторожно, едва ощутимо коснулись моего главного сокровища. Хвоста. И тут же князь воспитанно уточнил:
– Можно?..
Я кивнула, прижавшись крепче, и, почувствовав мягкое поглаживание, совершенно неожиданно словила волну горячей дрожи от поясницы до самых кончиков пальцев. Ой. Неужто хвост – это эрогенная зона у аррини?! М-м-м, какая пикантная подробность выясняется, однако, о себе, любимой…
– А у тебя есть родители? – спросила, чтобы немного отвлечься от волнующих прикосновений: прерывать не хотелось, но и выдавать собственное волнение я тоже почему-то стеснялась.
– Конечно, есть, – отозвался Эрик, устроив подбородок на моей макушке, аккурат между ушами. – Только врагов у меня тоже предостаточно, Анни. – Он вздохнул. – Поэтому никто не знает, где они сейчас живут, для всех мои родители уехали из столицы давно, еще когда его величество только пригласил меня на должность советника. Мы редко видимся, но обязательно съездим к ним. – Его губы коснулись моих волос, и я снова чуть не мурлыкнула, как настоящая кошка.
– Ага… – протянула, едва не растекаясь лужицей сиропа в его руках.
– Жаль, что ты ничего не помнишь о своей прошлой жизни, – тихо выдохнул мне на ухо Эрик. – Я бы хотел знать о тебе все, Анни.
Я пошевелилась, удобнее устраиваясь, и невозмутимо пожала плечами.
– Наверное, если богиня так решила, то в моей прошлой жизни было что-то, чего не стоит помнить, – философски ответила ему. – И лучше начать сначала, заново обрастая привычками и увлечениями, чем цепляться за прошлое, которое не стоит вспоминать. Эрик, – встрепенулась я, отметив, что назвать его по имени на сей раз оказалось очень легко. – А мне, наверное, придется уйти с кухни, да? – посмотрела в его глаза, постаравшись, чтобы голос звучал не очень грустно.
– С кухни – да, – подтвердил мои опасения князь и тут же хитро улыбнулся: – А как ты смотришь на то, чтобы открыть свое кафе, Анни? Возьмешь Маруню в помощницы, я уверен, к тебе весь город будет ходить с большим удовольствием. И ее величество точно станет заказывать десерты к чаю только у тебя.
Я мгновение непонимающе смотрела на него, а потом тихонько взвизгнула от восторга, обвила его шею руками и от нахлынувших эмоций расхрабрилась настолько, что сама звонко чмокнула страшно довольного произведенным эффектом Эрика.
– Спасибо, спасибо, спаси-ибо! – и прижалась к его гладко выбритой щеке.
Это действительно вариант, и преотличный. И любимым делом смогу заниматься, и не висеть на шее у Эрика, красота!
…Мы неторопливо ехали, Эрик делился рассказами о себе, своем детстве, этом мире, а я слушала, иногда задавая вопросы, иногда проваливаясь в легкую, приятную дрему. За окном дома сменились лесом, мы выехали из города на главную дорогу, вдоль нее еще некоторое время попадались постоялые дворы и таверны, а потом потянулись деревья. Я встрепенулась, высунулась в окно, вдыхая свежий воздух, и поняла, что соскучилась по природе – наверное, в той жизни я ее любила. Мы один раз остановились пообедать и размяться немного, а потом поехали дальше, и время в пути пробежало незаметно.
К поместью Эрика вела боковая дорога, на которую мы и свернули, и спустя еще полчаса подъехали к кованым воротам, около которых стоял привратницкий домик. Нам тут же открыли, обрадованно заявив, что все готово к приезду, в мою сторону крепенький невысокий мужичок стрельнул любопытным взглядом, но ничего не стал спрашивать.
– Йосен, познакомься, это Иоанна, твоя будущая госпожа и моя невеста, – с ходу огорошил и меня, и мужичка его говорливая светлость.
Глаза привратника стали круглыми, и в них отчетливо засветился восторг. Он почтительно склонил голову перед крайне сконфуженной мной и заверил:
– Очень, очень рад, госпожа Иоанна. Поздравляю, ваша светлость.
И мы поехали дальше к дому, видневшемуся впереди, а я пыталась выровнять дыхание и решить, рассердиться или все же выразить восторг. Сильные руки Эрика обняли, около уха раздался тихий смешок, и наглый князь невозмутимо произнес:
– А ты думала, как я тебя назову, да, Анни? Уж точно не любовницей.
У меня в груди стало тепло, и злиться расхотелось. Наверное, это я просто от неожиданности – еще не привыкла к таким быстрым и резким переменам в моей новой жизни, я же в этом мире всего ничего нахожусь. А уже вон, невеста князя, второго лица в государстве. Удивительно!
Подъездная аллея, обсаженная толстыми дубами, привела к поместью – точнее, к двухэтажному дому в форме буквы «П», и я ахнула от восторга, увидев, что он до самой крыши увит плющом. Зеленый ковер украшали маленькие розетки нежно-голубого цвета, а на наружных подоконниках первого этажа стояли вазоны с ярко-красными цветами, похожими на герань. Ага, сознание выдало скорее всего сравнение из моего мира. Около распахнутых дверей нас ждала немногочисленная прислуга поместья: дородная, пухлощекая женщина в белоснежном чепце, в которой я сразу определила повариху – от нее пахло сдобой и ванилью, рядом с ней худенькая девочка-подросток с широко распахнутыми любопытными глазами, напомнившая мне Маруню. Наверное, помощница. Еще степенный мужчина средних лет с бородкой клинышком, на поясе у которого висела внушительная связка ключей – управляющий? Чуть в стороне стояла высокая, худощавая дама со строгим лицом, в темном платье и переднике, полагаю, горничная или экономка. Ну и я заметила неподалеку у клумбы фигуру в бесформенном комбинезоне и широкополой шляпе – со спины и не понять, женщина или мужчина. Собственно, это и был весь штат поместья Эрика.
– Приветствую всех, – поздоровался князь и широко улыбнулся – он выбрался первым и помог выйти мне, поставив рядом с собой и положив ладонь на талию. – Иоанна, моя невеста, прошу любить и жаловать.
Ох. И опять щеки потеплели, а глаза уткнулись в землю от смущения, и хвост нервно метнулся по юбке. Нет, пока еще непривычно слышать свой новый статус, и вообще, где мое колечко?! Едва не хихикнула от собственных непредсказуемых мыслей, но от них отвлекла повариха, всплеснув руками и окинув меня умиленным взглядом.
– Ой, какая хорошенькая аррини! – неожиданно низким, басовитым голосом произнесла она и вздохнула. – Только уж худенькая, надо лучше питаться. Накрывать на террасе, хозяин? – тут же деловито осведомилась она. – На улице вон какая погода хорошая, что вы в доме сидеть будете!
Эрик невозмутимо кивнул.
– Да, пожалуй, терраса подойдет. Ко мне еще гость должен приехать, сын моего хорошего друга, – предупредил он. – Приготовьте гостевую спальню, Юсеф после обеда появится.
Мужчина с достоинством поклонился и ответил:
– Будет сделано, ваша милость. Добро пожаловать, ваши комнаты и для госпожи готовы. Анеша, пойдем, поможешь, – обратился он к женщине, и они удалились в дом.
Следом зашли повариха с помощницей – последняя успела стрельнуть в меня любопытным взглядом прежде, чем скрыться, и мы с Эриком зашли последними. У меня закралась мысль, как эта Анеша одна управляется с уборкой такого большого дома, но я вовремя вспомнила о магии – наверняка с ее помощью следить за чистотой легче легкого.
– Ну, пойдем смотреть дом. – Князь взял меня за руку и повел к лестнице, плавным завитком уходившей на второй этаж.
В просторном круглом холле оказался стеклянный потолок, благодаря которому пространство заливали солнечные лучи, отражаясь в натертом паркете. У стены стоял диван, обитый коричневым плюшем, справа и слева виднелись двери, но мы сразу пошли наверх. Там тоже оказалась площадка, и через большие стеклянные двери выход на ту самую террасу. Я пришла в полный восторг, узрев навес, тоже оплетенный плющом и создававший приятную прохладу, плетеные кресла и стол – чудный уголок для отдыха, и вид открывался прекрасный. Я тут же подбежала к перилам, разглядывая раскинувшийся позади особняка парк с дорожками, аккуратными купами кустов и клумбами, кое-где стояли беседки и скамейки для отдыха. Вдали виднелся лес, а за ним – пологие холмы. Чудное место.
– Тут есть еще озеро. – Эрик неслышно подошел сзади и остановился, положив ладони по обе стороны от меня. – Ты же умеешь плавать? – уточнил он, и я радостно кивнула, вильнув хвостом. – Вот и здорово. – Эрик потерся носом о мою макушку. – Тогда обязательно съездим туда.
М-м-м, заманчиво, только вот купальника у меня нет… Впрочем, подумаю об этом позже. Мы вернулись с террасы в дом и свернули в правое крыло – там была анфилада гостиных, оформленных в нейтральных тонах и отделанных деревом, а потом – коридор. С одной стороны располагались двери, а с другой тянулась веранда, увитая все тем же плющом.
– Здесь твои покои, – Эрик открыл передо мной одну из дверей и отошел, пропуская. – Осматривайся, если что-то не понравится, поменяем.
Я перешагнула порог, окинув взглядом отведенную мне комнату. Просторная, с одной стороны в алькове кровать с высоким изголовьем, в углу туалетный столик, рядом с ним – широкий шкаф, около выхода на балкон – два кресла и столик между ними. Еще одна, почти незаметная дверь вела, полагаю, в ванную. Вся отделка в мягких персиковых тонах, узорчатый шелк на стенах, небольшой камин с красивым защитным экраном. Очень мило и уютно и без излишней вычурности. Я оглянулась на стоявшего у входа Эрика и довольно улыбнулась.
– Нравится, – немного застенчиво ответила на вопросительный взгляд.
– Тогда устраивайся. – Он поставил на пол мою сумку. – Как приведешь себя в порядок, приходи на террасу, пообедаем.
И я осталась одна. Уф. Что ж, освежиться и правда не помешает. Достав из сумки аккуратно сложенное платье из льна в мелкий сиреневый цветочек – не мяться ему помогала обычная бытовая магия, спасибо супруге пана Жижтова, – и белье, я поспешила к двери, за которой скрывалась ванная комната. Отделанная красивым темно-синим камнем с искрой, с магическими светильниками, вспыхнувшими, едва я вошла, с ванной: большой, на ножках в виде львиных лап, и в нее ужасно захотелось забраться, понежиться в горячей водичке с долгой дороги. Но есть все же хотелось больше, поэтому я освежилась, постаравшись не намочить хвост, вытерлась и переоделась. Провела по волосам щеткой, окинула себя взглядом, осталась довольна, отметив и блеск глаз, и улыбку на губах, и поспешила выйти, отправившись на террасу. Интересно, чем порадует повариха Эрика? Почему-то казалось, она не будет против, если я попрошу похозяйничать на ее кухне. Моя улыбка стала шире, а нос уже на подходе уловил божественные запахи, и я ускорила шаг, чуть не облизываясь. Готова спорить на мой хвост, мы точно найдем общий язык с этой чудесной женщиной и обменяемся парочкой замечательных рецептов.

Глава 15

Было что-то особенно уютное и трепетное в том, что мы с Эриком сидели на террасе его поместья, любовались природой, слушали тишину, нарушаемую только щебетом птиц, и с упоением уплетали стряпню пани Ируты. Мясные рулетики в пряном соусе, нежные куриные котлетки с тушеной капустой, домашние квашеные помидорчики и соленые огурчики – мой желудок пришел в совершеннейший восторг. Я жмурилась и довольно мычала, пребывая в полной гармонии с собой и окружающим миром, и была уверена, что все проблемы далеко, во дворце, а мы от них благополучно сбежали. Эрик оставался в штанах и рубашке, фривольно расстегнутой аж на несколько пуговиц, и выглядел очень домашним и каким-то своим, что ли. Если бы не знала, кто он на самом деле, ни за что не заподозрила бы в нем второе лицо государства, князя и все такое.
– Анни, как ты смотришь на прогулку верхом? – неожиданно предложил Эрик, когда мы немного утолили первый голод.
Я порадовалась, что успела проглотить вкусный ягодный морс, сваренный Ирутой, и с опаской покосилась на князя.
– Я понятия не имею, как ездить на лошади, – честно призналась, удивившись, что Эрик о таком спрашивает.
– Так поедем вдвоем на одной, – невозмутимо сообщил этот непостижимый мужчина и одарил меня легкой улыбкой. – Потом научу, ничего сложного в этом нет, уверяю. А пока проедемся, посмотрим окрестности. Мм? – Он выгнул темную бровь. – До озера не доберемся, оно в том лесу, – Эрик махнул рукой. – А вокруг парка прогуляемся.
– Ну… Можно попробовать. – Я дернула ухом, надеясь, что он знает, о чем говорит.
– Не бойся, не уроню, – с тихим смешком произнес Эрик, правильно уловив в моем голосе сомнения. А потом вдруг хитро прищурился и добавил: – Кстати, драгоценная, ты должна мне ужин. Помнишь?
Я моргнула, не сразу поняв, о чем он, а потом вспомнила, что – да, должна. Кротко вздохнув, я кивнула.
– Хорошо, будет тебе ужин, – легко согласилась, ничего не имея против.
Честно говоря, уже успела соскучиться по готовке, и в голове сразу закружились всякие мысли, чем бы порадовать Эрика вечером, и тем неожиданнее оказалось его предложение:
– Хочешь, вместе приготовим?
Приятно, конечно, но я покачала головой и усмехнулась в ответ:
– Ну уж нет, я сама все сделаю.
Поставив локоть на ручку кресла и подперев ладонью подбородок, Эрик посмотрел мне в глаза и проникновенно отозвался:
– Как скажешь, пушистая моя.
Ой. Так ласково у него получилось, что я зарделась, опустив взгляд в стакан с морсом, и поспешно сделала глоток. Закончив поздний обед, мы вышли из дома и направились к конюшням, и, к моему безмерному удивлению, Эрик сам оседлал лошадь, не став звать конюха. Легко сел, пока я зачарованно гладила плюшевую морду красивого животного, спокойно смотревшего на меня карим влажным глазом, потом наклонился и протянул руку:
– Иди сюда, Анни.
Задержав на мгновение дыхание, я ухватилась за ладонь, приподняла юбки, поставив ногу в стремя, и в следующий миг оказалась сидящей перед ним боком. Хвост свободно свисал с другой стороны, не мешая ни мне, ни Эрику, ни тем более лошади. Обхватив мою талию, князь дернул поводья, и мы неторопливо поехали. Я невольно вцепилась в предплечье князя, с опаской косясь на далекую землю, пока мы выезжали со двора на широкую дорожку парка. Около уха раздалось хмыканье, и теплые губы коснулись виска, отчего глупое сердце в груди подпрыгнуло и перевернулось, сбив дыхание. И я от волнения выпалила первый вопрос, вертевшийся на языке:
– А почему ты только сейчас начал искать свою… айсу? – я слегка запнулась на непривычном термине. – Анжей говорил, что сразу после выпуска собирают таких девушек на вечер…
Эрик негромко фыркнул мне в ухо.
– В общем, да, но я тогда не горел желанием связывать себя обязательствами. Тем более магию можно держать под контролем с помощью зелий и артефактов, – объяснил он. – Казимир меня почти сразу позвал во дворец, так вышло, что мы давно дружим, еще с академии – он учился на несколько курсов старше. Ну и еще тогда решил, что маг-универсал в советниках ему очень пригодится, – усмехнулся Эрик. – Так что я не торопился.
– Угу. – Я облизнула губы, подыскивая слова для следующего вопроса.
Он был, как бы это выразиться, ну очень деликатного свойства. Как раз насчет закрепления привязки. Но я страшно смущалась заговаривать на эту тему, хотя откуда-то точно знаю: в прошлой жизни отношения с мужчинами точно случались. Только в нынешней я об этом совершенно ничего не помню… А уточнить хотелось, зачем универсалы женятся на айсу, если все, что требуется для снятия неприятных симптомов, это, хм, сделать свой стабилизатор женщиной. Уф. Ну вот как о таком спрашивать, а?! Я же сгорю со стыда еще до того, как сформулирую внятно вопрос!
На мое счастье, Эрик решил продолжить, подарив мне еще несколько драгоценных минут на раздумья.
– Конечно, так долго нельзя без айсу. – Он вздохнул. – Магия все равно нестабильная, и случаются срывы, и в последнее время они бывали часто, – в голосе моего собеседника послышались виноватые нотки. – После гибели Нарии особенно, – приглушенно добавил Эрик.
Он замолчал, и я не решилась нарушить тишину, и некоторое время мы ехали молча.
– Ладно, дело прошлое, – решительно заявил он и чуть тише и мягче добавил: – Теперь у меня появилась ты. – Князь потерся носом о мою щеку.
– А что, обязательно жениться, чтобы закрепить связь? – вопрос вырвался сам, прежде чем я успела остановить свой длинный язык и сформулировать как-то повежливее, что ли…
Впору зажимать собственный болтливый рот ладонью, лицо моментально вспыхнуло, и я уставилась в землю, не смея поднять глаза на Эрика. Он издал какой-то странный звук, нечто среднее между сдавленным смехом и кашлем, а потом его рука крепче обняла мою талию.
– Ну, строго говоря, нет, – наконец заговорил он спокойно. – Но для поддержания баланса, если можно так сказать, кхм, одного раза недостаточно. Нужна регулярная близость.
О-о-о. Кажется, теперь покраснела даже шерсть на ушах, я ужасно жалела, что затронула эту тему. Вот поварешка гнутая, можно было бы и потом поспрашивать…
– Не знаю, как там другие, а я воспитан по-другому, – продолжил Эрик, пока я сражалась с приступом острого смущения. – И не предложу девушке, тем более хорошей и чистой, такие… оскорбительные отношения.
– А на графине тоже собирался жениться? – Кажется, сегодня мой язык окончательно обрел способность двигаться без участия сознания, хотя лучше обсуждать Ланию, чем особенности закрепления второй ступени связи.
– Да вот еще, – фыркнул Эрик. – Она никак не подходит под определение хорошей и чистой девушки. Как-никак замужем была, и хотя убеждала, что невинна, я как-то не особо ей верю. И вообще, не хочу о ней говорить, – решительно завершил тему Эрик.
Что ж, я тоже. Больше щепетильных тем мы не затрагивали, я узнала, что хотела, и дальше меня развлекали рассказами о жизни в поместье, когда Эрик был еще не важной шишкой, а просто подростком. Мы объехали весь парк, покормили рыбок в пруду, и даже каким-то непостижимым образом я поддалась уговорам и проехала самостоятельно, вцепившись в седло и боясь лишний раз пошевелиться, хотя лошадь шла спокойным шагом, и Эрик рядом, весело поглядывая в мою сторону. Провокатор, чтоб ему суп дырявой ложкой есть!
А когда мы вернулись уже ближе к вечеру, нас ждал гость – Юлиан. Я не могла сказать ничего о его личине, потому что попросту не видела ее, а настоящее лицо принца выражало не особое довольство жизнью. Гость слонялся по холлу, рассеянно разглядывая стены, а при нашем появлении прямо-таки просиял.
– О, наконец-то! Привет! – Юлиан жалобно посмотрел на Эрика. – И что я тут буду делать? Помру же со скуки!
– Не помрешь, – невозмутимо отозвался князь. – Во-первых, тренировки никто не отменял, во‐вторых, у меня здесь приличная библиотека, займешься книгами по экономике, истории и прочим полезным наукам.
Юлиан издал демонстративный стон.
– В академии учился, в соседней стране учился, и опять?!
Эрик прищурился и смерил его выразительным взглядом.
– Что-то я не заметил особого проявления знаний, когда ты вернулся, – обронил он, выгнув бровь. – Так, Юсеф, – князь особо выделил голосом новое имя принца, – брысь до утра. За пределы поместья выходить не смей, в пределах парка гуляй на здоровье. Кстати, амулет тебе передали?
Юлиан молча вынул из-под рубахи причудливо закрученный кулон на толстой цепочке, Эрик подошел и внимательно осмотрел, потом удовлетворенно кивнул.
– Хорошо. Не снимай его, – коротко добавил и повернулся ко мне: – Анни? Как насчет ужина?
Принц издал душераздирающий вздох и, конечно, не упустил момента громко пожаловаться:
– Вот так всегда, кому-то романтический ужин, а кому-то брысь до утра…
– Иди, страдалец. – Эрик строго глянул на наследника. – И учти, я узнаю, если вздумаешь удрать из поместья.
Юлиан неожиданно серьезно посмотрел на него и негромко ответил:
– Я все понимаю, дядя Эрик. И не настолько безрассуден, как ты считаешь. Хорошего вечера, – и, кивнув, принц легко взбежал на второй этаж. – Пойду ознакомлюсь с библиотекой! – долетело оттуда.
Мы с Эриком переглянулись и одинаково заулыбались, а потом отправились переодеваться к ужину.
– Хочешь на террасе или в гостиной? – уточнил князь, пока мы неторопливо поднимались по ступенькам.
– На террасе, – тут же ответила я.
Ну а потом, быстренько переодевшись, поспешила на кухню, огорошив дородную пани Ируту заявлением:
– Здрасте! А можно, я ужин приготовлю?..
Достойная женщина всплеснула руками, растерянно уставившись на меня.
– А что, не понравилась моя стряпня, милая? – расстроенно спросила она.
– Не-ет, все очень вкусно было, что вы! – поспешила я заверить добрейшую пани. – Просто… Я тоже повариха и хотела бы для Эрика сегодня сама приготовить, – чуть замявшись, призналась ей.
Круглое лицо Ируты тут же просияло:
– О, ну конечно, конечно, девочка моя, проходи! Давай я тебе все покажу, что где…
Я быстро освоилась в вотчине пани Ируты: просторной, чистенькой кухне с вычищенной до блеска посудой, аккуратно сложенной на полках, и сразу погрузилась в знакомый упоительный мир запахов и вкусов. Решила не придумывать ничего сложного, у пани Ируты нашелся вареный картофель – от обеда для слуг, и фарш, и я, поддавшись вдохновению, сотворила картофельно-мясные пирожки, отварила их и красиво выложила на тарелку. Полюбовалась, подумала немножко и обратилась к Ируте, заинтересованно наблюдавшей за мной – помощницу она уже отпустила.
– А есть грибы, твердый сыр, ветчина и огурец? И яйцо нужно сварить, – хлопнула ресницами, уже представляя, как все это будет смотреться вместе.
– Конечно, все есть, милая, – кивнула Ирута. – Ты такие занятные блюда готовишь, поделишься рецептами?
– Поделюсь. – Я широко улыбнулась. – Завтра, хорошо?
И мы занялись салатом, а потом десертом. В качестве последнего я выбрала быстрый и легкий торт на кефире с добавлением шоколадного порошка, сахара и яиц, с кремом, который помогла сделать Ирута. Через час мой ужин был готов, и мы с Ирутой отнесли его наверх. А на террасе уже стояли зажженные свечи, красивые тарелки, два бокала и вино. Сам Эрик замер у перил, любуясь переливами заката, но, едва мы с Ирутой появились, тут же развернулся, заинтересованно принюхиваясь и разглядывая подносы.
– М-м-м, я уже предвкушаю нечто необыкновенное, – с воодушевлением произнес он, пока мы расставляли тарелки с моими блюдами.
Наконец мы остались вдвоем, ужин – на столе, и я опустилась в кресло, пока Эрик разливал по бокалам темно-красное вино.
– С моих виноградников, – пояснил он, пока я вдыхала приятный терпкий букет, потом поднял бокал и серьезно посмотрел на меня: – За нашу встречу, Анни. Спасибо богине, что привела тебя в этот мир. – Эрик улыбнулся уголком губ и коснулся краем бокала моего.
В вечернем воздухе, напоенном ароматами свежести и цветов, раздался мелодичный звон, я опустила ресницы и пригубила напиток, покатав на языке. О, весьма неплохо! Нежность момента разрушил князь, весьма прозаично потерев ладони и вооружившись вилкой и ножом.
– Ну-с, я зверски проголодался. – Он уставился на произведение моей фантазии. – Ого, и что это такое? – Эрик потянулся к пирожку, лежавшему с краю, и переложил к себе, отрезал кусочек, поднес ко рту… – О-о-о, Анни, это потрясающе вкусно! – на лице Эрика отразилось неприкрытое блаженство, пока он молча жевал мой кулинарный изыск.
Я зарделась от удовольствия, и сама приступила к ужину. Ох, да, вышло чудесное блюдо! Некоторое время мы молчали, занятые исключительно едой, только Эрик время от времени восхищенно мычал, двигая челюстями, и я поняла, что ради этого взгляда готова хоть каждый день проводить на кухне. И бесы с ней, с женской независимостью и свободой! Мы ели, пили вино, уютно молчали и любовались, как небо постепенно из оранжево-золотистого становится лиловым, потом фиолетовым, а потом густо-синим с белыми искорками выступивших звезд, и темноту разгоняли только трепетные огоньки свечей. Как-то так получилось, что я оказалась на коленях Эрика, прислонившись к его груди, одна его рука осторожно гладила мой хвост, отчего я жмурилась, млела и постепенно превращалась в натуральную кошку. А вот когда пальцы второй нежно коснулись основания пушистого уха… Совершенно неожиданно от шеи до самого кончика хвоста прокатилась волна щекотных мурашек, и из горла вырвался тихий, музыкальный звук, очень похожий на мурлыканье. Ой. Я и так умею?! А можно еще почесать, мне та-ак понравилось…
– Ну вот кошка же как есть, – тихо засмеялся Эрик, угадав мое желание и продолжив нехитрую ласку.
Ой, все, меня можно брать тепленькой. Я буквально растеклась по князю, уши распластались тоже, выражая крайнюю степень моего блаженства, и даже говорить ничего не хотелось, не то что шевелиться.
– Знаешь, такого у меня никогда еще не было, – тихо признался Эрик чуть позже, пока я пребывала где-то глубоко в нирване. – Ни с одной женщиной. Даже с Нарией, – чуть помолчав, добавил он.
Я замерла на несколько мгновений, нехотя выбираясь из мягкого тумана неги и расслабленности, приоткрыла один глаз и даже совершила настоящий подвиг – приподняла голову, посмотрев на него.
– Какого? – лениво уточнила, хотя на самом деле было, наверное, все равно.
– Чтобы хотелось прижать к себе и никогда-никогда не отпускать, – шепнул Эрик в мои приоткрытые губы и нежно прижался к ним.
И это было самым чудесным завершением вечера. Поцелуй с легким привкусом вина, мягкий и ласковый и вместе с тем настойчивый, и я потянулась к Эрику, не думая ни о чем кроме упоительного наслаждения. Рука сама обняла его за шею, а когда пальцы князя зарылись в мои волосы и снова начали поглаживать основание уха, рассыпая по телу попеременно жаркие волны удовольствия и колкие мурашки, и вовсе потерялась в эмоциях. Дыхание сбилось, перед глазами плясали цветные круги, и я слегка выгнулась, утопая в новых волнующих ощущениях и странных желаниях. Они таяли на языке терпко-сладким привкусом неведомой пряности, растекались по венам вязкой карамелью, и я не сразу поняла, что тихий протяжный стон, который уловило чуткое ухо, – мой собственный.

Эрик тут же отстранился, глядя на меня потемневшим взглядом, в глубине зрачков плавали искорки, завораживая хороводом. Пальцы все так же ласкали чувствительное местечко, а мои губы горели от поцелуя, как и тело от разбуженных желаний. Мм, а может, мы не будем ждать до свадьбы, а?.. Наверное, что-то такое промелькнуло в моих глазах, потому что Эрик усмехнулся и едва заметно покачал головой, осторожно убрав с моего лица упавшую светлую прядь.
– Спасибо за чудный ужин, пушистая моя, – ласково произнес князь и вдруг поднялся, легко удерживая меня на руках. – Пойдем, поздно уже.
Так меня и отнесли к спальне, и я ничуть не возражала, прислонившись к плечу Эрика и прикрыв глаза. Мысли уплыли куда-то совсем в неприличную сторону, разомлевшее сознание никак не хотело приходить в себя, и хорошо, что из нас двоих Эрик все же воспитан лучше, чем я, похоже. Поставив меня у двери, он обхватил ладонями лицо, чмокнул в кончик носа и попрощался:
– Спокойной ночи, Анни, до завтра, – после чего открыл передо мной дверь.
Пришлось недовольно шикнуть на разошедшиеся эмоции и послушно переступить порог. И куда только подевалась стеснительность?! Быстро раздевшись и заплетя волосы, я юркнула под одеяло и свернулась клубочком, сразу нырнув в бархатную темноту сна, только вот снились мне далеко не бабочки с цветочками… А вот интересно, насколько Эрик без одежды совпадает с моими непристойными фантазиями в мечтах? Кажется, эту мысль я думала, уже пребывая в глубоком сладком сне.
Однако утром нас всех ждал весьма неприятный сюрприз, но сначала – совместный завтрак с Эриком. И готовили его мы вдвоем, к безмерному удивлению пани Ируты. Но все по порядку. Несмотря на волнующие сны, я выспалась и отдохнула, ведь утром не надо никуда вставать. Прежде чем открыть глаза, я позволила себе понежиться в постели, на моем лице блуждала мечтательная улыбка, а мысли были далеки от приличных. Вспомнилось, как Эрик вчера чесал за ушком… М-м-м… И хво-ост… С моих губ сорвался легкий вздох, я потянулась и все же решила вставать: сквозь плотные шторы уже пробивались солнечные лучи, да и желудок намекал, что не прочь позавтракать.
За окном расцветал еще один чудесный теплый день, небо радовало яркой голубизной с легкими перышками облаков, и я распахнула окно, полной грудью вдохнув сочный, свежий воздух, напоенный ароматами листвы и цветов. Настроение зашкаливало, и я поспешила быстренько привести себя в порядок и переодеться в легкое ситцевое платье, украшенное вышивкой. А когда вышла из комнаты и подошла к лестнице, узрела сидевшего на террасе Эрика, явно ждавшего меня. Потому что, едва я появилась, он тут же выпрямился в кресле и поднялся навстречу, широко улыбаясь.
– Привет, – негромко поздоровался он, взял мои ладони, поочередно поднес к губам, не сводя искрившегося весельем взгляда, и поцеловал. – Завтракать? – предложил Эрик и выгнул темную бровь.
– Ага, – кивнула я, чувствуя, как сердце растаяло кусочком масла на солнце.
– Тогда пойдем. – Князь, не выпуская моих пальчиков из ладони, направился к выходу с террасы, потянув за собой. – Наш гость еще дрыхнет, соня, поэтому у нас есть часа полтора только нашего времени.
Так и получилось, что на кухню мы пришли вместе, к полному изумлению Ируты и ее, как выяснилось, племянницы, но повариха оказалась понятливой и тихонько оставила нас одних, позволив хозяйничать в своей вотчине. Я же говорила, чудесная женщина. Готовка проходила в уютной тишине, и так, будто мы каждый день вот так вместе начинали день. Понимали друг друга без слов, а мимолетные прикосновения и взгляды заставляли дышать чаще и внимательнее следить, что куда добавляю и делаю, чтобы не остаться без завтрака. А после мы снова устроились на террасе, предвкушая спокойный, тихий день…
Ровно до момента, пока не раздался немного сонный голос Юлиана:
– Ага, уже жуете, и без меня? Вот так всегда!
– Не бухти, иди на кухню, Ирута тебя накормит, – невозмутимо отозвался Эрик, чуть повернув голову. – А потом жди в тренировочном зале.
Юлиан издал выразительный вздох, но возражать не стал, и мы снова остались одни. Ненадолго, правда. Буквально спустя несколько минут нас снова потревожили – на этот раз пришла Анеша.
– Милорд, к вам приехал гость, – чопорно доложила она, склонив голову. – Представился Даришем, кузеном короля.
Я не успела проглотить чай и при этом известии от неожиданности выплюнула его на отделанный плиткой пол, чуть не выругавшись. Вот принесла же нелегкая! Эрик нахмурился и выпрямился, в глазах мелькнуло раздражение.
– Один хоть? – хмуро уточнил он и поднялся, бросив на меня короткий взгляд.
– Без сопровождения, – кивнула Анеша, и я тихонько перевела дух.
И то ладно, что без толпы свиты явился.
– Анни, подожди здесь, – мягко произнес Эрик, обратившись ко мне. – Я разузнаю, зачем он пожаловал.
– Конечно, – согласилась с превеликой радостью.
Князь и Анеша ушли, я осталась одна и тут же вскочила, пройдясь по террасе и нервно метя хвостом. Ну зачем он явился?! Поварешка ржавая, только нового ухажера мне не хватало для полного счастья! Причем такого, от которого простыми уговорами не отвяжешься!
– Эй! Псс! Анни! – от неожиданно раздавшегося на террасе голоса Юлиана я чуть не подскочила, дернув ушами.
– Чего пугаешь! – ворчливо отозвалась, резко повернувшись к нему. – Ну что?
– Эрик сказал увести тебя из дома, – радостно сообщил принц, и на его лице отразилось предвкушение. – Так, чтобы Дариш не увидел. Пойдем, я знаю, где черный ход, – Юлиан протянул руку.
Я с подозрением смерила его взглядом, надеясь, что наследник не сам это придумал, а потом все-таки решила поверить и вложила пальцы в его ладонь. Мы, как самые настоящие заговорщики, выскользнули с террасы – я даже туфельки сняла, чтобы не стучать каблуками, – и прошмыгнули в другой коридор. Очень вовремя, потому что громкий голос неугомонного Дариша с недовольными нотками раздавался откуда-то с первого этажа. Жаль, не слышала, что он там говорил Эрику. Мы дошли до конца коридора, спустились по узкой лестнице и оказались у двери, через которую и вышли прямо в парк.
– А теперь за мной! – скомандовал Юлиан, крепче сжав мои пальцы, и быстрым шагом направился по дорожке в сторону темневшего леса. – Эрик сказал, даст знать, когда можно возвращаться.
– Куда мы? – полюбопытствовала я, придерживая юбку, чтобы не споткнуться.
– Погуляем по лесу пока, туда дядя точно не сунется, – уверенно заявил Юлиан и оглянулся на меня. – Похоже, крепко ты запала ему в душу, – хмыкнул несносный наследник, еще и подмигнул!
– Стукну, – честно предупредила, выразительно посмотрев на него. – Кто ж виноват, что у вас там все бабники! – выпалила сердито и поджала губы, чувствуя, как потеплели щеки.
– Это кто бабник? Я? – искренне возмутился Юлиан.
– Ну не я же, – буркнула, едва поспевая за ним. – Кто меня в первую же встречу попытался облапать, а?
Принцу хватило совести смутиться и кашлянуть.
– Кхм, ладно, ну нравится мне за девушками ухаживать, что в этом такого?
– Соблазнять, – припечатала я, не дав смягчить правду. – И Дариш этот такой же! Только упертее, судя по всему!
Юлиан посерьезнел и вздохнул.
– Дядя – да, отказов не любит, – пробормотал и покосился на меня. – А неприступность его только сильнее привлекает, – добавил совсем тихо, и я едва не выругалась вслух.
– Ничего, что я невеста Эрика? – фыркнула непримиримо, вздернув подбородок. – Или ему вообще на все начихать?
– Типа того, – подтвердил мои худшие подозрения Юлиан. – Его папа потому и отправил из дворца путешествовать, что слишком уж много недовольных похождениями дяди оказалось.
Тему продолжать дальше не хотелось, и я сменила ее:
– А ты здесь, получается, не первый раз, да? Раз так все хорошо знаешь?
Юлиан издал смешок.
– Папа меня сюда в ссылку отправлял, когда я слишком испытывал его терпение, – весело пояснил он. – Так что да, это поместье я знаю хорошо.
Я помолчала, пока мы шли дальше по парку, лес стал уже значительно ближе.
– Юлиан, а зачем ты себя так ведешь? – негромко спросила его. – Ты же нормальный парень, и отец тебя любит, и Эрик хорошо относится.
Принц насупился и неловко дернул плечом, уставившись в землю.
– Не знаю, находит иногда, сам удивляюсь, – буркнул он, явно не желая развивать этот разговор. – Ненавижу, когда меня пытаются в рамки загнать!
– Ну слушай, ты же будущий король все-таки, несолидно как-то творить все, что вздумается, – осторожно ответила, поглядывая на Юлиана. – Надо сдерживать порывы.
– Ладно, я постараюсь, – нехотя отозвался принц и с немного наигранным воодушевлением заявил: – Ага, все, тут нас точно не найдут! Там, чуть в глубине, есть пещера, я лазил, когда еще мальчишкой был, пойдем? – глаза Юлиана загорелись, а я не спешила разделять его азарт.
– Пещера? А мы там не заблудимся? – опасливо переспросила парня.
– Не-е, что ты, она не слишком большая, – беспечно махнул рукой Юлиан. – Там кристаллы очень красивые, и источник есть, в нем светящиеся рыбки водятся, – продолжал завлекать наследник. – Пойдем, не бойся!
– Ты меня не обманываешь? – продолжала я сомневаться, пока мы шли уже под сенью высоких деревьев по мягкой траве. – А то заведешь куда-нибудь, и отбивайся потом от тебя!
Юлиан посмотрел на меня слегка обиженно и протянул:
– Знаешь, ты, конечно, страсть какая хорошенькая, не спорю, и вообще милая, но у меня совесть все-таки есть в отличие от Дариша. Если бы ты была свободной, я бы, может, и не отступился, но ты – пара Эрика, а его я уважаю, – после чего отвернулся и молча зашагал дальше по тропинке.
Ой. Кажется, я его невольно обидела. Ну говорила же, нормальный парень, чего придуривается!
– Хорошо-хорошо, я тебе верю, – успокоила Юлиана и даже тихонько погладила по плечу. – Ну прости, больше не буду.
В ответ раздался выразительный вздох, а дальше тропинка вывела нас к небольшому холму с обрывом, красиво поросшим мхом с какими-то беленькими цветочками. По нему сочилась вода, но речкой или хотя бы ручейком не назовешь, влага терялась в густой, сочной траве, а в обрыве виднелась клиновидная расселина, достаточно широкая, чтобы туда можно было войти, не сгибаясь. Я осторожно подошла, заглянула внутрь, принюхиваясь и прислушиваясь: оттуда пахнуло свежестью и сыростью, но вроде интуиция молчала, хотя разглядеть что-либо в темноте не представлялось возможным.
– Пойдем. – Юлиан щелкнул пальцами, и перед ним в воздухе повис светящийся шарик.
Принц, как настоящий мужчина, первым шагнул вперед, и я пристроилась за ним, с любопытством выглядывая из-за плеча парня. Внутри пещера оказалась довольно просторная, на стенах красивые натеки глины и отложений, поблескивают кристаллики и влага. Довольно необычно и волнующе, признаться, и я смело зашагала за Юлианом дальше, вглубь, разглядывая необычное место во все глаза. Приходилось крепко цепляться за руку принца, потому что пол под ногами был скользким, а мои туфельки – не самая удобная обувь для таких мест. Пещера сузилась до коридора, я слегка занервничала, но в следующий момент восхищенно ахнула, когда мы свернули и оказались в следующем зале, чуть поменьше.
Вот тут уже протекал прозрачный ручеек, выбиваясь из-под одной стены и исчезая под противоположной, и в нем юркими светлячками сновали те самые светящиеся рыбки, про которых говорил Юлиан. Он погасил свой шарик почти полностью, оставив только слабый свет, и я как зачарованная наблюдала за резвящимися рыбками.
– Какая прелесть! – прошептала, присев и аккуратно подобрав юбку и хвост.
– Я как-то попытался их поймать и домой принести, – поделился Юлиан воспоминаниями детства. – Только они сдохли через пару часов, хотя я аквариум накрыл тряпкой. Так что только здесь любоваться.
Что мы и делали некоторое время, а потом, когда я поднялась и уже развернулась, чтобы идти обратно, откуда-то из глубины вдруг выпорхнула большая светящаяся бабочка с бархатистыми крыльями.

Глава 16

– Ой, какая красавица! – я всплеснула руками, не отрывая взгляда от бабочки. – Тут и такие водятся?
– Я раньше их не видел, – озадаченно отозвался Юлиан и потянулся к ней.
Она же вспорхнула, по ломаной траектории подлетела к дальней стене, и сияния ее крылышек хватило, чтобы увидеть еще один узкий проход. Бабочка влетела туда, снова вылетела, и вернулась к нам, сделав круг над головами. Мои брови озадаченно поползли вверх.
– Юлик, кажется, она нас зовет? – неуверенно предположила я, сделав маленький шажок за бабочкой.
Чутье молчало, опасности я не ощущала никакой, а вот любопытство разгоралось с каждым мгновением сильнее. А бабочка все не отставала, нарезая круги и настойчиво указывая на проход в стене.
– Похоже, – отозвался осторожно принц. – Думаешь, стоит пойти?
Я с удивлением оглянулась, уловив нотки неуверенности в голосе наследника.
– Эй, а где же твой буйный дух авантюризма? – насмешливо поддела Юлиана. – Как из дворца втихаря сбегать назло Эрику, так смелый, а сейчас что тебя смущает?
– Если мы тут заблудимся, Эрик мне зад так надерет, что я месяц сидеть не смогу, – буркнул Юлиан, покосившись на меня. – Он поручил спрятать тебя от Дариша, а не заводить неизвестно куда!
– Ты же хорошо знаешь эти места, неужели не лазил здесь в детстве? – удивилась я.
– Раньше этого прохода не было. – Юлиан пожал плечами, наблюдая за пляской светящейся пещерной бабочки. – Я давно в поместье не наведывался, года два или три. Меня же вообще в стране не было, я учился у соседей.
Я фыркнула, небрежно отмахнувшись и уверенно шагая за бабочкой.
– Ну не было, а сейчас появился. Раз зовет, надо пойти, – решила я за нас двоих и смело ступила на влажные камни еще одного прохода.
– Анни! – страдальчески раздалось мне в спину.
– Ты же маг, – я обернулась на него, ехидно усмехнувшись. – Выведешь нас, я в тебя верю.
– У меня огонь и воздух, – буркнул Юлиан, сдаваясь и делая шарик света поярче, вновь крепко сжав мою ладонь. – Вот уж не думал, что ты такая… безрассудная, – чуть запнувшись, подобрал он деликатное определение.
А я сама не могла понять, почему вдруг так ринулась за этой бабочкой, но то же чутье звало за ней, настойчиво так, чуть не в спину подталкивая. И по-прежнему ни малейшего ощущения, что нас ждет опасность. Ну что ж… В поместье мага-универсала, второго лица в государстве и советника короля, точно не может быть ничего, что навредит ему или гостям. Поэтому я шла и шла, не отрывая взгляда от светящегося проводника, и даже не задумалась, откуда в небольшом холме такие подземные лабиринты открылись. И время здесь как-то совсем не чувствовалось, как и усталость. Мы шли и шли, и только слегка учащенное дыхание Юлиана и редкий звон падающих капель нарушали тишину, и наконец принц не выдержал:
– Ты уверена, Анни? Как мы обратно выберемся? Она нас выведет, что ли? – он махнул на бабочку.
– Очень может быть, – невозмутимо откликнулась я, сворачивая в очередную небольшую залу, и вот тут наконец наше путешествие закончилось.
Я от неожиданности замерла, во все глаза уставившись на необычную картину, и Юлиан чуть не врезался мне в спину – коридор был узкий, и мы шли друг за другом.
– Что?.. Ого-о, – протянул изумленно наследник и остановился рядом.
Эта пещера отличалась от остальных тем, что все стены были усыпаны кристаллами так густо, что отражавшийся от их граней свет дробился на множество радужных бликов, заливая пространство сиянием. Под потолком бесшумно реяли еще десятка два таких же бабочек, как та, что нас сюда привела. Воздух здесь был ощутимо теплее, чем в остальном лабиринте, наверное, потому, что прямо посредине пещеры, в колыбели из белесого, полупрозрачного мха лежало… яйцо. Самое настоящее, только размерами чуть больше страусиного – сравнение всплыло в сознании, видимо, тоже из прошлой жизни. Скорлупа словно состояла из множества зеркальных чешуек, тоже отбрасывавших блики, и аж в глазах рябило от радужных зайчиков.
– Обалдеть, – высказался Юлиан, выразив наши общие эмоции от увиденного.
Так. Или я чего-то не понимаю, или… мы нашли яйцо дракона?!
– Юлик, – я подергала принца за рукав, не отрывая взгляда от находки. – А у вас тут вообще драконы водятся?
– Ну… Я читал, что когда-то были, большие и сильные, но потом то ли исчезли совсем, то ли улетели, – не слишком уверенно ответил Юлиан. – Иногда встречаются в горах, маленькие и дикие, и даже их приручают вроде. У эльфов где-то в глубине их лесов тоже водятся.
– И что это тогда такое? – я указала на яйцо.
Мы переглянулись, и Юлиан пожал плечами.
– Яйцо? – озвучил он очевидный факт.
Диалог принимал странную форму, и пришлось брать инициативу в свои руки.
– Так, – решительно заявила и приблизилась к объекту нашего внимания. – Раз нас сюда привели, значит, что-то от нас надо. Попробуй взять, – скомандовала я Юлиану.
– Почему я? – тут же попытался откреститься от почетной обязанности наследник. – А вдруг оно опасное?!
– Потому что ты мужчина, а оно скорее всего тяжелое, – терпеливо объяснила я этому перестраховщику. – И не думаю, что это яйцо сможет причинить тебе какой-то вред, – хихикнув, добавила и не удержалась – осторожно погладила чешуйки на скорлупе.
Они были теплыми и твердыми, и, кажется, мое чувствительное ухо уловило тихую музыкальную трель. Юлиан несколько мгновений сверлил яйцо подозрительным взглядом, потом обреченно вздохнул и тоже подошел.
– Если я покроюсь радужными пятнами, это будет на твоей совести, – пробормотал Юлиан и обхватил предмет. – Теплый! – удивленно протянул он и выпрямился, вопросительно глянув на меня. – И куда дальше?
Хороший вопрос. Я покосилась на бабочек – никто не торопился провожать нас обратно, пещерные жительницы облепили потолок мерцающим ковром, изредка шевеля крылышками. Что же нам делать?!
– Анни? – переспросил Юлиан, переступив. – Оно правда тяжелое, мы куда-нибудь идем или нет?
Ответить я не успела. В висках закололи сотни маленьких иголочек, и неожиданно в сознании раздался тихий, на грани слышимости, шепот: «Синий огонек. Идите за ним». Тут же в воздухе вспыхнул небольшой, с мой кулак, шарик и нетерпеливо заплясал, словно зовя за собой. Ломота в висках не исчезла, и я поняла, что это Эрик. Одновременно нахлынуло и облегчение, и легкое беспокойство: ругать наверняка будет… Юлиан встрепенулся, посмотрел на шарик, на меня и уточнил:
– Это то, что я думаю?
– Идем, – кивнула я, стараясь не обращать внимания на неприятные ощущения.
Сама виновата, нечего было поддаваться собственным авантюрным порывам. С другой стороны, тогда бы мы не нашли это замечательное яйцо. В том, что оно именно замечательное, я почему-то не сомневалась. Мы вышли из пещеры и направились за светящимся шариком обратно из лабиринта переходов. Интересно, а как Эрик нашел нас? Если бы он применял какую-то сложную магию, мне бы точно стало хуже, но сейчас терпимо, только зубы ноют да в висках пульсирует, а время от времени слабость накатывает. Ладно, выберемся – спрошу.
– Слушай, Анни, мне кажется, или оно… поет? – вдруг растерянно уточнил Юлиан. – Или мурлычет? Не могу понять. – Принц притормозил и с некоторым усилием поднес яйцо к уху. – Послушай сама.
Я подошла и наклонилась, прислушавшись. Хм. Определенно Юлиан прав. Наша находка мурлыкала. Причем громче, чем когда я прикоснулась к ней.
– Давай выйдем и там посмотрим, – предложила Юлиану. – Может, Эрик нам что-нибудь расскажет про яйцо.
– Угу, после того, как надерет задницы, – буркнул наследник, и мы пошли дальше за проводником.
Я не удержалась, фыркнула и закатила глаза:
– Ой, так уж и надерет. Эрик нормальный и не зверствует почем зря…
– Это он с тобой нормальный, – перебил принц, скривившись. – Со мной он не церемонится.
– А ты поменьше поводов давай и не действуй назло, – поддела я с ехидной усмешкой.
– Язва, – не остался в долгу Юлиан. – Вот уж точно нашли друг друга…
Так, беззлобно перебрасываясь колкостями, мы потихоньку и дошли до выхода, совершенно неожиданно для меня. Осталось смутное ощущение, что путь обратно занял меньше времени, чем мы шли к яйцу, но это уже никак не проверишь. А когда впереди забрезжил свет и мы оказались снаружи, день уже был в самом разгаре, солнце стояло высоко, и время явно перевалило за полдень. Около выхода из пещеры нас ждал Эрик с поджатыми губами, сложенными на груди руками и хмурым взглядом. Шарик погас еще внутри, как только стало светлее, и мои неприятные ощущения сразу исчезли. При виде князя я виновато прижала уши и отвела взгляд, хвост нервно метнулся из стороны в сторону, слова оправдания уже готовы были сорваться с губ. Но тут взгляд Эрика упал на яйцо в руках Юлиана.
– Это что такое? – Брови его светлости поползли вверх, а в глазах мелькнуло озадаченное выражение.
– Яйцо, – честно ответила я и поспешно добавила: – Мы нашли его в глубине пещер, нас туда бабочка привела, синенькая такая, светящаяся.
– Вижу, что яйцо. – Эрик приблизился и осторожно коснулся чешуек, сверкавших на солнце. – Но вообще-то о радужных драконах уже очень давно ничего нигде не слышали.
Неожиданно по скорлупе прокатился блик, оно шевельнулось в руках Юлиана, и принц от неожиданности чуть не уронил его.
– Радужные драконы? Думаете, это он? – переспросил наследник, покосившись на находку.
– По крайней мере, очень похоже, – кивнул Эрик, потом длинно вздохнул, прикрыв глаза. – Так, оба в дом, и чтобы больше такого не было. – Князь строго посмотрел на Юлиана. – В который раз убеждаюсь, что правильно поступил, сделав поисковик на твоей крови. Чего тебя туда понесло, в эти пещеры? – сердито спросил Эрик, и я поняла, что пора вмешаться.
– Это меня понесло, – призналась я. – Юлиан как раз отговаривал.
Князь помолчал, еще раз выразительно вздохнул и махнул рукой.
– Ладно. Пойдем в дом, будем разбираться с этим яйцом, – после чего взял мою ладонь и потянул за собой.
– А… Дариш? – осторожно уточнила я, помня свалившуюся на нас головную боль.
– Я вежливо объяснил ему, что приехал сюда отдыхать вместе со своей невестой и развлекать его тут никто не собирается, – пояснил Эрик, к моей радости. – Так что он может заниматься чем хочет или уезжать обратно в столицу.
– И? – невольно затаив дыхание, я во все глаза смотрела на Эрика.
– Я распорядился выделить ему на всякий случай гостевые покои и ушел искать вас, – невозмутимо ответил он, пожав плечами, и улыбнулся уголком губ. – Полагаю, Дариш принял правильное решение и за ужином мы его не увидим.
Я очень надеялась, что так оно и будет. По крайней мере, когда мы вернулись в поместье, нас никто не встретил, к моему облегчению. Яйцо Эрик распорядился отнести к Юлиану в комнату, куда мы и направились. Странно, но я чувствовала, что так правильно и находка действительно принадлежит принцу.
– Так, сделай ему гнездо на окне, оно питается солнечным светом, – пояснил князь, пока Юлик послушно сооружал на подоконнике лежанку для яйца из подушек и покрывала.
– А что оно тогда в пещере делало? – вырвался у меня вопрос.
– Ждало своего часа, – хмыкнул Эрик, покосившись на меня. – Я читал, что радужные драконы прятали свои яйца, чтобы люди не разбили их раньше времени. Чешуйки ценятся очень дорого, они защищают от любой магии любого ранга, их нельзя уничтожить или нейтрализовать. Универсальный охранный артефакт.
– Ух ты-ы, – восхищенно протянула я, глядя на находку, и тут же забеспокоилась: – Так нельзя, чтобы о нем кто-то узнал раньше времени!
– Вот Юлиан и проследит за этим, правда? – Эрик выразительно глянул на принца. – Раз уж ты владелец, – он усмехнулся.
Юлиан длинно вздохнул, выражая свое отношение, но спорить или возмущаться не стал. Взрослеет?
– Ладно, понял, буду оберегать, – согласился он. – И когда из него кто-то вылупится? – уточнил принц, поглядывая на находку.
– В течение недели. – Эрик скрестил руки на груди. – Раз в день протирай скорлупу слабым раствором уксуса, чтобы она не потускнела, на кухне возьмешь, – добавил он. – Так, все, теперь – обедать! А после – тренировка. – Князь посмотрел на наследника, потом перевел смягчившийся взгляд на меня. – Можешь с нами посидеть или у себя подождать, пока мы закончим. А вечером пойдем погуляем.
– Хорошо! – немного поспешно согласилась, решив набрать книг в библиотеке и почитать, пока они заняты.
Как сказали слуги, весьма недовольный Дариш никуда не уехал, к нашей общей досаде, а остался в поместье. Только после ухода Эрика отправился в соседнюю деревню неподалеку, видимо, искать себе развлечений. Вот и ладненько, нам свободнее дышаться будет. Остаток дня прошел тихо и спокойно, без потрясений, мы погуляли в парке, опять поужинали на террасе и потом долго целовались перед моей дверью… А на прощанье Эрик заявил, глядя мне в глаза:
– Завтра проведу тебе экскурсию по окрестностям, заедем в деревню заодно, посмотрим озеро. Юлиан найдет чем заняться, – после чего меня еще раз крепко поцеловали, аж перед глазами засверкали звездочки, и нехотя отпустили. – Спокойной ночи, Анни. – Эрик нежно улыбнулся и почесал меня за ухом.
Хулиган! Я едва справилась с волной горячей дрожи и в спальню заходила на подкашивающихся ногах и со сбившимся дыханием. А засыпая в своей постели, поймала себя на шальной мысли, что… хочется большего, чем просто страстные поцелуи. Может, как-нибудь подтолкнуть Эрика? Нет, я понимаю, что он весь такой правильный, но вдруг опять понадобится применить магию? На этой самой мысли я и уснула крепким сном до самого утра.

На следующий день мы столкнулись с Даришем, когда выходили из поместья – нас уже ждала оседланная лошадь. Я тут же крепче вцепилась в руку Эрика, почти спрятавшись за его спиной и настороженно поглядывая на королевского кузена, в глазах которого при виде меня тут же загорелся хищный огонек.
– Доброго дня, ваша милость, – вежливо поздоровался Эрик, ободряюще сжав мои пальцы.
– Уже уезжаете? – все же Даришу хватило воспитания ответить так же вежливо.
– Да, у нас с моей невестой , – Эрик выделил эти слова интонацией, – свои планы на сегодня. Всего хорошего, милорд.
После чего князь обнял меня за талию и подвел к лошади, усадил, и вскоре мы уже рысью удалялись от поместья. Уф.
– Вот неприятный тип, а, – тихонько буркнула я, прижавшись к груди Эрика. – И чего привязался?!
Пальцы князя зарылись в мои волосы, тихонько поглаживая, и я тут же разомлела, зажмурившись и готовая замурлыкать.
– Ты слишком хорошенькая, – выдохнул мне в макушку Эрик. – И что-то подсказывает, так просто Дариш не уедет…
– Давай не будем о нем, – решительно попросила я, не желая портить такой чудесный день.
И он в самом деле прошел чудесно. Сначала мы доехали до деревни, оказавшейся очень милой и приятной, посетили местный рынок. Я, конечно, не удержалась: набрала душистого меда нескольких сортов, густой, жирной сметаны, сливок, творога – ух, моя душа поварихи уже расправила крылья и фантазию, я чуть не облизывалась, представляя, какие вкусняшки сделаю из всего этого! Эрик не мешал, только посмеивался, наблюдая за мной и безропотно складывая в корзинку покупки. Ну а потом я сама не заметила, как мы внезапно оказались в лавке местного… ювелира.
Причем ни вывески, ни витрины, просто обычный дом, как и всюду в деревне, добротный, двухэтажный, даже с первым этажом, сложенным из камня. Только скромная табличка у двери: «Мастер Куртош». И Эрик с таинственной и хитрой улыбкой распахнул передо мной эту самую дверь.
– Заходи.
Мелодично звякнул колокольчик, я переступила порог лавки, с любопытством оглядываясь, да так и замерла, уставившись на длинный прилавок и полки за ним. Там на подставках располагались разнообразные минералы и полудрагоценные камни всех цветов, таинственно мерцая в свете магических ламп. На прилавке, без всякого стекла, на бархатных подушках лежали украшения. Не бриллианты и рубины, к которым я была равнодушна, как поняла, прислушавшись к себе, а настоящие уникальные вещи, не штамповка, штучный товар. Вот красивый опал с перламутровым отливом в причудливой броши в виде цветка. Вот изящное колье с цветочками из тонких розоватых чешуек неизвестного мне минерала. Рядом – браслет из кусочков малахита и ярко-синей бирюзы. Кольцо с крупным, неправильной формы аметистом. И множество других вещей, таких же удивительных и необычных, притягивавших взгляд.
У меня разбежались глаза, и я осознала, что, должно быть, в прошлой жизни тяготела именно к таким украшениям, вроде простеньким на первый взгляд, но стильным и элегантным. Смотрелись они ничуть не хуже каких-нибудь фамильных драгоценностей. Сам хозяин лавки сидел в уголке за рабочим столом, под ярко светившей лампой, с лупой в глазу, и ловкими, точными движениями творил очередной шедевр.
– Добрый день, мастер, – негромко поздоровался Эрик, с уважением склонив голову, его ладонь легла на мою талию.
Пан Куртош выпрямился, вынул лупу и окинул нас взглядом, не выразив никакого удивления.
– А, милостивый господин, здравствуйте, здравствуйте, давно вас не видели, – степенно отозвался лысый, как коленка, но с широкой окладистой бородой до середины груди мастер. – И вам день добрый, барышня. – Он улыбнулся, и от глаз во все стороны брызнули лучики-морщинки. – Пришли подарок выбирать? – спросил пан Куртош, и я неожиданно смутилась.
Нет, приятно, конечно, но как-то вдруг, мы же просто гулять поехали…
– Да, подарок, особенный, – подтвердил Эрик, и мое смущение достигло наивысшей точки.
Мастер хмыкнул в усы, кивнул каким-то своим мыслям и вышел из-за стола, махнув нам:
– Пройдемте, особенное у меня в другой комнате.
Мы зашли за ним в следующее помещение, с такими же полками, только на них лежали уже не образцы камней, а собственно украшения.
– Смотрите, как выберете, подходите, – и пан Куртош вышел, оставив нас одних.
Я же обратила внимание, что мы стояли у полки с… кольцами. Уф. Эрик взял мои ладони и чуть сжал, вглядываясь в мое лицо.
– Я подумал, что всякие фамильные драгоценности из матушкиной шкатулки тебе не слишком подойдут, – негромко произнес он и улыбнулся. – Да и сдается мне, тебе они не очень нравятся. А вот эти – в самый раз. Выбирай, – и князь плавно повел рукой, отступив на шаг и предоставляя мне возможность рассмотреть.
Какой он все-таки понимающий и внимательный, с ума сойти. Я сама только сейчас выяснила собственные предпочтения, а Эрик вот так сразу и догадался. Повернувшись к полкам, медленно пошла, рассматривая творения ювелира, хвост нервно подергивался в волнении, а уши встали торчком. Все было красивым и необычным, но то оправа слишком большая, то камень мне не нравился. Эрик не мешал, стоя в сторонке и терпеливо дожидаясь, а я продолжала разглядывать, пока не увидела уже в самом конце полки то, что сразу захотелось примерить. Оправа из серебра, а в ней – плоская овальная пластинка темно-зеленого, с золотистой искрой, цвета, и через нее наискосок ветвистая трещина. И все, больше ничего, но я глаз не могла отвести от украшения, и рука сама потянулась к нему.
Вот только Эрик опередил, из-за моего плеча забрав подушечку с украшением, а потом развернул меня к себе и… сам надел колечко на мой палец. Я дышала через раз, а хвостом, кажется, подмела всю пыль с пола. Ладонь дрожала, и горло пересохло, глаза же не отрывались от украшения, севшего идеально, и тихие слова Эрика прозвучали слишком громко для моего ошалевшего от происходящего сознания:
– Анни… – Я вздрогнула, вскинула на него взгляд и утонула в темно-серой глубине, а князь тем временем продолжил: – Ты выйдешь за меня, Иоанна?
Ну как можно отказать такому мужчине, от которого перехватывает дыхание, а сердце оказывается где-то в районе пяток от волнения?! Я кивнула, облизнула губы и едва слышно выдохнула:
– Да…
А следующие несколько минут говорить уже не могла, захваченная в плен крепких объятий и настойчивых горячих губ. Меня целовали долго и со вкусом, так, что я моментально обмякла, цепляясь за плечи Эрика и всерьез опасаясь, что не смогу стоять. По венам пробежался огонь, радость защекотала изнутри пузырьками, и в голове не осталось ни одной мысли, только эмоции и чувства, распустившиеся пышным цветом.
– И пусть только кто-нибудь посмеет заглядываться на тебя, – прошептал Эрик спустя некоторое время, пока я переводила дыхание и приходила в себя после столь красноречивого доказательства серьезности намерений князя.
– Надеюсь, Дариш – последний, кому это взбредет в голову, – с нервным смешком ответила, прижимаясь к груди Эрика.
Мы постояли еще немного, успокаиваясь после вспышки эмоций, а потом вышли обратно к мастеру, и мои пальчики сжимала широкая ладонь Эрика. Расплатившись, покинули лавку, а вот на улице я заметила через несколько домов от нас знакомую фигуру. Вот… вспомнишь – и появится! Князь, бросив в сторону королевского кузена всего один короткий взгляд, помог мне забраться на лошадь, сел позади и решительно заявил:
– Едем обедать.
И мы поехали. Надеюсь, Даришу хватит благоразумия не преследовать нас так явно и не завалиться в ту же таверну. Хватило, к моей тихой радости. На этом неприятные моменты закончились, и к вечеру мы вернулись в поместье, уставшие, но довольные прогулкой. Однако дома нас ждал сюрприз: когда мы вошли в холл, там стоял Анжей и разговаривал с Юлианом. Мои брови поползли вверх, я уставилась на приятеля, удивленная донельзя, а он, услышав, что кто-то вошел, обернулся и радостно поздоровался:
– Анни, привет! Очень рад тебя видеть! У нас с мамой тут дом есть, а у меня перерыв в учебе, вот и решили приехать, – просто объяснил свое появление студент, подходя к нам. – Добрый вечер, ваша светлость, – поздоровался он с Эриком. – Я уже познакомился с вашим гостем, Юсеф сказал, что он сын вашего старинного друга, – выпалил Анжей, и я порадовалась, что Юлиан проявил благоразумие.
Не то чтобы я всерьез подозревала студента, да он и поводов не давал, однако рисковать без нужды не стоило.
– Добрый вечер, молодой человек, – сдержанно поздоровался Эрик, смерив Анжея пристальным взглядом. – А откуда вы узнали, где Иоанна? – небрежно спросил он.
– Так Маруня сказала же, – с легким недоумением ответил он. – А что, не надо было, да? – на всякий случай переспросил парень.
– Все в порядке, – я улыбнулась Анжею. – Ты вовремя, а то Юсеф тут слегка заскучал, – усмехнулась и покосилась на принца.
– Отлично, будет с кем в деревню съездить! – с воодушевлением откликнулся Юлиан, с надеждой воззрившись на Эрика.
– Я подумаю, – с непроницаемым лицом отозвался князь. – Что ж, молодой человек, тогда приглашаю вас поужинать с нами, – великодушно предложил он и даже улыбнулся уголком губ.
На этот раз я не стала отнимать хлеб у пани Ируны, и мы очень мило посидели на веранде вчетвером. Парни даже проявили деликатность и оставили нас, расправившись с ужином. Ну а мы с Эриком еще долго сидели, любуясь догорающим закатом, целуясь и наслаждаясь друг другом… Признаться, к концу наших посиделок я, заласканная до звездочек в глазах, разомлевшая и совсем потерявшаяся в чувствах и желаниях, уже всерьез подумывала, а не соблазнить ли собственного слишком правильного жениха. Нет, ну а что: колечко подарил, предложение сделал, все как полагается, церемония в храме Любомиры представлялась уже чистой формальностью. А я понимала, что сегодняшней ночью точно не усну, раздразненные эмоции бурлили в крови, требуя выхода. Меня же снова проводили до спальни, поцеловали напоследок так, что ноги подкосились, а в груди зародился томный стон, и… Да-да, подтолкнули к двери, одарив напоследок таким жарким взглядом, что удивительно, как платье на мне осталось целым.
– Спокойной ночи, Анни, – попрощался Эрик и поспешно скрылся у себя.
Пришлось с тяжким вздохом брести в ванную, умываться, переодеваться и ложиться… Вот только, проворочавшись без сна около часа, я поняла, что сна мне сегодня не видать. Пробурчала ругательство, поднялась и закуталась в халат, в нерешительности замерев посреди спальни. Может, подышать свежим воздухом, и сон вернется? Пальцы невольно нащупали колечко на пальце – оно совершенно не мешало, и губы раздвинулись в мечтательной улыбке. Ах, Эрик, Эрик, правильный мой. Вот возьму и соблазню, пока мы здесь, девушка я или где? Ведь вижу, что ему тоже сложно сдерживаться, и хотя пока повода для использования магии не было, где гарантия, что он внезапно не появится? Как с нашей прогулкой по лабиринтам пещер, где мы нашли яйцо.
Пребывая в мечтах, по большей части пикантных и волнующих, я выскользнула из спальни и направилась к террасе, и уверенность в том, что поступаю правильно, лишь росла. Ведь то, что мы уехали из дворца и Юлиана увезли, еще ничего не значило, злодея так и не нашли… Мысли скакали, мое сердце и пульс тоже, и я вышла на свежий воздух, вдохнув полной грудью и прикрыв глаза. Эх, сейчас бы Эрика рядом, его теплые руки и губы, надежные объятия… Я снова протяжно вздохнула, обхватила себя и сделала несколько шагов к кованым перилам, как вдруг мои мечты ожили и кто-то сзади крепко обнял, прижав к груди. Вот только в нос ударил запах вина, причем не слишком качественного, а около уха раздалось хриплое, тяжелое дыхание, ничуть не похожее на дыхание Эрика. Собственно, совершенно точно это был не князь.
– Попалась, киса? – с отчетливым предвкушением произнес Дариш, и меня аж передернуло от возмущения и отвращения.
Будут тут еще всякие хватать меня и лапать! Я издала невнятный возглас и активно завозилась, пытаясь выбраться, да только королевский кузен оказался сильным мужчиной, несмотря на подвыпившее состояние. Издав мерзкий смешок, он лишь крепче обнял, и я скривилась, отвернувшись и продолжая извиваться и пинаться.
– Где же твой защитничек сейчас, а? – Мокрые губы прижались к моей шее, и я зашипела натуральной кошкой, впившись ногтями в наглые руки, но увы, через плотную ткань причинить ему вред не удалось. – Ну-ка, пойдем потолкуем…
Он легко поднял меня и, к моему ужасу, развернулся, собираясь вынести с террасы. Ко мне наконец вернулся голос, и я завизжала что есть мочи, колотя кулаками по чему доставала. Дариш чертыхнулся и попытался перехватить удобнее, но не получилось, вино сыграло с ним злую шутку. Да еще и на террасе появились новые действующие лица: неожиданно я услышала тихий рык, а потом обнимавшие руки резко разжались, и я шлепнулась на пол, не удержавшись. Хорошо, халат смягчил падение. А потом перед моими глазами развернулась самая прекрасная картина: кулак Эрика впечатался в челюсть Дариша, и последний, клацнув зубами, отлетел на несколько шагов почти к самым перилам террасы.

Глава 17

– Анни, ты в порядке? – тут же бросился ко мне Эрик, озабоченно нахмурившись и тут же позабыв про королевского кузена, возившегося на полу.
Он помог мне подняться, я неуверенно кивнула, и тут запоздало накрыл откат, меня затрясло, и я поспешно прижалась к Эрику, зажмурившись и обхватив его руками. Его пальцы ласково провели по моим растрепанным волосам, почесали за ушком, и мои взбудораженные эмоции мигом улеглись. А потом князь решительным движением задвинул меня к себе за спину, откуда я и наблюдала за происходящим, чувствуя себя в полной безопасности.
Дариш поднялся, утирая кровь из разбитой губы, и зло зыркнул на Эрика.
– Вы что себе позволяете?! – прошипел королевский родственничек, и я едва не фыркнула возмущенно.
Вообще-то это Эрик должен спрашивать! И это еще кто кому что позволяет, между прочим!
– Иоанна – моя невеста, – холодно отбрил князь, скрестив руки на груди – жаль, не видела выражения его лица. – И вы в моем доме, милорд. Если во дворце ваши сомнительные похождения и могут сойти с рук, то здесь – нет. Вам в красках расписать, что будет, если с Иоанной что-то случится? – голос Эрика стал вкрадчивым, и даже у меня по спине прокатилась волна холодных мурашек, хотя князь обращался не ко мне. – Я ведь универсал, знаете ли, милорд, если вы забыли. И король меня оправдает.
Несколько мгновений на террасе царила напряженная тишина, Дариш сверлил Эрика взглядом и тяжело дышал, а потом мой мужчина добавил:
– Полагаю, вы загостились у меня, ваша милость. Думаю, после завтрака вам стоит уехать обратно во дворец. Доброй ночи, – после этого вежливого прощания Эрик развернулся, крепко ухватил меня за руку, и мы вышли с террасы.
До моей спальни шли молча, и когда дверь передо мной распахнулась, я вдруг отчетливо поняла, что не хочу сейчас оставаться одна. Причем не в фривольном смысле, а в самом обычном, человеческом. Мне просто было страшно… Я посмотрела на князя, не торопясь отпускать его руку, и он, видимо, все понял по моему взгляду. Ласково улыбнулся, коснулся пальцами моей щеки и тихо произнес:
– Хочешь, чтобы я посидел с тобой?
Я быстро закивала, с облегчением улыбнувшись в ответ. Плевать на приличия, но одна я точно не усну, пока этот… королевский родственничек в доме. А с Эриком спокойно. И надежно.
– Хорошо, посижу, – покладисто согласился князь, к моей радости. – Мне так тоже меньше волнения будет.
И он направился к креслу. Я же быстро скинула халат и юркнула под одеяло, натянув его почти на самый нос. Дрожь прошла, но время от времени воспоминания о случившемся вызывали холодок в животе, и я сильнее стискивала край одеяла. Эрик поставил кресло вплотную к кровати, устроился в нем, а после протянул руку к моему уху, легонько почесав основание.
– Спи, Анни, я рядом, – шепнул он, пока я тихо млела от прикосновений, жмурясь и расслабляясь окончательно.
Так и уплыла в сон, под едва слышное размеренное дыхание Эрика и деликатную ласку, от которой снова хотелось мурлыкать. Где-то там, в дебрях сна, окончательно уверилась, что пора соблазнять моего упрямого и правильного князя, от греха подальше, а то ходят тут всякие… Пристают… Жить мешают…
Утро. Вдвойне чудесное, потому что мы втроем наблюдали с крыльца отъезд хмурого Дариша с роскошным фонарем в пол-лица. Я не скрывала довольной усмешки, прижавшись к Эрику, он обнимал меня за плечи, а Юлиан ехидно скалился рядом.
– Тебе бы сейчас позавидовало множество мужчин из дворца, – вполголоса произнес принц. – У них давно чешутся кулаки на него.
– Что, никто так и не осмелился? – усомнилась я. – И его величество тоже не может приструнить своего родственника?
– Понимаешь, – вздохнул Эрик, наблюдая, как рассеивается пыль за экипажем Дариша. – Тут такой тонкий момент. Чисто теоретически Дариш может претендовать на престол, если захочет, и Казимир предпочитает не давать ему поводов для раздражения или злости. Поэтому просто старается почаще усылать куда-нибудь.
Юлиан рядом фыркнул.
– Ой, да ладно, дяде этот трон даром не сдался, – пренебрежительно отозвался он. – Он, конечно, временами вполне себе ничего, но иногда ведет себя отвратительно.
– А давайте завтракать? – предложила я. – У меня там творог и мед лежат, вчера на рынке купила…
Спорить никто не стал, и вскоре мы уплетали восхитительные блинчики с медом и творогом, и жизнь стала еще прекраснее. Юлиан поведал, что яйцо нагрелось и теперь урчит, когда он его протирает, а от горничной прикрыл находку качественной иллюзией. Ну а когда мы поели и собрались обсудить, кто чем займется дальше, к нам снова гости пожаловали. На этот раз все же приятные для разнообразия.
– Привет, – поздоровался Анжей, когда мы спустились вниз. – Я тут подумал, Юсеф, не хочешь со мной в деревню прокатиться? Один мой знакомый день рождения празднует, будет весело, – предложил он, посмотрев на Юлиана.
А у принца аж глаза загорелись, ему явно хотелось согласиться на предложение приятеля. Он осторожно покосился на невозмутимого Эрика, вопросительно подняв брови.
– Что ж, ладно, съезди, – наконец кивнул князь и тут же строго добавил: – Чтобы к ужину был дома!
Юлик просиял и вытянулся, едва честь не отдав.
– Да, конечно, обязательно вернусь! – протараторил он и направился к двери. – Пойдем, Анжей!
Парни ушли, а Эрик повернулся ко мне.
– А поехали на озеро? – неожиданно предложил он и хитро прищурился. – Устроим пикник на свежем воздухе.
Отличное предложение! Захваченная перспективой приготовить к выезду новые вкусненькие закуски, я совсем упустила из виду, что купальников в этом мире, похоже, не изобрели. И только уже по пути к озеру запоздало и с досадой подумала, что выкупаться мне не светит. А так хотелось… Я тихонько вздохнула, забывшись, что совсем рядом Эрик и он прекрасно чувствует перепады моего настроения.
– Что случилось, Анни? – тут же последовал вопрос.
– Все в порядке, – заверила я князя и немного смущенно улыбнулась, дернув ухом. – Просто искупаться хотела…
– Я не буду подглядывать, честно, – заверил Эрик проникновенно, но отчего-то щеки тут же вспыхнули от могучего приступа смущения. – Озеро теплое, неглубокое, берег песчаный – отличное место. Кстати, знаешь, я тут подумал, – продолжил он без всякого перехода и таким задумчивым голосом, что я осторожно покосилась на князя. – Ты драться умеешь, Анни?
– Что-о? – мои брови взлетели вверх от такого вопроса. – Ну… Могу в нос стукнуть или пнуть, – не слишком уверенно ответила ему.
– Непорядок. Будем учиться, – решительно заявил Эрик, чуть крепче прижав меня к себе. – Раз магией я тебя защитить не смогу, придется по-другому.
Не удержалась, хихикнула, перед глазами мелькнула смешная картинка, как я в воинственной стойке, с ушами торчком и распушенным хвостом наступаю на Дариша…
– И нечего хихикать, я сказал – будем, значит, будем, – непреклонно повторил князь и чмокнул меня в макушку, потом проворчал: – А то придется приставить к тебе телохранителя, чтобы отгонял всяких… неумных.
– Хорошо, – кротко согласилась я, прильнув к нему, и моя улыбка стала шире.
Умение полезное, Эрик прав, с моей внешностью вообще надо завести дежурные сковородку и скалку, чтобы отмахиваться в случае чего.
– Кстати, а как там во дворце сейчас? – поинтересовалась я, пока мы въезжали под своды леса – парк остался позади. – Что-нибудь слышно?
– Тишина, – отозвался Эрик прежним задумчивым тоном. – Двойник исправно ведет жизнь Юлиана, появляется на вечерах, но ничего не происходит.
– Странно, – протянула я. – По идее, наоборот, с твоим отъездом покушения должны участиться…
– Подождем еще, может, на этот раз он просто тщательнее готовится, – произнес князь. – И вообще, я так давно не был на отдыхе, у меня там хорошие заместители. – Он усмехнулся.
…Озеро оказалось почти идеально круглой формы, окруженное деревьями, прозрачное, с берегом, покрытым мелким белым песком. Мы выбрали поляну, плавно переходящую в пляж, Эрик расстелил специально захваченный плед, поставил корзинку со снедью и как-то слишком уж внимательно посмотрел на меня.
– Сначала поедим, а потом купаться, или?..
Я посмотрела на воду и поняла, что в воду хочется сильнее, тем более стоял очередной жаркий денек. По моему взгляду Эрик все понял и весело ответил сам:
– Ну тогда вон за теми кустами есть небольшая заводь, можешь поплескаться там.
После чего с самым невозмутимым видом развернулся, на ходу расстегивая рубашку, и направился к озеру. Ну вот и кто из нас провокатор, спрашивается, а?! Конечно, прежде чем подняться и удалиться за кусты, я украдкой понаблюдала за Эриком. Полюбовалась спиной, на которой под гладкой кожей красиво перекатывались мышцы, помечтала, как мои пальцы скользят по ней, ощупывая рельеф… Дыхание перехватило, сердце выдало перестук по ребрам, ускоривший бег крови по венам, и я поспешно сбежала за кусты, запретив себе подглядывать. Интересно, а Эрик только рубашку снимет, или?.. Беззвучно ахнув от собственной разыгравшейся фантазии, я присела у края озера и опустила ладони в воду, прижав влажные пальцы к пылающим щекам. Вот теперь самое время охладиться.
Князь не соврал, тут действительно находилась тихая и вполне глубокая заводь, в которой можно было поплескаться. Я разделась до нижней рубашки, постеснявшись купаться обнаженной, и вволю наплавалась, стараясь не слишком высовываться. Иногда чуткое ухо улавливало плеск и фырканье, и приходилось давать подзатыльники любопытству, рвавшемуся подглядывать, как подросток у раздевалки. Наконец я вылезла, встряхнулась, почти как настоящая кошка, и вытерлась большим махровым полотенцем, как могла, просушив хвост. Ну а потом вернулась к нашей полянке, где на покрывале уже расположился Эрик и снедь из корзинки, дразня мой нос аппетитными запахами. На князе, кроме штанов и рубашки, весьма фривольно распахнутой на груди, больше ничего не было, и мой взгляд прикипел к видневшемуся торсу, щеки же медленно, но верно начали наливаться жаром.
– Присаживайся, – невозмутимо произнес Эрик, окинув меня взглядом. – Займемся твоим хвостом.
Мр-р-р. Я тут же улеглась, уложив указанную часть тела на колени мужчине, и провалилась в нирвану, не удержавшись и снова мурлыкнув. Чуткие пальцы осторожно гладили, зарывались во влажную шерсть, и Эрик так аккуратно использовал магию, подсушивая мое богатство, что я практически не чувствовала последствий. Так, иногда только покалывало в висках, но удовольствие от прикосновений перекрывало неприятные ощущения. Как-то незаметно поглаживания переместились на основание хвоста, а пальцы второй руки зарылись в мою шевелюру, подбираясь к ушкам… Все, я сомлела окончательно, погрузившись в томное, тягучее удовольствие, и, честно, сама не поняла, как так получилось, что оказалась практически лежащей на груди Эрика. И да, мы снова начали целоваться… Ух, как сладко это было, до жарких мурашек, до поджатых на ногах пальчиков. Нежно и в то же время настойчиво, мягко и одновременно нетерпеливо. Тело расплавилось, сознание отключилось, и верх взяли дремучие инстинкты, и очнулась я, только осознав, что мои ноготки тихонько царапают обнаженную грудь в вырезе рубашки Эрика. Ой.
Со всхлипом откинув голову, я уставилась на князя шальным взглядом, а он смотрел на меня, довольно улыбаясь и придерживая за талию. И в его глазах плясал целый табун чертей, толкая меня на всякие сумасбродства. А что, мы одни, вокруг никого нет, птички поют, природа, свежий воздух… Никакого смущения, что навело на одинокую догадку, что в прошлой жизни у меня наверняка имелся опыт отношений с мужчинами. Эрик, зараза, сбил весь мой настрой, улыбнувшись шире и как ни в чем не бывало произнеся:
– Ну что, поедим?
Не удержалась, фыркнула и несильно стукнула его кулачком в грудь, одарив выразительным взглядом. Вот же некоторые, сначала зацелуют до звездочек в глазах, а потом делают вид, что все так и должно быть! Ладно же… Вечером кое-кого ждет большой сюрприз, главное, не выдать себя раньше времени. И я постаралась сохранить невозмутимый вид, кивнув и устроившись рядом на покрывале.
Мы провели чудесный день вдвоем, продолжая узнавать друг друга. Ну, точнее, я узнавала Эрика. Со мной и так все ясно, я же начинала жить заново. А еще мы вволю подурачились, бегая по поляне и бросаясь шишками – каюсь, моя затея, неожиданно напало шаловливое настроение. После всего снова разлеглись на покрывале, и мои хулиганские выходки продолжились: теперь я с очень сосредоточенным видом втыкала в волосы Эрика мелкие лесные цветы, росшие вокруг в изобилии. Князь же, заложив руки за голову, смотрел на меня с такой мечтательной улыбкой, что в какой-то момент стало даже немного не по себе.
– Что? – не выдержав, все-таки спросила.
– Знаешь, я уже не помню, когда последний раз так свободно и легко чувствовал себя, – признался Эрик, и его пальцы легко коснулись моей щеки. – Мне кажется, мы знакомы друг с другом очень давно. – Он ласково погладил мое лицо, а я зажмурилась и прижалась к ладони, расплывшись в ответной улыбке.
Потом вздохнула и снова посмотрела на моего князя немного грустно.
– Жаль, что я не могу ничего о себе рассказать, – ответила ему. – Все, что помню, начинается с моего пробуждения здесь.
– Это и к лучшему. – Эрик обнял и прижал к себе, чмокнув в макушку. – Зато ты настоящая, живая и непосредственная, без груза прошлого и плохих воспоминаний, – немного приглушенно добавил он. – И только моя… кошечка нежная…
Из моего горла вырвалась та самая музыкальная трель, говорившая о зашкаливавших эмоциях, и я практически свернулась клубочком на Эрике, впитывая его присутствие всем своим существом. И именно в этот момент я отчетливо поняла, что счастлива. Богиня и правда не ошибается, приводя в свой мир избранников.
Ну а когда солнце стало клониться к вечеру, мы отправились обратно в поместье.
– Мне почему-то кажется, ты не захочешь пышную церемонию, – внезапно заговорил Эрик, нарушив уютную, теплую тишину между нами.
– А?.. – немного рассеянно отозвалась, пребывая в своих размышлениях, отпустив мысли свободно течь, как им вздумается.
– Как ты смотришь на то, чтобы по возвращении просто зайти в храм, а потом отпраздновать в узком кругу? – продолжил Эрик, пока я с трудом осознавала, о чем он вообще говорит. – Возьмешь Маруню, сходим в какое-нибудь кафе в городе, посидим. – Князь заботливым жестом убрал упавший на мое лицо серебристый локон. – Мм, пушистая моя? – Он выгнул бровь, пока я хлопала ресницами.
Это он о церемонии, сообразило заторможенное сознание, и я радостно разулыбалась, в очередной раз отметив, как же хорошо Эрик успел изучить меня за эти дни.
– Конечно, не против! А никто не обидится? – тут же озаботилась, нахмурившись. – Ты все-таки второе лицо после короля…
– Да вот еще, собирать толпу незнакомых людей на собственную свадьбу! – фыркнул Эрик и поджал губы. – В конце концов, это только наш  с тобой праздник, и больше он никого не касается. Все, решено, – заявил этот потрясающий мужчина. – Завтра же возвращаемся, раз во дворце все тихо, и по пути заедем в храм. Может, ты платье новое хочешь?.. – спохватившись, спросил Эрик, вопросительно глянув на меня.
А я… помотала головой, обвив руками шею моего князя и от избытка эмоций расхрабрившись и чмокнув его в губы. Какая разница, в каком платье, если для меня это и так действительно праздник и самое главное событие в жизни? В полном умиротворении я прижалась к груди Эрика, а он, запустив пальцы в мою шевелюру, тихонько поглаживал. Все, я в нирване.
Однако, когда мы прибыли в особняк, выяснилось, что Юлиана еще нет, и это слегка омрачило хорошее настроение.
– Где его демоны носят? – пробормотал Эрик, нахмурившись и бросив взгляд в окно. – Сказал же, вернуться к ужину!
– Да ладно, ну задержался, бывает, – попробовала я успокоить его, хотя у самой сердце невольно екнуло. – Не волнуйся…
– Ага, кажется, едет, – перебил Эрик, выглянув в окно.
Я тоже увидела фигуру на подъездной аллее, однако чем ближе она становилась, тем отчетливее я видела – это не Юлиан. Хм. Пульс тревожно участился, мои пальцы невольно вцепились в запястье Эрика. Мы молча смотрели, как Анжей остановился у крыльца, спрыгнул с лошади и подошел к двери. Князь сам открыл, молча впустив студента, и ровно, негромко поинтересовался:
– А почему вы один, молодой человек? Где Юсеф?
Брови Анжея поползли вверх, на лице мелькнуло легкое недоумение.
– Так он сказал, что пораньше домой поедет, и даже на ужин пригласил, – пояснил он, почесав в затылке. – Ну, что предупредит всех. А что, не приехал? – осторожно уточнил Анжей, и мое нехорошее предчувствие превратилось в уверенность.
Я покосилась на Эрика: его застывшее лицо не выражало никаких эмоций.
– Нет, не приехал, – тем же ровным тоном ответил князь.
В груди стало гулко и пусто, я смотрела то на Эрика, то на Анжея, чувствуя совершенную беспомощность. И ведь не скажешь, что наследника потеряли, конспирацию никто не отменял… Князь поймал мой взгляд, и я прочитала в нем все, что Эрик хотел сказать. Ему придется применить магию, иначе Юлика не найти, а это значит, что мне будет ой как несладко. Я улыбнулась и тихонько погладила мою светлость по ладони.
– Иди найди его, – уверенно сказала и добавила: – Делай все, что считаешь нужным, Эрик.
В его взгляде на несколько мгновений мелькнула неуверенность, князь чуть нахмурился.
– Анни… – попытался он что-то сказать, но я не дала.
– Иди, – с нажимом повторила и отступила на шаг.
– Может, я чем-то помогу? – встрял Анжей, его голос звучал виновато. – Мне очень жаль, милорд, что так получилось, но Юсеф вроде взрослый парень, я и подумать не мог, что с ним тут что-то случиться может. Места же тихие, я сюда с мамой часто приезжаю.
– Ладно, ничего страшного, – отрывисто произнес Эрик. – Ты и правда не виноват, парень. Все нормально, справлюсь. – Он скупо улыбнулся, мазнул по мне взглядом. – Ждите здесь, постараюсь вернуться побыстрее, с Юсефом.
После чего наклонился, одарил меня быстрым поцелуем и вышел. Мы с Анжеем остались одни. Я нахмурилась и нервно мотнула хвостом, пройдясь по холлу.
– Действительно странно, что могло случиться? – пробормотала, напряженно думая о Юлиане. – Он что, познакомился с кем-то? – Я повернулась к Анжею. – Ладно, пойдем наверх, что ли. Ты голодный? – осведомилась, подумав, что любимое дело поможет сейчас отвлечься.
– Да, ужин был бы кстати, – немного смущенно улыбнулся Анжей. – Сама будешь готовить? – с любопытством спросил он, и по огоньку в его глазах я поняла, что этот вариант его устроил бы больше.
Ох, мужчины. Одинаковы везде и в любом возрасте. Я хмыкнула и махнула рукой.
– Все равно собиралась, – ответила ему и направилась к кухне.
Не стала ничего изобретать: у Ируты как раз жарились отбивные, а я сделала нежную картошку-пюре с зеленью и маслом. Поставила все на широкий поднос, прихватила кувшин с вкусным ягодным морсом и направилась наверх, на террасу. Анжей с задумчивым видом сидел в кресле и отрешенно смотрел на залитое оранжевыми и золотистыми переливами небо.
– Ну вот, готово, – я составила тарелки на стол и всего на мгновение отвернулась убрать поднос, а дальше все случилось слишком быстро, чтобы я успела осознать происходящее.
Сильная рука вдруг обвилась вокруг талии, крепко прижав мои руки к телу, а шеи коснулось что-то острое и прохладное.
– Не дергайся, – раздался около уха хриплый, какой-то чужой голос… Анжея. – Медленно идем к выходу, и ни слова, – предупредил он, и острое лезвие царапнуло кожу, пока я в полном недоумении и растерянности пыталась понять, что вообще происходит.
– Анжей… Ты чего? – осторожно спросила, тем не менее замерев и стараясь даже дышать через раз. – Что случилось, куда идем?!
– Не спрашивай ничего, просто двигай, – грубо отозвался Анжей и подтолкнул меня к выходу.
Я машинально передвигала ноги, находясь в оцепенении, обрывки мыслей лихорадочно метались в голове. Неужели… Неужели это Анжей все-таки?! Он виноват в покушениях на Юлиана? Богиня, но зачем ему это?
– Зачем тебе это, Анжей? – озвучила я вопрос, пока мы выходили с террасы и направлялись по коридору к лестнице – оказывается, студент хорошо знал план поместья Эрика. – А как же Маруня? Ты что, притворялся все это время?
– Нужна мне эта мелкая, – тем же чужим голосом произнес парень. – Шагай давай!
Нет, я все равно не верила, даже с ножом у горла, даже понимая, что это в самом деле Анжей стоит за моей спиной и подталкивает к выходу. Одеревеневшие ноги двигались машинально, я словно наблюдала за нами со стороны, совершенно не понимая, что же делать и как так получилось. Мы вышли на задний двор поместья, Анжей повел меня к конюшням, и я робко понадеялась, что, может, кто-то в окно выглянет… Но умный парень двигался вдоль стены, а не через открытое пространство, и моим надеждам не суждено было сбыться. Анжей крепко прижимал нож к моему горлу, и рука не дрогнула ни разу, пока мы пробирались в тени куда-то прочь от дома. Я больше не рисковала ничего спрашивать, хотя вопросы потихоньку заполняли сознание и теснились там испуганными мотыльками. Что ж, надеюсь, вскоре я все узнаю… Ох, пусть все это будет нелепым розыгрышем, пожалуйста! Так не хотелось разочаровываться в Анжее! Да и Маруня сильно расстроится, кажется, парень ей серьезно нравится.
Мы прошли мимо конюшен в парк, а солнце уже висело над самым горизонтом, и вокруг вытянулись длинные тени. Как же я сейчас жалела, что в поместье Эрика так мало слуг, и все они скорее всего уже разошлись по своим комнатам! А мы удалялись от дома, лес приближался, и мое беспокойство росло с каждым шагом.
– Анжей, куда мы все-таки идем? – не выдержала, когда парк почти закончился.
– Вперед, – коротко отрезал мой похититель. – Иди.
Он совсем немного углубился в лес, где уже царили густые сумерки, и как только мы вышли на небольшую поляну, я сразу увидела еще одно действующее лицо, и все стало совсем запутанным лично для меня.
– Ну наконец-то! – злорадно ухмыльнулась графиня, уперев руки в бока и разглядывая меня прищуренным взглядом. – Я уже устала ждать, когда же ты останешься одна! Живо иди сюда!
В следующий момент она резко дернула меня к себе, и хорошо, что Анжей успел убрать руку с ножом. Только среагировать я не успела: Лания так же резко развернула и ухватила… мой хвост у самого основания.
– Не дури, – предупредила она, и я, к собственному ужасу, ощутила прикосновение чего-то острого уже не к шее. – Иначе останешься без своей метелки. А теперь шагай дальше, – и Лания толкнула в спину, заставив двигаться.
Словно мало мне было всего на меня свалившегося, неожиданно в теле вспыхнула боль, вгрызлась в кости, выворачивая и выжимая слезы. Понятно, Эрик Юлиана ищет… Я до крови прикусила губу и впилась ногтями в ладонь, ничего не видя из-за пелены перед глазами и надеясь, что позорно не потеряю сознания. Хотелось все-таки узнать, куда же мы идем и что задумали Лания и Анжей.

Уже на полпути к деревне Эрик понял, что придется использовать магию, как бы ему не хотелось этого делать. Иначе он тут до утра будет бродить, пытаясь вычислить, куда пропал наследник. Одно радовало: ни подчинить, ни отравить его не смогут, спасибо амулету. Почему-то Эрик не сомневался, что принц исчез не по своей вине, а студентом просто воспользовались для прикрытия. Но кто? Кто узнал, что во дворце остался двойник? Эрик хмурился и сжимал подбородок, оттягивая момент применения магии. Иоанна, конечно, все поймет и даже сама ему об этом сказала, но…
– Так, доеду до деревни, там решу, – пробормотал князь, пустив лошадь рысью.
Добрался он до селения где-то через час, когда солнце уже почти спустилось к горизонту. Больше медлить нельзя. «Прости, маленькая», – виновато подумал Эрик, слезая с коня за одним из крайних домов и доставая из кармана брошь-артефакт. Прикрыл глаза, сделал глубокий вдох, сосредоточиваясь и с некоторым усилием отодвигая все лишние мысли подальше. Потом настроился на брошь и активировал связь, прислушиваясь к ощущениям. К удивлению Эрика, след уводил в сторону, противоположную той, куда предположительно отправился, по словам Анжея, Юлиан, – в дальний конец деревни. Туда князь и пошел, следуя за артефактом. Очень хотелось включить «второе зрение», чтобы не пропустить опасность, но останавливали мысли об Иоанне. Ей и так сейчас несладко, а что будет, когда Эрик еще и это прибавит к поисковой магии?!
Тряхнув головой, князь ехал по следу, бросая вокруг настороженные взгляды, но ничего подозрительного не было. Почти все жители уже разошлись по домам, с закатом в деревне жизнь замирала – здесь рано вставали и рано ложились спать. Центральная улица опустела, только из таверны в центре еще раздавался шум отдыхающих. След вел Эрика дальше, и когда мужчина понял, что едет к окраине, не выдержал: задержал дыхание и быстро прошелся по окрестностям внутренним взглядом. Ничего. Все тихо, спокойно, ни магических ловушек, ни притаившихся врагов. Очень странно. Нахмурившись, Эрик ехал дальше, а домов становилось все меньше, и наконец след свернул в узкую улочку, ответлявшуюся от основной дороги. Мгновение поколебавшись, князь поехал туда, чутко прислушиваясь к малейшему звуку.
Словно в насмешку, кругом царила тишина, насыщенная исключительно мирным шумом: чирикали птицы, иногда лениво гавкала собака неподалеку, пару раз ветерок доносил голоса из открытых окон домов. И все. Больше ничего. Эрик хмурился сильнее, пальцы стискивали поводья, и князь остро жалел, что слишком поспешно покинул поместье и даже оружия не захватил. Вот что значит привычка полагаться на магию. А ведь наверняка придется ее применять, и скоро, вряд ли тот, кто похитил Юлиана, предложит честный поединок на мечах. «Прости, хорошая моя…» – снова с сожалением подумал Эрик, понимая, что, в случае чего, Иоанне придется провести не самые приятные часы. Зато, вполне возможно, сегодня наконец все выяснится, и больше опасаться за судьбу наследника не придется. И завтра же обратно в столицу и в храм!
Воодушевленный собственным настроем, Эрик пришпорил коня и пустил рысью, зорко оглядывая окрестности – на всякий случай. Наконец улочка уперлась еще в одну, чуть шире, и след четко показал, что Юлиан находится в доме, видневшемся в конце. Добротный, каменный, двухэтажный, окруженный невысокой оградой. С темными окнами. С виду совершенно мирный и неопасный. Эрик замер, не доезжая и пристально его рассматривая, все его инстинкты обострились, и лишние мысли исчезли из головы. Он осторожно потянулся призрачным щупальцем, пытаясь понять, есть ли кто в доме, сколько и какими способностями обладает, однако наткнулся на пустоту. Точнее, виднелось только одно пятно ярко-оранжевого цвета, на первом этаже, недалеко от двери. Его ждали?..
– Ладно, – обронил Эрик, хрустнул пальцами, разминая, и соскользнул с лошади на землю. – Разберемся, что тут вообще происходит.
Князь уверенным шагом направился к дому, чувствуя, как в крови просыпается азарт, заставляя ее быстрее бежать по венам. Эрик очень не любил неопределенности, и ситуация с Юлианом его изрядно раздражала, когда невидимый враг, словно издеваясь, танцевал где-то за спиной, дергая за ниточки. И не покидало ощущение, что Эрик упускает нечто важное, лежащее на поверхности… Князь остановился перед дверью и еще раз проверил, кто по ту сторону. К его удивлению, аура оказалась знакомой, только непонятно, что Анжей делал здесь, а не в поместье, с Иоанной.
Додумать, что это может значить, Эрик не успел. Дверь приглашающе распахнулась, и из темноты раздался ровный, без эмоций, знакомый голос студента:
– Добро пожаловать, ваша светлость. Вас тут давно ждут. Проходите. И без глупостей, – предупредил невидимый в темноте Анжей, и Эрик медленно выдохнул, чувствуя, как от накатившего страха внутри все застыло. – Иначе Иоанне не поздоровится.

Глава 18

Князю, едва он переступил порог дома, хватило пары мгновений, чтобы понять: Анжей действует не по своей воле. Следы тонкого и виртуозного ментального вмешательства Эрик распознал сразу, и парня стало жалко. «Кто же тебя так, приятель? Явно кто-то, кому ты доверяешь или кто тебя хорошо знает». Иначе не получилось бы так изящно вмешаться в сознание. А хороших менталистов в столице можно по пальцам перечесть, и все они под негласным наблюдением – Эрик прекрасно осознавал опасность такого дара. Причем двое из пятерых работают на него, еще один недавно женился и уехал в загородный дом, готовясь стать отцом. Остальные двое не лезли куда не надо и не доставляли проблем. Да и не их след ощущался на Анжее. А вот кого?..
– Где Иоанна? – негромко спросил Эрик, одновременно пытаясь осторожно прощупать парня – вдруг получится избавить его от воздействия?
– Идите за мной, – тем же бесстрастным голосом ответил Анжей, развернулся и направился к лестнице, видневшейся в углу небольшого холла.
Эрику ничего не оставалось, как последовать за проводником, хотя происходившее не нравилось ему все сильнее с каждым мгновением. Как же так, как он проглядел это воздействие? Хотя, надо признать, сделано виртуозно, до сих пор со «спящим» мороком Эрик не сталкивался, хотя в теории знал, что это такое. Сознание обрабатывалось таким хитрым образом, что до последнего жертва не подозревала, что действует не по своей воле, и только в последний момент хозяин активировал прямое подчинение. «Ладно, разберемся, кто это с тобой сотворил такое, приятель», – мысленно пообещал себе Эрик. Вот интересно, камень графини Анжей подменил на пустышку сам или кто-то другой?
Тем временем они поднялись на второй этаж, прошли коротким коридором, и Анжей распахнул дверь, шагнув в комнату, тускло освещенную несколькими светильниками. Едва Эрик переступил порог, как его взгляд сразу остановился на Иоанне, застывшей у дальней стены с широко раскрытыми глазами, в которых плескалась тревога. За ней же… стояла Лания с кривой ухмылкой и держала нож у горла девушки.
– Ну вот, наконец все в сборе, – раздался довольный голос, тоже показавшийся Эрику знакомым.
Вот только этого человека князь меньше всего ожидал здесь увидеть. На мгновение его охватила растерянность, и он недоверчиво переспросил:
– Влодек?
Давний приятель неприятно усмехнулся, выйдя из темного угла, откуда наблюдал за всеми, и смерил Эрика взглядом.
– Сюрпри-из, – протянул он насмешливо.
– Где Юлиан? – негромко спросил князь, внутренне напрягшись.
– О, не волнуйся, он в надежном месте, – небрежно махнул рукой Влодек, и его усмешка стала шире. – Я не собираю всех важных лиц в одном месте, Эрик, даже не надейся.
– И что ты задумал? – ровно спросил князь, краем глаза наблюдая за Иоанной и Ланией.
Аррини стояла бледная, почти сливаясь цветом лица с волосами, неподвижная, и только судорожно стиснутые кулаки выдавали ее напряжение. В широко раскрытых глазах плескалась тревога пополам с облегчением, вот только Эрик не знал, как обнадежить невесту. Пока что он не находил выхода, Влодек грамотно продумал все, обезопасив себя со всех сторон, только для чего?..
– Всего лишь месть, – непринужденно ответил тот, издав довольный смешок, но в глазах бывшего друга полыхнула мрачная ярость. – Потому что это я должен был получить место советника, а не ты! – выплюнул он со злостью, прищурив глаза. – Я, слышишь?! Ты нагло занял мое место, а теперь я верну его себе!
Эрик длинно выдохнул, мысленно присвистнув. «Как все запущено…» Снова покосился на Анни и спокойно произнес:
– Хочешь, чтобы я ушел с поста? Хорошо, уйду, только Иоанну и Юлиана отпусти.
– Отпущу, когда в твоем послушном поведении отпадет надобность, – голос Влодека стал вкрадчивым, и князь внутренне подобрался, готовый ко всему на всякий случай. – Только я еще не решил, спасти все-таки наследника или с прискорбием сообщить его величеству, что коварный план его советника по занятию трона почти увенчался успехом, – мурлыкнул бывший друг и посмотрел на Эрика, склонив голову к плечу.
А у князя все похолодело внутри – во взгляде Влодека светилась решимость сделать так, как ему захочется. Жизнь Юлиана висела на волоске.
– Казимир точно не простит тебе, – вполголоса ответил Эрик, продолжая тянуть время и раздумывая, как бы одновременно помочь Иоанне и вывести из игры Анжея, продолжавшего стоять с отрешенным лицом у стены. – И не поверит, что это якобы я затеял заговор.
– Я постараюсь, чтобы поверил, – тем же довольным тоном ответил Влодек, шагнув к Эрику. – С твоей смертью защита короля исчезнет, ты ведь знаешь, – небрежно обронил он.
От Иоанны донесся невнятный возглас, и тут же – змеиное шипение Лании:
– С-с-стой с-смирно, кошка драная!
«Дрянь», – отстраненно подумал Эрик, сейчас жалея, что лично не выпроводил графиню за пределы страны, наложив запрет на возвращение до конца жизни.
– Я много чему научился, пока путешествовал и обдумывал, как отомстить, – не только скрывать свой дар, – между тем продолжил Влодек. – И все было бы проще, не появись твоя ушастая, – он недовольно покосился на Иоанну. – Ты бы поверил графине, перестал принимать свои зелья и носить артефакты, один срыв – и все, слетевшего с катушек мага-универсала пришлось бы уничтожить. – На лице Влодека снова появилась неприятная улыбка. – Ты очень не вовремя нашел айсу, Эрик, так что пришлось на ходу менять планы. И вот тут удачно мой сыночек подвернулся, – довольно сообщил похититель Юлиана.
– Так это ты подменил камень, – перебил его князь, быстро сложив два и два и поняв, как подделка оказалась у Иоанны.
А он грешил на Анжея, хотя парень ни при чем и виноват лишь в том, что его отец оказался слетевшей с катушек на почве черной зависти мразью. Ладно… Эрик понял, что надо действовать быстро, очень быстро, на свой страх и риск. И снова придется Анни потерпеть… Главное, чтобы Влодек подольше говорил, уверенный, что загнанный в тупик Эрик будет стоять смирно и слушать. «Ага, сейчас», – упрямо буркнул про себя князь, мысленно встряхнув кистями.
– Твоя кошка весьма любезно передала его Анжею, – хмыкнул Влодек. – А дальше было очень просто, это я помог графине пробраться в твою комнату и подменить зелья.
«Да-да, пой, птичка, пой», – с холодной яростью подумал Эрик, медленно и осторожно потянувшись к стихии воздуха. Сначала не дать Лании причинить вред Иоанне, хорошо, можно не опасаться неприятных сюрпризов от Влодека, происхождение Анни служило ей отличной защитой. И пушистой не сильно неприятно будет от такой простой магии, а вот самого бывшего друга придется нейтрализовать тяжелой артиллерией. Ментальный удар точно выбьет того из колеи на несколько драгоценных мгновений, даже если Влодек закрылся щитами – сейчас Эрик не мог этого проверить, не возбудив ненужных подозрений. Да и Анни вряд ли сумеет сдержаться. Ей и так несладко пришлось сегодня. Ну и еще надо погасить светильники – ему темнота не помеха, а вот Лания точно не сможет сориентироваться.
– Ладно, хватит разговоров, – решительно произнес Влодек. – Пора приступать…
Договорить он не успел. Мысленно скрестив пальцы, Эрик разом погасил все светильники, выбросил ладонь в сторону Лании, жестко зафиксировав ее руку с ножом и одновременно направил в сторону Влодека короткий, но мощный «ментальный кулак», еще раз про себя попросив прощения у Иоанны. Но по-другому сейчас никак, кроме магии больше ничего не поможет. Дальше события понеслись со скоростью лавины в горах. В комнате мгновенно воцарилась непроглядная темнота, в которой ярко светились ауры людей, раздался невнятный возглас, потом шипение, болезненный вскрик и глухой удар.
Одновременно со стороны Влодека донеслось болезненное оханье – Эрик позволил себе быструю, довольную усмешку, – но почти сразу на комнату опустился щит, блокирующий любую магию. И в бесшумной вспышке Влодек исчез, уйдя порталом. Князь аж зашипел от злости и разочарования, ухватившись за ниточку от броши к Юлиану – она вела куда-то вниз, скорее всего, в подвалы. И как ни хотелось сейчас остаться здесь, убедиться, что с Анни все в порядке и графиня ей ничего не сделает, долг звал туда, к наследнику. Проглотив длинное и витиеватое ругательство, бросив отчаянный взгляд в сторону Иоанны и Лании, Эрик от удивления высоко поднял брови, но ноги уже несли его к двери. Судя по тому, что он видел, графиня лежала на полу и не шевелилась, а его пушистая, хоть и чувствовала себя неважно, судя по мерцающей ауре, прислонилась к стене и вроде стояла на ногах. На Анжея уже не хватало времени…
Мысленно махнув рукой, Эрик выскочил за дверь, всем существом чувствуя, как утекают мгновения, и бегом бросился вниз, куда вела ниточка артефакта, связанного с Юлианом кровью и магией. «Тварь такая, если он тронет принца хоть пальцем…» – пронеслась суматошная мысль, и в крови взбурлила ярость, едва не выплеснувшись сметающей все волной. Эрик все же надеялся, что Влодек оглушен ментальным ударом и не сразу очухается и что он успеет добраться до подвала. Вот уже и первый этаж, короткий коридор и простая дверь. Удар ногой – и не особо прочная конструкция с грохотом вылетает, и Эрик, перепрыгивая через две ступеньки, бегом спускается вниз, стараясь не думать, что безнадежно опоздал.
Ступеньки закончились, еще короткий коридор с дверью, на которой уже стояла защита – князь снес ее одним ударом, в очередной раз запретив себе возвращаться в мыслях к Иоанне. Дверь вспыхнула и осыпалась пеплом, а вот за ней… Эрик затормозил, оторопело уставившись на происходящее в небольшом квадратном помещении без окон, с полками, где стояли банки и еще какие-то запасы. Юлиан с завязанным ртом и крепко примотанный к стулу веревкой у дальней стены, Влодек, застывший посредине подвала с пустым, стеклянным взглядом и приоткрытым ртом, и – висевшее в воздухе создание, словно сошедшее с картинок в энциклопедии.
– Обалде-еть, – вполголоса протянул Эрик, разглядывая существо.
Ростом с крупную собаку, с умильной мордочкой, большими глазами с длинными ресницами – правда, сейчас эта мордочка выражала возмущение и злость, судя по огонькам в лиловых зрачках. Шкурка в разноцветных радужных разводах, рисунок при малейшем движении менялся, и на дракончика невозможно было смотреть слишком долго – начинала кружиться голова, в глазах рябило. Большие бархатные крылья, как у бабочки, трепетали, удерживая существо в воздухе, и поднимали ощутимый ветерок со слабым цветочным ароматом. А еще питомец Юлиана гудел, как рассерженный шмель, и с него сыпались золотистые искры, истаивая в воздухе. С появлением нового действующего лица дракончик резко крутанулся в воздухе, уставившись на замершего Эрика, и их взгляды встретились.
Гудение стало тише, в глазах существа мелькнуло любопытство, и оно подлетело ближе, а князь внезапно четко осознал, что это – девочка. Дракошка в смысле. И только благодаря ей Влодек теперь неопасен, глубоко пребывая в наваждении, насланном на него радужным драконом. Потому как иллюзии, сотворенные этими удивительными созданиями, выглядели очень правдоподобно, практически неотличимые от реальности. И пока дракончик не захочет, иллюзия не пропадет. Случалось, люди и умирали, наказанные так этими хоть и милыми с виду, но мстительными существами. Эрик медленно выдохнул, не сводя взгляда с дракошки, и так же медленно протянул руку, тихонько обратившись к ней:
– Привет, малышка. Спасибо тебе.
Та моргнула, совсем прекратила гудеть и издала негромкую музыкальную трель, как будто колокольчики звякнули. Потом вытянула шею и, смешно шевеля ноздрями, обнюхала пальцы Эрика. После чего и вовсе с довольным видом опустилась на его предплечье, крепко обхватив довольно сильными лапками. Князь хмыкнул, хотел что-то сказать, но тут из угла донеслось красноречивое мычание, и Эрик вспомнил, что наследника надо бы освободить, а уж потом выяснять, что же тут случилось.
– Пойдем развязывать твоего хозяина, – со смешком произнес Эрик, окончательно успокоившись, и подошел к Юлиану, с насупленным видом смотревшему на него.
Дракоша с тихим курлыканьем подлетела первой, на смешной мордочке отразилось беспокойство, и существо довольно ловко подцепило острыми коготками повязку на лице принца и стянуло ее. Юлиан тут же скривился и сплюнул на пол, потом тряхнул головой и снова покосился на Эрика.
– И не надо так сверлить меня взглядом, – буркнул наследник. – Я откуда знал, что этот клятый защитный артефакт к тому же еще и маяк?! Между прочим, ты говорил, что это твой надежный друг делал, и на нем были следы силы Анжея! – сразу обвиняющим тоном добавил Юлиан и дернул руками. – Да отвяжи, наконец, затекло все!
Эрик издал смешок и присел, занявшись путами принца.
– Ишь раскомандовался, – беззлобно проворчал князь. – Не тараторь, сейчас тут до конца разберемся и потом обсудим, что и как.
Через несколько минут Юлиан уже стоял и разминал руки и ноги, морщась и шипя, а дракошка летала вокруг, трепеща крыльями и курлыкая, рассыпая с чешуи радужные блики. Влодек так и застыл живой статуей с остекленевшим взглядом, только грудь размеренно поднималась от замедленного дыхания. Наконец питомец Юлиана опустился на его плечо, цепко обхватив лапками, и удовлетворенно фыркнул. Принц осторожно покосился на существо с неуверенным выражением на лице, и Эрик не удержался от ехидного комментария:
– Все, теперь воспитывай. Привыкай к ответственности. Как-никак только благодаря ей ты сейчас жив, – уже серьезно добавил князь.
Юлиан слегка вздрогнул, кивнул и осторожно погладил дракошку по плюшевой мордочке.
– Спасибо, – негромко поблагодарил он. – Можно я буду звать тебя Радужной?
Та довольно прижмурилась, прижалась к щеке Юлиана и вдруг лизнула длинным и узким, шершавым языком. Парень от неожиданности фыркнул, дернулся, и Эрик сдержал смешок.
– Поднимайтесь на второй этаж, там Анни с Анжеем и графиня, – распорядился он. – Проследи, чтобы все хорошо было, а я с этим разберусь, – Эрик кивнул на Влодека.
Юлиан послушно вышел, не спрашивая, как именно Эрик разберется, а королевский советник приблизился к нейтрализованному врагу, всмотрелся в его отрешенное лицо и аккуратно взял за руку.
– Иди за мной, – негромко, четко выговорил он и потянул Влодека за собой.
На удивление, тот послушался, сделав шаг, и безропотно позволил вывести себя из подвала. Молча порадовавшись такой покладистости, Эрик поспешил подняться наверх, надеясь, что там все в порядке и с Анни ничего плохого не случилось. Если он и вторую невесту потеряет… Еще и ту, которую любит… Откуда взялась уверенность в своих чувствах, Эрик предпочел не задумываться. Потом – когда со всеми проблемами покончит и они вернутся в столицу.

Неизвестный злодей подготовился хорошо: из поместья Эрика мы ушли порталом. Его активировала графиня, все так же удерживая мой хвост и причиняя этим ощутимое неудобство вдобавок к болезненным ощущениям от отката магии Эрика. Вышли мы в какой-то комнате, тускло освещенной парой магических светильников, и в дальнем углу, в густой тени, кто-то прятался. Как я ни напрягала глаза, рассмотреть не могла, а это явно тот кукловод, что дергал за ниточки этой странной интриги…
– Ну вот, все в сборе, – с довольным смешком произнес незнакомец, но так и остался стоять в тени. – Точнее, почти все. Осталось подождать совсем чуть-чуть… Анжей, иди встречай нашего гостя, – повелительно бросил он, и парень, все так же глядя перед собой невидящим взглядом, послушно вышел из комнаты.
А у меня внутри все похолодело – я сразу поняла, кого же именно ждет этот тип. От боли перед глазами плавали разноцветные круги, я с трудом удерживалась на ногах и старалась не шататься, впившись ногтями в ладони и уговаривая себя потерпеть. Эрик придет и обязательно разберется, спасет нас всех… Главное, не упасть в обморок. Я только открыла рот, еще не до конца решив, что же делать: закричать или спросить, – как у моего горла моментально оказался нож.
– Пикнешь – убью, – сквозь зубы процедила графиня, одной рукой держа лезвие, неприятно царапавшее кожу, а другой больно сжимая основание моего многострадального хвоста. – С большим удовольствием, кош-шка драная! – прошипела она мне на ухо, отчего оно нервно дернулось.
Вот поварешка гнутая, попала так попала! Почище перемещения между мирами… А еще, как больной зуб, зудела мысль о Юлиане. Где он? Все ли с ним в порядке? Что тут вообще происходит?! Минуты ожидания ползли томительно медленно, мышцы тянуло, кости выворачивало, а в горле пересохло. Тишину не нарушал ни единый звук, я слышала лишь тяжелое дыхание графини над ухом. Я боялась лишний раз пошевелиться, только тихонько переступила, стараясь держать голову высоко и даже дыша размеренно и неглубоко. Наконец мой чуткий и обострившийся до предела слух уловил звук открывшейся двери, смутные голоса, один из которых я узнала, и неугомонное сердце радостно подскочило, несмотря на серьезность и опасность ситуации. Я верила в моего князя, в то, что он справится с ситуацией. Очень вовремя боль разом исчезла, и едва удалось сдержать порыв вздохнуть полной грудью, переводя дух.
– Ага, вот теперь точно все, – мурлыкнул незнакомец, и мои нервы натянулись до предела в напряженном ожидании.
Голоса стихли, и послышались шаги. Они приближались, и я всем существом ощущала, как уходят последние мгновения до кульминации. Дверь открылась… По телу прошлась прохладная волна облегчения, смывая все тревоги, и так хотелось улыбнуться, подбодрить моего князя, но вокруг слишком много свидетелей. Да и Эрику надо сосредоточиться. Я очень надеялась, что он не будет играть в глупое благородство и применит магию – иначе нам всем конец. Другого выхода нет, ну а я… Да, потерплю. Ничего страшного. Зато завтра утром сразу выедем в столицу и – в храм! Нельзя человеку такого положения, как Эрик, иметь ограничения в магии, мало ли что случится.
Признаться, к разговору я особо не прислушивалась, всматриваясь в лицо Эрика и стараясь поймать малейший намек. Мужчина оказался мне незнакомым, хотя неуловимая схожесть с Анжеем наводила на определенные догадки. Они подтвердились, когда Влодек обмолвился, что является отцом Анжея. Об остальном потом порасспрашиваю, сейчас не время. Я знала, что князь воспользуется магией – подсказывали чутье и едва уловимое сожаление в самой глубине его глаз, когда наши взгляды всего на мгновение встретились. Так, а теперь главное – угадать, что он задумал, и постараться действовать сообща, до того момента, как боль скрутит окончательно…
И все равно для меня оказалось неожиданностью, когда комнату вдруг окутала кромешная тьма, а по голове как кувалдой ударили. Она загудела, я беззвучно охнула и тут же, стиснув зубы и стараясь не думать о плохом, снизу ударила кулаком по запястью графини, одновременно зажмурившись и с силой наступив каблучком туфельки ей на ногу. Я была готова к тому, что вредная баба все же поцарапает меня, и кожу под подбородком в самом деле обожгло. Еще и хвост мой дернула, заср-ранка, и я едва не зашипела, ослепленная со всех сторон болью. Локоть машинально врезался прямо в живот этой дамочке, она всхлипнула, и, кажется, я услышала звон оброненного ножа, к собственному облегчению. А потом и сама тихонько сползла по стенке, ничего не видя и не слыша.
В ушах звенело, ноги и руки дрожали, а в животе как еж ворочался, и последним перед тем, как отключиться, я услышала голос Анжея, полный тревоги и уже не такой безжизненный, как совсем недавно:
– Анни… Анни?! Ох, богиня, что с тобой, Иоанна?!
Без сознания я пробыла, судя по всему, недолго – буквально несколько минут. Потому что, снова открыв глаза, обнаружила, что меня уютно держат в родных объятиях, ноздри щекочет знакомый аромат, а чуткие пальцы бережно перебирают волосы, время от времени легонько касаясь ушей. И никакой боли, только ужасающая слабость во всем теле. Уф. Счастье есть в этом мире.
– Маленькая, все закончилось, – тихий, успокаивающий голос, правда, слегка охрипший. – Приходи в себя, Анни.
Я протяжно вздохнула, пошевелилась и наконец огляделась. Та же самая гостиная, только уже ярко освещенная, в уголочке стоит давешний незнакомец со стеклянным взглядом, неподвижным лицом и приоткрытым ртом. В другом углу, в кресле, сидит нахохлившаяся графиня, и хотя веревок на ней я не заметила, пошевелиться Лания явно не могла, да и выглядела она как-то скованно. Значит, магия. Очень умно, против нее дамочка уж точно ничего не сможет сделать. Юлиан занял место на подоконнике, и пусть я время от времени ловила на себе его взгляд, гораздо больше внимание наследника занимал… О богиня, настоящий дракончик! Мои глаза широко распахнулись, я даже приподнялась на локте, разглядывая существо: разноцветное, переливающееся и такое умилительное, куда там кошке!
– Ой, какой хорошенький! – вырвалось у меня. – Он вылупился, да?
– Она, – со смешком поправил Эрик, помогая мне выпрямиться и сесть рядом – мы устроились на диване. – Это дракошка, Анни. И да, без нее пришлось бы туго нам всем, – признался мой князь. – Она очень вовремя появилась здесь.
Я снова вздохнула, поморщилась и потерла переносицу, прикрыв глаза. Голова слегка шла кругом от быстрой смены событий, и казалось, прошла уйма времени, а не несколько часов. Вечер был бесконечным…
– Где мы вообще? – наконец спросила, повернувшись к Эрику.
– В моем доме, – отозвался Анжей, который, оказывается, тоже сидел здесь, в другом кресле, и голос его звучал глухо. – Мы с матерью иногда сюда ездили отдохнуть на пару дней, он ей достался от родителей. Я… – он запнулся и потер лоб, избегая смотреть на меня. – Я плохо помню последние сутки, – признался парень, глядя в пол.
– Амулет Юлиану ты делал? – негромко уточнил Эрик, обняв меня за талию и притянув к себе.
– А… Д-да, – кивнул Анжей. – Меня он попросил, – буркнул студент, неприязненно покосившись на Влодека. – Сказал, для какого-то его хорошего друга защита. – На его лице появилась кривая улыбка. – Я же не знал, что он потом по нему, как по маяку, найдет!
– Тихо, тихо, – тут же успокоил его Эрик. – Все нормально, ментальное воздействие – штука злая. Не переживай, тебе ничего не будет, ты не отвечал за свои действия. Так. – Он помолчал, обведя нашу пеструю компанию задумчивым взглядом. – Предлагаю все разговоры оставить до утра, а сейчас отправиться спать.
– А этих куда? – Юлиан кивнул на по-прежнему молчаливую графиню и безучастного Влодека.
– Оставим тут, в подвале, – невозмутимо произнес Эрик. – Ничего с ними не сделается, поставите вдвоем защиту, и поедем нормально домой. Я ужасно устал за сегодня. – Князь покосился на меня. – Да и Анни надо отдохнуть как следует.
Возражать никто не стал, хотя мне и пришлось стукнуть по носу любопытство, желавшее узнать все вот прямо сейчас. Нет уж, сначала в самом деле отдохнуть. Я смирно ждала здесь, в комнате, пока мужчины занимались транспортировкой арестованных в подвал, а потом Анжей с разрешения Эрика все же остался в этом доме. Слава богине, мама студента не поехала, Влодек ограничился только сыном. Ну а мы с Юлианом вышли на улицу – лошади нашлись с задней стороны дома.
– Так что все-таки в подвале случилось? – спросил Эрик, когда мы неторопливо выехали из деревни.
Я сдержала хихиканье: оказывается, не только у меня любопытство чесалось. Деревню окутал чудесный тихий вечер, у горизонта догорал закат, а окна в домах уютно светились желтым светом. Тихонько тренькали сверчки, да иногда ветерок шуршал в ветках деревьев и кустов. Я прижималась к теплому и надежному Эрику, прикрыв глаза и слушая равномерный стук его сердца, и умиротворенно улыбалась. Резкий контраст по сравнению с недавно случившимся, и именно это помогло потихоньку избавиться от остатков запоздалого страха.
– Да ничего особенного, – ответил принц. – Когда появился в портале этот бешеный и подскочил ко мне, прямо из воздуха появилась Радужная. – Дракошка в подтверждение радостно курлыкнула. – Засияла вся, переливаться начала, а тип замер, и все, не шевелился.
– Угу, зачаровала, – кивнул Эрик. – Что ж, хорошо, что все хорошо заканчивается.
– Только я так и не понял, что этот тип, Влодек, хотел от нас всех, – озадаченно произнес Юлиан.
– Если кратко: подставить меня и занять мое место рядом с королем, – пояснил Эрик. – Зависть порой творит страшные вещи…
А я вспомнила Алаиру. Стало немного жаль ее, ведь по собственной глупости попала, еще и жизнью поплатилась за чужие амбиции. Что ж, сама виновата. Дальше мы ехали в тишине, каждый в своих мыслях, и я, пригревшись, даже задремала. Пальцы Эрика тихонько массировали мой затылок, иногда перемещаясь на основания ушей, и все, недавно случившееся, стало казаться не более чем кошмарным сном. Хорошо, в поместье ни сном ни духом не знали о произошедшем, и к лучшему – зачем зря тревожить добрых людей. Мы приехали, мужчины сами отвели лошадей в конюшни, я же пробралась на кухню, обнаружив там на широком подносе, накрытом крышкой со встроенным магическим подогревом, ужин. Умилилась заботливости пани Ируты и отнесла поднос наверх, на террасу, где и дождалась остальных.
После позднего ужина мы разошлись по своим комнатам, и Эрик, как всегда, пошел провожать меня. Перед дверью он остановился, взял меня за руки, и я каким-то шестым чувством поняла: сейчас будет извиняться.
– Анни, – начал было князь, но я не дала ему продолжить.
Вот еще, больно надо мне, чтобы он угрызениями совести мучился из-за того, что должен был сделать.
– Все в порядке, – мягко перебила и улыбнулась, коснувшись пальцами его щеки. – Правда. Ты молодец, Эрик.
Он поймал мою ладонь, прижал и посмотрел в глаза долгим взглядом. Потом улыбнулся уголком губ, наклонился и нежно поцеловал. Я растаяла окончательно, в голове вихрем вскружились шаловливые мысли, и, кажется, я слегка увлеклась, но мой правильный князь контролировал ситуацию лучше. Поцелуй прервался, и я с трудом сдержала разочарованный стон.
– Ты чудесная, Анни, – шепнул Эрик, погладив мое лицо, потом хитро улыбнулся и подмигнул: – Спокойной ночи, пушистая моя. – После чего развернулся, распахнул передо мной дверь и мягко подтолкнул вперед.
Вот… Воспитанный на мою голову! Пришлось, обиженно сопя, брести к кровати, раздеваться, умываться и ложиться спать. Все, если завтра кое-кто не сдержит обещания и вечером я опять буду спать одна, не знаю, что сделаю! На этой сердитой мысли я благополучно провалилась в сон.

В столицу мы вернулись на следующий день ближе к обеду – для перевозки арестованных пришлось одолжить повозку в деревне. Графиня явно находилась под воздействием какой-то хитрой магии молчания, потому что только зыркала на нас хмуро, но заговорить не пыталась. Вот и славно. Пусть Эрик допросит ее, а мне потом расскажет, как все было на самом деле. Я подожду… Лучше на кухне приготовлю что-нибудь вкусненькое для успокоения нервов или вообще возьму Маруню и пойду в город, выбирать помещение под кафе. Да, пожалуй, так и сделаю. А пока мы ехали – Анжей и Юлиан были с нами в экипаже, – первый делился тем, что знал об этом запутанном деле.
– Когда я пришел с твоим камнем, он уже был дома и сам предложил помощь, – рассказывал Анжей. – Ну, я подвоха не заметил, поэтому и пригласил в лабораторию. – Парень вздохнул, уставившись на свои руки. – Подозреваю, там он и подменил настоящий камень на поддельный. Этот тип в самом деле мастер артефактов, – с невеселой усмешкой признал Анжей. – Он и потом особо не маячил, поэтому у меня и не возникло никаких подозрений относительно него. Мама вела себя как обычно, жить к нам не звала, я и успокоился. Уехал на практику, а там снова этот Влодек нарисовался и попросил сделать защитный амулет для хорошего друга. – Анжей поджал губы. – Так все и вышло, дальше вы знаете.
– Значит, подозреваю, это именно Влодек – тот маг, что помогал графине, – сделал правильный вывод Эрик. – Что ж, осталось только выяснить мелочи, хотя я примерно предполагаю, как все было. Влодек вернулся в столицу, вооруженный знаниями, начал наблюдать за мной и моим окружением, выяснил, что Лания жаждет стать моей супругой. – Князь хмыкнул, крепче прижав меня к себе. – И сам явился к ней, предложив помочь в охмурении. Она и согласилась на свою беду.
– И с Алаирой тоже он подстроил, – подхватила я, включившись в обсуждение. – Наверняка подловил, когда она из дворца вышла, вытащил из нее сведения о случившемся и решил воспользоваться удачной ситуацией, подослав ее обратно во дворец.
– М-да, – Эрик вздохнул, посмотрев в окно. – Вот уж не думал, что все так обернется и банальная зависть приведет к таким последствиям… Будет мне наука, теперь всех выпускников академии начнут проверять на скрытые эмоции еще и менталисты. – Взгляд князя стал жестким, глаза прищурились. – Во избежание, так сказать.
Дракошка согласно курлыкнула, развалившись на коленях Юлиана, и я не сдержала улыбки. Вот уж кто полностью доволен случившимся. Мои пальцы нащупали в кармане подарок существа: кусочек скорлупы, который я обнаружила на следующее утро на своей подушке. Что ж, отличный талисман, еще и потому, что рядом со мной он не терял своих свойств в отличие от остальных. А еще, как уже успел выяснить неугомонный экспериментатор Эрик, чешуйка сохраняла заложенную в нее магию, что делало ее вовсе бесценной. То есть я могла обзавестись наконец артефактом, который не разрядится и, если что, послужит средством связи с Эриком. Красота!
…И все-таки мы не сразу поехали в храм. Сначала отвезли Влодека, так и блуждавшего в своих грезах и уже заметно осунувшегося, и графиню во дворец и сдали дознавателям. Эрик сказал, что они и без него справятся и на этот раз долг можно подвинуть в угоду собственным интересам. Ну, я ничего не имела против, конечно, и отправилась к себе, взволнованная и слегка растерянная, готовиться к самой главной поездке в моей жизни. Однако, едва остановилась перед шкафом, терзаемая вечной женской проблемой, что же выбрать, тут же в дверь раздался нетерпеливый стук.
– Анни, ты уже приехала? Ой, здорово! – затараторила Маруня, врываясь ко мне без стука. – Ну, как отдыхалось? – с лукавой улыбкой спросила неугомонная, щеголяя трогательными серыми ушками с кисточками, как у рыси.
Я посмотрела на нее… да и выдала:
– Хорошо отдыхалось. Мы в храм сейчас едем, ты со мной?
Мгновение тишины, а потом комнату огласил восторженный писк, и меня буквально затискали в объятиях. А спустя некоторое время мы все же вышли к Эрику, ждавшему возле одного из выходов из дворца. В скромном темном камзоле без украшений и в белоснежной рубашке мой князь все равно выглядел сногсшибательно, для меня уж точно. Маруня оробела и спряталась за мою спину, выглядывая оттуда с любопытством, а Эрик галантно сделал вид, что не замечает замешательства подруги.
– Поехали? – Он предложил мне локоть, и мы скромной компанией отправились в храм.
А вот там меня ждал сюрприз, добавивший волнения и в без того бурлившие эмоции. Когда мы зашли в гулкое помещение, нам навстречу вышла одна из жриц, как я предположила, посмотрев на миниатюрную, в летах, пожилую женщину с доброй улыбкой и хитринкой, притаившейся в светло-серых глазах. И тут внезапно я поняла, что откуда-то знаю эту даму.
– А я вас знаю, – выразила вслух собственные мысли прежде, чем успела остановить язык.
Та же окинула сначала меня, потом Эрика внимательным взглядом и с довольным видом кивнула.
– Ну надо же, как интересно получилось, – изрекла она странную фразу, а после взяла нас за руки и потянула за собой. – Пойдемте, не будем терять времени.
Нам ничего не оставалось, как последовать за решительной пожилой леди со странно знакомой внешностью. Она привела нас к боковой нише, где стоял простой алтарь из белого мрамора, и за ним – уменьшенная копия статуи богини. А когда наша провожатая развернулась к нам… Я оторопело уставилась на нее, не веря собственным глазам: никаких морщин, лицо гладкое и молодое, но вот взгляд слишком мудрый, и еще жрица как две капли воды была похожа на статую.
– Я – Любомира, – просто представилась… богиня?! – Ну что, готовы принимать благословение? – с мягкой улыбкой и все с тем же лукавым блеском в глазах продолжила она.
И пока я пыталась совладать с вдруг пропавшим даром речи, Эрик легонько сжал мою ладонь, посмотрел на Любомиру и твердо ответил за нас двоих:
– Готовы.
Удивительно, но после этого короткого слова мое нервное волнение разом улеглось, и на меня снизошло спокойствие. Конечно, готова, а куда я теперь денусь? И вообще, магия Эрика так обалденно пахнет, что мне не терпится снова насладиться этим ароматом. Уже без всяких побочных эффектов и неприятных ощущений. А еще хотелось не только поцелуев…
Не знаю, насколько лучше или хуже был мой родной мир, но здесь мне определенно нравится, и с каждым днем все больше. Главное, что рядом любимый, за которым я чувствовала себя как за каменной стеной.

Эпилог

Полгода спустя  
На Аргунд опускался тихий золотистый осенний вечер. В воздухе уже витали прохлада и вкусный запах опадающих листьев, смешанный с тонким ароматом корицы – из приоткрытого окна тянуло, там в духовке доходили мои любимые булочки. Ну и Эрику они тоже нравились. Я сидела на скамейке, закутанная в теплый плед, в садике позади нашего дома. Вспомнилось мое безграничное удивление, когда я узнала, что второе лицо в королевстве, оказывается, не имеет собственного дома и обитает во дворце. Как объяснил немного смущенно сам Эрик, ему так удобнее было. Так что пришлось прежде, чем браться за открытие своего кафе, заниматься выбором и обустройством нашего будущего гнездышка. В котором мы и обитаем нынче. Я решила, что удобнее всего на первом этаже сделать кафе, но не учла стремительной популярности, и буквально через пару недель после открытия пришлось срочно расширяться. И теперь мое кафе под названием «Госпожа повариха» разрослось до двухэтажного модного заведения напротив нашего дома, и чтобы туда попасть, народ записывался в очередь за несколько дней.
А еще Эрик оказался прав и в том, что сама королева регулярно заказывала у нас десерты во дворец. Несмотря на то что у меня самой теперь на кухне имелись помощники, я все равно с удовольствием лично стояла у плиты и что-нибудь изобретала, а Маруня мне ассистировала. Пан Жижтов поворчал, конечно, но отпустил ее, тем более что я нашла куда направить энергию девчонки, чтобы она в задумчивости не портила блюда. Маруня теперь с упоением занималась карвингом, вырезая из овощей и фруктов причудливые фигурки и украшения. Да и то сказать, теперь она пребывала в умиротворенно-восторженном состоянии постоянно, потому как Анжей продолжал ухаживания, и, кажется, его намерения вполне серьезные.
Недавно на пальчике Маруни появилось симпатичное колечко с прозрачным розовым камушком, и мечтательный взгляд моей помощницы говорил лучше всяких слов, что скоро стоит ожидать приглашения на свадьбу. Только вот Руня с протяжным вздохом призналась, что Анжей хочет сначала окончить академию, открыть свою лавку артефактов и только потом привести юную супругу в свой собственный дом. Благо уже сейчас парень имел достаточно клиентов и подрабатывал в лавке у одного из самых уважаемых в городе артефакторов – конечно, это Эрик помог. Я только надеялась, что за оставшиеся месяцы Маруня хоть чуть-чуть повзрослеет. Накладные уши и хвост она носила до сих пор, чем приводила в совершенное умиление и Анжея, и его матушку, и всех посетителей кафе, вместе взятых…
– Не замерзла еще? – мои ленивые размышления прервал вышедший во двор и присевший рядом Эрик, который заботливо обнял и заглянул мне в лицо.
– Не-а, – я улыбнулась и прислонилась к нему, ладони уже почти привычным жестом легли на вполне заметный животик.
И тут, как водится, внезапно мне в голову пришла странная мысль, которую я поспешила озвучить, не додумав толком до конца.
– Эрик… Так это что, выходит, у нашего ребенка тоже будут ушки и хвостик?! – Почему-то данный факт всполошил мое и без того неустойчивое настроение слишком сильно, и горло сжал непонятный страх.
Я выпрямилась, с тревогой посмотрела на Эрика, а он… возмутительно весело расхохотался! Тут же накатила обида, я поджала губы, моментально надувшись, однако оказалась схвачена в нежные объятия и притянута на колени.
– Любимая, ты, кажется, забыла, что такие, как ты, в нашем мире не рождаются? – мурлыкнул Эрик на ухо, легонько чмокнув в висок. – Так что ушки и хвостик останутся только у тебя, Анни.
Ну да, чего это я. Наверное, беременность влияет, не иначе. Вообще, только на кухне я приходила в умиротворенное состояние, а вот вне ее перепады настроения изрядно выматывали, и хорошо, что у Эрика железные нервы и бездна терпения. Только микстуры пана Гуриша, лично наблюдавшего меня, немного спасали. А вообще, я, конечно, была тихо и абсолютно счастлива. Юлиан растил Радужную, остепенился и перестал нервировать родителей и Эрика заодно своими выходками, он принимал активное участие в делах государства и только раз в неделю исправно приходил в наше кафе отдохнуть и поболтать. Как признался наследник, они с отцом всерьез взялись за рассмотрение кандидатур на роль невесты, и вскоре должен был состояться еще один торжественный прием-смотрины.
Что же до графини и Влодека… Последнего Радужная наотрез отказалась выводить из транса, и он так и зачах в темнице, не приходя в себя. Горевать о нем, естественно, никто не стал. Ланию спешно выдали замуж за капитана одной из приграничных крепостей и сослали туда без права возвращения в столицу – магическая метка не позволит ей выйти за границы крепости без супруга. Капитан слыл человеком суровым и жестким, и вряд ли у Лании получится вертеть им как захочется. Так что ждет ее судьба послушной супруги и матери, уверена. Жизнь потихоньку вошла в свою колею, и больше никаких встрясок в ней не случалось. Эрик завязал с трудоголизмом и исправно в девять вечера возвращался домой, а в выходные и того раньше – проводил во дворце только полдня.
Лето потихоньку закончилось, незаметно на мягких лапках подкралась осень, и… как раз в конце лета мой супруг торжественно спросил меня, когда я собираюсь ему сообщить о своем деликатном положении. Получилось забавно, потому что я настолько погрузилась в новую для меня жизнь, что даже не обратила внимания на изменения в собственном организме. Так что сюрприз получился скорее для меня…
– Пойдем-ка в дом, – решительно заявил Эрик, легко подхватывая меня на руки. – Там и булочки наверняка уже испеклись, а я страсть как проголодался. – Он потерся о мой висок носом и шепнул: – И не только по булочкам…
Я тихонько вздохнула, чувствуя, как потеплели щеки, зажмурилась и уткнулась ему в шею, обвив руками.
– Я тоже, – едва слышно отозвалась, чувствуя, как внизу живота разливается приятная, горячая тяжесть.
М-м-м, и меня снова почешут за ушком… И хвостик погладят… И не только хвостик… Мр-р-р. А завтра мы вообще уедем в поместье на два дня, и целые выходные будут принадлежать только нам двоим. «Спасибо, Любомира», – в который раз мысленно поблагодарила богиню за такой роскошный подарок.
На самой грани слуха раздался тихий довольный смешок. «А все-таки как чудненько все получилось…» – долетел едва слышный шепот, и все смолкло. Вскоре я уже не думала ни о чем, кроме жарких поцелуев и нежного волнения, и снова и снова признавалась Эрику в любви, без всякого стеснения плавясь в его горячих объятиях. И правда, чудесно все вышло.

История Лании и Томаша Малека

БОНУС К РОМАНУ

Ей не дали даже толком собраться. Сначала посадили под стражу в собственные комнаты, не позволив вызвать служанку и поесть, а спустя недолгое время явился королевский посланник, чтобы зачитать ей приговор.
– Госпожа Лания Авелис, вас лишают титула и всего имущества, вы отправляетесь в крепость Карраш на границе, в горах. Там в местной часовне Любомиры вы выйдете замуж за ее командира, Томаша Малека. Вам запрещается покидать пределы крепости без сопровождения супруга. Вам запрещается вести переписку с кем-либо вне крепости, все ваши письма будут проверяться. Вы можете взять с собой только самое необходимое, у вас полчаса. Остальным вас обеспечат на месте. Городским порталом вас отправят в ближайший к крепости городок, там вас встретят и проводят к месту ссылки. У вас есть вопросы? – Посланник смерил ее равнодушным взглядом.
Слишком оглушенная услышанным, Лания молча покачала головой, комкая в пальцах юбку домашнего платья, в которое переоделась, едва ее привели в покои. В душе царило опустошение, в голове не осталось ни единой мысли. Она проиграла. Окончательно и бесповоротно. Она потеряла все, кроме жизни, и впереди ждет тоскливое существование где-то в глухом углу, с неизвестным мужчиной, назначенным ей в мужья. В крепости. В горах. О богиня!.. Лания прикусила губу, чувствуя себя растерянной, и едва ли заметила, как ушел посланник. И потеряла целых десять минут из отведенного получаса, неподвижно сидя на диване и уставившись перед собой невидящим взглядом. Эмоции исчезли и никак не хотели возвращаться обратно. Скользнув безразличным взглядом по циферблату изящных часов, Лания медленно встала, прошла в спальню и оттуда – в гардеробную. Крепость. В горах. Вряд ли там пригодятся все ее пышные туалеты, аккуратно развешанные на вешалках. Необходимое? Что ей там понадобится?
Лания моргнула, протянула руку к плащу, отороченному мехом лисицы, – наверное, это. Там же наверняка холодно. И еще вон те ботиночки, которые она обычно надевала на верховые прогулки за городом. Да, белье, безусловно, вряд ли там есть модные магазины, где продаются подобные вещи. И чулки. И парочку нижних рубашек обязательно, и ночную тоже прихватить. Лания металась по гардеробной, оставляя за собой хаос, потом выскочила в спальню и кинулась к туалетному столику. В дорожную сумку полетели щетка, зеркальце в серебряной с жемчугом оправе, а потом рука женщины замерла над резной шкатулкой. Через мгновение по полированной поверхности столика раскатились броши, заколки, кольца и прочие безделушки, красиво переливаясь в солнечных лучах. По губам бывшей графини скользнула кривая улыбка: пожалуй, драгоценности – самая бесполезная вещь в глухом краю на границе. Перед солдатами красоваться, что ли?..
Взгляд Лании замер на весьма скромном по сравнению с остальными колечке. Золотой ободок, и на нем в оправе в форме цветка камень насыщенного розового цвета. Фамильное кольцо, все, что осталось от родителей, с которыми Лания не очень-то и дружна. Но единственное, что будет напоминать о прошлой жизни. Неожиданно в глазах защипало, и женщина прикусила губу, с некоторым усилием прогнав непрошеные слезы и сжав кольцо в кулаке. Пожалуй, впервые за последнее время мелькнула мысль, а не была ли эта прошлая жизнь сплошной ошибкой. С того момента, как ей захотелось стать женой князя Леденского. До вчерашнего дня Лания не сомневалась, что делает все правильно, но теперь… Она готова была убить человека ради достижения своей цели. И даже почти убила.
Неожиданно вдоль спины бывшей графини прокатилась волна холодной дрожи, колени подогнулись, и Лания осела на край кровати, едва не выронив кольцо. Она ведь не убийца, в самом деле. Неужели это тоже воздействие того мага, что помогал ей?! Додумать Лания не успела, дверь распахнулась, и появился гвардеец с нашивками капитана.
– Госпожа, вы готовы? – ровно осведомился он.
– Д-да, – пробормотала она, поднявшись и стиснув ручку сумки.
– Следуйте за мной. – Гвардеец развернулся и вышел из комнаты.
Подхватив плащ и запоздало подумав, что так и не переоделась, оставшись в простеньком шелковом платье со скромным декольте и вышивкой, Лания вышла, и ее тут же окружил отряд стражи. Низко опустив голову и чувствуя, как пылают щеки – неужели она вот так через весь дворец пройдет?! – женщина побрела вперед. И лишь спустя некоторое время отметила, что идут они все же не основными залами и коридорами, к ее мимолетному облегчению. Ланию вывели через один из боковых выходов, около которого уже стоял простой экипаж без украшений и гербов, куда ее и усадили, а стража верхом на лошади окружила экипаж. Так и поехали…
Она смотрела в окно и старалась запомнить улицы и дома, вдруг остро ощутив, как будет скучать по беззаботной и веселой жизни в столице. В крепости наверняка жутко скучно и тоскливо, хорошо, если бы библиотека какая-никакая нашлась, чтением себя занять. Или придется вспомнить искусство вышивки, когда-то она даже неплохо держала иголку в руках. Откинувшись на спинку сиденья, Лания отвернулась, не желая расстраивать себя еще больше, и мысли перескочили на предстоящее замужество. Томаш Малек. Какой он? Знает ли, кого ему подсунули в жены? Будет ли относиться с презрением и равнодушием или вообще предпочтет не замечать навязанную супругу? И зачахнет она там, и молодость пройдет зря, и никакой любви не видать, как и счастья. Вот так, берегла себя для одного, надеясь на лучшее, а достанется какому-то дремучему мужлану, ничего не смыслящему в том, как обходиться с женщиной.
Обхватив себя руками, Лания зябко поежилась и зажмурилась, делая глубокие вдохи. Этого уж точно не получится опаивать отварами и держать подальше от своей спальни. Да и есть ли в этом смысл – умереть девственницей? Губы бывшей графини скривились в невеселой усмешке. Да уж, наказание хуже не придумаешь. Хоть бы уже быстрее добраться и прекратить эту мучительную неизвестность.
Экипаж остановился, Лания вышла перед зданием городского портала – небольшим белоснежным павильоном со стеклянной крышей, и перед ней распахнули дверь.
– Прошу, госпожа.
Хорошо, народу здесь было немного: портал – дорогое удовольствие, и пользовались им, если необходимо было посетить соседние города, и то по срочному делу. Низко опустив голову и очень надеясь, что тут не встретится никого, кто ее знает, Лания быстро зашла и приблизилась к сияющей арке, краем уха слыша, как капитан гвардейцев негромко объясняет магу-артефактору, куда им надо. А спустя еще несколько мгновений ее крепко, но аккуратно подхватили под локоть и мягко подтолкнули к арке.
– Вас уже ждут. Идите.
Сглотнув и едва не зажмурившись, с трудом совладав с приступом паники, Лания шагнула через порог, а капитан последовал за ней.

С той стороны оказалась небольшая площадь, выложенная брусчаткой, а портал так и вовсе находился просто под широким навесом, защищающим от непогоды. Видимо, здесь этим средством перемещения пользовались еще реже, чем в больших городах. Вокруг площади стояли трехэтажные добротные каменные дома, кое-где на подоконниках виднелись кадки с цветами. Лания ожидала, что новая земля встретит ее хмурыми тучами и чуть ли не снегом, несмотря на лето, но в небе ярко светило солнце, разве что прохладный ветерок пробирался под легкое платье бывшей графини, заставляя ежиться. Жителей виднелось немного, они спешили по своим делам, лишь некоторые бросили короткие взгляды в сторону портала. Конечно, Лания сразу обратила внимание на одежду: платья преимущественно из тонкой шерсти и льна, почти без украшений – только вышивка или окантовка лентами. Короткие накидки из той же шерсти защищали от ветра, на ногах крепкие ботинки. Мужчины тоже предпочитали штаны, сапоги из мягкой кожи, рубашки, безрукавки и куртки. И не поймешь, простой житель или кто-то знатный, если тут, конечно, вообще такие обитали…
– Это за вами, госпожа, – выдернул ее из мыслей голос капитана, и Лания отвлеклась от разглядывания, повернув голову.
Чуть поодаль стояла группа людей – мужчин, при виде которых у бывшей графини невольно екнуло сердце. Все как на подбор широкоплечие, высокие, крепко сбитые, черты лица суровые, кожа дубленая, у одного шрам тянется через весь лоб. Не сказать, что отталкивающие, но и красавцами точно не назовешь. Все коротко стриженные, неуловимо схожие аурой силы и чего-то еще, от чего хотелось спрятаться за спину гвардейского капитана. Одеты в одинаковые темно-серые куртки, штаны и рубашки с вязаными безрукавками, у одного за спиной виднеется колчан, у остальных на поясе внушительных размеров мечи. И судя по потертым рукояткам, оружие часто бывает в деле, а вовсе не парадное. Воины. Настоящие, побывавшие не в одной схватке. И совершенно неожиданно под внимательными, непроницаемыми взглядами Лания ощутила себя маленькой и хрупкой, беспомощной женщиной. Необычное и оттого немного нервирующее чувство, она просто не знала, как себя вести с ними. Придворные реверансы тут точно будут смотреться нелепо…
Между тем капитан гвардейцев подошел к одному из воинов и протянул запечатанный королевской печатью свиток.
– Вот, это передадите коменданту Малеку, – пояснил он, потом повернулся к Лании и чуть склонил голову: – Всего хорошего, госпожа, прощайте.
И скрылся в портале. Лания же осталась одна, посреди незнакомого города – она даже названия не знала! – и в окружении совершенно незнакомых людей. Интересно, а им известно, за что ее сюда сослали? И если да… О богиня! Участие в попытке государственного переворота и отравлении – не то, за что к ней будут относиться с уважением, в том числе и будущий супруг. Во всей крепости у нее вряд ли найдутся не то что друзья, хотя бы сочувствующие. Вцепившись в ручку сумки, Лания улыбнулась дрожащими губами и пробормотала:
– Д-добрый день, господа.
Вперед выступил один из воинов, тот, кому вручили свиток, и коротко поклонился.
– Добро пожаловать в наш край, госпожа, – произнес он ровно. – Я – Сламир, комендант Малек прислал нас встретить вас и проводить в замок. До него часа три-четыре. – Он махнул рукой за спину, и только тут Лания обратила наконец внимание на существенную деталь пейзажа.
Горы. Острые пики темнели над городом, покрытые лесом, и именно туда предстояло ей отправиться и отныне там жить. Она медленно кивнула как зачарованная, продолжая смотреть на горы, а воины тем временем расступились, и к ней подвели низкорослого, крепенького коня с густой гривой и хвостом. Конечно, ни о каком женском седле речи и не шло, как и об экипаже. Последний точно не пройдет по здешним дорогам.
– Прошу, госпожа, – Сламир легко забрался в седло и наклонился, протянув ей руку. – Дорога в предгорьях узкая, и удобнее передвигаться верхом.
Лания ощутила, как потеплели щеки: хотя никто ни словом не обмолвился о ее внешнем виде, она представляла, как потешаются, должно быть, эти суровые мужчины над ее легкомысленным платьицем. Стиснув зубы, она шагнула к лошади, в одной руке сжимая сумку, но тут другой воин молча перехватил вещи Лании и сел на своего коня. Молодая женщина несколько растерялась, не ожидая такого отношения, и безропотно позволила усадить себя на лошадь Сламира, боком. Воин осторожно обнял ее одной рукой, а другой взял поводья, и небольшой отряд тронулся.
– Если устанете, скажите, сделаем остановку, у нас есть припасы, можно перекусить, а по пути постоялый двор, там пообедаем, – сообщил Сламир.
Лания уверилась, что этим людям неизвестно ее прошлое и причина, по которой знатная дама из столицы оказалась в этом медвежьем углу. Иначе точно бы не обращались с ней с такой вежливостью. Как-то внезапно навалились усталость и пережитое за последние сутки напряжение, а учитывая практически бессонную ночь, Ланию потянуло в сон, едва маленький отряд неторопливо направился по одной из улиц. Как ни хотелось рассмотреть место, где ей отныне предстояло жить, организм брал свое. Пригревшись на широкой груди сопровождавшего Сламира, Лания задремала, смежив веки, а потом и вовсе ухитрилась провалиться в глубокий, крепкий сон, убаюканная мерной поступью лошади.

Наверное, к лучшему, что весь путь до крепости она помнила очень смутно, даже то, как они останавливались на обед. В сонном сознании отложились обрывки картинок: густой лес, вырастающие впереди горы, редкие фермы, встречавшиеся иногда. А потом дорога поползла в гору, и между деревьями стали попадаться гранитные валуны, и вскоре маленький отряд оказался в широком ущелье, стены которого отвесно поднимались вверх. Лания смотрела на это сквозь ресницы, чувствуя, как затекло тело от неудобного положения, и уже представляя, как будут болеть мышцы, когда они приедут. Здесь было ощутимо прохладнее, чем внизу, в городе, но как на ней оказался ее плащ, так прозорливо захваченный Ланией из дворца, она тоже не помнила.
Дорога сделала еще пару изгибов, и за очередным впереди вырос замок Карраш. Лания сонно хлопнула ресницами, рассматривая серую громаду с зубчатой стеной, бойницами, массивными воротами, сейчас открытыми. Дорога вела прямо в них, а сама крепость перегораживала ущелье, раскинувшись на двух его склонах, надежно охраняя проход. Она почти сливалась с окружающим пейзажем, и Лания подавила тоскливый вздох: да уж, жизнь здесь предстоит долгая… и унылая. В ворота как раз проходил обоз, видимо, торговцы пробирались на ту сторону, и царила некоторая суета. Их отряд въехал во двор, Сламир поздоровался с одним из стражников, Лания поймала любопытный взгляд, но никто ничего не спрашивал про нее. А во дворе, едва Сламир спешился и помог ей аккуратно слезть – бывшая графиня едва удержалась на ногах, поморщившись, мышцы ныли и безумно хотелось расслабиться в горячей ванне! – к ним подошел долговязый, седовласый, но еще крепкий мужчина.
– Госпожа Лания? Мой господин просил передать, что будет ближе к вечеру, он с утра уехал по делам, – заговорил он, коротко поклонившись. – Я покажу вам комнату и замок, или желаете отдохнуть с дороги? Если вы голодны, то я прикажу собрать вам…
– Нет, спасибо, – устало пробормотала Лания, уже не удивляясь учтивости этого господина – наверное, управляющего – и тихо радуясь отсрочке встречи с будущим супругом. – Проводите меня, пожалуйста.
– Меня зовут Карел, я управляющий, – представился мужчина, и Лания устало побрела за ним, кутаясь в плащ.
Лишь мельком скользнув взглядом по гулкому холлу, украшенному гобеленами и гербами, она поднялась за Карелом по лестнице, стиснув зубы и сдерживая стоны. На втором этаже, миновав несколько коридоров и галерею, а затем пару небольших залов, он привел ее к массивной деревянной двери, обитой железными полосками.
– Прошу, госпожа.
И Лания шагнула вперед, оглядываясь.
Комната находилась в полукруглой башне и была обставлена весьма скромно. Большую часть занимала широкая, массивная кровать с деревянным изголовьем, накрытая пушистыми шкурами, напротив – большой камин с тлеющими углями. Между двумя стрельчатыми окнами с цветными стеклами – стол и стул с высокой спинкой, у камина – удобное глубокое кресло и подставка для ног. Книжный шкаф с толстыми корешками и внушительных размеров сундук дополняли скудное убранство, а с другой стороны от кровати виднелась еще одна дверь.
– Там ванная, госпожа, – пояснил Карел на ее вопросительный взгляд. – Вам точно ничего не нужно?
– Не отказалась бы от горячей ванны, – так же вежливо произнесла Лания, чувствуя, как от усталости кружится голова.
Еще ждать, пока натаскают сюда ведра с водой…
– Тогда хорошего отдыха, – склонил голову Карел, к слабому удивлению гостьи. – В замке вода подается из горячих источников под горами, когда-то их сюда при строительстве провел маг, – пояснил он с едва заметной улыбкой, после чего вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Лания же поспешила осмотреть ванную, обнаружив, что и правда вода там текла из двух труб в стене, а светильники на стенах зажглись ровным желтоватым пламенем, едва она появилась на пороге. Женщина аж всхлипнула от облегчения, начав поспешно раздеваться, пока заполнялась ванна. И вскоре уже нежилась в горячей воде, на время позабыв и свои проблемы, и предстоящую свадьбу, и вообще все. Подумает обо всем позже…
До кровати Лания добиралась уже в полусне, обмотавшись чистой простыней – она нашлась на полке в ванной, – и, рухнув на постель, заползла под шкуры, моментально выключившись. Последняя мелькнувшая мысль была о том, что… может, все не так уж плохо складывается? И это в самом деле ее второй шанс начать новую жизнь? Совсем новую, ведь графини Авелис больше нет, и дворца нет, и столицы…
Проснулась она внезапно, от четкого ощущения чьего-то пристального взгляда и чужого присутствия в спальне. Подавившись вдохом, Лания распахнула глаза, натянув шкуру до самого подбородка, сердце подскочило к горлу, чуть там не застряв. Мельком отметила, что в комнате царит полумрак, а за окном стемнело – выходит, она спала до самого вечера? А напротив кровати, на стуле, сидел незнакомый мужчина в одной рубашке и штанах, с густой пшеничной шевелюрой и щетиной на квадратном, тяжелом подбородке. Глаза смотрели прямо и внимательно – какого они цвета, различить Лании с такого расстояния не удалось. А в руке он держал тот самый свиток с уже сломанной печатью.
– Ч-что вы здесь делаете и кто вы такой? – выпалила она от испуга, а потом запоздало сообразила, что, должно быть, это…
– Томаш Малек, госпожа, и это – моя спальня, – спокойно ответил мужчина неожиданно приятным, низким голосом. – Добрый вечер и добро пожаловать в крепость Карраш.
Такой же могучий и широкоплечий, как его воины, в распахнутом вороте рубашки виднелась мощная шея, и от всей фигуры веяло той же самой аурой силы. Таким не покомандуешь, и вряд ли на него подействуют женские штучки, которые Лания когда-то пыталась применить к совсем другому мужчине… В груди кольнуло от воспоминаний, но пришлось возвращаться в настоящее. Ведь этот Томаш наверняка уже прочитал послание короля, и от этой мысли рот Лании наполнился горечью. Отчего-то стало неловко и захотелось спрятаться от прямого взгляда Томаша.
– Несколько месяцев назад я послал прошение его величеству, – спокойно продолжил между тем комендант крепости, не дав гостье ничего сказать. – О том, что ищу хорошую девушку, согласившуюся бы переехать сюда. Желательно без родственников и приданого, требующего присмотра. Здесь давно не хватает женской руки. – Томаш улыбнулся уголком губ, и Лания машинально отметила, что улыбка неуловимо преобразила суровые черты, смягчив их и сделав даже чуточку привлекательнее. – Он написал, что вас отослали сюда за серьезные провинности против короны и что ни ваши родственники, ни приданое беспокоить меня не должны. – Томаш склонил голову к плечу, продолжая разглядывать Ланию, а она ощутила, как потеплели щеки от прилившего румянца.
Пожалуй, впервые ей в самом деле стало стыдно за свои действия, хотя совсем недавно она считала, что поступает правильно.
– Я не желаю знать, что вы там натворили, за что король захотел, чтобы я приглядывал за вами, – твердо произнес Томаш, но без злости или раздражения. – Мне здесь хватает сложностей с контрабандистами и прочими темными личностями. Я просто хочу, чтобы в Карраше стало немного уютнее и меня кто-то ждал из рейдов. Предлагаю нам подружиться, госпожа, как вы на это смотрите?
Лания, не ожидавшая подобных слов, хлопнула ресницами, облизнула сухие губы и неуверенно ответила:
– Я… н-никогда не управляла замками. Я понятия не имею, что и как… – Голос прозвучал как-то слишком жалобно, и она замолчала, досадуя на себя и свою слабость.
Где ее гордость? Почему она лежит тут и мямлит, вместо того чтобы потребовать себе отдельную спальню, как и полагается знатной леди? Титула, может, ее и лишили, но это не отменяет того, что Лания родилась в семье аристократов и останется дворянкой по крови, что бы ни случилось!
– Карел поможет, подскажет, – тут же откликнулся Томаш и продолжил: – А теперь предлагаю пройти в часовню, жрица нас там уже ждет. Вижу, у вас совсем нет вещей, я могу завтра съездить с вами в город к портному, закажете ему все необходимое. В замке только экономка, пани Агнеша, она помогает нам за вещами следить, да и так мои люди умеют иголку в руках держать. Но вот шить – увы, – Томаш развел руками. – Вам, наверное, надо помочь одеться? – тут же нахмурился он, бросив взгляд в сторону дорожной сумки Лании – она не помнила, кто и когда принес ее сюда, да и неважно это сейчас. – У Карела тут племянница живет, я позову. – Он поднялся, и гостья невольно вжалась в кровать, отметив, что будущий муж действительно… большой мужчина. – Я подожду вас внизу, в холле. Спускайтесь.
И ей просто необходима отдельная спальня! В животе холодными кольцами заворочался страх, едва Лания представила, что… придется выполнять супружеские обязанности. Что-то подсказывало, отговориться плохим самочувствием и усталостью не получится, а еще – во весь рост встал вопрос о предохранении. Тут не город, и аптеки нет, и… О богиня, а что, если Лания забеременеет?! Она судорожно сглотнула, поглощенная своими переживаниями, и пришла в себя, только услышав звук закрывшейся двери. Мысли метались вспугнутыми птицами, сердце гулко колотилось в груди, и руки тряслись, когда она откинула шкуру и выскользнула из-под теплой полости. В спальне, несмотря на горящий камин, было прохладно, а на ней ни клочка одежды, и Лания невольно поежилась, а потом бросилась к сумке.
Да, никакого шикарного платья, никакой торжественной церемонии в храме у алтаря богини. Просто часовня, просто крепость в горах, просто незнакомые люди в качестве гостей, чьей госпожой она станет буквально в ближайшем времени. Прикусив губу, Лания тряхнула головой и запретила себе думать об этом, поспешно натягивая белье и опять с горечью усмехнувшись. Вряд ли Томаш оценит тонкое качество, да и не для него приобретались все эти вещи…
Натянув нижнюю рубашку, Лания взяла в руки корсет, посмотрела несколько мгновений и решительно отбросила. Ни к чему здесь эта изящная вещица, в этом суровом краю. Устраивать истерики и уговаривать Томаша перенести церемонию на завтра Лания посчитала лишним. Зачем оттягивать неизбежное? Все равно это случится. В дверь раздался тихий стук, и бывшая графиня пригласила войти – в спальню юркнула девчонка лет четырнадцати-пятнадцати, в темно-коричневом шерстяном платье, с длинной, удивительно толстой косой до самого пояса и милым курносым личиком.
– Дядька Томаш сказал, вам помочь надо, да? – Она с любопытством глянула на Ланию. – Я – Анета, а вы – наша новая госпожа? – продолжила расспросы девочка с непосредственностью и живостью. – Чем вам помочь? Ой, какое платье чудное! – всплеснула она руками и вздохнула. – Только холодно вам в нем здесь будет, и жалко его, вдруг испачкается…
– Просто застегни, пожалуйста, – сдержанно ответила Лания, повернувшись спиной.
Разговаривать не хотелось. Хотелось, чтобы поскорее все закончилось. А еще надо упорядочить все мысли и понять, как же жить дальше. Анета, похоже, уловила настроение новой госпожи и молча помогла застегнуть пуговички на платье, потом, также без слов, подала плащ и выскользнула за дверь. Отчего-то на несколько мгновений Лании стало неловко, а потом она решительно выдохнула, вздернула подбородок и вышла из спальни, направившись вниз. Уже подходя к лестнице, услышала гул голосов и снова оробела, потом вспомнила многочисленные приемы во дворце и представила, что это один из подобных. И, придерживаясь за перила, Лания плавно спустилась по ступенькам, глядя поверх голов собравшихся. Привычно спрятала эмоции под отстраненной маской, подошла к Томашу – он успел надеть поверх рубашки бархатную безрукавку и куртку – и остановилась рядом с ним, чинно сложив руки на животе.
– Господин Малек, – чуть склонив голову, чопорно поздоровалась Лания.
Кажется, на его лице мелькнуло удивление пополам с недоумением, однако он молча предложил ей локоть, и вот так, в сопровождении воинов крепости, они проследовали к часовне во дворе. Она снова словно со стороны видела происходящее: отчего-то радостные лица вокруг, освещенный факелами двор, часовня Любомиры впереди, увитая плющом и похожая скорее на беседку. Стоящая на пороге женщина средних лет в длинном светлом балахоне, с улыбкой смотревшая на них.
Они с Томашем зашли внутрь, остановились у алтаря. У Лании что-то спрашивали, она что-то отвечала, глядя перед собой невидящим взором. В какой-то момент показалось, воздух странно засверкал, но Лания моргнула, сфокусировав взгляд, и искорки пропали. А на ее запястье застегнулся тяжелый родовой браслет Томаша, плотно обхватив кисть и приводя в чувство.
– Поздравляю, – тепло произнесла жрица, положив поверх пальцев Лании свою немного шершавую ладонь. – Богиня благословила вас. Живите в счастье.
У бывшей графини даже хватило выдержки улыбнуться, хотя внутри все застыло в оцепенении. Теперь она замужем, и ничего не изменить. Теперь ее жизнь пройдет среди этих суровых стен, в окружении немногословных и таких же суровых воинов. К горлу подкатил ком, глаза защипало, и страстно захотелось остаться одной, просто выплакаться, выплеснуть эмоции. Дворец, Эрик, все осталось далеко, а у князя уже, верно, своя жена есть. Ушастая и хвостатая. Захотелось взвыть, оттолкнуть шагавшего рядом Томаша и убежать куда глаза глядят, но Лания передвигала ноги, шла вперед, и ни единая слезинка не скатилась по ее щеке.
Просторный холл, потом – еще один зал, где стояли накрытые столы. Новоиспеченный супруг проводил ее и усадил на стул с мягким сиденьем, но Лании кусок не лез в горло, несмотря на то что как следует она ела очень давно. Она заставила себя прожевать несколько кусочков мяса в подливе, запила все густым, терпким вином и поняла, что больше точно ничего не сможет впихнуть в себя. Окружающее было как в тумане: громкие возгласы, пожелания, поздравления, тосты в честь новой хозяйки крепости Карраш. А ей хотелось плакать. Никакого праздника она не ощущала, лишь пустоту. «Лучше бы казнили…» – мелькнула отчаянная мысль.
А вот когда широкая ладонь сжала ее холодные пальцы, Лания очнулась от странного оцепенения и поняла, что Томаш ведет ее к выходу из зала, где продолжался праздничный ужин. Их же с… супругом ждало совсем другое продолжение вечера, и от этой мысли у Лании дрогнули коленки. Обрывки мыслей суматошно заметались в голове, пока они молча поднимались по лестнице, и она так и не смогла придумать внятный предлог, чтобы не переступать порога распахнутой перед ней двери в спальню. И пришлось делать этот последний шаг, отрезая все пути к отступлению.
Лания вошла, кусая губы и радуясь, что Томаш не видит сейчас ее лица. Щеки пылали лихорадочным румянцем, в глазах застыли растерянность и настороженность, и взгляд бывшей графини, а ныне госпожи Малек, блуждал по спальне, старательно обходя кровать. Лания растеряла всю заносчивость и гордость, и если бы кто-то из прежних знакомых увидел ее сейчас, то вряд ли бы узнал в этой слегка испуганной и настороженной девушке прежнюю уверенную и высокомерную леди. Она же… она же ни разу… Ох, да Лания только целовалась пару раз и имела весьма смутное представление о том, что происходит в супружеской постели! Матушка обошлась туманным «сама узнаешь, просто не сопротивляйся», а во дворце дамы только томно вздыхали да лишь намеками обсуждали своих любовников. Так и вышло, что в свои двадцать с небольшим Лания ничего не смыслила в том, что же происходит между мужчиной и женщиной. Надеялась, что Эрик научит…
На плечи легли горячие ладони и слегка сжали, отчего Лания едва не подскочила, резко вынырнув из суматошных размышлений. Ох, не так все должно быть! Она должна уйти к себе, спокойно переодеться и ждать, когда супруг придет в спальню, а потом вернется к себе! Как и полагается в знатных семьях! А вот интересно, король не упомянул, что Лания уже была замужем?.. И как бы так намекнуть деликатно, что прежний муж к ней так и не прикоснулся?
– Такие маленькие пуговички, – пробормотал Томаш, и его горячее дыхание обожгло шею Лании, заставив вздрогнуть. – Я постараюсь не испортить…
Оказывается, он уже взялся за застежку. Девушка застыла, судорожно стиснув кулаки и глядя перед собой, по коже безостановочно бегали мурашки от нервного волнения. А если… Если ей будут противны его прикосновения? О богиня, как тогда?! Закрыть глаза и просто отрешиться от происходящего? Дать ему… выполнить свой долг? Но ведь Томаш до утра останется в постели. Рядом. И так будет каждую ночь. Лания мысленно застонала, чутко прислушиваясь к слегка учащенному дыханию мужа, невольно отмечая, как аккуратно он справляется с пуговичками – ни одной еще не оторвал. От переживаний кровь шумела в ушах и сердце колотилось в горле, сбивая дыхание, Лания едва не задыхалась от страха и беспокойства. Тем неожиданнее оказалось прикосновение горячих губ к основанию шеи, и одновременно немного шершавые пальцы удивительно нежно провели вдоль спины, поверх тонкой нижней рубашки. Лания не удержалась, вздрогнула от этого прикосновения.
Она сглотнула, окончательно растерявшись: неприятно не было. Волнующе, да, непривычно, что ее раздевает едва знакомый мужчина. Но отскочить скорее хотелось именно из-за натянутых нервов и неопределенности. А еще Лании ужасно не нравилось ощущать неуверенность, именно так она сейчас себя чувствовала. Не знала, что делать, и от этого волнение лишь усиливалось. Тишина в комнате стала ватной, напряженной, воздух – густым и плотным, он с трудом проталкивался в горло с каждым вздохом. Лании казалось, она балансирует на обрыве, рискуя ухнуть вниз в любой момент. И хорошо, что Томаш ничего не говорил, действовал молча…
Супруг вдруг развернул ее к себе, одна его рука скользнула ей на талию, крепко прижав к сильному телу, а вторая легла на затылок, бережно придерживая. Горячий рот прижался к губам Лании настойчиво, жарко, и все внутри встрепенулось, отозвалось на этот поцелуй. Кровь превратилась в густую патоку, пока Лания медленно таяла от него, совершенно неожиданно для себя ответив. Этот напор, некоторая грубоватость всколыхнули что-то в глубине души, и последние робкие остатки мыслей о нежности и романтике утонули в горячей волне, прокатившейся от шеи до самых пяток. Лания даже не представляла, что поцелуй может так подействовать на нее, и с кем – с едва знакомым мужчиной! Ее мужем. Лания едва слышно всхлипнула, вцепившись в плечи Томаша, запрокинув голову и зажмурившись. Она потерялась в нахлынувших ощущениях, не понимая, что происходит, да, пожалуй, уже и не желая понимать.

В какой момент платье легко соскользнуло с плеч, Лания так и не успела понять. Поцелуй занял все ее мысли, пробудил страсть, дремавшую где-то очень глубоко. Она очнулась, только когда почувствовала, как ладони Томаша медленно спускаются по обнаженной спине, и осознала, что, кроме кружевных трусиков и чулок, на ней уже ничего больше нет. В какой момент нижняя рубашка последовала за платьем, Лания тоже так и не поняла. Тут же навалился могучий приступ замешательства, она со всхлипом откинула голову, глядя на Томаша затуманенным, ошалелым взглядом, и сглотнула. Руки метнулись прикрыться – пляшущих язычков пламени в камине вполне хватало, чтобы осветить спальню, – но в следующее мгновение Лания, тихо ахнув, оказалась на руках Томаша.
Шумно вздохнув, он уткнулся ей носом в висок и пробормотал, шагнув к кровати:
– Ты такая хрупкая…
Сердце гулко колотилось в груди Лании, разбуженные эмоции бурлили в крови, смущение мешалось с беспокойством и волнением, образуя гремучий коктейль. Она сделала всего несколько прерывистых вдохов, а Томаш уже бережно ставил ее около кровати, стремительно скользя ладонями по изгибам тела и оставляя за собой шлейф жарких мурашек. Его губы следовали за руками, не давая Лании ни мгновения на раздумья и осознание, погружая в жаркое марево проснувшихся желаний. И смущение потихоньку растаяло, расплавилось в эмоциях, и тело уже само мягко изгибалось, подавалось навстречу прикосновениям и поцелуям. С губ срывались прерывистые вздохи, пальцы сжимались в кулаки, и Лания совсем не возражала, когда тонкое кружево белья присоединилось к остальной одежде – кожа стала безумно чувствительной, и даже такая невесомая ткань несказанно раздражала.
Томаш на мгновение замер, резко выдохнув, его ладони легли на упругие ягодицы Лании, мягко сжав, и он хрипло прошептал:
– Нежная…
А она снова засмущалась, зарделась, блуждая взглядом по спальне, и потому пропустила момент, когда супруг остался в одних штанах – он ухитрился избавиться от одежды, почти не отрываясь от ее тела. Кожа Лании горела, вспыхивая от малейшего прикосновения, коленки подгибались, и когда спина коснулась пушистого меха, девушка послушно выгнулась в его руках, едва слышно всхлипнув от облегчения. Внутри росло странное напряжение, непонятный голод скручивал мышцы живота в тугую спираль, а между ногами словно разгорелось маленькое солнышко. Лания дрожала, судорожно цепляясь за плечи Томаша, ощущая, какие они крепкие, как у настоящего воина… И от странного восторга замирало в груди, а перед глазами плясали разноцветные звезды. Казалось, Лания в шаге от чего-то чудесного, яркого и ошеломительно прекрасного…
Она смутно почувствовала, как широкая ладонь мягко и настойчиво надавила на бедро, заставляя отвести ногу в сторону, и подчинилась, стиснув мягкий мех и невольно затаив дыхание.
– Сейчас… сейчас, Лани… – хрипло выдохнул Томаш, и в следующий миг ее рот снова смял горячий, страстный поцелуй.
И еще одно прикосновение, и новая волна удовольствия, тягучая и сладкая, и Лания без всякого стыда подалась вперед за очередной порцией откровенной ласки, жаждая большего. Напряжение росло, тугая пружина скручивалась все сильнее, а Томаш продолжал целовать и ласкать, и Лания уже не помнила себя, что-то бессвязно шепча и плавая в горячечном тумане удовольствия. А буквально через мгновение мир взорвался в яркой беззвучной вспышке.
Стиснув Ланию в крепких объятиях, муж сделал резкое движение вперед, и из его горла вырвался низкий стон, а на лице появилось выражение блаженства… Ровно до момента, как Лания ойкнула и замерла, стиснув зубы и пережидая острую вспышку боли. Эйфория чуть отступила, и девушка боялась пошевелиться, незаметно сглатывая сухим горлом. Застыл и Томаш, и она ощущала, как закаменели под пальцами мышцы на плечах.
– К-как?.. – хрипнул он, не сводя с нее напряженного взгляда, на лбу выступила испарина. – Л-лани…
Она беспомощно улыбнулась дрожащими губами, чувствуя, как предательски защипало глаза, и всего лишь на миг мелькнула грустная мысль, что главное ее богатство досталось совсем другому… А потом изумление на лице Томаша сменилось ответной улыбкой, и очередной поцелуй совпал с медленным, плавным движением супруга. Неприятные ощущения потихоньку сошли на нет, и вместо них начало нарастать удовольствие, накатывая мягкими волнами. Она поняла, что ей нравится. Не нежность и неторопливость, а вот эта немножко грубость, но такая сладостная, притягательная, что губы сами беззвучно шептали:
– Еще… Сильнее…
И снова было хорошо, тело растаяло в удовольствии, перестав ощущаться, и в какой-то момент Лания вдруг пронзительно остро почувствовала правильность происходящего. А потом она снова кричала, только на сей раз наслаждение было куда глубже и ярче первого раза, оно проникло в каждую клеточку, растеклось по венам и схлынуло, оставив Ланию обессиленной и ничего не соображающей от пережитого. Она лишь вяло отметила, что Томаш тут же перекатился и бережно обнял, прижав к себе и осторожно уложив на грудь, медленно погладил по спине, отчего Лания поежилась. Кожа оставалась еще слишком чувствительной.
– Что ж ты не сказала, Лани? – пробормотал Томаш, и от того, как он снова назвал ее уменьшительно, что-то шевельнулось глубоко в душе.
Отвечать не хотелось. Она лишь неопределенно пожала плечами, слушая, как под щекой все еще немного учащенно бьется сердце мужа. Хотелось свернуться клубочком, заползти под шкуру и уснуть… До утра… И потом, на свежую голову, уже подумать обо всем, потому что сейчас думать тоже не хотелось. Лениво, сонно, да и страшно немного. И неплохо бы, конечно, до ванной дойти…
Кажется, Томаш или умел читать мысли, или просто слишком понятливый, потому что в следующий момент Лания оказалась у него на руках, но сил хватило только на то, чтобы вяло трепыхнуться. Однако в ванной, когда супруг поставил ее в глубокую чашу и взял губку, собираясь обмыть, Лания вдруг выхватила ее, чувствуя, как пылают щеки, и отвернулась, немного сипло произнеся:
– Я сама!
Очень уж пристально рассматривал ее Томаш, да еще и с откровенным мужским восхищением. А… а она не привыкла! И к нему голому тоже! О богиня, она вдвоем в ванной с обнаженным мужчиной! И они… они не так давно… И ужаснее всего то, что ей понравилось. Прерывисто вздохнув, Лания зажмурилась, прикусив губу и остро, всей спиной, ощущая взгляд Томаша. Да выйдет он или нет?! Не понимает, что ей в себя надо прийти?! Осознать все, наконец. Она никак не могла смириться с тем, что в этом навязанном браке есть хоть что-то хорошее, это… это просто издевательство какое-то!
Поджав губы, Лания начала резкими движениями смывать с себя следы недавней страсти, даже силы от злости появились. Кажется, Томаш все же проявил хоть какую-то воспитанность, судя по звуку закрывшейся двери. Надо как можно скорее выяснить вопрос с раздельными спальнями, желательно завтра же! Сегодня она, так уж и быть, просто отдохнет, да. И надо попробовать осторожно разузнать, где можно раздобыть очень полезное зелье. Детей Лания уж точно не планировала ни в ближайшем, ни в отдаленном будущем. Тем более от Томаша.
Закончив с водными процедурами, Лания вышла, вытерлась чистой простыней и запоздало поняла, что переодеться не во что. Все ее вещи в сумке, но не при супруге же натягивать ночную сорочку! Что-то Лании подсказывало, Томаш обязательно выскажется по этому поводу. М-да. Сердито фыркнув и чувствуя, как снова наваливаются усталость и сонливость, она завернулась в простыню, на мгновение задержала дыхание и выскользнула обратно в спальню. Угли в камине уже едва тлели, и комната наполнилась густым сумраком, из приоткрытого окна тянуло прохладой и свежестью, а на кровати угадывалась фигура Томаша. Лания поколебалась, потом приблизилась и присела на край, выпуталась из простыни и юркнула под теплую, уютную шкуру, свернувшись клубочком. Веки тут же потяжелели, она стремительно уплывала в сон, но еще успела почувствовать, как к спине прижалось горячее тело мужа, а его рука обняла за талию, придвинув ближе.
Сопротивляться или возражать сил не осталось, Лания крепко уснула до самого утра.
Сквозь сон она смутно почувствовала, что кто-то большой и теплый – кажется, Лания даже ухитрилась ночью устроиться на удобном и крепком плече – осторожно встал, заботливо поправив шкуру, и ушел. Ну да, утро в крепости начиналось рано, а Томаш – комендант… На этой полусонной мысли Лания снова уплыла в страну грез, уже до следующего, окончательного пробуждения часам к одиннадцати. Удивительно, но когда она открыла глаза, настроение царило благодушное. Правда, мышцы ныли, и в самых неожиданных местах, и немного неприятные ощущения кое-где заставляли морщиться, но в целом, пожалуй, она чувствовала себя отлично. Еще пребывая в дреме, Лания потянулась, едва слышно охнув и отметив, что в постели она все же одна, и открыла глаза. Спальню заливали яркие лучи солнца, в приоткрытое окно влетал свежий ветерок, и желудок намекал, что пора пойти подкрепиться. И… наверное, найти мужа? Он вчера что-то говорил про поездку в город, ну и решить вопрос со спальнями. Нет, было хорошо, Лания не спорила, но… пусть лучше это  происходит не так часто, не каждую ночь уж точно. Один-два раза в неделю будет вполне достаточно, тем более пока она не обзавелась полезной микстурой.
Выдохнув, Лания села, придерживая шкуру у груди, и, повернув голову, с легким удивлением обнаружила на тумбочке рядом с кроватью поднос. Там, в стакане с водой, стоял букетик каких-то горных цветочков с мелкими бледно-розовыми розетками, источавших тонкий приятный аромат. Кроме того, коробочка с мазью и сложенная записка.
Доброго утра, Лани. Намажь, к вечеру все пройдет. Как проснешься, спускайся на кухню, я подойду к твоему завтраку, и поедем в город. Целую. Томаш .
Лания смяла записку, чувствуя, как вспыхнули румянцем щеки. Заботливый какой, скажите пожалуйста! Мазь принес… Румянец стал гуще, едва девушка вспомнила случившееся ночью, и, сердито поджав губы, Лания вылезла из-под теплой и уютной шкуры. На стуле лежало ее вчерашнее платье, аккуратно сложенное, вычищенное и выглаженное бытовой магией. И белье. И туфельки на полу рядом со стулом.
Ну да, из всего ее скудного гардероба это самое подходящее. Остальные… Их можно сложить вон в тот сундук и иногда доставать, любоваться, как напоминанием о прошлой жизни.
– Ну да, тут даже столовой нет, – пробормотала она тоскливо. – На кухне завтракать… Крепость же, – на ее губах мелькнула кривая улыбка.
Вряд ли здесь будут приносить завтрак в спальню, даже учитывая ее статус жены коменданта крепости. Слуг немного, и у них своих дел полно. Придется привыкать и к этому маленькому неудобству, одному из многих в новой жизни. Поежившись и вздохнув, Лания направилась к ванной, прихватив вещи и коробочку с мазью, настроение чуть-чуть упало. Быстро приведя себя в порядок и даже почти справившись с застежкой платья, Лания набросила плащ – он лежал тут же – и вышла из спальни. До первого этажа добралась без приключений, а там в растерянности остановилась, осознав, что не знает, в какой стороне кухня. Может, она тут вообще в отдельном здании?!
– Госпожа Лания? – раздался доброжелательный голос Карела, и девушка, вздрогнув, повернулась. – Доброе утро. Вам помочь?
– Мне на кухню надо, – она постаралась, чтобы голос звучал уверенно – хватит уже изображать бедную родственницу, она – аристократка, пусть даже и лишенная титула.
– Прошу вас. – Карел склонил голову и направился к видневшемуся проему, и Лания поспешила за ним.
В голове почему-то рисовалась картинка мрачного помещения, полного дыма и неприятных запахов, в котором уж точно кусок поперек горла встанет. И вообще, ну что за условия – питаться на кухне?! Тут что, мало места и не найдется отдельного помещения для столовой? И вчерашний зал не слишком уютный для приема пищи – слишком большой. Это тоже стоит обсудить с Томашем. Занятая мыслями, она тем не менее запоминала дорогу – пригодились навыки жизни во дворце и умение там ориентироваться.
– Прошу, госпожа. – Карел между тем остановился у очередного проема, из которого доносились вкусные ароматы готовящейся еды.
И Лания шагнула на кухню, с удивлением оглядываясь. Никакого дыма, чистые стены, широкие окна, одно из которых распахнуто, впуская свежий воздух. Над очагами – дымоходы, и скорее всего какая-то магия работает, вытягивая без остатка гарь и дым. На балках под потолком пучки душистых трав, да и сама кухня не сказать чтобы огромная. Всем руководила дородная женщина в белоснежном фартуке и чепце, а всего на кухне суетилось человек пять помощников. Едва Лания появилась на пороге, как повариха – а это была она – повернулась, всплеснула руками и поспешила к новой хозяйке, похожая на лодку под парусами.
– Ох, госпожа, доброго утречка! А что ж вы такая бледненькая да худенькая? Не дело. – Дама покачала головой, окинув опешившую от такой фамильярности Ланию. – Ну-ка, быстренько идите садитесь! У меня для вас кашка пшенная с маслицем, ватрушки с творогом – домашний, жирненький – и оладушки с ежевичным джемом! – затараторила повариха, мягко развернув Ланию за плечи и подтолкнув к дальней арке, за которой виднелось еще одно помещение. – Ребята насобирали по окрестным оврагам, когда в дозор ходили, так я и сделала джем! Ой, меня Ярута зовут, – спохватившись, представилась женщина. – Вот, пожалуйте, госпожа, садитесь, сейчас все принесу!
И оставив Ланию в просторном, чистом и светлом помещении, похожем на небольшую столовую, она заторопилась обратно. Деревянный стол покрывала скатерть с вышивкой, стояла вазочка со свежими горными цветами. Лания медленно опустилась на стул, признав, что здесь вполне мило и прилично. Вернулась Ярута с широким подносом: на нем стояла миска с ароматной, исходящей паром кашей, плошка с горкой оладий, глиняный кувшинчик с джемом и корзинка с ватрушками. И глиняная же крынка, как подозревала Лания, с молоком. Еще и свежим небось. Да уж, не королевский завтрак на тонком фарфоре с серебряными приборами…
– Все свежее, теплое, кушайте, госпожа! – Ярута споро расставила все перед Ланией. – А я посланника отправила к господину Томашу, он просил, как только вы спуститесь, сразу ему сказать! Он с утра-то в заботах, купцы должны к обеду приехать, вот и проверяет, все ли готово, достаточно ли в кладовых всего. Я вот сейчас вас накормлю да пойду на ту сторону, надобно там едой заняться, негоже гостей голодными-то отправлять в горы. – Ярута покачала головой и, вывалив на Ланию ворох местных новостей, ушла обратно на кухню с неожиданной для такой пышной женщины прытью.
Бывшая графиня, а ныне госпожа Малек, посмотрела на тарелки с простой, без всяких изысков пищей. Нос подсказывал, что все это безумно вкусно, хоть и для фигуры, может, не совсем полезно, ну и пусть, что на такой же простой посуде. Но какая-то вредная, капризная часть Лании кривила губы и ворчала, что не для знатной дамы такая простота и уж можно было бы расстараться… Девушка взяла ложку, ковырнула рассыпчатую кашу, сглотнув слюну. Очень некстати вспомнились ушастая повариха и эта ее выходка с салатом. Лания с горечью хмыкнула и все же не удержалась, усмехнулась, рассеянно сунув ложку с кашей в рот. Да, готовила та роскошно, только Лании слишком хотелось тогда уязвить соперницу, поставить на место. А королева оказалась на стороне этой Иоанны. Печально.
Между тем госпожа Малек сама не заметила, как начала с аппетитом уплетать вкусную, подслащенную кашу, заедая ватрушками и запивая молоком, и простой деревенский завтрак оказался едва ли не вкуснее воздушных суфле и омлетов во дворце. Лания настолько увлеклась завтраком, что даже не услышала, как в маленькую столовую вошел ее супруг. И только когда на плечо легла тяжелая теплая ладонь, чуть не поперхнулась от неожиданности.
– Приятного аппетита, Лани. Как ты себя чувствуешь? – раздался голос Томаша, и сам он наклонился, коснувшись губами замершей Лании.
Отчего-то щеки сразу вспыхнули от этого вопроса, мысли перескочили с дворца и далекой уже соперницы на минувшую ночь. По телу прокатилась волна жара, и Лания порадовалась, что уже почти доела. Два оладушка можно и оставить, и так от плотного завтрака платье того и гляди по швам начнет трещать. Место прикосновения губ Томаша горело огнем, и Лания поспешно встала, промокнув салфеткой рот и смело взглянув ему в лицо. Так, не думать о поцелуях, нет, и лучше сразу прояснить вопрос со спальней!
– Благодарю, спасибо, – сдержанно ответила Лания, невольно стиснув спинку стула и изо всех сил удерживаясь, чтобы не отвести взгляда. – У меня к вам несколько вопросов.
На лице Томаша мелькнуло удивление – девушка невольно отметила, как ему идет простая темно-серая форменная куртка, подчеркивая широкие плечи, и меч в ножнах смотрится очень естественно. И вообще, было нечто во всем облике коменданта Малека, отчего в глубине души Лании все взволнованно замирало от странного, смутного ощущения. Не бывало в ее окружении таких вот мужчин раньше, настолько… мужественных, что ли. Кроме Эрика. И то князь все же городской житель…
– Я слушаю, – кивнул Томаш, прерывая воспоминания Лании, а потом улыбнулся уголком губ. – Можно не так официально, мы все же не при дворе.
Набрав побольше воздуха, она выпалила на одном дыхании:
– Рядом со спальней есть еще какие-нибудь комнаты? Я думаю, было бы правильно, если бы я все же имела отдельную…
Сказала и запнулась, видя, как прищурились серые – теперь она рассмотрела их цвет – глаза мужа.
– Зачем? – коротко спросил он, и Лания совсем стушевалась.
Не ожидала она таких откровенных и прямых вопросов, м-да.
– Так положено между супругами, – уже не так уверенно ответила девушка, с безнадежностью понимая, что мечты так и останутся мечтами.
– Не знаю, где положено, а у нас муж и жена спят вместе, – отрезал Томаш, выпрямившись и смерив Ланию взглядом, отчего той захотелось съежиться. Глаза она все-таки отвела. – Лишних комнат в крепости нет, воины спят в казармах, а все гостевые расположены на другой стороне, в крыле для торговцев. Как вы понимаете, госпожа Малек , туда я вас точно не поселю. Спать мы будем вместе, и это не обсуждается. Жду во дворе, поедем в город, – после чего Томаш развернулся и вышел из столовой.
Лания, прикусив губу, бессильно опустилась на стул, горло перехватило от какой-то детской обиды, и подбородок упрямо вздернулся. Ах так? Ну и ладно. Не собирается она играть в счастливую семью с первых дней! Сжав губы, Лания поднялась и стремительно вышла из столовой, направившись к выходу из замка. А во дворе замерла, уставившись на невозмутимого Томаша верхом на лошади – для нее животного не было. Увидев жену, комендант так же невозмутимо пояснил:
– У нас нет дамских седел, а у тебя – подходящей одежды. Поедешь со мной.
И с непроницаемым лицом протянул руку. Делать нечего, пришлось устраиваться перед ним и стараться держать спину как можно прямее, чтобы избежать соблазна прижаться к широкой груди. Но не учла, что лошадь – крайне ненадежное средство передвижения, и рука Томаша, уверенно обвившая ее талию, оказалась как нельзя кстати.
Так они и ехали всю дорогу молча, только вот уютные объятия и теплое дыхание мужа около уха, как и размеренная поступь лошади, настраивали на мирный лад. Раздражение незаметно растворилось, только Лания упрямо не сдавалась, исподтишка рассматривая окрестности. Предгорья обладали дикой, первозданной красотой, суровые скалы ущелья покрывал кустарник, мох, росли небольшие деревья. Кое-где сквозь камень сочилась вода, складываясь в ручейки, и они искрились на солнце радужными бликами. А вскоре гранитные стены раздались вширь, и вокруг раскинулся лес, светлый, почти без подлеска, только кое-где виднелись густые кусты между мощными стволами деревьев. И Лания поймала себя на странном, шальном желании скинуть обувь с чулками и пройтись босыми ногами по мягкому ковру из травы и листьев, побродить по этому лесу, вдыхая свежий воздух.
Лошадь Томаша шла бодрой рысью, и время в пути пробежало незаметно – часа через два впереди показались дома городка, названия которого Лания так и не узнала. Комендант привез ее на широкую улицу, судя по множеству вывесок – главную здесь, и вскоре спешился у одной из дверей, ведущей в лавку портного, судя по ножницам и рулонам ткани на вывеске.
– Прошу, – коротко произнес Томаш первые за последнее время слова, распахнув перед Ланией дверь. – Здесь можешь купить и заказать все необходимое, я подскажу, если что. Потом зайдем к сапожнику.
О богиня, он что, собирается принимать участие в выборе одежды?! Впрочем, пусть делает что хочет. И Лания с гордо поднятой головой шагнула в помещение. Только вот это совершенно точно не один из модных магазинов в столице. Широкий прилавок, за ним – сухопарый пожилой мужчина в фартуке, в глубине несколько манекенов, а на полках ткани.
– О, господин комендант, – улыбнулся портной, скользнув любопытным взглядом по замершей Лании. – Чем могу быть полезен?
– Моей жене требуется обновить гардероб, – пояснил Томаш. – Все необходимое, она вам подскажет, а я помогу.
…Они вышли из лавки часа через полтора. Пару платьев помощницы портного подогнали прямо на Лании, остальное обещали отправить с посыльным в течение недели. В том числе белье и чулки. И – несколько ночных рубашек. Длинных, с завязками на рукавах и вороте. Лания про себя мстительно улыбнулась: хорошо, она смирится с общей спальней. Но голой спать не будет! После портного последовал сапожник, дальше – лавка со всякими женскими мелочами. Там Лания разжилась наконец душистым мылом с тонким цветочным ароматом, парой красивых заколок, вырезанных из кости и украшенных полудрагоценными камнями. Конечно, не чета прежним украшениям, но… Неожиданно они ей понравились и очень подходили своей простотой и элегантностью к нынешним условиям жизни Лании.
После муж коротко осведомился, хочет ли она пообедать здесь или уже в крепости, на что она так же немногословно ответила, что лучше в крепости, и они поехали обратно. За всеми хлопотами большая часть дня неожиданно прошла, и к перевалу они подъезжали уже в ранних сумерках – здесь, в предгорье, темнело рано, несмотря на лето. Во дворе стояли повозки, и Лания вспомнила, что приехали какие-то купцы. Томаш спешился и помог ей спуститься, после чего вежливо осведомился:
– Тебе нужно что-то из мебели? Я передам Карелу, он проведет тебя в кладовую, может, там что-нибудь есть. Если нет, я поговорю с плотником.
– Шкаф, – выпалила тут же Лания и добавила: – И что-нибудь вроде столика с зеркалом.
Томаш склонил голову к плечу, его взгляд сделался задумчивым на пару мгновений, потом мужчина кивнул:
– Хорошо. Иди на кухню, пусть Ярута обед накрывает. Скоро подойду, – после чего развернулся и направился куда-то в сторону дворовых построек.
Лания осталась стоять с неприлично открытым ртом, глядя ему вслед. Она ему что, служанка?! От злости девушка чуть не задохнулась, захотелось топнуть ногой и крикнуть что-нибудь обидное вслед. На худой конец швырнуть об стену тарелку, что ли. Рассерженно сопя, Лания резко развернулась, так, что взметнулись юбки, и направилась на кухню, сжимая кулаки. Раскомандовался тут, видите ли! Стремительно преодолев двор и добравшись до кухни, Лания отрывисто произнесла:
– Господин Малек просил накрыть обед.
Сама же, хоть нос и дразнили всякие вкусные запахи, вышла и решила все-таки переодеться в одно из купленных платьев: все же два дня в одном и том же – никуда не годится. Вроде она успела заметить, как покупки с лошади забрал какой-то мужчина и понес в крепость. И правда, в спальне Лания обнаружила большой сверток с покупками, лежащий на кровати. Оттуда она выудила платье из тонкого льна темно-вишневого цвета, отделанное по краям лентой в тон, и красивую, ажурно связанную накидку и быстро переоделась. Здесь застежка находилась сбоку, к облегчению Лании, и посторонняя помощь при одевании не требовалась. Ну конечно, у здешних женщин уж точно горничных нет, и им не до всяких глупостей вроде шнуровки, корсетов и прочего.
Мелькнула желчная мысль остаться в спальне и спуститься позже, пообедать в одиночестве, но желудок требовательно заурчал, протестуя против такого взбалмошного решения хозяйки. Пришлось возвращаться. Конечно, за столом уже сидел Томаш, с аппетитом наворачивая стряпню Яруты: мясное рагу в подливке, с овощами, свежий хлеб, нарезка из ветчины и сыра, горячий травяной отвар. Еще на блюде лежали куски пирога с начинкой, и у Лании слюнки потекли. Томаш, на несколько мгновений отвлекшись от еды, окинул ее непроницаемым взглядом и небрежно обронил:
– Будет тебе шкаф. Напротив нашей спальни есть небольшая кладовая, можно из нее гардеробную сделать.
И как ни в чем не бывало вернулся к позднему обеду. Лания почувствовала неловкость: грубить после такого заявления или выказывать свое раздражение было бы верхом невоспитанности. Поэтому она молча кивнула и присела, подвинув к себе тарелку с едой. Ну вот как, как можно быть таким… мужланом?! И смеет делать вид, что все в порядке и между ними все хорошо! Лания поджала губы, опустив взгляд в тарелку, и сосредоточилась на еде. Надо найти целителя, вот чем она сейчас займется. Только детей не хватало от этого… мужа. Занятая своими мыслями, она даже не заметила, как означенный супруг бросил на девушку быстрый взгляд и в уголках его губ мелькнула усмешка.
Обедали они тоже в тишине. Лания понимала, что надо бы поблагодарить за будущую гардеробную, но упрямство все же оказалось сильнее. И она молчала.
– Хорошего вечера, – вежливо попрощался Томаш, закончив есть, поднялся из-за стола и вышел, оставив Ланию одну.
Отлично. Занятая своими мыслями, она аккуратно поставила всю грязную посуду вместе, потом развернулась и решительно направилась к Яруте.
– Где я могу найти целителя? – осведомилась она у поварихи, надеясь, что та не побежит ябедничать Томашу.
– Вам плохо, госпожа? – тут же всплеснула та руками, с неприкрытой тревогой уставившись на Ланию.
– Нет-нет, все в порядке, – заверила ее девушка. – Просто кое-что спросить у него надо.
– А, так выйдете во двор, справа в дальнем углу дом, он там живет, – махнула рукой Ярута. – Отдельно, а то как начнет свои зелья варить, так вонизму по всей крепости, – ворчливо добавила повариха.
– Благодарю. Обед был замечательный, – все же сочла нужным добавить Лания.
Тем более это правда, а Ярута ничего плохого ей не сделала. И госпожа Малек заторопилась на поиски целителя, пока Томаш где-то занят. Закутавшись в накидку, Лания поспешила во двор, уже ярко освещенный магическими факелами, которым не страшны ни ветер, ни непогода, и направилась в указанном Ярутой направлении. У целителя оказался добротный каменный двухэтажный дом, и Лания решительно постучала, надеясь, что хозяин не побежит тут же докладывать господину коменданту. А даже если побежит… Это ее полное право, между прочим! Пусть они и женаты, но совсем друг друга не знают, и… Пальцы Лании коснулись брачного браслета – здесь, в предгорьях, кольцо слишком ненадежный показатель статуса, тем более что браслет имел магическую застежку.
– О, госпожа Малек! Добрый вечер, – раздался бодрый голос, и Лания очнулась от сумбурных размышлений. – Прошу, заходите, – невысокий круглый мужчина с венчиком каштановых волос и широкой, дружелюбной улыбкой посторонился, пропуская Ланию внутрь.
Из небольшой прихожей две двери вели дальше, в глубь дома, наверх – деревянная лестница с перилами. Здесь вкусно пахло травами, деревом, какими-то пряностями и было очень уютно. Лания прошла в небольшую гостиную, целитель усадил ее в удобное кресло около печки – камин тут бы не поместился.
– Так что вас привело ко мне, госпожа? – снова спросил целитель, усевшись на стул и внимательно посмотрев на гостью. – Меня пан Велеш зовут, да. Надеюсь, ваше самочувствие в порядке? – на его лице отразилось легкое беспокойство.
– Да-да, все в порядке, – кивнула Лания немного поспешно и заговорила на интересующую тему: – Скажите, вы можете как-нибудь помочь с… – она замялась на мгновение и отвела глаза, вцепившись в края накидки, чувствуя, как теплеют щеки, – в общем, от нежелательной беременности?
Брови пана Велеша поползли вверх, но на лице не отразилось ни одной эмоции. Он помолчал томительные несколько секунд, потом неторопливо ответил:
– Магией я вам не помогу, даже не упрашивайте. Это слишком опасно для вашего женского организма. Есть отвар, да. – Он поднялся, подошел к шкафчику у дальней стены и что-то достал из него, потом вернулся к гостье. – Но вы же понимаете, это не абсолютная защита. Всегда есть вероятность, что ваш организм решит по-своему. – Пан Велеш улыбнулся уголком губ и протянул Лании пузырек из темного стекла. – Три капли утром, перед завтраком.
– Благодарю. – Она забрала пузырек и внимательно посмотрела на него. – Надеюсь, вы не пойдете тут же докладывать моему супругу, – как можно тверже произнесла Лания, в глубине души опасаясь, что все-таки пойдет.
– Докладывать не пойду, – к удивлению девушки, ответил пан Велеш, соединив кончики пальцев. – Но если господин Томаш спросит, в чем причина, я честно расскажу, – предупредил он, не опустив глаз.
Лания подавила вздох и кивнула. Этого следовало ожидать. Что ж, и на том спасибо. Попрощавшись, она отправилась обратно в замок, рассеянно размышляя, чем бы себя занять в ближайшие часы, как в холле замка к ней подошел управляющий Карел.
– Госпожа Лания, как хорошо, что я вас нашел! – с явным облегчением воскликнул он. – Господин Томаш сказал, вы хотите разобрать кладовку напротив вашей спальни, и попросил меня проследить за этим. Может, вы захотите кое-что из мебели оставить там? – и он замер вопросительным знаком, не сводя с нее выжидающего взгляда.
– А… Н-ну хорошо, пойдемте посмотрим, – слегка озадаченно ответила Лания и направилась за управляющим.
Ну, хоть время до вечера займет. И правда, вдруг что-нибудь нужное там окажется. Совершенно неожиданно разбор помещения действительно занял несколько часов, и Лания увлеклась. Сначала бравые парни из казармы, отряженные в помощь Карелу, унесли все лишнее, потом шустрые служанки прибрались с помощью тряпок, щеток и бытовой магии. А дальше Лания сама не заметила, как оказалась в кладовой вместе с управляющим, выбирая занавески, отделку для стен, даже нашлись парочка ковров на пол и пуфик. И кое-что из мебели по мелочи. Она так увлеклась обустройством своего уголка, что совершенно позабыла про раздражение на мужа и обиду и чуть не пропустила ужин.
Правда, супруга в столовой не оказалось, пани Ярута передала, что Томаш попросил есть без него. Ну… она и не больно-то хотела. А вернувшись вечером в спальню, Лания после недолгого раздумья устроила себе отдых в горячей ванне, рассеянно отметив, что завтра надо бы разузнать про библиотеку и наведаться в нее, взять что-нибудь себе для развлечения. Если оно там, конечно, есть. Ну а если нет – значит, надо создать! Да и саму крепость осмотреть бы, и окрестности. А вот последнее придется делать в компании Томаша, наверняка одну ее он точно никуда не выпустит. Приказ короля недвусмысленно об этом говорит, да и магия тоже не даст выйти. Настроение Лании чуть упало, да и вода уже остыла, и девушка решила вылезать, тем более что незаметно подкрались сонливость и усталость. День выдался неожиданно насыщенный и на эмоции, и на дела.
Она вытерлась чистой простыней и подошла к приготовленному на скамье свертку. Ночная рубашка из плотной фланели, длинная, до пят, с воротом на завязках и такими же длинными рукавами. Мягкая, да, приятная к телу, но совершенно унылая и скучная. Скрывающая тело полностью. Вот и отлично, хватит с Томаша и одной ночи. А сегодня она собирается просто спать, и ничего больше. Не хочет отдельной спальни для нее, ну и не надо. Но в таком случае она будет спать именно в таких вот балахонах! Лания натянула рубашку, провела пару раз щеткой по волосам и собрала их в косу, чтобы не мешали, после чего вышла в спальню, уверенная, что там еще никого нет. Может даже, она успеет уснуть до прихода супруга…
А он уже успел раздеться и забраться в постель, где и ждал с невозмутимым видом. Лания замерла, резко выдохнув, в голове заметались суматошные мысли – она совершенно не помнила, заказала ли у портного халат?! Томаш же, окинув ее внимательным взглядом, лишь хмыкнул и выгнул бровь.
– Ты считаешь, дорогая супруга, что меня можно этим напугать? – спокойно изрек он с едва уловимыми нотками мягкой иронии. – Или тебе в самом деле нравятся подобные вещи? Я считал, что во дворце прививают более утонченный вкус. – Он вздохнул и покачал головой. А пока Лания хватала ртом воздух, онемев от возмущения, невозмутимо добавил: – Снимай это недоразумение, а то, не дай богиня, еще запутаешься и задохнешься в нем.
Госпожа Малек едва не зарычала от злости, сжав кулаки и сверля супруга гневным взглядом. Да как он… Как он вообще смеет?! У нее нет вкуса?! И не собирается она спать с ним в чем мать родила, обойдется! Лания едва не топнула ногой, но это уж совсем ребячество, поэтому обошлась яростным шипением, наставив на мужа палец:
– Ничего я снимать не буду! И н-не смей прикасаться ко мне, мужлан неотесанный! – От избытка эмоций она даже немного заикаться стала, тяжело дыша и блуждая взглядом по спальне в поисках предмета, на чем бы выместить злость.
Увы, никаких ваз, тарелок или чего-то подобного здесь, конечно же, не водилось. А Томаш, ничуть не впечатленный, резко выпрямился и наклонился, схватив ее за руку и дернув к себе. Спальня-то не слишком большая, а Лания стояла слишком близко к краю кровати.
– Вот уж не собирался, – проворчал Томаш, легко справившись с разбушевавшейся супругой и удерживая ее одной рукой, другой небрежно задрал подол балахона и выпутал из него возмущенно сопевшую Ланию. – Что я, зверь какой, что ли? – Он вдруг совершенно неожиданно широко зевнул, утянул девушку под шкуру и без всяких церемоний подгреб к себе, обняв уже двумя руками. – Если стесняешься, могу выделить рубашку… – пробормотал он немного сонно, уткнувшись Лании в затылок. – Хотя чего я там уже не видел… И вообще, без одежды удобнее спать…
Голос Томаша стих, а вскоре и он сам размеренно задышал, так и не выпустив добычу из рук. Лания притихла, остро, всем телом ощущая, какой муж большой, теплый и мощный. Пытаться выбраться даже не стоило пробовать, она и так это понимала, да и… Кхм, пусть лучше спит, чем руки распускает. На Томаше-то тоже ни клочка одежды не было. Лания неслышно вздохнула, осторожно повозилась, а потом и к ней незаметно подобрался сон, утянув в бархатную темноту.

Следующее утро началось для Лании чуть раньше – когда уходил супруг, она уже почти не спала, так, пребывала в дреме, из которой не хотелось выбираться. Но усиленно делала вид, что крепко спит, прислушиваясь и наблюдая исподтишка за Томашем. Он встал осторожно, стараясь не разбудить, заботливо поправил шкуру, еще и… поцеловал в макушку, прежде чем идти в ванную. Потом одевался, передвигаясь по комнате удивительно бесшумно и плавно, и Лания получила прекрасную возможность полюбоваться мужем, так сказать, во всей красе: до сих пор это как-то не получалось. Литые мускулы, красиво перекатывавшиеся под бронзовой кожей, кое-где белели шрамы, движения, как у хищного зверя, выверенные и точные, никакой суеты. Мощные плечи, спина с впадинкой позвоночника, поясница с неожиданно трогательными ямочками…
А вот дальше взгляд Лании прикипел к пятой точке Томаша, подтянутой и даже на вид упругой, и пальцы зачесались потрогать. Щеки опалило огнем, и девушка по самый нос спряталась под шкурой, опасаясь румянцем выдать себя с головой. Хорошо, что муж скрылся в ванной и можно было перевести дух. Прикрыв глаза, Лания протяжно выдохнула, заворочавшись в уютном гнезде, мысли скакнули с того, что она увидела сзади, на то, что у Томаша спереди. Это  она тоже так и не успела толком рассмотреть. А хотелось. Лания мысленно ахнула, радуясь, что ее никто не видит сейчас, лицо просто пылало, и госпожа Малек почти с головой нырнула под шкуру. Ну что такое, почему всякие непристойности лезут в голову, а?! Прерывисто вздохнув, Лания попыталась призвать эмоции к порядку и сама не заметила, как задремала снова.
Следующее пробуждение случилось позже и от вполне банальной причины – девушка проголодалась. А на тумбочке рядом с кроватью стоял неизменный поднос, на нем, накрытый чистым полотенцем, стакан с теплым отваром из лесных трав, пахнувший так вкусно, что аж слюнки потекли. И тарелка с творогом, политым медом. И записка.
До вечера уехал проверять ближние заставы. Не скучай. Целую, Томаш .
Немногословно, но… Лания сердито выдохнула и поджала губы, чувствуя, как от такой ненавязчивой заботы в груди что-то сладко сжалось. Она же вроде как обижена и вообще не собирается тут растекаться лужицей от подобных весьма неуклюжих попыток ухаживать! На взгляд утонченной столичной леди, конечно. Ох, богиня, ну все равно же приятно!
Раздраженно фыркнув, Лания поднялась и отправилась в ванную, приводить себя в порядок. А отвар выпила и творог съела – все оказалось очень вкусным и свежим, как раз для утоления первого голода. Пока спускалась вниз, пыталась разобраться в эмоциях: облегчение, что Томаша нет в крепости, мешалось с какой-то странной досадой, что он уехал и оставил ее одну. Вот чем заниматься, скажите на милость?! Впрочем, кажется, у Лании были планы, и стоит ими заняться. Осмотр крепости, вопрос с библиотекой, да и кладовая не до конца переделана, надо бы познакомиться ближе с плотником, и вдруг где-нибудь найдется и подходящая мебель? Немного повеселев, Лания зашла в кухню, поздоровалась с Ярутой, позавтракала, а вот едва вышла в холл, как к ней сразу подошел Карел, будто ждал.
– Госпожа Лания, доброе утро. – Он склонил голову. – Ваш муж попросил показать вам крепость, и еще плотник хотел обсудить с вами какой-то вопрос. А к обеду приедут поставщики из города, привезут заказы, если хотите, можете поговорить с ними, вдруг вам что-то нужно. Учетные книги я могу показать, там все записано. Господин Томаш сказал, вы можете проверить их в любое время. Еще ожидается обоз с границы, их нужно разместить в гостевом крыле крепости, они переночуют, отдохнут и завтра утром поедут дальше. Там все готово, но неплохо бы глянуть вашим хозяйским глазом, вдруг что-то не в порядке.
Лания ахнуть не успела, как подозрения о том, что ей будет тут скучно, рассеялись. Прогулка по крепости оказалась познавательной и полезной: госпожа Малек изучила кладовые, где все хранилось в порядке, защищенное магией от порчи, в книгах записи велись исправно и четко, сами помещения содержались в чистоте, даже те, которые редко использовались. Лания убедилась, что Томаш не соврал: все же крепость не предназначалась для проживания, и самая уютная комната была их спальней. Рядом находилась еще гостиная, которую Лания решила обставить для себя, все равно Томаш туда практически не заходил. Библиотека тоже нашлась, но небольшая и ничего интересного Лания там не нашла. Так что курьеры из города оказались очень кстати. Выяснив у Карела, что насчет ограничения в тратах супруги Томаш никаких указаний не оставлял, она все же не стала транжирить чужие деньги направо и налево и ограничилась несколькими книгами. Библиотеку можно и потихоньку собирать, не все за один раз.
Потом был плотник, оказавшийся еще и мастером по художественной резьбе – с помощью магии он делал удивительные вещи, и Лания пришла в полный восторг. С ним она провела больше часа, обсуждая эскизы будущей мебели в гардеробную и гостиную. Затем, после обеда, было осмотрено крыло для купцов и торговцев, там Лания провела достаточно долгое время, незаметно для самой себя втянувшись в роль дотошной хозяйки. Проверила комнаты, припасы, обсудила с Карелом, что может понадобиться, а там и обещанный обоз приехал. За отсутствием коменданта, Лании пришлось взять на себя обязанности по встрече и размещению, благо Карел не отходил от нее и очень помогал. За всеми хлопотами госпожа Малек и не заметила, как подкрался вечер, и встретила она его в кабинете управляющего, обложенная учетными книгами и составляя список того, что, по ее мнению, стоило бы еще прикупить в крепость. Ничего лишнего, только для создания уюта, хотя бы чайный сервиз для Лании, ну вот хотелось ей начинать утро, попивая вкусный чай из лесных трав из тонкой фарфоровой чашки, сидя в кресле в гостиной, любуясь из окна на крепость. Имеет же она право на маленькую слабость из прошлой жизни?..
– Госпожа, вам пора отдыхать, – раздался мягкий голос Карела, и Лания подняла голову от списка, устало потянувшись.
Да, пожалуй, хорошее предложение. А еще стоит поужинать. И наверное, даже в спальне, как-то нет сил сидеть за столом в столовой. И вообще, хочется побыть одной, за сегодня она слишком устала от общения с множеством людей. Оказывается, от этого тоже можно утомиться, надо же.
– Спасибо. – Лания нашла в себе силы вежливо улыбнуться Карелу. – Вы мне очень помогли сегодня.
– Хорошего вечера. – Управляющий улыбнулся в ответ.
Он даже проводил ее до кухни, где Лания попросила Яруту собрать ей еды на поднос.
– Я хочу поужинать у себя, – пояснила она на удивленный взгляд поварихи. – Устала что-то.
– Ой, конечно-конечно, госпожа, вы идите, я принесу вам все! – тут же засуетилась Ярута. – Не беспокойтесь, милая, отдыхайте!
И снова на душе потеплело, даже мелькнуло странное чувство, будто она тут не второй день всего, а уже давно и знает этих людей тоже не один год… Лания добрела до спальни, покосилась в сторону сундука, где временно лежали ее вещи, и мысленно махнула рукой. Показывать характер и снова влезать в неудобную ночную рубашку не хотелось, поэтому она просто переоделась в просторное платье с поясом, больше похожее на халат, и устроилась с ногами в кресле у камина. Наблюдая за пляской оранжевых язычков пламени, Лания сама не заметила, как задремала, и совершенно не услышала, как тихо открылась дверь, впуская позднего гостя.
Только когда нос защекотали вкусные ароматы еды, Лания встрепенулась и открыла глаза, сонно заморгав и толком не рассмотрев в полумраке, кто же пришел.
– Ярута, спасибо… – пробормотала она и запнулась.
Перед ней сидел на стуле Томаш и внимательно смотрел со странным выражением нежности на лице. На коленях у него стоял поднос с ужином, причем на двоих. Лания отчего-то смутилась, отвела взгляд и немного суетливо запахнула края платья, не зная, как себя вести с супругом в такой интимной, уютной обстановке. Семейной.
– Устала сегодня? – заботливо поинтересовался Томаш, вручая ей тарелку с едой. – Карел сказал, ты много сделала. – Он улыбнулся уголком губ.
– Ну… – Лания неловко дернула плечом, смутившись еще больше. – Просто… Прогулялась по крепости, а потом приехал обоз…
Она сама не поняла, как так получилось, что выложила мужу все про то, как провела сегодняшний день. Он не перебивал, не ругал, не говорил, что она что-то не то сделала, лишь одобрительно кивал иногда, с аппетитом поглощая стряпню Яруты. Происходившее оказалось для Лании полной неожиданностью, вот так сидеть у камина, ужинать и мирно беседовать о повседневных делах. С супругом. Не строить очередные интриги, не обсуждать, у кого новый любовник или любовница. А просто… разговаривать. Когда тебя внимательно слушают и смотрят так, что пальцы на ногах невольно поджимаются. Последнее смущало, пожалуй, сильнее всего, ведь эти самые пальчики Томаш прекрасно видел, их едва прикрывал подол платья.
– Я завтра в крепости, можем прогуляться по окрестностям, – неожиданно предложил он, отставив пустую тарелку. – Здесь есть красивые места, а где-то часах в трех отсюда небольшое озеро из горячих источников, там даже зимой тепло. Как-нибудь съездим. – Томаш забрал у Лании посуду и поставил поднос на пол.
Она рассеянно заметила, что надо бы и в спальню какой-нибудь столик, небольшой, как раз для таких вот случаев. И наверное, второе кресло тоже не помешает, оно тут вполне поместится. От сытного ужина и тепла Ланию окончательно разморило, и она дремала с открытыми глазами, на слова Томаша лишь медленно кивнув. А потом ойкнула, когда комендант неожиданно легко подхватил ее на руки и понес к кровати. Даже возмущаться было лень, и Лания позволила ему стянуть с себя одежду, покорно забралась под пушистую шкуру, свернувшись клубочком.
– Нет, пожалуй, покрывало другое сюда не надо, – сонно пробормотала она, скакнув в мыслях к списку необходимого. – Это тоже хорошо…
Кажется, Лания уснула раньше, чем Томаш вернулся из ванной, утомленная насыщенным днем.

Следующие несколько дней выдались такими же обильными на события. Лания занималась делами по крепости, продолжала обустраивать потихоньку их с Томашем покои, с головой погрузившись в заботы. Как-то так само получилось, что Ярута стала обсуждать с Ланией меню на день, кого чем накормить, предпочтения самой хозяйки, делясь и вкусами Томаша. Карел часто приходил за советом, просил что-то посмотреть, проверить и так далее. Прогулку Лании муж все же устроил, и действительно девушка была очарована дикой, суровой красотой этого края. Низкорослые деревца упорно цеплялись за скалы, на ярком мху пестрели цветы, кое-где даже виднелись рощицы пушистых сосен, северных, кряжистых дубов с темно-зелеными листьями. Журчали ручейки, рассыпая брызги и радужные блики, пару раз Лания даже заметила в отдалении каких-то местных пушистых зверьков, похожих то ли на куниц, то ли на маленьких лисиц с серебристо-серым мехом.
А как-то днем, возвращаясь от плотника, Лания вовсе застала в дальнем конце двора, около казарм, мужа на тренировке. Обнаженного по пояс. Машущего внушительным мечом так, словно он ничего не весил. На лице Томаша отражалась сосредоточенность, движения были скупые, выверенные, отточенные. Мышцы красиво напрягались под покрытой испариной кожей, и Лания, замедлившись, засмотрелась, поймав себя на странном желании подойти ближе, прижаться к этому разгоряченному схваткой телу, провести ладонью… О богиня, кажется, ее возбуждал вид собственного супруга! Сердито фыркнув под нос и чувствуя, как опять неудержимо краснеет, Лания стремительно направилась дальше – ее ждали прибывшие из города покупки, которые следовало разместить в гардеробной. Там уже стояла кое-какая готовая мебель, а шкаф плотник обещался сделать к концу недели. Но нет-нет да перед глазами всплывала картинка, увиденная во дворе, и по коже от шеи до самых пяток волнами бегали щекочущие мурашки, сбивая дыхание и заставляя сердце биться чаще.
К некоторому удивлению и росшему напряжению Лании, Томаш не торопился закрепить свое право мужа, и хотя они каждый вечер ложились в одну кровать, он не распускал руки. Ну, то есть целовал на ночь, если Лания не засыпала сразу и быстро, умаявшись за день, иногда тихонько поглаживал то плечи, то спину или прикасался губами. Девушка тогда замирала, не зная, чего хочет больше, то ли чтобы перестал, то ли – продолжил. Ее охватывали противоречивые чувства, просыпалось непонятное упрямство, и всплывали откуда-то мысли, что мужа ей навязали и вообще не стоит к нему привязываться слишком сильно, и надежды тоже давать не стоит. Спроси Ланию, кто и почему, она бы не ответила…
Кроме всего прочего, супруг проявлял заботу в мелочах и время от времени радовал то букетиком горных цветов, которые долго стояли и не вяли, то Лания обнаружила в гардеробной, на столике, коробочку с причудливой брошью в виде изящной витой оправы и осколка какого-то минерала с красивыми переливами лилового и фиолетового, с искрами. Как раз к новому платью из тонкой шерсти в фиолетовую с черным клетку. Если утром он уходил раньше, то обязательно на тумбочке ждали что-нибудь вкусненькое и короткая записка. Лания терялась, нервничала и все сильнее беспокоилась. Муж явно хотел сближения и мягко к нему подталкивал и супругу, и в другое время она, может, и оценила бы выдержку и терпение. Но… Не хотела она сближаться! Пугало ее это сближение, какая-то часть души упрямо считала, что это будет предательством по отношению к прежней жизни. Хотя она давно закончилась.
Ближе к концу недели Лания снова проснулась одна, обнаружив уже привычный букетик, тарелку с воздушными ореховыми печеньями и записку, что в гардеробной ее ждет кое-что. У госпожи Малек екнуло сердце от смутного предчувствия, и она поспешила в комнату напротив, кутаясь в халат и отметив, что за окном погода испортилась. Набежали тучи, закрыли все небо, и окна тихонько дребезжали от порывов ветра. Пожалуй, сегодня стоит поменьше выходить на улицу, того и гляди польет дождь. А в гардеробной Лания обнаружила сверток, развернув который узрела нечто кружевное, невесомое и ужасно непристойное, отдаленно похожее на ночную сорочку. Намек куда уж прозрачнее и в прямом, и в переносном смысле.
Девушка задохнулась от злости, почему-то эта кружевная штучка произвела на нее эффект искры, упавшей на паклю. Эмоции вспыхнули факелом, обожгли горячей волной, и Лания отшвырнула подарок, тяжело дыша и сжав кулаки. Сразу вспомнился их разговор, когда она надела тот нелепый балахон, и настроение испортилось вконец. Значит, считает, что она не в состоянии выбрать себе нормальное белье?! У-у-у… мужлан! Лания сделала несколько кругов по гардеробной, глубоко вдыхая, кое-как уняла эмоции и переоделась. Сегодня предстояло много дел: и новая мебель от плотника, и ревизия кладовых – завтра должны приехать из города, а на днях ожидается большой караван. Также надо встретить дополнительную прислугу, разместить и так далее. На улицу все же придется выйти, Лания только надеялась, что дождь не пойдет. И ей все равно, куда унесло вредного супруга с утра пораньше!
Гнев спрятался, поутих до состояния тлеющих углей, и дела немного помогли отвлечься. Куда исчез муж из крепости, Лания краем уха услышала: обсуждали случившийся ночью обвал дальше в горах и его расчистку. А Томаш неплохо владел стихией воздуха, вот и отправился с небольшим отрядом самых сильных магов исправлять капризы природы. Однако чем ближе подходил вечер, тем сильнее в душе Лании росло напряжение. И беспокойство. Стоило вспомнить пресловутый подарок, как поднималось глухое раздражение, и брови хмурились, и никакого игривого настроя. Даже самой себе Лания боялась признаться, что под злостью прятался обычный страх серьезных перемен… Ведь при воспоминании об их первой и пока единственной ночи по телу разливалась жаркая истома, а внизу живота поселялась приятная тяжесть.
Но Лания не хотела желать собственного супруга! А вот почему, объяснения не находилось. Что-то мешало смириться, принять свою судьбу и признать, что новая жизнь гораздо привлекательнее прежней. И что было большой ошибкой ввязываться в опасную авантюру с завоеванием Эрика, да еще с помощью сомнительной помощи неизвестного мага. Вот от последнего становилось невыносимо стыдно, и злость Лании лишь росла, хотелось спрятаться от самой себя, не то что от мужа. И ведь непонятно, известил Томаша король о провинностях супруги или комендант просто пощадил чувства девушки и не стал об этом говорить?
К вечеру она накрутила себя так, что превратилась во взведенную пружину арбалета: малейшее движение, и сорвется. За окном совсем стемнело, поднялся холодный, пронизывающий ветер и начал накрапывать дождь. Словно насмехаясь над состоянием Лании, спальня манила уютным полумраком, теплым воздухом и тихим потрескиванием дров в камине. А в душе госпожи Малек не утихали страсти, эмоции не желали успокаиваться, разрывая мысли в клочья. Она остановилась у окна, напряженная, как струна, кусая губы и пытаясь разобраться в себе, справиться с непонятным состоянием, но не получалось. Видимо, слишком сильно пугали перемены, и растерянность не давала спокойно поразмыслить и принять их.
Лания не услышала, как открылась дверь и в спальню кто-то вошел. Но едва теплые ладони опустились на плечи, она чуть не подскочила, сердце метнулось к горлу от неожиданности.
– Привет, – раздался около уха низкий, хрипловатый голос Томаша. – Я скучал, – и горячие губы коснулись изгиба шеи, разогнав по коже волну колких мурашек.
Лания резко выдохнула и отошла на шаг, не поворачиваясь, и сухо произнесла:
– Не надо.
– Что не надо? – с нотками искреннего удивления переспросил Томаш, и его руки на сей раз обвились вокруг талии девушки.
Бывшая графиня снова выскользнула из объятий и развернулась, глянув на коменданта чуть прищуренными глазами.
– Удобно устроился, да? Жену прислал сам король, не надо завоевывать, да и чувства не нужны тоже – зачем, и так ведь принадлежит тебе, – она говорила, понимая, что несет какую-то нелепицу, но эмоции вышли из-под контроля, и, видимо, навалилось все сразу.
Ей стало обидно за себя, что никогда не было ни красивых ухаживаний, ни свиданий, ни прежний муж, ни нынешний не пытались в самом деле пробудить в ней чувства. В первый раз родители договаривались о свадьбе к своей выгоде, сейчас вообще выдали замуж в качестве наказания. Глаза защипало от подступивших слез, но Лания стиснула зубы, вздернув подбородок и не опуская взгляда от потемневшего лица Томаша. Он поджал губы, скрестил руки на груди и ровно ответил:
– А что я, по-твоему, делал всю эту неделю? Не ухаживал? Не заботился? Ну прости, что не знаю придворных изысков, не там уродился, да и в отличие от твоих прежних кавалеров у меня побольше дел в крепости, требующих моего внимания. Не могу я целый день не отходить от тебя, знаешь ли, – в последних словах проскользнула ирония. – Я тоже не железный, Лания, мне тоже хочется ласки и заботы, между прочим. Я точно так же, как ты, устаю, а ты лишний раз улыбнуться боишься, будто это что-то жутко неприличное. Сжимаешься вся, когда я прикасаюсь к тебе или обнимаю. А я помню, как ты стонала и отдавалась мне, Лания, и что прикажешь думать? – Он резко выдохнул, устало провел ладонью по лицу. – Не знаю, зачем ты пытаешься казаться хуже, чем есть, и не понимаю, чем заслужил с твоей стороны подобное отношение. Я в самом деле хотел по-хорошему, но если ты не хочешь – что ж, так тому и быть.
Лания замерла с колотящимся сердцем, по спине пробежал холодок. Кажется, она перегнула палку… Но извиняться не собиралась, нет! Это не его выдернули из прежней жизни и забросили сюда, это не его обманули и использовали в своих интересах!
– Ты моя супруга и обязана повиноваться мне, – тем же ровным, бесстрастным голосом говорил Томаш, глядя ей в глаза. – Так что, когда я вернусь из ванной, ты должна лежать в постели и ждать меня, как примерная жена, – после чего он развернулся и направился к двери в ванную.
Девушка задохнулась от этих слов, в грудь словно воткнули острый кол. Отчего-то стало так горько, что во рту ощутился неприятный привкус и появилось настойчивое желание громко закричать, выпуская эмоции. Только Лания вместо этого резко развернулась на каблуках и в сердцах бросила:
– Да катись ты со своими приказами! Я не твоя собственность!
И, уже не сдерживая слез, выбежала из спальни, громко хлопнув дверью. Кажется, вслед раздался окрик, но Лания и не думала возвращаться. Всхлипывая и кусая губы, она бежала по коридорам, ничего не видя из-за пелены соленой влаги, замок словно вымер – здесь все рано отправлялись на отдых, потому как день тоже начинался чуть не с рассветом. Еще и глухо завывал ветер, хорошо хоть магические светильники горели ровно, не реагируя на сквозняки. Лания сама не поняла, как оказалась на одной из открытых галерей, прямо под косыми, холодными струями дождя. Зажмурившись, она подставила лицо, ничуть не заботясь, что промокнет, плача вместе с природой, выпуская накопившиеся напряжение и эмоции. Порывы ветра швыряли воду пригоршнями, тонкий лен платья тут же намок, неприятно облепив фигуру, и Лания обхватила себя руками, слизывая капли с губ и не обращая внимания на холод. Удивительно, но на душе становилось легче, после вспышки пришли опустошение и усталость.
Вдруг сразу почувствовалось, как стекают капли дождя за ворот, по спине и дальше, вызывая дрожь, что промокло не только платье, но, кажется, и нижнее белье. И ветер действительно холодный, даже ледяной, совсем не по-летнему. Лания прерывисто вздохнула, прислонившись к стене, накатили слабость и апатия. Захотелось обратно в тепло, в уют спальни, и именно в этот момент девушка остро, до самой глубины души ощутила, что – все. Прошлого больше нет. Оно осталось где-то далеко-далеко, и выбора у нее нет: либо Лания принимает эти перемены окончательно и бесповоротно, либо ее ждет унылое и жалкое существование без всякого уважения и сострадания со стороны мужа.
Дрожь стала сильнее, застучали зубы, и госпожа Малек медленно сползла на пол, стиснув пальцами плечи и наклонив голову. Кажется, наконец пришла пора признать ошибки и попробовать начать все сначала. Пусть и не так, как хотелось когда-то в мечтах. Но… вдруг по-другому получится даже лучше?.. Шмыгнув носом, Лания так же медленно выпрямилась, трясясь в ознобе, и побрела обратно, пытаясь понять, куда ее занесло и как добраться теперь до теплой и уютной спальни. Противная дрожь не проходила, нос заложило, а в глаза как песка насыпали – все прелести истерики, еще и под дождем. И магия не поможет, огнем Лания не владела, а он бы сейчас оказался очень кстати, да.
Сознание впало в странное оцепенение, опустошенное недавним взрывом эмоций, девушка куда-то шла по коридорам, чувствуя себя с каждой минутой все более уставшей. Холод не желал проходить, мышцы закаменели, и Лания уже с трудом передвигалась. Пока в какой-то момент земля вдруг не ушла из-под ног. На мгновение она испугалась, судорожно вздохнула, выплывая из странного марева, и тут же нахлынуло облегчение: это оказался всего лишь Томаш. Взъерошенные, влажные волосы, расстегнутая рубашка и хмурое лицо, а еще притаившееся в самой глубине взгляда беспокойство.
– Ну и куда ты убежала, глупая? – проворчал он, широким шагом направляясь по коридору. – Промокла, замерзла, трясешься вся. Знаешь, какие тут ветры лютые дуют с гор, даже летом? Заболеть очень легко, если огнем не владеешь. А Велеша нет сейчас в крепости, он ушел на заставы какие-то травки собирать, пополнять запасы, а вернется через несколько дней.
Он говорил что-то еще, но Лания уже плохо слышала, прислонившись к его плечу и почему-то улыбаясь. В уши будто натолкали ваты, звуки то наплывали, сливаясь в сплошной гул, то отдалялись, а тело мужа вдруг показалось слишком горячим. Или это ей сделалось жарко непонятно от чего? Горло стало сухим, Лания с трудом сглотнула, плотнее прижавшись к Томашу. Она смутно помнила, как комендант пришел в спальню, потом донес до ванной и, аккуратно поставив на пол, начал раздевать. Лания не сопротивлялась, тело стало вялым и неповоротливым, а Томаш между тем снова подхватил ее на руки, устроив в ванне и включив горячую воду. Потом присел, нежно провел ладонью по волосам и внимательно посмотрел ей в глаза.
– Дурочка моя упрямая, – мягко выдохнул он и коснулся губами лба Лании, потом нахмурился. – Я никогда не сделаю тебе ничего плохого, но не надо меня злить, договорились?
Она чуть повернула голову, откинувшись на бортик ванны, и едва заметно кивнула – говорить не осталось сил, а стены слегка плыли перед глазами. Томаш нахмурился сильнее, беспокойство в его взгляде усилилось.
– Так, я сейчас, не усни только, ладно?
Снова кивок, и, словно в насмешку, веки налились свинцом, и навалилась сонливость. Лания проводила глазами широкоплечую фигуру мужа, честно попытавшись не соскользнуть в такую манящую, бархатную темноту. Это удавалось с трудом, она то и дело погружалась в зыбкую дрему, горячая вода разогнала холод, но ему на смену пришел жар, плавивший кости, только совсем не от страсти. Горло пересохло так, что стало больно глотать, и Лания зашевелилась, опустив голову и коснувшись губами манящей воды. Именно в этот момент появился Томаш с большой глиняной кружкой и тут же оказался рядом.
– Нет-нет, на вот лучше, это полезнее. – Край кружки оказался около ее рта.
Там было горячее вино с пряностями и какими-то травами, и Лания жадно припала, глотая отвар. Буквально через несколько мгновений голова закружилась, слабость усилилась, как и сонливость, но жар не проходил, и дышать стало сложнее. Она смутно помнила, как Томаш вытащил ее из воды, вытер, заботливо укутал в большую махровую простыню и отнес в спальню. Уложил под шкуру и лег рядом, обняв, и она с готовностью прижалась к нему, греясь – снова охватил озноб. А за ним пришел жар. И Лания ухнула в темную воронку, наполненную болезненной горячкой, обрывками видений – или снов? Воспоминаний? Она металась по кровати, пребывая в своей реальности, снова переживая события во дворце, только теперь ее не сажали в темницу, а сразу тащили на плаху, и никакого снисхождения к предательнице никто не испытывал…
Лания хрипела, умоляла кого-то, цеплялась за чьи-то руки, теряясь в лабиринте собственной памяти. На самой границе сознания звучал тихий голос, и он успокаивал, пробивался сквозь туман лихорадки, не давая сгинуть окончательно. Обладатель этого голоса бережно обнимал, обтирал прохладной тряпицей, ненадолго принося облегчение, поил горькими отварами и горячим бульоном. И Лания тянулась к нему, зная, что он поможет, спасет от кошмаров и не бросит одну. Не предаст и не использует в своих интересах. Будет рядом всегда. Жар потихоньку спадал, видения таяли, ломота в теле и боль в костях уходили вместе с отступавшей болезнью, и в какой-то момент Лания открыла глаза, поняв, что сознание больше не блуждает в лихорадочных снах.
Судя по солнечному свету, наступил день. Одна створка окна была приоткрыта, впуская свежий ветерок. Она лежала под шкурой, судя по ощущениям – обнаженная, а рядом, прямо поверх шкуры – Томаш, подпирая ладонью голову. Он внимательно и серьезно смотрел на нее, и Лания отметила, что лицо у мужа слегка осунувшееся, а волосы растрепаны.
– Как ты себя чувствуешь? – негромко спросил он, заботливым жестом убрав с ее лица прядь волос.
Лания прислушалась к себе и честно ответила:
– Неплохо… вроде…
Голос звучал слабо, как у котенка, да и все тело ощущалось как кисель, шевелиться не хотелось. Но главное, сознание прояснилось, жара не было, и еще – очень хотелось есть, о чем и известил желудок. Лания смутилась, зашевелилась, до самого носа уползая под шкуру, так, что ворсинки защекотали, а Томаш улыбнулся с облегчением и наклонился, легко коснувшись губами щеки Лании.
– Вижу, что да. Сейчас принесу поесть, Ярута приготовила специально для тебя бульон с домашней лапшой.
Девушка проводила его взглядом, слабо вздохнула, прикрыв глаза. В голове царила пустота, и вместе с тем на душе – облегчение. Словно эта болезнь вычистила все, что оставалось там раньше и не давало шагнуть вперед. Губы Лании тронула слабая улыбка, и все-таки червячок сомнения шевелился где-то глубоко внутри. Когда появился Томаш с подносом и нос Лании уловил вкусные запахи, собственные страхи на время отступили, правда, пришлось смириться с тем, что кормили ее с ложечки. Слабость не позволила нормально поесть, но девушка с удивлением поняла, что подобная забота ее больше не раздражает. Немного смущало, да, но совсем чуть-чуть.
Когда с едой было закончено, Лания снова посмотрела на Томаша и тихо спросила:
– Сколько я болела?
– Три дня. – Он погладил ее ладонью по щеке и длинно вздохнул. – Ты очень напугала меня, Лани. – Муж внимательно посмотрел на нее.
А потом вдруг сгреб в охапку вместе со шкурой и прижал пискнувшую от неожиданности Ланию к себе, зарывшись пальцами в ее волосы и коснувшись губами виска, укачивая, как ребенка.
– Обещаешь больше не вести себя так? – пробормотал он, пока Лания пыталась справиться с неожиданно нахлынувшими эмоциями и комом в горле. – Я не хочу ссориться, Лани, только не с тобой.
Что-то дрогнуло в душе, а сердце испуганно-радостно замерло. Она помолчала, собираясь с духом, а потом почти шепотом спросила:
– И тебе неважно, за что меня сослали сюда? Что… я в самом деле творила нехорошие вещи?
Сказала и зажмурилась, страшась ответа. Если уж начинать новую жизнь, то не с обмана. Ладонь Томаша скользнула вдоль спины Лании, вызвав у нее россыпь мурашек, и девушка невольно ближе прижалась к мужу, спрятав лицо у него на груди.
– Совершенно неважно, – мягко ответил он. – Что бы ни было, оно осталось там, в прошлом. А сейчас ты со мной.
Лания не ожидала, что от этих слов расплачется. Тихо всхлип- нув, она обняла Томаша за шею, не в силах остановиться и чувствуя, как окончательно отпускает напряжение внутри, а он удерживал ее в объятиях, терпеливо ожидая, пока девушка придет в себя. До вечера Томаш пробыл с Ланией. Приходил пан Велеш, отругал за легкомыслие и заставил выпить горькую настойку, а потом и магией еще раз воспользовался, окончательно изгнав хворь из Лании. Так что к вечеру она даже смогла выйти ненадолго во двор подышать свежим воздухом. И приятно удивилась, когда и Карел, и другие обитатели замка радостно здоровались и справлялись о ее здоровье.
– Завтра поедем в одно удивительное место, – сказал вдруг Томаш вечером, когда они уже поужинали и готовились ложиться. – Тебе там точно понравится.
– Куда? – тут же поинтересовалась Лания, наблюдая, как муж раздевается – сама она уже устроилась в кровати, чувствуя, как подкралась сонливость – организм требовал отдыха после затяжной болезни, и сон – лучшее лекарство.
– Вот завтра и узнаешь, – невозмутимо ответил комендант, весело блеснув глазами, небрежно отбросил штаны, отчего Лания все же смутилась и отвела взгляд, и скользнул к ней, обняв и притянув к себе. – Все. Спи давай, – решительно пресек он расспросы. – Велеш сказал, тебе нужен покой, ты еще слабая.
Пришлось смириться – Лания уже уяснила, что Томаш если что-то решил, то окончательно. А еще так приятно было прижиматься к сильному телу, слушать размеренное дыхание, ощущать уют и тепло… На этой мысли Лания уснула, на сей раз здоровым, крепким сном без всяких видений.

Утром она даже не заметила, как встал Томаш, зато, когда открыла глаза, ее ждал завтрак в постель, а общее самочувствие было отличным.
– Ярута соберет нам еды, я попросил. – Комендант, уже одетый в штаны, рубашку и шерстяную безрукавку, улыбнулся и поставил поднос на тумбочку.
А потом наклонился и нежно прижался к губам Лании, подарив долгий, ласковый поцелуй. И сердце девушки забилось быстрее, всколыхнулись воспоминания об их первой и пока единственной ночи, и… она поняла, что хочет повторить. От этой мысли щеки потеплели и дыхание сбилось, и, пожалуй, хорошо, что Томаш прервался, иначе они бы точно не скоро выбрались из спальни. Но Лания не хотела торопиться, мягкая истома ожидания и предвкушение приятно щекотали низ живота, и это ощущение было ничуть не хуже горячей страсти.
Поскольку ехать предстояло верхом, Лания решила надеть новый костюм для верховой езды – пока она лежала в горячке, пришли вещи из города от портного. Штаны, тонкая льняная рубашка и верхнее платье из плотной шерсти, у юбки удобные разрезы по бокам – наряд смотрелся на ней отлично, подчеркивая изящную фигуру, и был удобным и практичным. Волосы Лания заплела в обычную косу и уложила на затылке в узел, чтобы не мешали. Изысканные прически остались в прошлом, но она не жалела об этом.
Из спальни они вышли вдвоем, и рука девушки спокойно лежала на локте Томаша, а на губах играла легкая улыбка. Внизу их ждала Ярута с корзинкой, и вскоре они выехали из крепости, направившись вниз по ущелью, и спустя некоторое время Томаш свернул на неприметную тропинку, уводившую вглубь. А еще через пару часов они въехали в чудесную долину, в которой, как в чаше, раскинулось небольшое озеро, исходившее паром. Берег покрывали низкорослые деревья и кустарники, во мху виднелись разноцветные искорки цветов, и Лания ахнула в восхищении, разглядывая это место. Томаш же, остановившись рядом с ней, глянул с усмешкой и вдруг предложил:
– Ну что, искупаемся? Здесь бьют целебные источники, тебе полезно после болезни.
Лания моргнула, сердце от его слов сбилось с ритма, а щекам стало тепло от выступившего румянца. Волнение заставило кровь быстрее бежать по венам, учащая дыхание, и девушка нервно облизнулась, понимая, что от ее ответа сейчас зависит очень многое. И… улыбнулась немного неуверенно.
– Давай, – Лания порадовалась, что голос не дрогнул, хотя волнение стремительно росло, вызывая настоящую бурю эмоций.
В глазах Томаша вспыхнул огонек, добавивший девушке переживаний, он спрыгнул с коня и подошел к ней, протянув руки. Лания соскользнула прямо в объятия мужа, и на несколько мгновений горячие губы прижались к ее губам, одарив кратким, но жадным поцелуем. Внутри все затрепетало, из груди вырвался прерывистый вздох, а Томаш, взяв ее за руку, повел к самому берегу горячего озера. Тут вкусно пахло минералами и немного влажным мхом, около воды виднелись гранитные плоские валуны, покрытые разноцветными лишайниками.
– Они тоже теплые, – обронил Томаш, остановившись перед одним из них, и сел, поставив Ланию между коленями.
А потом начал медленно, неторопливо раздевать. Сначала – верхнее платье, развязав шнуровку по бокам и сняв его. Потом Томаш приподнял нижнюю рубашку, обнажив живот, и прижался губами чуть повыше пояса штанов, отчего Лания вздрогнула и выдохнула. По телу прошлась горячая волна, затаившись между бедрами знакомой истомой, и последние остатки смущения утонули в проснувшемся желании. Ладони Томаша заскользили вверх, поднимая ткань, и Лания послушно вытянула руки над головой. Муж встал, снимая рубашку, его руки огладили обнаженные плечи девушки, прошлись по спине, рождая россыпи колких мурашек. И уже совсем не смущало, что они не в комнате, вокруг день, и… и приличные леди не занимаются этим  вот так, при свете, да еще и на природе. Нет, конечно, вряд ли сюда забредет случайный путник и увидит, но все-таки…
– Такая нежная… хрупкая… – пробормотал Томаш, обжигая горячим дыханием ставшую слишком чувствительной кожу.
Лания невольно замерла, сердце гулко колотилось в груди, когда пальцы Томаша осторожно потянули за ленточки трусиков, собираясь избавить ее от последнего предмета одежды. Лицу стало жарко от волнения и немножко от смущения, но она не прикрылась и не попыталась остановить мужа. И вот последняя деталь одежды легко скользнула по ногам, и Лания невольно поежилась от свежего ветерка, невесомо прикоснувшегося к разгоряченной коже.
– Ты вкусно пахнешь, Лани. Ванилью и молоком, – произнес он и улыбнулся, самым непристойным образом облизнувшись. – И мне очень хочется попробовать тебя на вкус. – Его улыбка стала шире, а румянец Лании – гуще, кажется, полыхали даже уши. – Залезай, а то снова замерзнешь, – неожиданно сказал он и развернул супругу, мягко подтолкнув к озеру.
Замерзнешь тут с ним, как же. Но Лания послушно забралась в горячую воду, отойдя от берега и обнаружив, что дно озера тоже каменное и там даже есть удобные уступы, чтобы сесть. Что она и сделала, развернувшись к мужу и наблюдая за тем, как он избавляется от одежды. Глаза девушки скользили по широким плечам, бугрившимся мышцам, перевитым венами, по светлым волоскам на груди и ниже, по четким квадратикам на животе. От пупка убегала густая, такая же светлая полоска, а Томаш словно дразнил супругу, снимая штаны слишком медленно. Прикусив губу, Лания открыто разглядывала коменданта, совершенно не скрывая жадного любопытства, и хотя о щеки можно было факелы зажигать, взгляда не отводила. В конце концов, это ее муж, и он, между прочим, рассматривал ее совершенно без всякого стеснения. Чем она хуже?
Томаш лишь усмехнулся, а потом снял последнюю деталь одежды, оставшись обнаженным, еще и руки упер в бока, чуть расставив ноги. Глаза Лании стали круглыми, она до сих пор видела супруга лишь мельком, стесняясь собственного интереса, и больше ощущала его тело, когда они спали вместе. Хм. Сейчас она во всей, так сказать, красе могла оценить размеры, поскольку достоинство Томаша наглядно демонстрировало все желания мужчины. Точнее, одно, и очень выразительное. И оно полностью совпадало с эмоциями Лании…
Комендант шагнул к ней, зашел в воду, опустившись рядом с женой, его рука обвилась вокруг тонкой талии, притягивая ближе, на колени. Она с готовностью села верхом, положив изящные ладони на широкие плечи, тихонько поглаживая напряженные мышцы и наслаждаясь этими прикосновениями. Она хотела собственного мужа и теперь не боялась признаваться себе в этом. И как же хорошо, что в ее жизни появился он, став первым и единственным! С ним можно быть действительно хрупкой и нежной, слабой, настоящей женщиной. Потому что здесь, в крепости, это не недостаток, а достоинство. И да, она готова заботиться, встречать после дальних рейдов, дарить в ответ свою нежность и страсть…
Они провели на озере несколько часов, нежась в воде, дурачась и наслаждаясь неторопливыми ласками. Лания изучала тело мужа уже без всякого стеснения, и он все-таки осуществил свое желание, попробовав ее на вкус… И перед глазами снова сверкали звезды, а скалы отражали ликующий крик.
Обратно в крепость они возвращались уже в сумерках, и Лания ехала вместе с Томашем на одной лошади, прижавшись к его груди и погрузившись в дрему под мерный шаг животного. А вот когда они прибыли в Карраш, к коменданту, едва тот спешился, подошел один из стражей, и у Лании екнуло сердце. Чутье подсказывало, что не просто так.
– Господин комендант, у меня вести от дальних дозоров, – вытянувшись, четко доложил он. – Крупную банду нашли, те на караван собираются напасть, он как раз через день от нас пойдет.
Томаш нахмурился, а беспокойство Лании усилилось, она невольно вцепилась в руку мужа, придвинувшись ближе.
– Хорошо, завтра рано утром выходим, – кивнул он. – Пусть отряд подготовится. К пану Велешу не забудьте зайти за целительскими пакетами, и амулеты зарядить всем.
После чего Томаш направился к входу, Лания молча за ним, понимая, что это обязанность коменданта – обеспечить безопасность пути для торговцев. И ей придется смириться, что время от времени муж будет рисковать собой, выбираясь в такие вот рейды. Подавив вздох, она мягко высвободила руку, когда они зашли в гулкий холл, и на вопросительный взгляд Томаша пояснила:
– Попрошу Яруту собрать нам ужин в спальню, – и поспешила на кухню.
Не хотелось сейчас ни с кем видеться и ни с кем делить внимание супруга, пусть они и провели весь день вместе. Вскоре Лания поднялась с подносом наверх, а Томаш ждал, расположившись в кресле, и девушка, поставив поднос на стол, устроилась на его коленях, обняв за шею и уткнувшись в плечо. Мужчина потерся об ее макушку и тепло произнес:
– Не бойся, ничего страшного, просто рядовой рейд. Сколько их уже было таких. Но мне приятно, – шепнул он, легко поцеловав Ланию в висок, – что ты беспокоишься.
Она зашевелилась, прижавшись к Томашу и совершенно не скрывая эмоций.
– Ты же мой муж, – пробормотала Лания, вдыхая его чуть терпкий, вкусный запах. – Куда я теперь без тебя…
Они поужинали, и Томаш ненадолго ушел, чтобы подготовиться к завтрашнему рейду, а Лания, утомленная насыщенным днем, задремала в кресле. Раздевал и укладывал ее супруг, и она так и не проснулась до конца и, оказавшись под шкурой рядом с ним, устроилась на его плече, закинув руку и ногу, прижавшись всем телом. Пусть только попробует не вернуться, она лично отправится в горы и за шкирку притащит обратно. На этой решительной мысли Лания окончательно уснула.

Рано утром она проснулась сразу, как Томаш встал с кровати. За окном чуть посерело, даже солнце еще не показалось, но сон с Лании как рукой сняло. Она тоже поднялась, надела платье, зябко ежась, и, пока Томаш плескался в ванной, спустилась вниз распорядиться о завтраке. Во дворе уже царила суета, конюхи вывели лошадей, бряцало оружие. Эти звуки наполняли душу Лании тревожным ожиданием, и как ни пыталась она успокоить себя, что это обычная жизнь обычной приграничной крепости, не получалось. Это для них все как всегда, а ей страшно! Имеет она право на маленькую женскую слабость?
Когда в дверях столовой появился полностью готовый Томаш, завтрак уже стоял на столе, а Лания ждала его, усевшись на свое место. Он улыбнулся, подошел к ней и быстро поцеловал, опустившись на стул рядом.
– Спасибо, родная.
И вот это «родная» согрело изнутри, прогнало на время беспокойство, занозой засевшее в груди, и Лания даже смогла проводить его, не дав волю слезам.
– Храни тебя богиня, – прошептала она, глядя на исчезавший в воротах отряд и зябко кутаясь в теплую шаль.
А после поспешила в крепость. Раз уж встала рано, надо заняться делами, и так три дня прохлаждалась, пока болела. Ну и отвлечется от гнетущих мыслей.
…Томаша с отрядом не было три дня. Лания не показывала своих эмоций, занимаясь делами по крепости, и только по вечерам, свернувшись клубочком в большой постели, позволяла напряжению и тревоге вылиться в беззвучном плаче. Уткнувшись в подушку, Лания впервые, пожалуй, молилась богине, твердя, как заклинание, что все хорошо и с Томашем ничего не случилось. Как назло еще и погода испортилась, и хоть не было дождя, но небо затянули тучи, а холодный ветер свистел сквозняками, заставляя кутаться в теплый, подбитый мехом плащ. Как же не хватало теплых, надежных объятий мужа…
Отряд вернулся ближе к вечеру третьего дня. Лания как раз шла от гостевого крыла, там только что разместился приехавший караван, и она проверяла, как устроились гости. Она уже почти прошла двор, когда у ворот поднялась суматоха, и девушка замерла, сжав полы плаща и не отрывая взгляда от ворот, сердце тревожно заколотилось. Вот въехали несколько воинов, и Лания вытянула шею, выглядывая среди них рослую широкоплечую фигуру, однако, когда она показалась, госпожа Малек едва не вскрикнула. Бледное лицо, запавшие и лихорадочно блестевшие глаза и рука на перевязи заставили сердце замереть, а потом сорваться на суматошный стук. Не обращая больше внимания на холодный, пронизывающий ветер, она буквально подлетела к ним, пока воины осторожно помогали своему командиру спешиться.
– Яд горной гадюки, госпожа, – пояснил один из них, поддерживая пошатывавшегося Томаша. – Стрела оказалась отравленной, а у них был амулет, пробивающий защитную магию. Подготовились, тв… гады, – тут же поправился воин, зло прищурившись. – Простите, госпожа. Нужен пан Велеш, яд быстро распространяется, а травы лишь замедляют процесс.
– Ведите его в спальню, – быстро кивнула Лания, загнав рвущуюся истерику вглубь, и поспешила к домику целителя.
Он сам уже вышел на крыльцо, прищурившись, и едва завидел почти бегущую к нему госпожу Малек и раненого коменданта, на несколько мгновений скрылся, а потом снова появился с неизменной вместительной сумкой.
– Идемте, – скупо бросил он Лании.
Наверху Томаша уже уложили на кровать, и пан Велеш решительно вытолкал всех лишних людей, скомандовав девушке:
– Таз с горячей водой, и принесите с кухни кувшин молока. Будем лечить вашего мужа. Не смертельно, но господину Томашу придется несколько дней провести в постели.
Лания без слов повиновалась, бросив короткий взгляд на супруга: он лежал, закрыв глаза, и тяжело дышал, а на рубашке проступила кровь. Девушка проглотила ком в горле и заторопилась выполнять указания целителя. Слова пана Велеша ее не успокоили, и только увидев, как выровнялось дыхание Томаша, а лицо постепенно розовело, она убедилась, что все действительно не так серьезно, как она себе надумала.
– Ну вот, – удовлетворенно вздохнул целитель, вытирая руки тряпицей. – Яд я нейтрализовал, только надо еще попить дня три молоко вот с этим отваром, – он показал на пузырек на тумбочке. – И отдыхать, слабость еще будет держаться. Не переживайте так, госпожа, – улыбнулся пан Велеш, заметив прикушенную губу Лании и блестевшие от навернувшихся слез глаза. – Обычное дело, супостаты в горах часто какой-нибудь дрянью пользуются, но у меня травки на все случаи собраны, солдаты их всегда с собой носят. До крепости доехать точно хватит, а тут уже я подсуечусь. Знаете, отдыхайте-ка вы тоже, – решительно заявил он. – Я попрошу Яруту принести вам ужин сюда.
После чего целитель ушел, оставив супругов одних. Лания осторожно примостилась на краю кровати, взяв тяжелую ладонь и тихонько погладив. Томаш то ли спал, то ли находился в беспамятстве, по крайней мере, глаз не открывал. И тем неожиданнее оказалось для Лании услышать тихий, немного хриплый голос:
– Все хорошо, Лани, жить буду. Не переживай. Обычная царапина, не сильно вредная.
Это оказалось последней каплей. Глухо всхлипнув, она приникла к Томашу, обняв одной рукой, и тихо заплакала, чувствуя, как невидимые тиски разжали грудь и пришло облегчение. Около уха послышался негромкий смешок, и здоровая рука мужа осторожно обняла, прижав Ланию.
– Ну что ты, родная, вот еще вздумала сырость разводить… – проворчал Томаш, но девушка успокоилась не сразу, только спустя некоторое время, когда эмоции улеглись окончательно.
Да, видимо, в самом деле придется привыкать и к тому, что этот мужчина за короткое время прочно занял место в ее сердце. И терять его Лания совсем не хочет и о прошлом больше думать не будет. Лучше – о настоящем, а еще лучше – о будущем. Ведь теперь оно у нее есть, и самое что ни на есть счастливое. Рядом с мужем, пусть и немного не тем, о котором мечтала, зато точно тем, кому она нужна без всяких интриг и магических привязок.
Спустя два месяца, осень, крепость Карраш  
Лания, зажмурившись, с аппетитом уплетала нежную, золотистую копченую рыбку, запивая укрепляющим отваром от пана Велеша. Она могла есть эту рыбку хоть целыми днями, благо заботливый супруг исправно посылал гонцов через портал за лакомством для любимой жены. К сожалению, к другой еде организм относился с большой подозрительностью, и Лания никогда не знала, что из вкусной стряпни Яруты вызовет приступ дурноты. Пан Велеш убеждал, что осталось потерпеть чуть-чуть, через пару недель все прекратится, но пока Лания тихо страдала и старалась не поддаваться перепадам настроения. Всеобщая забота и хлопочущие вокруг беременной молодой госпожи Карел, Ярута, Велеш и тем более Томаш то несказанно раздражали, то вызывали приступы умиления до слез.
Такие спокойные моменты, как сейчас, когда и организм вел себя прилично, и настроение не скакало, выдавались нечасто в последнее время. Лания сидела в гостиной, укрытая теплым, подбитым мягким мехом какого-то горного зверька пледом, на коленях стоял поднос с рыбкой. На столике рядом лежала раскрытая книга и стоял стакан с отваром. Муж встречал очередной караван с той стороны границы и потому ненадолго оставил супругу одну, но обещал вернуться как можно быстрее, чтобы пойти прогуляться и подышать свежим воздухом. Здесь, в горах, уже пахло по утрам морозцем, и, по словам Томаша, вот-вот должен пойти снег, зима тут наступала рано.
В коридоре послышались шаги, и Лания встрепенулась, вытерла пальцы полотенцем, с некоторым сожалением отставив поднос – хотелось съесть еще пару штучек…
– Не скучала? – в гостиную зашел Томаш, таинственно улыбаясь и держа руки за спиной. – Я знаю, что тебе точно понравится, радость моя! Вот, – выдал супруг, остановившись рядом с ней, и вынул руки из-за спины.
На колени Лании опустился увесистый такой пушистый комочек с круглыми ушками, длинным хвостом и ярко-изумрудными глазищами. На серебристо-серой шерсти кое-где проступали пятна чуть темнее, и у Лании перехватило дыхание от восторга. Комочек встряхнулся, смешно мотнул головой, завалившись на попу, и уставился на девушку, облизнув черный носик розовым язычком.
– В горах недалеко какие-то изверги убили самку, а детеныш остался, – со вздохом произнес Томаш и присел рядом, пока Лания осторожно гладила котенка, запуская пальцы в густую шерсть. – Если взять детеныша в дом, он становится совершенно ласковым и ручным и очень привязывается к хозяевам. А еще отличный защитник, – негромко добавил Томаш.
– Прелесть какая, – выдохнула Лания, с обожанием глядя на супруга. – Спасибо, хороший мой! – и она запустила пальцы второй руки уже в шевелюру мужа.
– Ну что, гулять? – бодро произнес Томаш, поднявшись и аккуратно подхватив Ланию под локоть. – Пан Велеш сказал, тебе полезно дышать свежим воздухом. Только оденься теплее, там сегодня ветер.
Лания послушно поднялась, прижимая котенка к себе, и вышла с мужем, умиротворенно улыбаясь. Какой он у нее все-таки замечательный, внимательный и любимый! И любящий тоже…
Начало весны, спустя девять месяцев после событий в романе  
– Маруня, может, все-таки снимешь, а? – с улыбкой спросила я, потянувшись к белым пушистым ушкам на голове невесты. – По-моему, пора заканчивать эти детские игры, замуж же выходишь.
Она посмотрела на меня широко раскрытыми, блестевшими от волнения глазами и, прикусив губу, отчаянно мотнула головой.
– П-после, – пробормотала с запинкой Маруня, покраснев и отведя взгляд. – Ну… Завтра.
Я удержала хихиканье, молча кивнув. Понятное дело, невеста волновалась и переживала перед началом настоящей взрослой жизни, хотя за прошедший с нашего знакомства неполный год Руня все же неуловимо изменилась. Почти исчезли детская непосредственность и порывистость, фигурка округлилась, движения приобрели плавность. Эта вертихвостка с наивным взглядом научилась флиртовать, и Анжея даже временами становилось жалко: парень же мужественно не заходил дальше поцелуев и обнимашек, дожидаясь официального права, так сказать. Но, глядя на их трогательные и нежные отношения, я умилялась до слез, радуясь за помощницу и подругу. Вообще, после рождения моего мальчика я стала очень сентиментальной, что иногда доставляло определенные трудности. Хорошо, что Эрика не раздражала моя излишняя эмоциональность ни во время беременности, ни сейчас. А сын у меня чудный, спокойный и жизнерадостный малыш, не приносящий много хлопот. Он совершенно спокойно лежал в своей корзинке и агукал, пока я хлопотала на кухне в кафе – я категорически отказалась от няни, заявив, что за своим ребенком буду приглядывать сама.
А теперь вот Маруня выходила замуж. Анжей несколько дней как получил диплом на торжественной церемонии в академии, а около месяца назад купил симпатичный дом недалеко от нас. Руня возмущалась, что видела его только снаружи, а внутрь вредный уже бывший студент ее не пускал – обустраивал все сам, желая сделать сюрприз любимой. Ну, как сам, конечно, советовался постоянно со мной, ухитряясь вылавливать меня, когда Руни не было рядом. Так что семейное гнездышко ей наверняка понравится, я не сомневалась.
– Хорошо, – я строго посмотрела на помощницу. – Но только чтоб обязательно, договорились? Это выглядит мило для посетителей кафе, но не в обычной жизни, – чуть смягчившись, добавила и осторожно, чтобы не повредить прическу, погладила Руню по голове. – Идем, все уже ждут.
Все – это, конечно, пан Жижтов с супругой, мой Эрик с нашим сыном, сам Анжей, несколько Маруниных подружек и даже Юлик. Конечно, наследник послушно прикрылся иллюзией, соблюдая конспирацию, но это, скорее, была формальность для девушек: принц до сих пор так и не выбрал невесту, хотя уже несколько раз устраивались смотрины. И не потому, что не хотел жениться, а потому, что хотел даже в династическом браке хоть капельку такого же счастья, как у нас с Эриком или у Маруни с Анжеем. И я его не могла осуждать, как и его величество. Так что поиски продолжались…
Мы с Маруней спустились на первый этаж – подготовка проходила в нашем доме, а праздновать, конечно, собирались в «Госпоже поварихе», на один день закрыв кафе для посетителей. Завтра молодожены планировали на недельку отправиться за город. Вот и пригодится мой подарок Маруне, будет баловать мужа вкусненьким.
– А вот и мы! – весело сообщила я, спускаясь по лестнице.
Мой взгляд сразу нашел мужа, и по телу разлилось привычное тепло, а улыбка стала шире. Во взгляде Эрика читалось неприкрытое восхищение, хотя я всего лишь немножко принарядилась в честь праздника в шелковое платье с вышивкой красивого сочного вишневого оттенка. Анжей же не мог оторвать глаз от невесты, и пришлось поддерживать Руню под локоть во избежание падения – не дай богиня, споткнется. Я почувствовала, как невеста слегка дрожит, и ободряюще сжала ее руку, улыбнувшись.
– Все будет хорошо, – шепнула ей, и уже громче Анжею: – Держи свое сокровище.
Конечно, девушка тут же оказалась в его надежных руках, и мы вышли на улицу, рассевшись по экипажам, украшенным лентами, и отправились к храму. Я забрала сына у Эрика и прижалась к плечу мужа, потершись щекой, он обнял, чмокнув в макушку и тихонько почесал за ушком. Я тут же зажмурилась от удовольствия, млея от нехитрой ласки, и на некоторое время выпала из реальности – ровно до момента, пока мой маленький Рома не добрался до моего хвоста. Забывшись, я махнула им, и цепкие пальчики тут же радостно вцепились в пушистый мех, заставив ойкнуть и аккуратно высвободить драгоценную конечность.
– Не шали, малыш, – мягко улыбнулась я, сунув в ручки маленькому пушистую игрушку.
Рома капризничать не стал, его вполне устроил и такой заменитель маминого хвоста. Рядом тихо вздохнул Эрик, прижав чуть крепче, и шепнул на ухо:
– Как же я вас люблю…
В храме нас встретила одна из жриц, и вскоре счастливая и раскрасневшаяся Маруня принимала поздравления и пожелания от гостей и родителей. Пани Элинка, не стесняясь слез, обняла дочь, подружки наперебой щебетали вокруг, и атмосфера царила самая праздничная. Мы всей веселой гурьбой вернулись в кафе, где и началось празднование и вручение подарков. Я ненадолго поднялась в свой кабинет, где достала из сейфа увесистую книгу в красивом кожаном переплете, украшенном медными уголками, и спустилась вниз, торжественно протянув Маруне.
– Держи, там еще свободные страницы есть, можешь и свои рецепты дописать, – произнесла, любуясь просиявшим личиком новоиспеченной жены.
Помощница осторожно взяла книгу, прижала к себе, зажмурившись, потом с благодарностью посмотрела на меня.
– Ой, Анни, это… это… – она не нашла слов и просто обняла меня одной рукой, не выпуская драгоценный подарок. – Спасибо тебе огромное!
Ну а потом мы уселись за столы, отдав должное угощениям – не зря же вчера весь день хлопотали с Руней, а Эрик потом заботливо прикрыл все магией, чтоб за ночь ничего не испортилось и не потеряло свежести. Время летело весело и незаметно, и приятным сюрпризом оказались пришедшие после обеда музыканты – оказывается, Анжей подсуетился, и против танцев никто не имел ничего против. Я отнесла уснувшего Рому наверх, ничуть не боясь оставлять одного – простенький амулет, сделанный из чешуйки яйца дракошки Юлиана, подскажет Эрику, если сын проснется. Ну а мы продолжили веселиться, и к вечеру, когда праздник потихоньку сошел на нет, ноги приятно гудели от усталости. Отлично отдохнули!
Анжей и Руня засобирались в свой новый дом, и прежде, чем выйти, моя помощница вдруг хитро прищурилась, бросила на меня лукавый взгляд и вдруг решительным движением сдернула с головы обруч с ушками.
– Кто поймает, тот следующий в храм пойдет! – озорно крикнула она, развернулась и через голову бросила свой любимый аксессуар в сторону гостей…
Не знаю, случайность это или кто-то где-то опять решил устроить себе развлечение, но ушки прилетели аккурат в руки Юлиана, скромно стоявшего в сторонке и едва успевшего увернуться от рванувших с визгом в его сторону подружек Маруни. Принц растерянно уставился на обруч, потом покосился на хулиганку и погрозил ей пальцем.
– Не смешно, Руня, – покачал он головой и все же улыбнулся, правда, немного грустно. – Анжи, забирай уже свою супругу, пока она не учинила еще что-нибудь, – махнул рукой Юлик.
Проводив счастливую пару, все разошлись, и мы с Эриком и Ромой тоже неторопливо направились домой.
– Как думаешь, не может же он до сих пор… – высказала я мелькнувшую беспокойную мысль, и муж понял, что я имела в виду.
– Нет, не переживай, – уверенно заявил он. – Да и не были его чувства к тебе никогда особо серьезными, так, просто увлеченность и азарт соперничества. – Эрик погладил меня по плечу. – Но да, что-то не везет с невестами Юлиану, – вздохнул мой герцог. – Вот не поверишь, то сплошь меркантильные юные особы, которых больше привлекают корона на голове и бесконечные балы да наряды, то невзрачные унылые пятые дочки двоюродных братьев королей, которых хоть куда-нибудь, но спихнуть бы. – Эрик поморщился.
– Что, и даже ради политических выгод нет никого подходящего? – сочувственно спросила я, прижавшись к нему.
– Ну, – Эрик задумался ненадолго. – Казимир на днях обмолвился, что когда-то, года три назад, с одним из соседних королевств вроде существовала договоренность, у них там младшая принцесса подрастала, ей тогда пятнадцать было. Но они не приезжали на смотрины. – Мой муж прищурился и кивнул своим мыслям. – Можно попробовать отправить им приглашение, пожалуй. Вдруг повезет. – Эрик вздохнул, потом тряхнул головой и решительно заявил: – Хватит о делах, у нас целых два выходных впереди. Может, тоже поедем за город?..
Заманчивое предложение, ничего не имею против. Да и Роме лучше на свежем воздухе будет.
– Поехали, – просто согласилась я, уже предвкушая два тихих, спокойных дня в поместье.

Юлиан сидел в своих покоях в гостиной и вертел в руках неожиданный подарок от Маруни. Пушистые белые ушки из кроличьего меха. Влечение к Иоанне давно прошло, конечно, они теперь просто хорошие друзья, но иногда нет-нет да где-то в глубине души шевелилось что-то похожее на зависть к Эрику. Хотелось таких же отношений, нежности, любви, светившейся в зеленых глазах Анни. Ну и что, что он принц, принцы тоже заслуживают счастья! Жаль, что аррини – исключительно гостьи из другого мира, и вряд ли такие обнаружатся в королевских семьях. Прикрыв глаза, Юлиан всего на несколько мгновений позволил себе помечтать… О хорошенькой, ушастой и хвостатой принцессе, и почему-то в мечтах наследника она была рыжей, с дерзким взглядом и лукавой усмешкой. Ничуть не похожая на жену друга, но в этом и соль. Юлиан не хотел такую же, он хотел… свою, персональную кошечку.
Коротко вздохнув, принц решительно поднялся, небрежно положил меховые ушки на стол и направился в спальню. У Эрика, может, и выходные, а у наследника таковых нет, и завтра с утра ждали дела в кабинете.

Где-то за пределами этого мира  
Любомира, подперев кулачком подбородок, с мягкой улыбкой наблюдала за принцем, и в глазах богини блестели огоньки.
– Хм… Хороший мальчик, – вполголоса обронила она, одобрительно кивнув. – Остепенился, молодец какой. Говоришь, персональная кошечка? – Любомира помолчала, взгляд на несколько мгновений стал отсутствующим. – А что, можно попробовать! Интересно получится! – с воодушевлением заявила богиня и резво поднялась из удобного глубокого кресла, в котором любила наблюдать за жизнью паствы во вверенном ей мире. – Посмотрим, что у нас там есть… – пробормотала Любомира, стремительно выходя из просторного, светлого помещения, служившего ей чем-то вроде кабинета. – Кажется, недавно я слышала молитву о здоровье…
А где-то совсем далеко, в другой реальности, спешила на занятия студентка второго курса биофака, двадцатилетняя жизнерадостная девушка с роскошной рыжей шевелюрой, и не знала, что в очень скором времени ее жизнь круто изменится.